Его солнце

      — Этот, — мужчина, сидящий на диване, кивнул в сторону ребёнка, играющего на полу, — не мой сын!       — Мальчик мой, почему ты так думаешь? — Дамблдор, а это был именно он, тяжело вздохнул, ведь этот разговор вёлся уже больше часа, но так и не пришёл к счастливому концу, надежда на который уже пропала окончательно.       — Лили встречалась с Нюнчиком втайне от меня! Вот пусть этот носатый урод и забирает этого ублюдка. Он не похож на меня ни капли! Ладно Карлос — мы как две капли воды, но Гарри?.. «Ну уж нет, — думает про себя Северус, — этого он стерпеть не смог. Дамблдор просил его не вмешиваться, но он прекрасно знал, что терпение — не самая сильная черта Снейпов».       — Поттер, я прекрасно знаю, что мозгов у тебя нет, но пожалуйста, постарайся хотя бы сымитировать их присутствие и подумать. У нас были ужасные отношения в школе, да и сейчас я хочу свернуть тебе шею, и именно поэтому Лили не хотела говорить тебе, олень, о том, что мы снова общаемся, — Северус вскочил с дивана, с трудом сдерживая ярость, и принялся ходить из стороны в сторону, переступая через ребёнка. Мальцу был всего год, а он уже остался без матери, закрывшей его собой во время нападения Волдеморта. Как жаль, что его папаша выжил, придя домой со старшим сыном немного позже, тем самым спасая свою никчёмную жизнь.       — Закрой свой рот, ублюдок. Она мне изменяла.       — Мерлин, какой же ты тупой и злопамятный, Поттер. Твоя жена мертва, — мужчина сглотнул горький ком в горле, но продолжил, стараясь не выдать свои эмоции, — а ты, даже не похоронив ее, мелешь чушь о том, что твой сын тебе никто и никогда им не был. Зачем?       — Затем, Снейп, что я не собираюсь тратить деньги на обучение бастарда, которого моя любимая жёнушка нагуляла от тебя.       — Она бы никогда так не поступила! Она любила тебя, неблагодарный олень, — Северус сделал большой шаг в сторону Поттера, развалившегося на диване, но, наткнувшись на предупреждающий взгляд Дамблдора, отступил, сжав кулаки.       — Теперь мы этого никогда не узнаем, — Джеймс вальяжно пожал плечами, перебирая волосы старшего сына, лежащего на коленях. Казалось, будто ему плевать, что сегодня погибла его любимая жена. Даже мимолётной тоски не проскользнуло в карих глазах, сейчас смеющихся над забавами сына, который уже напоминал повадками своего наглого отца.       — Почему же? Давайте проведем экспертизу! Ты, Поттер, сдашь кровь, как и твой сын, — мужчина дёрнулся от последнего словосочетания, — и мы проверим её на родство. Займёт от силы час. Я даже зелье приготовил, — Северус достал из кармана мантии флакон, сжимая его в руке до побелевших костяшек. Удивительно, но Джеймс стушевался, отрицательно качая головой.       — Я не буду делать этого. Северуса передёрнуло от этого насмешливого тона, который давал понять — зачем вообще бывший гриффиндорец затеял всё это.       — Какая же ты скотина… — профессор зельеварения поражённо отступил. — Ты же просто хочешь сплавить на кого-нибудь ребёнка, чтобы не возиться с ним! — под конец, мужчина сорвался на крик.       — С чего ты это взял? Если бы этот ребёнок был моим, то я бы оставил его себе и не отрезал от рода. Вот только… — насладившись ненавистью Снейпа и округлившимися глазами директора Хогвартса, Поттер закончил: — я это сделал пару часов назад, так что уже ничего нельзя поделать. Пристраивайте его куда-нибудь или я отвезу его в маггловский приют.       — Джеймс, мальчик мой, ты поступил очень неосмотрительно. Зачем ты сделал это?       — Я уже всё объяснил, директор, да и вообще, — аврор встал с дивана, беря старшего сына на руки, — нам уже пора. Карлосу нужно соблюдать режим. Не попрощавшись, Джеймс Поттер скрылся в зелёном пламени, подарив напоследок озлобленную улыбку Северусу, опешившему от подобного поведения. «Гарри точно нельзя отдавать в приют, — думает зельевар, — да и навязывать обратно Поттеру не вариант. Он, даже если и примет мальчишку, то загнобит его так, что тот будет бояться собственной тени и считать себя самым никчемным существом. Этот олень имеет опыт в подобных делах…» Из раздумий профессора вырвал растерянный голос Дамблдора:       — Северус, что же нам теперь делать с мальчиком?       — Понятия не имею. Пристройте его к кому-ниб… — мужчина осёкся, нервно вскинув голову с осознанием того, что он сморозил, видя озарение в глазах директора.       — Северус…       — Нет!       — Ты — лучший вариант!       — Я ненавижу детей.       — Но это — сын Лили, а не обычный ребёнок. Нельзя же поступить как Джеймс и бросить его. Он еще совсем маленький. Гарри нужен отец, — это был запрещённый приём, и старик это знал, но Северус прекрасно понимал, что если он сейчас откажется, то изворотливый директор напомнит ему, что он до сих пор не отмылся от долгов перед ним. Нельзя было этого допускать. Да и Лили… На глаза навернулись непрошеные слёзы, но Северус сморгнул их, не дав пролиться. Он не может так поступить с этим ребёнком. Он не предаст те тёплые дружеские отношения, которые связывали их с этой всегда весёлой девушкой. Выдохнув, мужчина хмыкнул и выдал:       — Все расходы на вас.       — Договорились! — Дамблдор лучился счастьем. — Тогда и ремонт в твоём унылом доме сделаем за пару дней. Вот так и остался он, Северус Снейп, с ребёнком на руках, понятия не имея, что теперь с этим делать и всё еще не осознавая до конца, что именно произошло. Сердце до сих пор болезненно сжималось, ведь Лили больше не было в живых, причём, по его вине. Хотелось просто взять и напиться вдрызг, забыв о преподавательстве и обязанностях. Но ребёнок, которого директор вручил ему, сдерживал необдуманные порывы. Северус опустил голову, чтобы выяснить, почему этот маленький демон прекратил терзать сюртук, который дёргал на протяжении всего оставшегося разговора с Дамблдором, не обращая внимания на угрозы. Оказывается, Гарри уже заснул на его руках, доверчиво прижавшись к крепкой груди. Его тепло согревало, как и горячее дыхание, вырывающееся изо рта. Может, все не так уж плохо?..