Sex Ed: Changeling Style (Сексуальное воспитание: Стиль Чейнджлингов)

      Я вернулся домой в полудреме, события недели кружились у меня в голове. Удивительно, что я в принципе не забыл забрать своих братьев перед тем, как отправиться домой. За ужином мама спросила меня, чему я учусь в школе, при этом бросив на папу понимающий взгляд. Взглянув на них, прежде чем вернуться к своему нежирному лавбургеру, я уклончиво хмыкнул. Когда они потребовали от меня какого-то ответа, я ответил расплывчато: “Да много чего. Ничего особенного.” Казалось, они мне не поверили, но дальше настаивать не стали, так что больше я ничего не предложил. Тем не менее, это сделало вечер немного напряженным, поэтому я был рад вернуться в свою комнату в семейной норе и закрыть за собой дверь. В конце концов, мне все еще нужно было сделать домашнее задание. Жеребцы, ваше домашнее задание – призвать желейную кобылу. Вы найдете заклинание и инструкции на девяносто пятой странице ваших учебников. Книга ждала меня на полке рядом с моей кроватью. Я знал, что читал ее не так много, как следовало бы. Было много необходимого чтения, за которым я не успевал. Однако сегодня вечером, как я подозревал, много читать мне не придется. Если только я не собираюсь делать свою домашнюю работу. Я ждал достаточно долго, чтобы быть уверенным, что мои родители, вероятно, не постучатся – или я просто медлил? – а потом снова посмотрел на книгу. Что ж, пора с этим покончить. После того, как я увидел, что эти щупальца натворили сегодня ранее, я немного настороженно относился к такого рода заклинаниям, но рано или поздно мне пришлось бы это сделать. Я сел на кровать и, взяв книгу, открыл девяносто пятую страницу. Желейная кобыла (Protoplasma Eroticus). Происхождение: 6-й Бездонный план. Степень опасности: Низкая. Сложность сдерживания: Умеренная. Тип: Макроцеллюлярный. Диета: Магическая энергия, содержащаяся в определенных жидкостях организма (паразитарная – вызывайте с осторожностью). Необходимые предметы: Отсутствуют. Общее применение: Эротический слуга, соблазнение, проникновение в труднодоступные места, очистка жидкостей организма. Меры предосторожности: Реальный мир стабилен – не выпускайте из сдерживающего круга без амулета лояльности. Размножается бесполым и спонтанным путем – если особь более чем на 50% крупнее обычного пони, следите за делением клеток. Возможность паразитической зависимости (синдром суккуба) – рекомендуется не использовать более пяти раз в месяц или более одной недели за раз. Разумные и осознающие себя – действуют законы о рабстве в пандизмерениях; сотрудничество должно быть добровольным, и им должно быть разрешено вернуться на домашний план по желанию. Бурно реагирует в присутствии других протоплазмидов – избегайте контакта с P. Gakus, P. Spectrus, P. Smoozus, P. Equus и всеми другими организмами макроцеллюлярного типа. Светочувствительный, чувствительный к ультрафиолетовому излучению – беречь от прямых солнечных лучей. Ну, здесь не так уж много информации о том, что такое желейная кобыла на самом деле. И то, что здесь говорится, не сильно то и обнадеживает. Зачем мне хотеть чего-то подобного? Это звучит ужасно! Тем не менее, Кризалис сурово накажет меня, если я не выполню домашнее задание, так что остается только одно. Поскольку в книге говорилось, что необходимых предметов нет, я могу сразу перейти к заклинанию. Все, что мне нужно сделать, это прочитать все по книге, стараясь делать это тихо, чтобы мои родители не услышали. - Желе покачивается и желе капает, я зову в глубину кобылу — эта часть вызвала бы существо, теперь, чтобы убедиться, что оно будет сдержано — взглянул из книги, не могу открыть книгу или перейти ручей. - Это было стандартное сдерживание, которому меня учили перед вызовом, и оно не позволяло существу идти туда, где оно не могло видеть книгу, или, в качестве дополнительной защиты, пересекать любой движущийся водоем. Мой рог начал светиться без моего ведома, освещая комнату