Мой самый лучший друг.

Поговорим немного о белых потолках? Какой гениальный человек придумал, что потолок, в подавляющем числе случаев должен быть обязательно белым? Почему, например, не черным? Какой-нибудь умник наверняка скажет, что черный потолок - это слишком мрачно, и годится он только для ночных клубов да для комнат, в которых живут поклонники Сатаны. И, скорее всего, этот умник будет прав, но годится ли это мне? Хочу ли я, открывая глаза все время видеть этот белый потолок, первое что буду видеть за день? А, ведь, не всегда твое пробуждение оказывается приятным, а белый потолок будто подливает масла в огонь, своей.. чистотой. И эта чистота, в моменты, когда ты погряз в дерьме, не самое лучшее что может быть. Эти рассуждение о потолке - единственное, что пришло в мою голову. Ведь, там было пусто, словно белый лист, такой же белый, как и потолок - единственное, что я мог видеть. У меня хватило сил лишь на то, чтобы чуть приоткрыть веки, все остальное тело мне будто не принадлежало. - Такер, сынок! Ты очнулся! - на фоне белого потолка появилось лицо мамы. Ее бровь была заклеена пластырем, а лицо будто постарело на десяток лет. - Где я? - язык меня тоже не слушался, поэтому я не был уверен, что мама меня вообще услышала. - Мы в Кеннере, сынок. - Мы летим куда-то?* - Нет, солнышко.. Мы никуда не летим. Ты в больнице. Нехитрая логическая цепочка выстроилась в моей голове на раз-два, и весь водоворот последних событий будто затянул меня. Все, происходящее со мной, все, что я хотел бы навсегда забыть. Что я и пытался сделать. На долю секунды я пожалел, что открыл глаза, но вместе с тем пришли и другие чувства, которых не было уже очень давно. Стыд и вина. Что же, я хотел, чтобы моя мама потеряла обоих сыновей за один вечер? Я был готов признать, что в тот вечер меня охватили эмоции с головой, и это был мой самый большой эмоциональный приступ, который только может быть у такого эмоционально неуравновешенного человека, как я. Но маме не нужны были мои признания. Грустная улыбка на ее губах и слезы, собравшиеся в уголках глаз говорили о том, что мое пробуждение - это все, что ей было нужно. - Как долго..? - Почти неделя, - теперь ясно, почему мои руки и ноги по ощущениям напоминают мне желе. - Почему.. Кеннер? Она замолчала и погладила меня по щеке. Этот жест означал, что мне предстоит узнать еще кое-что неприятное. - Когда все это случилось.. когда Кейси и Курт нашли тебя в ванной, ты был уже на волосок от смерти. Они вызвали скорую, и те, спасибо Богу за это, успели вовремя. Ты был в реанимации пару дней. Я очень волновалась, не понимала, почему ты не приходишь в себя. Врачи говорили, что все нормально. Это была не кома, просто ты был слишком слаб. Еще через два дня они решили, что в той больнице тебе больше нечего делать. Поэтому они отправили тебя.. в психиатрическую больницу. Приехали. Но у меня даже не было сил удивиться этому, или попробовать высказать недовольство. На что я мог надеяться? разве то, что я псих - стало для меня открытием? Нет, вовсе нет. Теперь я вовсе не понимал, почему не оказался здесь раньше. - Ясно,- только и проговорил я, пытаясь совладать со своими конечностями и присесть в кровати. Мама, поняв мои намерения, помогла. Я осмотрелся. Палата была совершенно обычной: под стать белому потолку белые стены, светлые шторы..Я ожидал увидеть еще несколько пациентов, но моя палата была рассчитана на одного. Я молча сидел в кровати, ни о чем особенно не задумываясь. Мое состояние было походе на то, когда я по глупости превысил дозировку прозака. Данное сравнение натолкнуло меня на мысль, что парочку успокоительных уколов мне все же сделали, пользуясь тем, что возразить я этому не мог. - Мам, - обратился я к ней. - Да? - Так почему все-таки именно Кеннер? - Ты узнаешь. Я понимаю, это странно, и в Новом Орлеане хватает психиатрических больниц, но то, что ты в Кеннере пойдет тебе на пользу. Я пообещала одному человеку, что он сам тебе обо всем