Ma Marinette

Жар влажного от мороси лба особенно остро ощущался на коже в тот просыревший насквозь осенний вечер. Он словно просачивался сквозь ткань костюма, обволакивая, не позволяя сдвинуться с места. Нуар шептал бессвязно, лихорадочно цепляясь ослабшими пальцами за ноги своей Леди, припадая лбом к любимым до боли, родным коленкам в немой мольбе. - Ты знаешь, - начала было Маринетт, но тут же выдохнула нерешительно и виновато покосилась в сторону. Ее руки уперлись в плечи напарника, не то отталкивая, не то удерживая. – Ты значим для меня, но… От того, как она произносит это невыносимое «но», у парня мгновенно пересыхает в горле. - …т-только не говори нет, по…жалуйста, - срывающимся голосом шепчет он, зажмуриваясь, и сильнее льнёт к девушке. Сбивается, выдыхая – роняя – слова. - Дай мне шанс, и, обещаю, ты не пожалеешь об этом поступке, - неистово клянётся Кот, едва шевеля выцветшими губами. - Маринетт? – слышит девушка где-то совсем вдали и с трудом, будто веки вмиг стали свинцовыми, открывает глаза. – Маринетт, может, скажешь, в чём дело? – допытывалась чересчур энергичная Алья. - Всё в порядке, - одарив подругу вымученной улыбкой, прошелестела девушка. – Просто плохо спала. Телефон привычным звуком оповестил о новом сообщении: «Жду вечером на нашем месте». Маринетт полной грудью вдохнула тёплый весенний воздух, растекаясь по парте и тщетно пытаясь заставить уголки губ не дрожать в попытке скрыть счастливую полуулыбку. Разве могла она предположить тогда, полгода назад, каким трогательным может быть парень. С какой безграничной лаской и нежностью он станет оберегать её и заботиться. В конце концов, могла ли она подумать, что эта наглая морда станет центром её персональной вселенной. И от этого лишь больше тяготилась мыслью о том, что он влюбился не в неё – Маринетт, - а в девушку, чью личность ему не дано раскрыть. Как и ей – его. Дюпен-Чен обхватила себя руками, словно обнимая, и погрузилась в ещё одно воспоминанье, почти физически переживая его снова. Сухая горячая ладонь мягко опускается на пылающую жаром смущения щёку, пальцы невесомо перебирают выбившиеся волоски, заправляя их за ухо. Девушка чувствует его близость каждым нервом, улавливая малейшие движения. Вот Нуар шумно втягивает носом воздух и нервно усмехается на выдохе. Облизывает медленно пересохшие от волнения губы, и до Маринетт доносится призрачное тепло его дыхания. По-девичьи аккуратная ладошка ложится чуть ниже его ключицы, туда, где предположительно должно оказаться сердце, и она перестаёт различать пульс парня и свой, такой же резвый и рваный, путаясь и растворяясь в собственных чувствах. Ожидание поцелуя, кажется, слаще самого поцелуя. От первых настоящих впечатлений у парижской героини слабеют колени и кружится голова. Наконец, его губы, тёплые, до звёзд в глазах приятные и слегка потрескавшиеся, накрывают её – немного прохладные, но невыносимо нежные. Оба едва не давятся воздухом. Дыхание перехватывает от столь яркого, доселе неизведанного, влекущего порыва, напрягшиеся пальцы белеют, а тело насквозь пробивает приятной волной электричества. Возобладав, наконец, над своим телом и разумом, Леди Баг слегка отстраняется, чтобы в ту же секунду прильнуть щекой к родной щеке своего героя, и выдыхает. Автомобильный гудок выбил Маринетт из приятных воспоминаний, бесцеремонно возвращая в реальность. За последние полчаса небо резко выцвело и потемнело, а воздух будто сгустился вокруг. В опустевшем парке, вальяжно прислонившись крепкой спиной к стволу старого дерева, стоял Кот. Ещё издалека завидев столь знакомые черты, он не смог сдержать лукавой улыбки. - Добрый вечер, Моя Леди. – Он театрально поклонился, жестом приглашая ту следовать за собой. Резко метнувшись в сторону, парень спустя уже долю секунды уловил взглядом напарницу, бегущую совсем поблизости и ничуть не