немного ярче и зеленее, и свечение распространилось от меня к книге. Когда он коснулся книги, свечение сразу же погасло. На мгновение я подумал, что заклинание вызова не сработало, но потом присмотрелся повнимательнее. На странице был крошечный портал, даже меньше, чем моя самая маленькая дырочка для ноги. Это было странно. Я думал, что это существо будет намного больше. Пока я смотрел, маленькая дыра во вселенной заполнилась чем-то желтым. Она начала выпячиваться через дыру, пузырясь, и я отступил на предположительно более безопасное расстояние. Тварь продолжала приближаться, становясь все длиннее по мере того, как все больше ее протискивалось внутрь, пока она не поднялась, как змея, и беспорядочно замахалась вокруг. Это тревожно напомнило мне о щупальцах из сегодняшнего урока. Его появлялось все больше и больше, и по мере того, как он становился длиннее и шире, он менял цвет с желтого на зеленый. Его скорость тоже увеличивалась, и в комнате его становилось все больше. Я начал понимать, как он мог протащить такое большое существо, как я думал, через такое маленькое отверстие. Вскоре цвет резко изменился с желтого и зеленого на сплошной светло-голубой. Та ее часть, которая была снаружи, уже собралась в неоднозначную, мягкую на вид массу под тем местом, где книга лежала на кровати. Его появлялось все больше и больше, собираясь лужицей на полу; зеленая часть с желтыми кончиками оставалась отдельно от остальной, не смешиваясь с быстро растущей синей частью. Я наблюдал за этим с наполовину испуганным восхищением, задаваясь вопросом, не следует ли мне бежать. Предположительно, это существо должно было доставлять удовольствие находиться рядом, настолько доставлять, что к нему можно было пристраститься. Но прямо сейчас оно выглядело как какое-то чудовище. Синяя часть теперь была больше зеленой, в несколько раз больше. И все это постоянно двигалось и кружилось вокруг себя, перестраиваясь. Внутри него что-то происходило. На стороне, обращенной ко мне, открылись два глаза, каждый сплошной, сверкающий зеленым. Я отпрянул еще дальше, отступив в угол своей комнаты. Пока я наблюдал, скорее испуганный, чем заинтригованный, толстая струйка слизи, выходящая из книги, снова изменила цвет, внезапно став зеленой. Он прошел еще быстрее, снова стал желтым, а затем с хлопком остановился. Дыра за ним оставалась открытой, и эта штука просто застыла, медленно растекаясь по моему полу. Что я натворил, притащив эту мерзость в свою спальню? Эти странные зеленые глаза уставились на меня. В чем-то они были почти похожи на мои собственные, с едва заметным намеком на зрачок, но то, как они смотрели, совсем не моргая, нервировало. Масса задрожала и начала тревожно подниматься. Четыре больших синих щупальца снизу прижали его кверху, и еще два щупальца поднялись сверху, одно толстое и зеленое, другое невероятно толстое и синее, а другая зеленая часть его прилипла к одной стороне. Я был почти готов произнести изгоняющее заклинание... но я все еще немного больше боялся наказания Кризалис, чем этой штуки. Однако через несколько мгновений очертания стали более знакомыми. Четыре щупальца внизу превратились в ноги. Зеленое щупальце на спине стало ужасно походить на хвост, а густая синяя масса спереди приняла форму морды пони, с большим количеством свисающих щупалец с желтыми кончиками, образующих вокруг него что-то вроде гривы. Я немного расслабился – совсем немного – это начало казаться мне гораздо менее чуждым, хотя эти зеленые глаза все еще смотрели немигающе. По нему прошла рябь, и внезапно он приобрел гораздо более прочную форму, почти в точности повторяя форму кобылы-пони. Самыми большими отличиями были странные способы, которыми эти толстые зеленые щупальца имитировали гриву и хвост. И, конечно, тот факт, что она была прозрачной. Я мог ясно видеть свой маленький сундучок для хранения прямо сквозь ее тело и ноги. И теперь она определенно была "она", этого нельзя было отрицать. Ее лицо и тело из липких и двусмысленных превратились в вполне женственные. На самом деле... Я заметил, что у нее очень интригующие женственные изгибы. Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами с невинностью, которая могла быть только притворной. — Приветствую. Меня зовут Суу. — она говорила на певучем наречии, с резким, определенным окончанием каждого слога и странным писком в словах, которые заканчивались буквой С. Что ж, было бы невежливо не сделать также... — Эм, привет. Я Баззик. — я на автомате чуть было не поднял копыто, но вовремя остановил себя. Я пока не уверен, стоит ли к ней прикасаться. — И, пожалуйста, говори тише, я не хочу, чтобы нас услышали мои родители. — Конечно, — сказала она гораздо тише. — Должна ли я предположить, что вы привели меня сюда для удовольствия? — Эм, ну, я думаю, да. Ты имеешь в виду секс, верно? Предполагается, что я должен узнавать о сексе. — Отлично! — ее тонкий рот изогнулся в ухмылке, слишком широкой, чтобы с ней могла сравниться настоящая пони. — Я очень сильно проголодалась. Я попятился еще немного. — П-проголодалась? Что ты ешь? — Семя или вагинальную жидкость. Они тааакие вкусные! — она сделала несколько медленных шагов к нему. — Могу я, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, получить разрешение пососать твой пенис? Что ж, это уже не кажется таким страшным. Я все еще не был до конца уверен в этом, но я был достаточно заинтригован, чтобы подойти к своей кровати и сесть на край, лицом к ней. — Хорошо. Она удивила меня, подпрыгнув от радости при этих словах, и бросилась ко мне, положив голову мне на колени. — Большое тебе спасибо, добрый пони, — прошептала она. Она была влажной на коже моих бедер, но также и теплее, чем я ожидал, почти как в горячей ванне. Посмотрев мне в глаза на мгновение с моих колен, она улыбнулась, затем потекла вперед. Ее кожа – была ли это вообще "кожа"? – не так сильно скользила по моей. Скорее, она струилась или перекатывалась поперек. Я мог чувствовать движение, но трения не было вообще. Мой рот приоткрылся, когда она коснулась меня. Это было не особенно ощущение ее рта – он был таким же, как и все остальное в ней: теплым, влажным и липким – он было там, где ее рот касался меня. Без каких-либо колебаний она широко открыла рот и приняла в него все мои ножны. Маленькие завитки, которые пробежали по ее гриве, опустились по обе стороны ее лица и начали тепло ласкать мои яйца. Мне не потребовалось много времени, чтобы ответить, не с влажным теплом ее нежных прикосновений по всему телу, обволакивающих меня. Мой член начал набухать и выскальзывать из моих ножен. Я знал это не только потому, что мог чувствовать это, чувствовать, как она достигает все большего и большего числа моих самых чувствительных мест. Я знал это, потому что мог это видеть. Я наблюдал, как растет мой член сквозь полупрозрачную вуаль ее лица и гривы; я даже мог видеть его части ее глазами, когда она умоляюще смотрела на меня. Суу начала качать головой и жадно глотать, и я увидел, как кончик моего члена вошел в ее горло. Тем не менее, она прижалась ко мне, отдав мне все, что у нее было... и у нее это получалось лучше, чем у любой настоящей кобылы. Я мог только смотреть, завороженный и содрогающийся от этого ощущения, как она делала мне минет, который бросал вызов всем законам природы. Она полностью оторвалась от меня, поцеловала мой кончик, а затем снова опустилась вниз, наполняя свою прозрачную шейку моим членом, прижимаясь мокрым лицом к моей промежности, массируя мои яйца своей теплой, шевелящейся гривой. Задыхаясь, я наклонился и удержал ее голову на месте. Я мог видеть, как мой член вспыхивает глубоко внутри ее шеи. — Ты хочешь кончить мне в рот? — спросила она. То, что рот был набит членом, совсем не мешало ей говорить. — Иногда жеребцы разочаровываются, если у них не получается полноценного полового акта. Застонав, я сдержал свой оргазм. Я хотел знать, что она чувствовала во всех отношениях, а не только в этом. — Нет! Позволь