расскажет. Но перед тем, как позвать его, я бы сама хотела кое о чем с тобой поговорить. Мое слегка замутненное сознание вряд ли сейчас было способно на серьезный разговор, коим он и обещал быть, но я все же слабо кивнул маме и приготовился слушать. - Я могу понять, почему это произошло. Мы оба знаем о твоих проблемах, милый. Я не виню тебя и надеюсь, что мы найдем способ справиться с этой ситуацией. Ведь ты теперь единственное, что у меня осталось, - было заметно, что ей тяжело говорить, но она старалась быть сильной, - Скажи мне, когда ты начал планировать.. самоубийство? - Я его не планировал. Я вообще редко что планирую, насколько ты знаешь. Она кивнул и продолжила. - Дело в том, что.. я не знаю, как тебе это сказать, но в ту ночь мисс Донован, твоего психолога, нашли мертвой в ее квартире. Она выпила пачку снотворного.. и.. в общем.. да, это было самоубийство. Я прикрыл глаза. Не слишком ли много смерти? У меня нет сил даже чтобы подумать о том, какие чувства вызвала у меня ее смерть. Она не была для меня другом, но что-то особенное я к ней чувствовал. Идеальная Шерон Донован, у которая идеальная жизнь.. что могло толкнуть ее на это? Думаю, стоит воспользоваться безметежьем, которое мне дарили препараты. Я не знаю, что будет после и даже представлять это не хочу. - Мы подумали, что, возможно, вы договорились об этом, потому что такие совпадения - большая редкость. - Я не знал, что она собирается сделать это. Даже предположить не мог. - Она оставила для тебя предсмертное письмо, - мама вытащила из своей сумки, лежащей неподалеку, небольшой конверт, где я ясно разглядел свое имя, написанное неровным почерком, что было совсем нехарактерно для мисс Донован, - Я не читала его. Но я хочу чтобы ты прочитал его. Обязательно. Я взял конверт из рук матери и достал из него свернутые пополам тетрадный лист. Буквы плясали перед глазами, отчасти потому, что почерк был почти неразборчивым. Мне стоило немало сил, чтобы сфокусироваться и разобрать написанное.

Дорогой Такер.

Когда ты прочитаешь это, меня уже не будет. Банальные слова, ты бы их не написал, решись на такое. Хотя.. о чем это я? Ты бы не стал писать предсмертную записку. Я неплохо изучила тебя за это время, поэтому даже не сомневаюсь, что так и было бы. Хочу чтобы ты знал, что то, что случилось, случилось не из-за тебя, как ты мог подумать. Отчасти, наша последняя встреча оказалась финальным толчком, но я уже давно к этому шла. Мое нездоровое влечение к душевнобольным людям началось еще тогда, когда мне было шестнадцать. И я не имею ввиду интерес, это было именно влечение. Страстное. Я на долгие недели запиралась в своей комнате и смотрела фильмы о психиатрических больницах, читала книги.. Сначала я не осознавала, что это ненормально, но после.. это стало невыносимым. Обычные люди меня совершенно не интересовали. Маниакальные расстройства, социопатия, раздвоение личности - вот, что я хотела видеть в людях. Самое страшное, что я хотела не только видеть это, но и чувствовать. Чувствовать не себе, погружаться в это с головой. Моя жизнь казалась слишком скучной по сравнению с этим. Ты, наверняка, думаешь, что именно поэтому я стала психологом. Вовсе нет, я подумала, что если научусь лечить все это, то возможно вылечу и себя. Но все становилось только хуже. Ты был не первым моим пациентом, с которым у меня произошла сексуальная связь. И сегодня я поняла, что так больше не может продолжаться. Мне становится хуже, я сходу с ума, но это сумасшествие - совсем не то, чего мне всегда хотелось. Оно мучает меня с каждой секундой все сильнее. Все сильнее я ощущаю себя никчемной куклой, у которой внутри все слишком просто, все слишком правильно. Слишком не так, как у тебя. Бред. Я пишу эти строки и мечтаю о том, чтобы поговорить с тобой. Послушать еще немного о твоей боли. А затем снова поцеловать тебя. Извини меня, Такер. За все, что было. Ты единственный, кто знает правду. И, надеюсь, что ты никому об этом больше