уступающую ему в скорости. Оказавшись, наконец, на одной из крыш Парижа, они зашли за угол металлической вязи клетки с голубями, послужившей им импровизированным укрытием от любопытных взглядов горожан. - Я знаю, ты была против этого… - замявшись, начал он. Светлые ресницы казались почти прозрачными в свете уличного фонаря. - Кот… - осторожно шепнула девушка, делая шаг навстречу и оказываясь практически вплотную к нему. Рука мягко скользнула вниз по напряжённому предплечью, и тёплые пальцы сплелись с холодными, мелко подрагивающими. - Подожди, - хрипловато попросил он, прикрывая глаза. Меж бровей пролегла складочка беспокойства, а цепкие пальцы сильнее сжали тёплую ладонь Маринетт. – Мастер Фу говорил, что всему своё время. И, честно признаться, я много думал об этом. Несколько мгновений черты его лица были спокойны и неподвижны. - Не думаю, что… - Плагг… - едва слышно прошептал Нуар, - детрансформация. Окончательно опешив, девушка отшатнулась в сторону от зелёной вспышки, волной прокатившейся по телу парня. - Ад-риан? – только и смогла произнести она, обессиленно прислоняясь спиной к шершавой промёрзшей стене. Лишь пару секунд на лице его отражалось непонимание, а затем после чуть слышной фразы детрансформации розовый свет окутал его Леди. Маринетт неуверенно подняла взгляд. - Как-то… так, - прошелестела она, чем вызвала незлой смешок. - Маринетт. Дюпен. Чен, - с расстановкой проговорил он, сокращая между ними расстояние и нависая над нервно сглотнувшей одноклассницей. – Ну конечно. – Губы его растянулись в безгранично нежной улыбке. – Вот кто Моя Леди. - Ты?.. – начала было она, но так и не закончила, лишь растерянно смотрела прямо в большие зелёные глаза, лишившись возможности связно говорить или хотя бы думать. - Я люблю тебя, Моя Маринетт. *** Адриан ласково притянул к себе смущённую девушку, одними только кончиками пальцев касаясь виска… щеки… шеи. В небольшой комнате с зашторенными окнами лишь настольная лампа врывалась желтоватым ореолом в густо-чёрное пространство. Парень провёл большим пальцем по расслабленным девичьим губам, жадно проследив собственное движение и тут же прижавшись к ним в ласково-жарком поцелуе. Задыхаясь от собственных эмоций, Дюпен-Чен каждой клеточкой льнула к любимому человеку, так же пылко отвечая на поцелуй, слегка сжимая у корней светлые волосы и хмуря от переизбытка чувств тонкие бровки. Язык – влажный, до мурашек по спине горячий – скользнул навстречу её языку, с нажимом проводя вдоль, насколько это возможно. Мягкие губы захватывают его в плен, слегка засасывая и выхватывая тяжёлый вдох на грани со стоном. Агрест, проведя по спине девушки поглаживающим движением, подхватывает её, и та инстинктивно скрещивает ноги за его поясницей, резко и с шумом втягивая носом воздух, когда чувствует сквозь ткань своей и его одежды стремительно твердеющую горячую плоть. Несколько неторопливых шагов, и они оказываются в более ярко освещённой ванной комнате. Маринетт спиной чувствует холодный кафель, в который вжимает её распалённый возлюбленный, не в силах сдерживать окутавшие обоих эмоции. - Й-я хочу тебя, - тяжёлым, прерывающимся от волнительного предвкушения шёпотом произносит он, и от этих слов руки девушки слабеют, безвольно опускаясь на его плечи. Она смущённо утыкается носом в его ухо, ненамеренно обдавая жаром, от чего по шее и спине идут мурашки. Парень отпускает её, аккуратно ставя на пол, и ещё более самозабвенно целует, опустив руки на изящную шею, поглаживая большими пальцами подбородок, будто она – бесценный бриллиант. Короткой дорожкой чуть влажных поцелуев перебирается по щеке к покрасневшему ушку, обволакивая подрагивающим дыханием, а после целует пергаментно-тонкую кожу шеи. Сначала осторожно, изучающе, вслушиваясь в ускорившееся дыхание Своей Леди, чувствуя, как тонкие пальчики сжались на его