мне... ах. Шея Суу широко раздулась, когда моя вспышка скользнула вверх по ее горлу, и ее рот невероятно растянулся вокруг нее, когда она оторвалась. Она не теряла времени даром – она метнулась назад и развернулась, убрав с дороги свой хвост-щупальце и показав себя мне. Ее задница была идеальной формы, абсолютный пик женского совершенства, изображенный в прозрачной слизи. И прямо под ее хвостом дерзкая маленькая голубая киска надула губки и подмигнула мне. Капли того же светло-голубого цвета падали с него и разбрызгивались по полу между ее ног. Я встал с кровати и подошел к ней, подняв передние ноги и опустив грудь на ее прелестный круглый зад. Все еще возбужденный кончик моего члена коснулся ее. Я даже не мог сказать, правильно ли я выстроился, но было тепло и мокро, и я был готов поспорить, что не имело никакого значения, был ли я в нужном месте или нет. Она оглянулась на меня и одарила еще одной из своих широких улыбок. Я резко толкнулся вперед и скользнул глубоко в нее. Это оказалось очень легко. Ее внутренние стенки на ощупь были почти такими же, как у ее горла. Она была такой скользкой, такой теплой, такой влажной и почти совсем не трущейся. Я скользил в нее и выходил из нее очень легко, даже при том, что моя ширинка была настолько широкой, насколько это было возможно. Однако была и разница. Теперь, когда она конвульсивно сжимала мой член внутри себя, движение было совершенно другим, она сжимала и доила меня совершенно по-другому. Еще несколько толчков. Я уже снова был близок к концу. Сладкая богиня, это желе такое вкусное! Ее свернутый хвост обвился вокруг моей задней ноги, поглаживая мой путь вверх по бедру, пока не достиг моих яиц. Она ласкала их, массировала и нежно сжимала. Когда она снова повернула голову и посмотрела на меня, я увидел это в ее глазах, но она все равно что-то сказала. — Отдай все мне. Отдай мне все. Пожалуйста! Пожалуйста, наполни меня. Я приподнялся всем телом, продолжая входить в нее, встав почти вертикально, чтобы я мог смотреть на нее сверху вниз, смотреть на себя внутри нее. Суу не была большой пони. Моя вспышка выглядела огромной внутри нее, как будто в ее обхвате не было много места ни для кого из нее. Он двигался взад и вперед при каждом моем движении, гребни на его боку волнообразно поднимались и опускались, когда он менял направление. Было удивительно, завораживающе – видеть, как все это происходит глубоко внутри ее идеальной маленькой попки. И она почувствовала, о, она почувствовала... Я застонал, вошел в нее так глубоко, как только мог, и позволил себе кончить. Суу замурлыкала от восторга, когда я наблюдал, как моя сперма вытекает из нее, собираясь в растущий комок чуть дальше внутри. Ее хвост-щупальце обвилось вокруг моих яиц чуть сильнее, не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы выдавить из меня еще больше белого крема. Ее внутренности пульсировали и пульсировали вокруг моего члена, всасывая меня, вытягивая каждую каплю. И я продолжал давать ей все больше. У меня были более интенсивные оргазмы, но никогда не было такого... продуктивного. Белый бассейн внутри нее был огромен, и все же он увеличивался с каждой интенсивной пульсацией. В конце концов, я, наконец, остановился, каждый рывок давал все меньше и меньше, пока он не замедлился до крошечной струйки, которая была вызвана скорее ее пульсирующей киской, чем моим оргазмом. А потом исчезло и это. Я был измотан, более измотан, чем когда-либо, даже в те дни, когда я кончал несколько раз. Это было по-другому – Суу забрала у меня все до последней частички, полностью иссушила мои резервы. Она оглянулась на меня, одарила еще одной невероятно широкой улыбкой, а затем шагнула из-под меня вперед. Я не остался с ней. Я не мог. Я стоял прямо там, где был, когда она отошла, и наблюдал, как мой член медленно выскальзывает из ее возмутительно мокрой киски. Все это было видно, и меня снова поразило, насколько глубоко я был внутри нее. Он шлепнулся, когда наконец