не расскажешь. Пусть в памяти людей я останусь такой же приторно идеальной. С любовью, Шерон Донован. Психолог-практикант. Я пробежался глазами по письму еще пару раз, потому что думал, что эти строки мне мерещатся. Я не мог поверить, что все обстояло именно.. так. Все оказалось именно так, как я и был склонен считать: у каждого человека в душе есть уголки, куда он никого не пускает до определенного момента. И чаще всего, такой момент становится фатальным. Мнимая жизнь обрывается, рушится четкий идеальный образ. Пусть он и рушится только в глазах только одного человека, а данном случае, меня. Я отложил лист и слабо улыбнулся. Можно ли считать, что эта оборванная жизнь записана а мою чековую книжку? Мисс Донован так не считала, стоит ли ей верить? - Что там, Такер? Я и забыл, что мама все еще находится рядом со мной и неотрывно следит за моей реакцией. - Все нормально. Думаю, ее самоубийство пошло ей на пользу. Глаза матери расширились от ужаса. Она будто хотела выкрикнуть: "Как ты можешь говорить такое?!", но она не произнесла ни слова. Видимо, ее утешало то, что здесь меня обязательно вылечат, что я начинаю путь к выздоровлению. Хотелось бы и мне в это верить. - Ты.. дашь это письмо полицейским? - Нет. Думаю, это мое право - оставить его у себя. Мама лишь кивнула. В дверь постучались, и затем перед моими глазами появился человек среднего роста в больничном халате, некогда черные виски которого уже тронула слабая седина. Его взгляд был обеспокоенным, и он нервно заламывал руки, даже не пытаясь это скрыть. Увидев его, мама вскочила, и, пробормотав что-то вроде "вы справитесь без меня", стремительно выбежала из палаты. Мужчина присел на место моей матери и глубоко вздохнул. - Вы мой лечащий врач? - спросил я, догадываясь, в принципе, каким будет его ответ. Мужчина нервно усмехнулся и кивнул. - Да, это так. - Ну и..? Насколько все плохо? - Достаточно, - его голос стал более деловым, - Тут и синдром неконтролируемой агрессии, и социопатия, и еще ряд заболеваний, в общем, полный набор, судя по рассказам твоей матери. Но я не хочу ставить точные диагнозы до того, как мы проведем некоторые тесты. Нам ведь нужно понять, как бороться с монстром, который сидит внутри тебя, Такер. Его обращение ко мне прозвучало нежно, и это меня немного насторожило, но сначала я не придал этому значения. До того, пока не взглянул на его бейдж. Я снова не поверил своим глазам, а затем сглотнул и поднял на него взгляд. - Как мне обращаться к вам, доктор? Он проследил за моим взглядом и понял, что мой вопрос - это простая формальность. - Доктор Леонардо Спиноза. Старший врач психиатр. Или просто.. - Отец.. - закончил я за него. Вот уж не думал ни гадал, что при первой встрече с отцом в сознательном возрасте, у меня случится такой приступ сентиментальности. Я смотрел на этого человека и видел себя. Видел его страх за меня. Ведь.. родитель - это не просто слово. Я думал, что буду злиться на него, из-за того, что он не искал со мной встреч, но на самом деле я был просто счастлив. Счастлив от того, что внутри появилось какое-то чувство завершенности, удовлетворения. Вопросов, касающихся моей личности сразу стало меньше, будто каким-то волшебным образом они разрешились. Да, я не ожидал подобной реакции. Но она была, я был безгранично этому рад. - То, что случилось с твоим братом.. мне жаль. - Давай не будем о нем. Пожалуйста. Я пока не уверен, что могу поднимать эту тему. - Как скажешь. - Мне столько хочется у тебя спросить. - Мы найдем время. Я больше не исчезну из твоей жизни. И не вини маму за то, что она была против наших встреч. В первую очередь, она думала о тебе. - И почему сейчас все так изменилось? - Потому, что огородить тебя от меня оказалось бесполезной вещью. Я улыбнулся. Это было так странно. Я всегда представлял этот момент каким-то взрывным, а оказалось, что спокойная радость, разлившаяся по телу - вот результат. И будто он всегда был рядом, настолько правильным казалось все происходящее сейчас. - Жизнь такая идиотская, - проговорил я, - у отца-психиатра сын психопат. Он мог вылечить его с самого начала, но мать была против, думая, что эффект будет противоположным, что только все ухудшило. Это могло бы стать неплохим сюжетом для книги. Но это дерьмовый сценарий жизни. - Дерьмо случается, - я уловил в его голосе знакомые нотки, так похожие на мои, - Тебе нужно отдохнуть..