Папа всегда утешит

***

На носу рождество! Это самый прекрасный праздник на свете, ведь каждый человек может провести время со своими родственниками и близкими. Все люди украшали ёлки и просто гуляли по вечерней улице, освещённой яркими огоньками. Все были счастливы и предвкушали скорый праздник. Точнее, почти все! Один лишь Майкл Афтон сегодня был очень грустный. Дело в том, что он сегодня поссорился со своими друзьями, особенно с Чарли, по поводу того, существует ли Санта или нет. Парень заявил друзьям, что Санта настоящий, и он есть, а его друзья пытались вбить ему в голову, что никакого Санты Клауса не существует. И именно из-за этого весь день пошёл наперекосяк, и настроение парня автоматически испортилось.

***

Майкл пришёл домой с кислой миной. Настроение было на нуле, но парень усердно продолжал верить в Санту Клауса, в то, что в эту ночь он обязательно придёт. — Ну почему они так со мной?! — подумал Майкл, снимая верхнюю одежду. В этот момент в прихожую зашёл отец, что готовил рождественский ужин. — Майки, привет! — улыбнулся Уильям, увидев сына. — Как дела у тебя? — Да плохо всё у меня! — угрюмо ответил парень, взглянув на отца. — Что случилось? — уже сменил тон с радостного на тревожный Уильям. — Ты выглядишь очень неважно! Поссорился с кем-то?! — Поссорился! — утвердительно повторил Майк, пройдя в коридор. — Со своими друзьями! — А из-за чего, позволь мне тебя спросить?! — поинтересовался папа. — Мои друзья не верят в Санту! — горько ответил Афтон-младший. — Они говорят, что, мол, его не существует, это всё выдумки, и бла-бла-бла! Просто ужас какой-то! — договорил парень и глубоко вздохнул. — Да какая тебе разница, верят твои друзья в Санту или нет?! — почти весело удивился Уильям. — Самое главное, Майк, что ты в него веришь! — Пап, сейчас мне нужно только побыть в тишине и покое! — грустно ответил Майкл и попытался натянуть фальшивую улыбку, но у него ничего не получилось. — Мне сейчас очень и очень тошно! — с этими словами он ушёл к себе в комнату, тихонько прикрыв дверью. — Ну как скажешь! — тихо добавил про себя Уилл и продолжил готовить ужин.

***

Время медленно шло. До Рождества оставались считанные минуты. Всё это время Майкл сидел у себя в комнате и грустил. Из-за той ссоры ему стало плохо. Время от времени парень глядел в окно, но радоваться приближающемуся празднику он не мог. На столике рядом с его кроватью стоял бокал с мартини, который он поставил сюда на всякий случай. Афтон-младший встал с кровати и немного походил по комнате. Его комнату приятно освещали множество красивых огоньков и свечей. Настроения праздновать рождество у юноши до сих пор не было. — Не хотите верить — не надо! Не очень-то и хотелось! — бурчал тихонько Майк, вспоминая ту ссору. Бокал с мартини по-прежнему одиноко стоял на столе, и парень отпил чуть-чуть из него. Настроение по-прежнему не улучшалось. Майкл ещё немного походил по комнате, после резко плюхнулся на диван, раскинувшись в позе звёздочки. Глаза поневоле начали сами закрываться, и Афтон-младший медленно, но верно провалился в царство Морфея.

***

В это время Уильям сидел на кухне и ужинал. С едой к рождеству у него уже было всё готово, но он был на кухне совершенно один. Майкла звать мужчина не решился, ибо не захотел тревожить сына, который и так в депрессии. — Бедный Майки! — думал про себя Уильям. — Он так искренно верит в Санту! Ему так плохо! Надо что-то придумать! Нельзя позволить моему сыну грустить в это рождество! Афтон-старший встал из-за стола и стал мыть посуду. Настроение у него тоже стало не очень. А надо сказать, что Уильям тоже с детства верил в Санту Клауса, а его друзья — нет. Но время стёрло неприятные воспоминания, а Афтон продолжал верить в него, надеяться, что он обязательно принесёт подарки себе и его сыну. Мужчина поспешно отбросил от себя остатки нехороших мыслей, ибо нужно в это рождество быть счастливым, и направился в зал. Яркий свет огоньков на ёлке встретили Афтона-старшего, который с задумчивым выражением лица сел на диван. — Что же делать?! Как же мне порадовать Майкла? — тихо сказал мужчина и оглядел комнату. Неожиданно ему в глаза бросился костюм Санты, что лежал в шкафу. Отец встал, подошёл к шкафу и открыл его. Тут же на лице мужчины появилась широкая улыбка. — Хм, а это очень даже неплохая идея! — подметил брюнет, взяв костюм Санты и его колпак. — Надеюсь, сын будет доволен!

