Смерть ради жизни

— Мака, ты идёшь? – за дверью в мою комнату стоял Майк и ждал, когда я соизволю выйти. Думаю, не сложно догадаться, что ждал он меня, чтобы вместе пойти в Шибусен. Занятия у нас проходят в одно время, чему я была очень рада. Заблудиться в Шибусене будет довольно лёгким занятием, а опоздать на урок в первый же день совершенно не входило в мои планы. И без того я привлекла слишком много внимания. — Да, готова я, готова, – взяв сумку с учебниками, которые мне выдал Спирит, то есть мой отец, я толкнула дверь ногой, так как руки были заняты обедами. Как оказалось, Спирит тоже преподаёт в Шибусене. Более того, у меня в расписании есть его предмет. Я, если честно, пока не знаю, что мне делать: прыгать от счастья или же горько плакать. — Это тебе, – я протянула одну из коробочек парню. – Решила отблагодарить за помощь, – поймав на себе его свирепый взгляд, я мигом исправилась: — Просто так! Просто решила угостить, – блондин принял мой скромный и не факт, что вкусный подарок, а я засунула свой обед в сумку и подняла глаза на своего друга. Увидев добрую и уж чересчур обворожительную улыбку, я тоже улыбнулась. — Пошли. Первый урок у Штейна, а он не любит, когда опаздывают на его занятия, – Майк повёл меня по коридорам общежития, которые по длине и однообразности ничуть не уступали коридорам самой академии (если конечно не были ещё длиннее, запутанней и однообразней предыдущей). — Строгий? – спросила я. Так, на всякий случай. — Скорее сумасшедший, – грустно усмехнулся парень, что говорило о том, что он совершенно серьёзно. Я сглотнула. – Не боись! Он детей любит… - блондин резко замолчал и попытался сделать серьёзный вид. – На обед, – не сдержался Майк и засмеялся. Причём таким искренним и звонким смехом, что я тоже засмеялась. Ну и что, что шутка старая? Вы просто не видели Майка в тот момент, как он это говорил. Я смеялась так же искренне, как и сам автор шутки и всё отчётливей понимала, что мне нравится этот парень. Не так, чтобы признаваться ему в любви, просто, как друг, как очень хороший друг. Смеясь, мы дошли до Шибусена и теперь бродили между кабинетами. Я поражаюсь. Как можно свободно расхаживать по этому лабиринту? Нет, я понимаю, что ко всему можно привыкнуть, и всё со временем становиться настолько нормальным, что уже не замечаешь того, что удивляло раньше, но не настолько же! Эти коридоры кажутся мне однообразными и настолько запутанными, что я вряд ли хоть когда-нибудь к этому привыкну. — Что это у тебя такое хорошее настроение, Ежик? (Комментарий автора: не надо исправлять. Так оно и задумано) – услышала я насмешливый женский голос. Прямо перед нами стояла блондинка с красивыми голубыми глазами, кому, судя по всему и принадлежал этот голос. – Очередную подружку нашёл? — Конечно, Лиз, – ответил Майк, сладко, я бы даже сказала, приторно улыбнувшись. Либо его не обижало такое к себе отношение, либо он уже привык и смирился. Хотя с другой стороны, он не похож на мальчика для насмешек. – Познакомься, Мака, это Элизабет Томпсон – мой ночной кошмар. — Мака? – переспросила девушка. – Албарн, что ли? – я утвердительно кивнула, улыбнувшись. Эта Элизабет хоть и наводит на меня некий ужас, но всё-таки я видела, что это своеобразная игра. Что-то вроде маски, за которую очень удобно прятаться. Может, остатки прошлого? – Для друзей просто Лиз. Приятно познакомиться. — Мне тоже. — Ну что? Ежик пристаёт? – хихикнула девушка. — Пока нет, Лизи, – ответил за меня Майк. – Всё ещё впереди, – он ладонью прикрыл рот от меня и прошептал оставшуюся часть предложения шёпотом. – Мне надо заслужить её доверие. — Понятно, – также