сын. Я кивнул, и он поднялся, собираясь выйти. Его рука уже легла на дверную ручку, когда я окликнул его. - На один из вопросов..ты можешь дать ответ сейчас? - Пожалуй. - Если ты работаешь в Кеннере, то наверняка уже покинул Холлигроув? - Не ездить же мне оттуда каждый день. - Скучаешь по этому месту? - Твоя мать закатила бы глаза, услышав это. Но да, я безумно скучаю. Вместе с тем, как хлопнула дверь, в моей голове что-то щелкнуло. Мне было плевать, что я слаб. Плевать на то, что из психиатрической больницы выбраться не так уж и просто. Я знал одно: мне НУЖНО отсюда уйти. Прямо сегодня. Как только это станет возможным. Мама совершенно не хотела уходить в этот день. Она все спрашивала меня о моем состоянии, рассказывала какие-то истории, пыталась подбодрить, но я слушал ее вполуха. Все место в голове занимала только идея фикс, от которой я не мог отделаться. Когда солнце стало садиться, я убедил мать в том, что ей пора отдохнуть. Не на кушетке в больнице, а в мотеле, где они с Бредом остановились. Принять горячую ванну и хорошенько выспаться. Она долго не хотела со мной соглашаться, но я могу быть очень настойчивым. И когда дверь за ней наконец закрылась, и подскочил с кровати и получил небольшой сюрприз в виде головокружения. В глазах немного потемнело, но я оценил свое состояние как "сойдет", и продолжил путь к поставленной цели. На мне была больничная одежда, но в этом как раз не было проблем. Мама привезла большую сумку с моими вещами. Видимо, подумала, что я останусь здесь надолго. Наверняка, меня и не планируют отпускать ближайшие полгода. Меня это не пугало. Завтра пусть делают со мной все, что угодно, но сегодня я должен отсюда уйти. Я достал из сумки свои самые неприметные вещи, которые смог найти: джинсы и коричневую толстовку. Как-то раз, я слышал по телевизору, что если ты хочешь, чтобы на тебя не обращали внимание, надень что-нибудь коричневое. Надеюсь, эти люди были правы. Одевшись, я окинул взглядом комнату. Интересно, как скоро они обнаружат пропажу? Или же меня поймают уже на попытке сбежать? Все эти вопросы могли приуменьшить мою решимость, поэтому я оставил их до лучших времен, и больше ни капли не сомневаясь, вышел из палаты. В коридоре было не многолюдно. Из всех них я приметил парочку медсестер, остальные были пациентами. Я прошел дальше и увидел небольшой холл, небольшое место для отдыха. В одном из кресел сидел мужчина, с виду абсолютно нормальный, если не брать в расчет его подрагивающие руки. Я направился к нему. - Привет. Он поднял на меня удивленный взгляд. Видимо, не каждый день его одаривали приветствием. Он ничего не ответил и выжидающе на меня уставился, ожидая объяснений. - Давно ты здесь? - Уже пару лет, а что? - Так я и думал. Без обид, но мне показалось, что ты тут обо всем уже знаешь. - Эта лечебница не располагает к знакомствам, знаешь ли. Что тебе от меня нужно? - Сегодня я хочу отсюда уйти. Мужчина сначала не поверил своим ушам, а потом весело рассмеялся, точно ребенок. - Отлично, сынок. Дерзай. Я помолюсь за тебя. - Вы не поняли. Мне нужна ваша помощь. - Ты правда думаешь, что отсюда можно сбежать? Кажется, ты слишком самонадеянный. Тут двери открываются только при наличии магнитного пропуска, а еще здание напичкано охраной. Или у тебя есть гениальный план, детка? - Вентиляция? - Что? Тут тебе не боевик. Я сказал про вентиляцию просто так, в шутку, но теперь эта идея уже не казалась мне бредовой. Возможно, это сработает. - Принести тебе что-нибудь снаружи? - усмехнулся я. - Парень, у тебя ничего не выйдет! - Посмотрим..

