(Не)Друг

Катя ему не друг и не подруга. И не Друг тоже. Но Катя понимает, Катя поддерживает. Катя радуется за него и вместе с ним. Она внимательно слушает, когда он рассказывает о Стасе и радостно улыбается. Катя обнимает его при встрече и когда они прощаются, и иногда Феде кажется, что это самые крепкие объятия в его жизни. Он так же крепко обнимает ее в ответ. Когда они шли все вместе после "Богемской рапсодии" и Катя сказала, что никогда не была на концерте, Федя едва сдерживается чтобы не удивиться и сказать "Что, правда?!". А потом вспоминает и хочет дать себе пинка - да блин, Федя, мог бы и догадаться. Хотя Ник не сдерживается. - Да ты шо, гонишь ?! Ну нет, Катюха, это надо срочно исправлять. - Так может в следующую субботу? Стас будет подрабатывать на одном концерте, группа вроде как неплохая. Только надо билеты взять. Что скажешь, Кать? - Катя улыбается и кивает. И Федя уже не может дождаться. Они все будут вместе, и Стас там будет. Скорее бы. - Федь, а ты уверен? - слышит он веселый голос Леры. - А то мы бы не хотели вам свидание испортить. Хотя фраза и очень в духе прошлой Леры-мажорки, Федя знает, она по доброму. Лера удивительно легко приняла новость, что Федя гей. "Я нашла Ника, видимо потому и смогла отпустить тебя", - вспоминает он ее слова. Он так рад за них обоих. И рад, что Лера теперь просто рядом. За удобной ширмой его девушки-мажорки, он никогда не пытался разглядеть в ней нечто большее. Он и не понимал, как ошибался. - Нет, все будет хорошо. Но нам все равно нужны будут билеты. - Билеты я организую, - самоуверенно заявляет Лера. Федя не может не улыбнуться этом тону. - Первый концерт в жизни нашей Кати, такое невозможно пропустить. Они продолжают идти дальше и договариваться о деталях. Затем Ник и Лера машут им на прощание и, обнявшись, направляются к дому семьи Фаркаш. Федя ведет Катю в другую сторону. Они доходят почти до дверей, но Катя каждый раз замирает, когда они идут мимо дверей подвала. Все воспоминания еще слишком свежи, на дверях еще можно найти куски полицейской ленты. Федя обнимает ее одной рукой и немного толкает вперед по лестнице. Его самого тошнит от воспоминаний, но он должен убедиться, что с Катей все хорошо. Катя открывает дверь квартиры и Федя видит, как ее ладони дрожат, а ключи громко звенят в тишине подъезда. Катя открывает двери и поворачивается к Феде. На ее лице появляется застенчивая улыбка, хотя глаза выдают напряжение и печаль. - Спасибо за сегодня. Она всегда это говорит, каждый раз когда они прощаются с ней. Будто до сих пор поверить не может, что они действительно рядом, что им действительно не плевать на нее. Катя иногда до сих пор ведет себя как в те первые дни, хотя и прошло уже больше года с их первой встречи на крыше и все вместе они пережили уже много,. И в их "много" были не только самоубийства, шантаж, унижения и покушения на убийство, но и простые обыденные вещи обычных старшеклассников - прогулы уроков, чай и булочки на переменах, подготовки к ВНО, дни рождения и походы в кино. И именно эти маленькие, приятные, будничные моменты, которые Федя делил с другими членами "Ласточки Club" помогли ему вновь почувствовать себя живым, будто он наконец вынырнул из-под толщи воды, поглотившей его брата. Будто он снова может дышать полной грудью. Федя раскрывает руки и Катя ныряет в их привычные дружеские объятия. Он говорит привычное "тебе спасибо" в ответ, но оно теряется где-то в ее волосах. Когда они разрывают объятия, телефон Феди звонит и на экране появляется фотка Леры и Ника. На контакты каждого из них Федя поставил одну и ту же их парную фотку, потому что эти двое все равно всегда вместе. - Да, Ник? Я у Кати, только дошли. Нет, я к Стасу сегодня. Ага, Лере привет. Федя кладет трубку и поднимает глаза на Катю, та улыбается и понимает, что Лера с Ником уже дома и все хорошо. Она поворачивается и уже на пороге квартиры говорит ему шутливо: - Будешь у Стаса, позвони мне. - Хорошо, мам, - так же отвечает Федя, они смеются тихо и Катя исчезает за дверью квартиры. Уже на улице Федя вызывает такси и едет забирать Стаса с работы. По дороге в бар, он привычно звонит маме и они говорят о том, как прошел их день и как они завтра увидятся. Мама просит передать привет Стасу, и у Феди до сих пор горят щеки от осознания того, что все это на самом деле. Когда Стас садится в такси рядом с ним, у Феди до сих пор красные щеки и и немного взволнованный вид после разговора. Стас окидывает его взглядом и спрашивает - что случилось? Федя, улыбнувшись, отвечает: - Мама тебе привет передавала. Стас тоже улыбается, потому что знакомство с Ольгой Евгеньевной он еще долго вспоминать будет. Мама