Смерть ради жизни

Наручники лопнули, и я оказалась на полу. Сознание всё быстрее ускользало от меня. В руках сама собой появилась коса. И я начала наступать на него, взмахивая оружием, со свистом разрезая им воздух. «Майк» немного удивился, но нагло ухмыляться не перестал. Он с лёгкостью уворачивался, но даже когда я задевала его лезвием косы, лицо его не отражало ничего. Ничто не сковывало его движений, ничто ему не мешало. Будто бы он совсем и не чувствовал боли. Вскоре, задевать его я стала всё чаще, а он, всё реже стал делать попытки увернуться от косы. Его тело покрывали глубокие раны и порезы. Обычный человек не смог бы жить с такими повреждениями. Одежда была пропитана кровью, она покрывала лезвие моей косы, запах крови уже давно ударял мне в нос всё с большей силой. Кровь была везде. И на мне была его кровь. Но «Майк» по-прежнему ничего не предпринимал, по-прежнему, даже не старался увернуться от взмахов моего оружия. И ещё, он не пытался напасть на меня, хотя, из-за неопытности, я довольно часто открывалась. Как будто, он только и ждал, когда я завершу свою работу. Но моё тело меня уже не слушалось, а разум не посчитал, что эта его покорность весьма странна. Я продолжала наносить удар за ударом, пока он не упал из-за подкосившихся ног, пока человека это стало напоминать весьма отдалённо. Изо рта текла кровь, глаза закатывались. На мгновение, они снова стали нормальными, но в них читалась неимоверная боль. Всего на мгновение, он улыбнулся мне, превозмогая эту страшную боль. А потом, глаза потухли. — Ты не сможешь сопротивляться, — пробулькал «Майк». Глаза снова заволокла белёсая плёнка. — Как не смогли сопротивляться все предыдущие, как не смог сопротивляться и твой дорогой дружок. Поздравляю, Мака, ты убила невинного человека. Но, не волнуйся, всё бывает в первый раз. И в последний тоже, ведь жить осталось так не долго… Жди меня, я вернусь, и тогда, ты посмотришь в мои глаза, а не в глаза моих марионеток… И тут, меня отпустило. Я снова владела собой и своим разумом, но… лучше бы этого не происходило. Потому что с возвращением власти над разумом, пришло ещё и осознание того, что я сделала. Я убила своего лучшего друга. Я убила невинного человека. Всё смахивало на плохой сон. На обычный кошмар. Нет, не так. Всё происходящее больше напоминало плохой фильм ужасов. Дешёвый фильм с предсказуемым концом и отстойными спецэффектами. Теперь, мне действительно будут сниться кошмары. Последнее, что я помню, это звук открывающейся двери, слетевшей с петель. И озабоченный голос Соула. И ещё чьи-то голоса. Всё смешалось в один гул, я не понимала ни слова. Дальше – пустота. Темнота, которая в первый раз не приносила совершенно никакого облегчения…