***

Выбраться из здания оказалось до смешного простым делом. На такой идеальный расклад я и не рассчитывал. Через вентиляционную комнату я попал в бельевую комнату, а там на окнах не было решеток, видимо кто-то не предусмотрел такого хода событий. Бельевая была на втором этаже и оттуда пришлось спускаться по не очень прочной сточной трубе, но я сделал это. Послеобеденное солнце било в глаза, а прохладный ветер трепал волосы.Я вдыхал этот немного затхлый воздух и думал, что мне делать дальше. В кармане не было ни гроша, то есть такси мне не светило. Я даже автобус себе позволить не мог. Оставалось только два варианта: провести полдня, бродя по Кеннеру и ища попутчиков или же угнать машину, что гораздо быстрее. Долго не думая, я выбрал второй вариант, так как время было очень важным фактором. Ведь очень скоро мое отсутствие должны были заметить и не сомневаюсь, что поиски начнутся незамедлительно. Прогулочным шагом, стараясь не привлекать к себе внимание, я обошел здание и оказался на парковке, приглядываясь к машинам. Я решил взять ту, что выглядела наименее дорого. Системы безопасности в старых машинах не ахти, да и совесть будет мучить не так сильно. Мой выбор пал на серенький мустанг примерно восьмидесятого года выпуска, и я уже двинулся к нему, как меня окликнули. Сердце ушло в пятки, не смотря на то, что голос был до ужаса знакомым. - Нет.. чертова судьба опять хочет со мной поиграть? - проговорил я под нос, но Логан все прекрасно разобрал. - Не в судьбе дело. Я приехал специально. А.. разве ты не должен быть внутри? Тебя же вроде как в психушку упрятали, а не в Диснейленд покататься привезли, - вид у парня был действительно растерянный. - Ты на машине? - Да, но.. - Пойдем. Тот лишь пожал плечами и через пару минут мы уже сидели в черном ауди с откидным верхом и неслись по дороге, а через час свернули на автостраду. С тех пор как я сказал Логану куда мне нужно, он не проронил и слова, что меня очень порадовало. Я не был настроен на беседы. Меня даже не интересовало, зачем Логан приехал. Я догадывался, что все дело в той ночке, которую мы неплохо провели в кабинете математики. У Блейза видимо много мыслей крутилось по этому поводу, раз он метался туда сюда. То он ненавидит меня, то бросается на меня. Но сегодня мне на руку его больное влечение, ведь если бы на меня повесили еще и угон машины, то можно было бы смело бежать из страны. - Жаль твоего брата, - подал голос Блейз, когда мы были в пути уже несколько часов. - Тебе плевать на моего брата, Логан. - Я.. ты ошибаешься, Такер. Мне не плевать на него. Мне вообще.. не плевать. - С каких же пор? - С тех пор, как ты сказал, что убьешь меня.. за Курта. Слетевшее так просто с губ Логана имя врезалось в уши, а заодно и в сердце. - Давай остановимся? Меня тошнит. Логан недовольно выругался, но все-таки свернул с дороги. Я вышел из машины и, отойдя от нее на пару метров, повалился на спину прямо в невысокую траву. Мы были уже за чертой города, поэтому полиция, которая уже, я не сомневался, искала меня, была мне пока не страшна. - Все хорошо? - парень присел рядом со мной. Я скосил на него глаза и увидел, что тот нервно треплет рукава своей рубашки. - Говори уже, - сказал я, устало выдохнув. Блейз выдержал паузу, киношно посмотрев вдаль. Тем временем вечерние облака сгущались и окрашивались в розовато-оранжевый цвет. Вечерело. На ум стали приходить тревожные мысли о том, что моей маме, скорее всего, уже сообщили о пропаже. Наверняка, после этого на ее лице появится еще пара морщин. Нужно дать себе слово, что это последняя моя выходка. Серьезно, мам. Нам всем станет легче, если я хотя бы еще чуть-чуть получше пойму себя. Логан сел ровнее и приготовился говорить, чем возвратил