руках. Затем чуть смелее, спускаясь к самой ключице, от чего у девушки перехватывает дыхание и перед глазами слегка темнеет от прежде неизведанного удовольствия. - Пожалуйста… - шепчет он на выдохе, пытаясь совладать с обрушившимися на него впечатлениями, - пожалуйста, скажи, хочешь ли ты этого. Со мной. – Он пристально посмотрел прямо в её глаза. – Сейчас. Не в силах сказать что-либо от смущения и нахлынувших чувств, Маринетт только кивнула, заливаясь краской и опуская взгляд, от чего у Адриана просто сносит крышу. Он проводит руками по голой коже спины под футболкой, и девушка выгибается ему навстречу. Её кожа мягкая, тонкая и такая тёплая. Через долю секунды футболка оказывается у их ног, а спустя ещё мгновение девушка тянется негнущимися пальцами к пуговицам на его рубашке, но отчего-то запинается, теряется, медлит. Взяв руки возлюбленной в свои, парень помогает расстегнуть первую пуговицу, вторую… Дюпен-Чен поглаживает его плечи под расстёгнутой рубашкой, а после коротким движением скидывает её. Тонкая ткань беззвучно съезжает по разгорячённому телу. Девушка льнёт, целует своего героя пьяняще-ласково, оставляет невидимые пылающие следы от прикосновения губ на плече, ключице, груди. Выдыхает. Плавно поднимает за запястье руку, целуя в особенно горячий сгиб локтя, от чего кожа Агреста в этом месте слегка подёргивается, а губы сжимаются. Он притягивает Маринетт ещё ближе за ремень и ловко расстёгивает его. Неспешно, будто лениво расстёгивает пуговицу на джинсах. Молнию. Затаив дыхание, так же медленно стягивает лишний элемент гардероба. Девушка невольно прикрывается, тушуется, оставшись в одном лишь белье и чувствуя себя совершенно уязвимой, от чего парень хочет её лишь больше: такую искреннюю, чистую, смущённую. Он обнимает её бережно. Голова идёт кругом от прикосновения кожи к коже. Это интимнее, чем секс: прижимать её к себе, полуобнажённую и доверительно тянущуюся к нему, к теплу. Гладить по спине и чуть спутанным волосам. Целовать алеющие щёки, кончик носа, родные губы. Дюпен-Чен расслабляется в плену его рук, поглаживает по сильной спине. Адриан тоже снимает джинсы, ласково улыбаясь, почти мурча от удовольствия, когда девичья рука касается живота, заставляя мышцы слегка напрячься от неожиданного прикосновения. Осмелев, она медленно опускается ниже. Кончиками пальцев чувствует пульс: не то возлюбленного, не то свой собственный. Парень тоже это чувствует, как и чувствует нарастающий жар и приятную тяжесть под её ладошкой и внизу живота. Он стоит, не смея шевельнуться и не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть, взгляд бегает по любимому лицу и почти оголённому телу. Девушка взволнованно смотрит на него, будто спрашивая разрешения, тонкие пальцы сжимаются чуть сильнее, поглаживают, с нажимом проводят вдоль члена. Парень останавливает её, нежно целуя сначала в губы, а затем, стянув одну лямку лифчика, в бледное плечико. Возвращается к шее, со всей страстью припадая губами и оставляя едва различимый след. Маринетт дрожит, положив свою ладонь поверх его, отодвигающей мешающие распущенные волосы. Блаженно прикрывает глаза, и в ней словно оживает каждый нерв. Она чувствует любимые руки в своих волосах, размеренное тёплое дыхание и опьяняюще мягкие губы, чуть влажные следы от которых вспыхивают то на шее, то на плечах, то на приоткрытых губах. Отклоняет бессильно голову, давая больший простор, сильнее смыкая веки. Агрест россыпью поцелуев опускается к краю чашечки лифа, и девушка давится воздухом, который стал вдруг непригодно вязким. Горячий язык дразняще прочерчивает короткий штрих между тканью и нежнейшей кожей, почти касаясь соска. Она цепляется за волосы и плечи любимого и тихо хнычет в смущении. Тот скользит руками по узкой спине и с некоторым усилием расстёгивает лифчик, плавно опуская лямки по бледным рукам, не