Феди знает, как произвести впечатление на парня своего сына, да и на кого угодно вообще. Весь салон такси заполнил сладкий запах освежителя воздуха, по радио играет какая-то безымянная попса, водитель усиленно сосредотачивается на дороге, а не на разглядывании ребят на заднем сиденье. Те сидят по разным сторонам, искусственно создавая между собой "невинное пространство". Стас вроде как старше и лучше умеет делать невыразительное лицо, но когда Федя так улыбается, когда в его темных глазах блестят фонари, а пальцы будто случайно касаются пальцев Стаса на дешевом дерматине, то его терпения и выдержки едва хватает на то, чтобы держаться своей стороны сиденья и не разложить этого спортсмена прямо на заднем сиденье такси. Феде жарко и почти нечем дышать от проклятого освежителя, мышцы лица уже ноют от улыбки, которую он не может убрать с лица. Благодаря подростковым гормонам и тому, как Стас смотрит на него, в джинсах уже давно стало тесно, и то, что Стас отвечает на его прикосновения пальцев своими, нифига не помогает. - Приехали, - ворчит водитель. Федя вздрагивает от неожиданной остановки, и лезет в карман за деньгами, пока Стас выглядывает в окно чтобы проверить приехали ли они по адресу, и выходит из авто. - Спасибо, сдачи не надо, - Федя выпрыгивает из такси и старается не отставать от Стаса, который уже открывает дверь подъезда. Под подошвами кед скрипит гравий, а вечерняя тишина звенит в ушах. На лестнице Стас берет его за руку, так же, как на их первом свидании, и они разве что не бегут к лифту. Двери лифта закрываются, кнопку этажа нажали, а Федя притягивает Стаса к себе и накрывает его губы своими. В тот короткий момент, пока Стас еще не зажат между сильным телом своего спортсмена и металлической стеной лифта, в который раз с момента их встречи с Федей, в его голове звучит риторический вопрос - и откуда же ты взялся на мою голову, Федя? Как они добрались от лифта до коридора в квартире Стаса, Федя не вспомнит даже на допросе, потому что сейчас его гораздо сильнее беспокоит проблема как так снять кеды, чтобы не пришлось наклоняться и, из-за этого, разрывать поцелуй. Но Стас решает все за него, отрываясь, чтобы сбросить пиджак. Федя, пользуясь возможностью, сбрасывает кеды и отталкивает их куда-то к стене напротив. Прежде чем он успевает подумать, что это не очень вежливо, руки Стаса сжимают его бедра, а губы оказываются там, где они сейчас очень нужны. За громкостью их общего дыхания, Федя слышит, как ключи с лязгом падают на паркет. Между его ног оказывается колено парня и, отдаваясь инстинкту, Федя трется пахом о чужое бедро. За закрытыми зрачками вспыхивает свет, тело начинает пылать, а из горла вырывается стон. И тут Стас будто приходит в себя и останавливается. Его губы и колено исчезают так быстро, что Феде хочется заскулить. - Подожди, надо немного сбросить обороты. Стас говорит трудно, глотая воздух. Его слова доходят до Феди как через вату. Но он все равно кивает. - Кухня - Стас головой показывает направление и отталкивается от стены, у которой зажал Федю. - Выпить воды и помыть руки. Парень толкает Федю, проверяет - пошел ли тот делать, что сказано, поднимает ключи и направляется в ванную комнату сделать то же самое. Нужно подготовиться, пока они не начали. Федя будто под кайфом. Сердце колотится под ребрами так, что те вибрируют. Дышать трудно, а в ушах гудит кровь. Как на автопилоте, юноша моет руки и даже умывается. Капли воды сразу высыхают на горячей коже. Федя наливает себе стакан воды и выпивает залпом, слишком резко опуская его на столешницу. Пытаясь выровнять дыхание и немного успокоить сердце, Федя едва замечает, как Стас подошел к нему сзади. Осторожные пальцы царапают джинсу на бедрах, горячие губы едва касаются кончиков волос на шее. Федя выдыхает, закрывает глаза и клонится назад, навстречу чужому телу, теплу и нежным прикосновениям. Ладони Стаса сильнее сжимают бедра, но не двигаются. Губы скользят выше до места за ухом и Федя начинает дрожать. Не открывая глаз, он поворачивается в чужих объятиях и чужие губы оказываются так близко, что они уже дышат одним воздухом на двоих. Федя открывает глаза. Кухню заливает лунный свет. - Готов, спортсмен? - шепчет ему Стас. - Да, - Федя отвечает так же шепотом, но в тишине чужой кухни, он будто кричит. Сухие и теплые губы накрывают его. Когда через некоторое время, раскаленная струна внизу его живота наконец лопается и тело наполняет сладкое наслаждение, под его спиной сбитые простыни, а над ним горячее и потное тело Стаса, на какой-то короткий момент, который словно продолжается вечность, Федя чувствует будто он летит. Как ласточка, свободная в небе.