меня в настоящее. - За тебя ведь тоже можно убить, знаешь ли. Я поднял брови и прочистил горло. Что это еще за новость дня? Хотя, новостей уже было предостаточно. - Ты ведь и сам знаешь, - продолжил Логан, - что умеешь сводить с ума. Выходками своими. Болезненным взглядом. Болезненной речью. Ты бы видел Кейс после той ночи. Она в школу приходила бледная, как смерть, и почти ни с кем не разговаривала. Хэтсвик тоже учудил. Пришел в школу ни свет ни заря и баллончиком с краской написал что-то вроде: "Идите вы все в жопу, Такер Спиноза не достоин таких мучений". После этого его никто не видел. Видимо, пережидает, чтобы не получить за этот поступок. Многие места себе не находят. Томми, Викки.. - А ты то здесь причем? - А я просто идиот. Идиот, который считает, что мы сможем наладить отношения, после всего того, что случилось. Потому, что я больше не хочу бороться с дрожью внутри себя, когда ты проходишь мимо. Я не хочу делать этого на расстоянии. Твоя идиотская преданность Курту зацепила меня настолько, что сначала я думал, что это просто интерес. Хотел понять, какого это - когда ради тебя человек способен на все. А затем началось обострение. Где ты, что ты делаешь, не сдох ли еще. Ну, и наконец, конечно же понял, что о тебе я думаю гораздо чаще, чем о Кристи, девчонке за которой я бегал еще в шестого класса. Ты занял абсолютно все место в моей голове. И раз уж я окончательно перешел на откровенности, я хочу попросить прощения. Прости меня, Такер. Я урод, прости меня! Я не должен был.. я не хотел.. Я смотрел на парня, голос которого сорвался, а глаза которого стали влажными. Я прекрасно понимал что он чувствует. Но не понимал, за что просит прощения. Неужели он перевернул всю мою жизнь? Если подумать, то да. Это был именно Логан. Ведь, это он причина того, что Курт больше не может играть, что я больше не принимаю прозак, что в школе я теперь козел отпущения..и всего из этого вытекающего. Я смотрел на него, извиняющегося и наматывающего сопли на кулак и понимал, что я больше не ненавидел его. Я был разочарован. Было у Блейза очарование, оно было. Было в его злом взгляде, в его попытках сделать мне побольнее. А теперь его раскаяние заставляет меня испытывать к нему лишь тихое и спокойное презрение. Я не слушал парня уже некоторое время, поэтому меня немало удивило ощущение его губ на своих. Влажные еле теплые поцелуи, дрожащие руки на моих плечах. Я ответил на поцелуй. Логан был настойчив. Я был опустошен. - Хочу пить, - тихо сказал я ему прямо в губы. Логан разорвал поцелуй и нежно посмотрел на меня. И правда. Никакой привлекательности в этой убогой нежности. Разочаровываться даже немного больно. Примите поздравления, мистер Спиноза. Вашу жизнь разрушил человек, который сходит по Вам с ума, что делает его слишком обыденным для такой великой роли. Слишком посредственным. Слишком скучным. Странно, как быстро все это превратилось в какую-то нелепую игру, которая должна забавлять. Чем больше боли - тем интереснее. Мистер Блейз, вы только что перечеркнули весь предыдущий ход игры и следовательно, выбываете. - Едем. Заглянем в магазин по дороге. И снова молчание. Правда, теперь уже только с моей стороны. Логана будто прорвало. Я не вслушивался в то, о чем он говорил и лишь иногда кивал ему в ответ. Надеюсь, что в скором времени этот парень поймет, что молчание - это не знак согласия, и я уже вычеркнул его из своей жизни, из своих мыслей. Кем ты был для меня, Блейз? Определенно, кем-то. Ведь ненависть - это не просто пара ударов по лицу. Потерять чувство ненависти - это почти то же самое, что и потерять чувство любви. Теперь же, Логан, когда ничего этого не осталось, пора бы нам уже, наконец разойтись в разные стороны. Мы притормозили