осмеливаясь окинуть взглядом столь вдохновляющую картину. Дюпен-Чен доверительно-одобряющим жестом гладит его по щеке, сгорая от стыда, и они снова приникают друг к другу. От таких объятий сердце парня норовит выпрыгнуть из груди. Он вдруг чувствует, как возлюбленная тянет вниз его боксеры, на какой-то миг цепляющиеся за член, и воздух словно выбивает из лёгких, когда она снова жмётся к нему. Никаких преград. Лишь их тела, горячие, молодые, жаждущие. Он замечает, как одной рукой Маринетт включает воду где-то у себя за спиной. Адриан, наконец, отступает на шаг, сполна наслаждаясь открывшимся перед ним видом, жадно вылавливая взглядом детали: тёмную прядь, окутавшую хрупкое плечико, подрагивающие ресницы, твердеющие от холода и возбуждения соски. - Ты просто… красавица, - выдыхает он, опускаясь на колени. Легко прижимается губами в животу, а затем проводит по нему кончиком носа. Опускает руки на ягодицы и спустя мгновение дрожащими пальцами стягивает полупрозрачные трусики. Коротко целует в гладкий лобок. Девушка тянет его за локоть, заставляя встать, и подталкивает в сторону ванной. Оказавшись под струями тёплой воды, она тянется за поцелуем. Обвивает руками шею парня. - Я хочу тебя, Адриан, - цепляясь за него, шепчет она в самое ухо. Прикосновения, более яркие от горячей влаги, распаляют сильнее. Она касается губами влажной спины. Целует между лопаток, вдоль шеи, обвивая руками живот. Мышцы под её прикосновениями напрягаются. Дрожащим дыханием парень разбивает стекающие с волос капли на миллионы микрочастичек. Дюпен-Чен создаёт электричество своими пальцами, ведя дорожку вниз по животу. Её изящная ручка вновь оказывается поверх члена, легко сжимая. Она неловко пробует приноровиться к возвратно-поступательным движениям, заставляя Агреста дрожать всем телом и сжимать её бедро за его спиной. В сочетании с новым поцелуем меж лопаток это вызывает тихий словно удивлённый стон. Он прикусывает губу, смущённый собственными эмоциями. Нехотя развернувшись, проводит рукой от плеча к груди девушки, накрывая её. Цепляя коротким поцелуем мягкие губы, едва ощутимо сжимает и, наклонившись, целует ложбинку между ключицами. Вопросительно глядя снизу вверх, приближает своё лицо к аккуратной груди, мягко целует. Почти от самых рёбер ведёт вверх влажным языком, останавливаясь возле соска и резче, чем до этого, прочерчивая продолжение линии, отчего возлюбленная слегка дёргается и буквально вцепляется в его плечи, ища опоры. Он ласково целует бусинку соска, чуть потянув губами, и в этот момент замечает, как Маринетт инстинктивно сжимает бёдра. Парень повторяет движение по меньшей мере десяток раз, доводя её до исступления. Дразнит, то проводя расслабленным языком, то лаская самым кончиком, пока одной рукой осторожно проводит по второму, совсем легонько сжимая, потягивая. Девушка, не в силах выносить более сладкой пытки, отстраняет его. Дав Адриану спокойно принять душ, она остаётся одна и может теперь, наконец, собрать мысли в кучку. Дюпен-Чен в успокаивающем жесте обнимает саму себя за плечи, прислоняясь к отрезвляюще прохладной стене, и дышать становится чуточку легче. В конце концов, она, прижавшись напоследок лбом к двери, толкает её и оказывается в окутывающем полумраке тёплой комнаты. Парень, такой же нагой, как она сама, стоит возле компьютерного стола, с любопытством разглядывая раскиданные эскизы, едва вырываемые цепким взглядом из темноты. Услышав за спиной шаги, он оборачивается, и профиль мягко вычерчивается в тусклом свете. Девушка опускается на кровать, жестом подзывая его к себе, и увлекает за собой, когда тот подходит совсем близко. Он нависает над ней, возвращаясь к сводящим с ума ласкам. Неторопливо скользит губами вдоль живота вниз и, накрыв ладонью одну из коленок, ненастойчиво отводит в сторону, заставляя тем самым Маринетт напрячься и, сгорая