Глупые письма

Даби был одним из тех людей, что дни рождения, мягко говоря, не очень любил. Ему казалось, что такие дни были лишены даже малейшего смысла, ведь какая разница в какой день ты там прокричал на всю палату, что вылез из утробы матери, ведь один черт умрешь где-нибудь и застынешь безымянным воспоминанием на могильной плите. Так он считал, с такими мыслями он жил практически всю жизнь, пока ему кто-то там не подарил птицу. Казалось бы, человека, что подарил такой необычный подарок стоило бы запомнить, но Даби не заполнял голову глупыми мыслями. А птица та была совершенно необычной, ведь оперение ее было алым, словно языки пламени, а желтоватые глаза смотрели на самого парня таким осознанным взглядом, что ему пришлось принять этого, вроде как, орла или ястреба — Даби не особо разбирался в птицах. И несмотря ни на что та птица так и осталась Ястребом — сознательным и понимающим, жутко бесящим время от времени, но по каким-либо причинам любимым. Просто Даби знал, что птица совсем не такая обычная. И на следующий же год он удостоверился в этом, когда прямо на его глазах с теплой улыбкой стоял полностью нагишом парень и прикрывал все свои прелести объемными красными крыльями, стоило ему проснуться наутро. «С днем рождения, что ли?» — прохихикал тогда Ястреб, и ему пришлось долго отбиваться от самодельного огнемета из зажигалки и лака для волос, с помощью которого Даби пытался поджечь незваного гостя и выгнать его на балкон, чтобы оттуда уже выбросить того за пределы его квартиры, прямо на асфальт. Неизвестно, каких усилий стоило ему доказать, что он тот самый подаренный ровно год назад ястреб, но только, как бы это парадоксально не звучало, теперь человек. Он всегда был человеком, но скрывал это, а на день рождение своего хозяина решил устроить такой маленький сюрприз, что стоил ему подпаленных крыльев. Зато теперь Даби начинал понимать, почему эта птица казалась ему такой необычной и сознательной, а сам Таками Кейго — таково было настоящее имя Ястреба — мог открыть совершенно все свои карты и больше не играть роль хорошей птицы, которую кормили кормом время от времени и пытались научить новым трюкам. Хотя определенно было весело по ночам перевоплощаться обратно в человека и рассматривать сонное лицо хозяина при свете луны, убирать упавшие пряди обратно на свое место и время от времени обратно подтягивать одеяло, чтобы тот по своей глупости не замерз и не заболел. Но теперь еще веселее было забираться к спящему Даби все также по ночам под предлогами: «в клетке неудобно, я же тебе не полностью птица» или «диван в углу слишком тесный, подвинь зад», и тому ничего не оставалось делать, кроме как послушно освобождать местечко на краю кровати, а уже через пару минут резко выталкивать слишком уж наглого Ястреба на пол и довольно лыбиться недовольному заспанному лицу. Даби наглости не терпел, а Таками был не из робкого десятка, и так просто не сдавался, поэтому находил все новые и новые способы отмщения. Одним из таких способов было резкое перевоплощение и моментальные крепкие объятия, которые так сильно раздражали Даби каждый раз. Никому бы не нравилось, когда птица на его руке резко перевоплощалась во взрослого мужика и не кидалась с объятиями и широченной такой улыбкой. В первые разы такие выходки Ястреба приводили к тому, что Даби с громкими матами падал на твердый асфальт и был прижат тяжелым телом, что с неприкрытой насмешкой сильнее вжималось в опрокинутого хозяина. И так каждый раз, и постепенно Даби даже привык к этому и всегда был готов к такого рода неожиданностям. А Таками лишь на это улыбался. Широко так, с долькой усмешки. Как-никак, ответные объятия каждый такой раз приятно согревали сердце одним своим существованием. Может, не так уж и плохо быть подарком на день рождения какому-то там убийце? Может, дни рождения имели хоть какой-то смысл?