освободился и опустился вниз. Но ни одна капля моей спермы не вытекла вместе с ним, и единственные соки, оставшиеся на моем члене, были ее собственными. Ее киска стерла с меня все до последней капли, когда я выходил из нее – я видел, как это происходило. У киски было все, что я хотел. Внутри нее бурлящая белая масса начала расплываться по краям, становясь больше похожей на облако внутри нее. Оно росло и рассеивалось, становясь все более и более прозрачным по мере того, как просачивалось сквозь нее. К тому времени, когда край его достиг половины ее ног, он стал слишком слабым, чтобы сказать, где на самом деле был край. Она выглядела точно так же, как и тогда, когда впервые появилась, за исключением того, что ее светло-голубой цвет был чуть светлее, а сама она была чуть менее прозрачной. Я отшатнулся назад и в итоге снова сел на свою кровать. — Спасибо тебе, добрый незнакомец. — все еще улыбаясь, она одарила меня неопределенным взглядом, который я легко мог бы принять за любовь, если бы не знал ее истинную природу. Но ее любовь была не той питательной, которой я мог бы питаться. Ее любовь была из тех, что питались мной. — Надеюсь, что ты призовешь меня на помощь, когда восстановишь свою силу. Моя "сила", да. Тем не менее, не было причин не быть вежливым. Может быть, я бы снова вызвал Суу в какую-нибудь удручающе одинокую ночь. — Спасибо тебе, Суу. Ты потрясающая. Она ничего не сказала, только улыбнулась чуть шире. Затем она повернулась и подошла к книге. Самое длинное щупальце ее гривы вытянулось и коснулось дыры в странице, из которой она вышла. Он скользнул внутрь. Медленно, грациозно вся ее фигура вытекла через это маленькое отверстие. Этот процесс занял на удивление много времени. Мои мысли рассеялись, когда я смотрел ей вслед. Я подумал о том огромном грузе, который я в нее вкачал. Было ли это уже переварено или что-то еще, что у желейной кобылы считается перевариванием? Или какая-то часть меня отправилась с ней, была отправлена на шестой уровень бездны вместе с ней? Это была странная мысль и странное чувство. Мне было интересно, как она выглядела, когда была у себя дома. Была ли у нее какая-то другая родная форма, которая была ее обычной формой? Возможно, какой-то аморфный сгусток или какая-то причудливая форма, которую я даже не мог себе представить? Или, может быть, когда кто-то опускается так далеко в бездонные планы, такие вещи, как "форма" и "облик", теряют всякий смысл. Впервые после выпускного экзамена я пожалел, что не уделил больше внимания на уроке спектральной географии. Она почти исчезла, осталась только маленькая лужица. И вскоре она также исчезла. Когда последняя ее часть исчезла в маленьком портале, он захлопнулся с громким хлопком. Слишком громким! Я использовал свою магию, чтобы выключить свет, и прыгнул в свою кровать, накинув на себя одеяло. У меня едва хватило времени схватить книгу и закрыть ее на полке, которая выступала из каменной стены рядом с моей кроватью. Ни на мгновение раньше. Лика, моя мать, мгновение спустя открыла мою дверь и заглянула внутрь. — Ты в порядке, Баззик? Я услышала какой-то громкий шум. — Я в порядке, мам. Просто заканчивал свою домашнюю работу. — я театрально и совершенно фальшиво зевнул. — Я, э-э, думаю, я просто слишком сильно поставил книгу на полку. Мгновение она пристально смотрела на меня. Не похоже было, что она на это купилась. Но, после того, как на нее посмотрели с недоверием, она пожала плечами и отвернулась, закрыв за собой дверь. Я вздохнул. Фух, это было близко. Конечно, в том, что я делал, не было ничего плохого – в конце концов, это было приказано самой королевой Кризалис – я бы не хотел, чтобы мама застукала меня за этим занятием... Когда я спал этой ночью, мне снилась Суу. Только ее лицо постоянно менялось – в один момент она была похожа на Фливви, а в другой она была точной копией Афины. По какой-то причине, каким бы приятным ни был сон, он встревожил и выбил меня из колеи, и ночью я плохо выспался.