от стыда и предвкушения, закрыть лицо руками. - Принцесса, - шепчет он ласково, касаясь губами внутренней поверхности бедра. – Это же я. – Он поглаживает по внешней стороне ноги. – Не стесняйся. Она постепенно расслабляется и перестаёт хмуриться, сжимая его пальцы одной рукой, и Агрест продолжает почти невесомо целовать, приближаясь к заветной цели. - Всё хорошо, - продолжает он убаюкивающим шёпотом. – Ты так прекрасна, Моя Леди. Его расслабленные губы мягко касаются половых губ, язык проходится с нажимом вверх, к клитору, и она непроизвольно пытается свести ноги, перебирая пальчиками светлую шевелюру парня. Он берёт её свободную руку в свою и продолжает осторожными движениями вычерчивать восьмёрки и короткие штрихи, целовать, слегка сжимать напряжёнными губами, отчего девушка теряется в пространстве, подаваясь навстречу. Парень плавным движением перемещается к лицу девушки, целуя в лоб. - Хочу… - слабым голосом произносит она, – тоже. Адриан послушно переворачивается на спину. - Ты можешь делать всё, что захочешь, Принцесса. – Его голос томный, с лёгкой хрипотцой от длительного молчания. Дюпен-Чен склоняется над ним, почти невесомо целует тончайшую кожу, губами чувствуя, как пульсирует одна из выступающих венок. Касается кончиком языка головки, взволнованно хмурится и проводит по всей длине. Парень следит за каждым её движением, и перед глазами всё плывёт от осознания происходящего. Она несмело обводит языком вокруг чувствительной зоны, несильно сжимая член у основания, а затем вбирает в горячий рот полностью, и от этого движения её возлюбленный тихо шипит, пытаясь не слишком сильно сжимать её плечи. Несколько минут кажутся ему бесконечностью. Вымученные, они садятся на кровати, не до конца понимая происходящее. - У тебя есть… мм… - лепечет девушка, – презерватив? Чертыхнувшись, Агрест молниеносно залетает в ванную комнату и достаёт из кармана джинсов квадратную фольгированную упаковку. Оказавшись вновь на кровати, надрывает её и неловко усмехается, пока Его Леди не приходит на помощь. Бережно уложив её голову на подушку, он нависает сверху. Чувствует, как подрагивает мелко её тело, как льнёт она к нему в поиске поддержки, как хмурит снова тонкие бровки и поджимает смущённо губы. Прижимаясь щекой к её щеке и гладя большими пальцами по линии роста волос, он плавным движением проникает внутрь, заставляя Маринетт слегка отстраниться от неожиданности. Смотрит в её большие сияющие глаза, пытаясь восстановить дыхание, захлёбываясь новыми эмоциями. Она с лаской и трепетом смотрит прямо на него, выхватывая эти эмоции, упиваясь ими, смешанными с её, не менее яркими. - Тебе не больно? – на всякий случай интересуется Адриан, покрывая вереницей коротких поцелуев её щёки, лоб, веки. - Немного… непривычно, - успокаивает его девушка, не в силах сдержать слегка нервозную улыбку. Он совершает ещё один несмелый толчок, упираясь лбом в её лоб, и девушка громко выдыхает, впиваясь короткими ноготками в спину. А парень беспрерывно осыпает её лицо поцелуями. Продолжает двигаться. Медленно, размеренно. Когда возбуждение накатывает новыми, более сильными и жаркими волнами, он сбивается с ритма, начиная двигаться быстрее, резче, но не грубее, тяжело, на грани со стонами, выдыхая слова любви. Маринетт крепче держится за него, прижимая к себе, будто стараясь слиться в одно. Её горло горит от нехватки воздуха. Ей мало его, мало прикосновений. Хочется больше… …жарче… …сильнее…

…ближе.

Пара неспешных глубоких толчков, и Маринетт вся сжимается, как пружина, стонет неприлично громко, и Агрест, шумно выдыхая сквозь сжатые зубы, кончает от этих спазмов, после чего Дюпен-Чен, окончательно обессилев, роняет руки на кровать, а возлюбленный устраивается рядом, с безграничной нежностью целуя в плечо. - Я люблю тебя, Адриан, - шепчет она. - Я люблю тебя, Моя Маринетт.