Who will fix him?

Неделя со дня их разговора. Неделя молчания телефона. Неделя, как Оливер в завязке. Давно у него не было дней тяжелее, чем эти, и дело даже не в зависимости и таком резком и долгом отсутствии нарко-рутины. Просто он натурально остался один, и похоже бесповоротно. Последний их разговор не принес ничего хорошего, Сайксу ничего не оставалось, как подтвердить сказанное, а Мэтт тогда обескураженно застыл в проеме двери, не найдя слов. А какие тут слова? Никто уже не ребенок, каждый понимает, каково это - пытаться вытащить зависимого, и это при условии, что Мэтт так и не успел узнать, как способ употребления у Сайкса сменился на инъекционный, а это считай что пропасть. Сейчас же Оливер находился на своем рабочем месте, оно выглядело еще более унылым, чем до появления Мэтта в его жизни. Да что врать, вся его жизнь удивительным образом стала еще хуже. Хотелось бы найти крайнего, Оли считает что все таки нашел, ведь это Мэтт взвалил на него всю ответственность за тот вечерний порыв нежности, ведь это Мэтт не отвечал ему два дня на телефон, и, в конце концов, Мэтт тот, по чьей вине Оливеру пришлось сказать то, что сказал. Да, он ни капли не считал себя виноватым, он же объяснил все, как есть, возможно чуть позже, чем надо было, возможно надо было не бежать как крыса с корабля в то утро, но разве он не мог ошибиться? Слишком много одних и тех же рассуждений за последние семь дней. Блять, да он не думал ни о чем другом, кроме как Николлс, что, как, где и почему надо было сказать иначе. Бесконечно МэттМэттМэттМэттМэтт, он заебал этим уже сам себя. Протяжный стон вырывается из Сайкса, да, он определенно закипает, но что он пытался сделать с этим? Примерно нихуя. Наверное слишком раздутое эго мешает, ведь тогда помимо Мэтта в квартире был еще какой-то парень, и Оливер не может простить этого. Да, он бы определенно позвонил Николлсу, но тот поступок был слишком. Да, думает Сайкс, слишком. Никто не давал Мэтту права звать кого то к себе, даже если между ними и произошел непонятный разговор, даже если Оли и сказал глупость, ну и что? Ты ведь тоже целуешься со мной, говоришь как хочешь знать обо мне все на свете, а потом как ни в чем ни бывало приводишь другого? Оливер вслух усмехнулся от такой дерзости. Он понимал, что с ним творится что-то ненормальное, и никакая работа не поможет ему не думать про все это, пусть их будет хоть сотня, нет, не поможет. Рабочий день заканчивался и парень даже не знает, рад он этому или нет. Первые дни недели прошли не просто в ужасе - Оливер на полном серьезе искал возможность повеситься на дверной ручке у себя дома – так плохо ему было без ширева. Он уже был согласен на любой прущий препарат, химикат, да просто уколите его бензином, если он снимет ломку - Сайкс даст свои вены. Но вопреки всему, не нашлось даже и его, как и Сэма, о котором не было слышно с того дня, как он пропал. Оливер правда думал, что он умрет, он плакал и кричал, но мир как был до него, так и будет после, нет никакого дела, что происходило с этим пацаном. Сегодня седьмой день, Оли спит лучше, ему почти спокойно и его не мучают страшные боли и не снятся кошмары, от которых он просыпается весь в ледяном поту. Да, наверное ему правда легче, но выебанная психика не придет в порядок так быстро, и глаза не перестанут в каждом искать его, и наверное еще нескоро Оли сможет засыпать без последней мысли, где он с Мэттом вдвоем. Поцелуй ведь точно не значил ничего, так ведь? Сайкс не знает, от чего он такой злобный и неутешительный: от того, что все пошло не по его плану, или что ебаный Николлс был с другим, или что Оливеру пришлось быть таким жалким, или просто… он и сам не знает уже, что приплести к своей тоске. На часах шесть вечера, а значит он может идти. Неотвратимость осени хорошо перекликается с состоянием Оливера – и она и он не могут по другому. Она будет хлестать своими ветрами и дождем по каждому, кому не посчастливилось выйти на улицу, а он.. он будет смиренно это принимать, даже если очень холодно и промозгло - будет идти и думать, почему все вышло именно так. Дома – горячий чай и такой же душ, смыть с себя ведь день и просто пластом в кровать, чтобы никто и ничего не смогли заставить подняться до следующего утра. - Может быть мне стоит снова… - тихо говорит Сайкс, пока смотрит в экран телефона. И тут уже никакое эго, ни неделя соло-психотерапии не вспоминаются, потому что найти и набрать номер М.Н. гораздо быстрее, чем снова прогнать все эти мысли через себя.