***

Майкл проснулся от того, что зазвучали фейерверки за окном. Парень встал и подошёл к окну. В глаза ему бросилась картина, где какие-то люди запускают фейерверки за окном. От того, что он увидел, ему опять стало грустно. — Уже Рождество! — подумал про себя Афтон-младший и глубоко вздохнул. — А Санты нет! Неужели мои друзья были правы?! Неужели Санты действительно не существует?! — от этих мыслей на глазах парня появились слёзы. Майкл уселся за стол и снова глубоко вздохнул. Неожиданно где-то в коридоре раздался хохот. Брюнет встал из-за стола и подошёл к двери, прислушиваясь к каждому звуку. Шаги стали громче. — Не может быть! — прошептал Майк, дрожа от нетерпения. — Неужели это… Санта!!! — действительно, как только дверь в комнату открылась, на пороге появился сам Санта. В красном одеянии, красном колпаке, с посохом и мешком с подарками. Афтон-младший улыбнулся. — Хо-хо, здравствуй, Майкл! — важным, но довольным тоном произнёс Санта. — Привет, Санта! — весело поздоровался паренёк. — Как же здорово, что ты пришёл ко мне в эту рождественскую ночь! — Как я вижу, у тебя тут горе-беда! — с ноткой сочувствия произнёс Санта, продолжая стоять на пороге комнаты. — Ты поссорился со своими друзьями и из-за этого грустишь, не так ли?! — вот тут Майкл насторожился. — Хм, а откуда он знает, что я поссорился? — подумал про себя Афтон-младший, закусив нижнюю губу, но тут же ответил: — Да, поссорился! Я поссорился со своими друзьями из-за вопроса, существуешь ли ты, или нет! Но несмотря на ссору, я продолжаю верить в тебя, Санта! Пусть все говорят, что это выдумки, но я точно знаю: ты есть, и ты существуешь на самом деле! — Я очень рад, что ты так искренно веришь в меня! — неожиданно улыбнулся уже Санта Клаус. — Помни: если ты будешь верить, а меня, я обязательно каждое рождество буду приходить! И да, держи свой подарок, а мне пора! — с этими словами Санта протянул Афтону-младшему подарок и поспешно ушёл. Майкл открыл подарок и улыбнулся во весь рот: там лежал новенький Айфон, о котором он очень мечтал в прошлом году. Но его опять поглотили смутные мысли. — Интересно, а откуда он знает об Айфоне, что я хотел на Рождество! — подумал Майк. — Надеюсь, Санта ещё не ушёл?! Надо его найти! С этими словами парень пошёл искать Санту. Обыскав весь дом, Майкл понял, что всё-таки Санта Клаус ушёл. Неожиданно он опять услышал хохот из зала и направился туда, откуда раздался тот хохот. Чуть приоткрыв дверь, Афтон-младший Санту не застал на месте, зато увидел… Своего папу, что снимал с себя костюм. — Наконец-то! — улыбаясь, разговаривал сам с собой Уильям. — Майкл доволен и всё в порядке! Я так рад, что Майк наконец-то улыбнулся! Всё-таки прошла у него депрессия! — Так это был отец?! — это немного разочаровало парня, но он нифига даже ни капли не обиделся, ведь он всё-таки увидел почти настоящего Санту. Юноша полностью открыл дверь и сказал: — Папа, это было супер! Не ожидал, что ты так здорово сыграешь Санта Клауса! — Как ты меня узнал, мой маленький хитрец? — рассмеялся Уильям, взъерошив волосы своего сына. — Я думал, ты не узнаешь! — Но всё равно было здорово! — ответил Майкл, широко улыбнувшись. Тут он неожиданно сказал: — Я люблю тебя, папа! Я хочу тебя! — с этими словами парень накинулся на отца, жадно впившись в его губы. Уильям офигел, не ожидая услышать такие слова от сына, но на поцелуй ответил, обвив руками талию сына и прижимая его к себе. Парень в это время приоткрыл рот и сунул свой язычок в рот отца, играя с его языком. В это время его рука медленно расстёгивала пуговицы на рубашке папы, другой же Майкл проник под рубашку и нащупал торс Уильяма, начиная трогать его набухшие соски. У обоих начал потихоньку вставать. В этот же момент Уильям разорвал поцелуй и сам стащил с себя фиолетовую рубашку, обнажив свой торс и хорошо видный пресс, а потом снял и носки, обнажив свои босые ноги. Майкл облизнулся, поскольку он был поклонником фут-фетиша. Взяв в руку одну пятку отца, Афтон-младший стал полизывать её. Он облизывал каждый пальчик, обсасывал их, смачивая своей слюной. Уильям завёл руки за спину и с широкой улыбкой смотрел, как его сын лижет ему ноги. Майкл всё облизывал его пальцы, затем лизнул лодыжку. Затем он приступил к другой пятке: он также начал облизывать её, интенсивно вылизывая и обсасывая пальцы. Его язык плавно шёл по широкой стопе отца и медленно дошёл до лодыжки, начав тщательно облизывать и смачивать её слюной. Как только Майкл хорошенько облизал ступни Уильяма, роли сменились. Отец схватил сына на руки и усадил его на тумбочку возле зеркала. Афтон-младший сам поднял руки, позволяя отцу снять с него футболку. Уильям снова втянул сынка в поцелуй, проникнув в его рот своим языком. Парень обнял его за плечи и открыл рот, пропуская