прикрыв рот ладонью, сказала блондинка. — О’кей, о’кей! – прервала я их, улыбаясь. – Слушайте, а почему Ежик? – решила спросить я. Почему-то в данный момент меня волновало именно это. — Ты просто не видела его в начале года. Ежик ежиком. Да и фамилия у него Хечхок, вот и дали такое прозвище. Он, вроде, не обижается, – Лиз поднялась на носочки и растрепала светлые волосы парня. Тот, как-то не по-доброму посмотрел на неё, и та сразу отошла на безопасное расстояние. — Ну вот мы и пришли, – объявил Майк, когда мы подошли к очередной, ничем не отличающейся от других двери. – Дамы вперёд. — Какая честь! – съехидничала блондинка, делая шутливый реверанс. Мне почему-то вспомнились строчки из одной книги, повествующей о доисторических племенах. Там говорилось, что женщину впускали в пещеру первыми, чтобы проверить, есть там зверь или нет. Гуманно, ничего не скажешь. — Так, народ! – привлёк Ежик внимание класса. Слушайте, звучит. Ежик… На голос парня обернулись все люди, присутствующие в аудитории — Это Мака. Прошу любить и жаловать. – мне как-то не понравилось такое представление своей персоны. Как будто дрессированная свинка в цирке выступает. — Слушаюсь и повинуюсь, месье Ежик, – раздался ядовитый голос Соула. – Чё мне ещё сделать? Задницу ей прикажите вылизать? — Эванс, научись хорошим манерам! – другой голос. Мелодичный и нежный, ласкающий слух. Повинуясь внутреннему порыву, я повернула голову к источнику этого голоса. Она напоминала мне графиню или вообще императрицу. Гордая и непреклонная, но с добрым выражением на лице и ни намёка на те качества, которые я видела в каждом её движении, шаге. — Кто виноват, что появился хоть кто-то круче тебя. – по аудитории пронёсся сдавленный смешок. Слушайте, кто вам сказал, что я вообще хоть чего-то стою? Нет, мне конечно приятно, но всё-таки, меня судят ни за что. — Я Тсубаки Накацукаса, – представилась девушка с темными волосами, завязанными в высокий хвост. – Ты извини этого идиота. Он просто завидует, – сочетание хороших манер с отблесками бунтарства и даже резкословия, делало эту Тсубаки ещё более загадочной, но ничуть не лишало её шарма. — Я? Завидую? – начал возмущаться Соул. – Было бы кому. — Так, все сели на свои места и замолкли! – в аудиторию, в прямом смысле слова, въехал мужчина лет 40. Седой, с множеством шрамов и болтом в голове. Слушайте, я уже устала удивляться. Сначала месяц, потом Шинигами, теперь это! Сумасшедший дом какой-то. Все расселись по местам, сделав вид, что внимательно слушают учителя. Видимо, его побаиваются. Я выбрала себе замечательное место на третьем ряду между Лиз и Майком. — Не обращай внимания, – шепнул мне Майк. – У нас почти все учителя с приветом. Причём это – не самый плохой случай. — Хечхок, вы хотите ответить? – спросил мужчина на стуле. Свет так отразился на его очках, что они зловеще блеснули. — Нет, профессор Штейн. – Блондин с тяжёлым вздохом поднялся со стула. – Я объяснял Маке, в чём заключается суть вашего предмета, – я еле сдержала улыбку. — Мака? – спросил учитель, внимательно рассматривая меня. – Фамилия? — Албарн! – ответила я, даже не посмотрев в сторону профессора. И дело даже не в моей борзости. Я тупо боялась посмотреть ему в глаза. Странный страх, но что поделаешь. — Ну, всё. Сейчас начнётся. – снова подал голос Майк, сев на место и закрыв глаза. — Албарн, говоришь? – от одного его голоса по спине пробежало стадо мурашек. – Что ж, не мешай мне вести урок. Для разговоров специально существуют перемены. Парень, сидящий рядом со мной, вздохнул с облегчением. Видимо, Штейн страшен в гневе. Хотя, с чего Майк взял, что он на меня будет злиться?