у заправки и Логан достал из бардачка бумажник. - Я посижу здесь, мне нехорошо. Логан улыбнулся, кивнул и вышел из машины. И как только дверь за ним закрылась, я быстро пересел на водительское сидение и дал газу. Парень что-то гневно кричал мне в спину и какое-то время бежал за машиной, но до этого мне дела было даже меньше, чем до брелка в виде футбольного мяча, который покачивался на ключах Блейза. Согласен, я поступил не очень хорошо. Но финальное в моей жизни выражение лица этого парня должно было быть именно таким. Да и мне хотелось бы побыть в одиночестве. Я приехал на место, когда солнце уже практически скрылось. На улицах было не людно. Я сбавил скорость и стал разглядывать дома, мимо которых проезжал. Наверное, скоро местные поймут, что не туда я сунулся на такой-то машине, но сейчас это не должно было меня волновать. Слышались надрывные крики какого-то кота и шум сигнализации где-то в далеке. Кроме этого, все было спокойно. Маленькие домики с облезшей краской и покореженной решеткой, неухоженные садики, пестрые занавески. Место, где я родился. Место, принадлежащее мне по праву. Здесь даже воздух был особенным. В Карлтоне он пах цветами и выпечкой. Здесь же он пахнет машинным маслом. Холлигроув. Типичный даунтаун. Перед моими глазами пронеслась вся моя псевдо жизнь. Жизнь, которая могла бы у меня быть, останься я здесь. Моя первая песочница, где я играю с детьми в поношенных джинсовых костюмах. Мой первый класс, где темнокожий учитель пишет на скрипучей доске. Моя первая девушка - азиатка, отец которой сидит с тюрьме за торговлю наркотиками. И все хорошо. Все классно, ведь через дорогу от моего дома не живет парень, за которого я готов перегрызть глотку любому. Теперь на его месте девчонка-азиатка с татуировкой на пояснице. Пусть эта фантазия и бредовая, и никакая татуировка на пояснице не сможет заменить мне Курта, но насколько сладка была мысль о том, чтобы никогда его не встретить. Ни его, ни Блейза, ни Кейси..Никого из них. Никого из этих ребят, разъезжающих на крутых машинах, болтающих все время о вечеринках, и умеющих влюблять в себя так, как никто больше не умеет. Проезжая по этим узким улочкам я понимал, насколько все могло быть проще, будь все именно так. И почему-то, здесь я ощущал себя так, будто все, что было - было только сном. Ужасным сном, но оставшемся в прошлом, оставшемся очень и очень далеко. Просто я попал в другой мир, где не место даже мыслям о тех людях. Спонтанное желание включить магнитолу на полную громкость не осталось без моего внимания. Что-то все-таки есть во мне от этих ребят - люблю придать пафоса моменту. По радио транслировали Psycho, хит от Puddle of Mudd, который в последнее время можно слышать и тут и там. Даю слово, что прямо сейчас, где-нибудь в Лафайетте, в одном из кампусов Общественного Колледжа Южной Луизианы именно под эту песню отрываются ребята, которых кроме курсовых работ точно ничего не заботит. Колледж. А ведь, наверняка, стоило попытаться. Maybe I'm the one, maybe I'm the one Who is the schizophrenic psycho. Я надавил на газ и стрелка на спидометре стала стремительно двигаться. Ветер дул в лицо, развевая мои отросшие черные волосы. Уголки губ стали медленно, но верно ползти вверх. Вот он я. Неуравновешенный парень. Еще и безмозглый к тому же. Еду по одному из самых убогих районов Нового Орлеана на угнанной машине с бешеной скоростью, на всю округу раздается музыка из магнитолы этой самой машины. Вечер. Конец марта. Год 2008. Такер Спиноза. Обрел любовь. Обрел проблемы. Потерял все. Совершил попытку самоубийства. Выжил. Обрел свободу.

Конец.

_____________________ Кеннер - город близ Нового Орлеана, в котором находится международный аэропорт штата Луизиана.