язык папочки внутрь. Поцелуй длился четыре минуты, после Афтон-старший стал целовать младшего в шею, покрывая её засосами и зализывая их. Его губы тут же плавно перешли с шеи на ключицы, также оставляя на них свежие засосы. Майк простонал и откинул голову назад, соприкоснувшись с зеркалом, желая получить ещё больше удовольствия. Уильям стал облизывать левый сосок сына, порой посасывая его, а правый он сжал в руке. — А-ах! — издал очередной стон Майкл. Отец ласкал красивое, но хрупкое тело младшего, продолжая покрывать его поцелуями. В этот момент он ойкнул, услышав звук расстёгивающегося ремня. Парень за секунду управился с ремнём и ширинкой на брюках старшего и резко сбросил их вниз, оставив того лишь в красных трусах в горошек. Уильям довольно ухмыльнулся и тоже резко спустил шортики младшего, оставив на нём только светло-серые трусы, после в который раз поцеловал его в губы, засосав его, как пылесос. Майкл притянул отца к себе, позволяя углубить поцелуй. Небритая щетина на подбородке Афтона-старшего тёрлась о смущённые щёки юноши, вызывая очередные ноты кайфа. Парочка долго целовалась, стонала друг другу в губы и гладила друг друга. Длинный член через трусы тёрся о другой горячий фаллос и от этого становилось ещё лучше. Разорвав поцелуй, мужчина отстранился и стащил с сына трусы. Обхватив его агрегатус рукой, он начал дрочить его и неожиданно лизнул мошонку Майкла. Афтон-младший издал очередной стон и вжался в зеркало. Делая сыну минет, отец сжал мягкие булки младшего и стал мять их, не забывая и про залупу. Он интенсивно вылизывал головку, глотая сперму, посасывал её, порой надрачивая Майку. Младший от нетерпения заёрзал на месте и резко изогнулся. Неожиданно приблизилась разрядка и горячая сперма брызнула Уильяму в горло. Он всё это проглотил. В этот момент Майкл стащил с него семейники и увидел его огромный фаллос, длиной тридцать сантиметров. Прикоснувшись губами к головке члена, он лизнул головку, вызвав из отца первый стон. Поняв, что он идёт в правильном направлении, он продолжил лизать головку, затем спустился вниз, к самой уздечке. Чуть приоткрыв ротик, он стал языком полизывать уздечку члена, водя по ней пальчиками. Уильям застонал громче и стал мастурбировать, не выдержав такого наслаждения. Майкл всё сосал, сосал, сосал, трогая член отца и полизывая головку. Афтон-старший ловил моменты кайфа и вцепился в тёмные волосы сына, вставляя ему аж по самые гланды. Он дрочил всё быстрее, другой рукой теребя свои соски. И тут накатил оргазм: сперма бурно полилась Майку в рот, он всё это глотал, продолжая дрочить папе. Отстранившись от его члена, брюнет снова поцеловал отца в губы, делясь с ним своей слюной с привкусом спермы. Уильям ответил взаимностью, сжав левую ягодицу в руке, после вставил ему в рот два пальца. — Оближи их, мой сладенький! — ласково прошептал он. Сын послушно открыл рот и стал лизать их также, как облизывал его ноги. От этого у Уильяма приятно заняло в области паха. В этот же момент в попу парня зашёл один палец. Майк зажмурился от лёгких ощущений боли, но тут же расслабился. Афтон-старший засунул в него свой второй палец и Майкл сам уселся на его пальчик, издав очередной стон. Уилл ухмыльнулся и сунул в сына сразу два пальца. В дырочку стало тепло и Майк опять простонал, коснувшись затвердевшего соска папы. Тут ему в ягодицы упёрлась длиннющая плоть старшего. Уильям входил нежно, стараясь не причинить любимому больно. Подождав чуть-чуть, чтобы сынок привык к новым ощущениям и его члену, отец сделал медленный, но аккуратный толчок, вызвав очередной стон из уст Майка. Британец снова протолкнулся в узенькое колечко младшего, заведя его руки за голову. С каждым разом толчки становились глубже, а шлепки усиливались. Грудь Майкла порой приподнималась от резких толчков. Уильям ускорился, сжав грудь сына, а в ответ получил от него страстный поцелуй. Языки Афтонов сплелись в страстном танце, а изо рта медленно потекли слюнки. Уилл стал надрачивая своему сыну, слушая его нежные стоны, разлившиеся по комнате музыкой его души. Афтон-старший разгонялся, продолжая вдалбливаться в анус младшего и разминая его сочную задницу. Майкл же теребил в руках соски папы и гладил его пресс. Трах продолжался полчаса и неожиданно Майкл кончил. В момент оргазма он густо покраснел. Уильям тоже кончил, сделав ещё несколько толчков, после без сил уселся на пол и натянул нижнее бельё. — О боже, папа, это было офигенно! — воскликнул Майк, пытаясь восстановить дыхание. — Тебе правда понравилось?! — улыбнулся Уильям. — Разумеется! — также состроил неуверенную улыбочку младший. — Я люблю тебя! — И я тебя тоже, Майки! — прошептал Уильям, после они оба легли на диван и уснули, думая о том жарком сексе. Майк в это рождество был очень счастливым.