Карамельный Макиато

Следующим утром Тэхён, по сути, вынужден был идти на работу вместе с Юнги. Его никто не связывал, не заставлял и ни к чему не принуждал, просто вышло так, что у них обоих первая открывающая смена, и в данный момент они жили на одинаковом расстоянии от мест своей работы. С недовольным бормотанием Тэхён попытался выскользнуть из квартиры раньше Юнги, но Альфа всегда маячил где-то поблизости, и его присутствие в нескольких метрах позади ощущалось подобно бегущей по спине струе ледяной воды. И пусть из-за этого любой пустяк мог омрачить это утро, Омега обнаружил уведомление, оставленное на двери кофейни. Обычная белая бумага, сложенная пополам и запечатанная на концах. Волнение сдавило грудь Тэхёна, когда он осторожно распечатал бумагу, чтобы прочитать её содержимое. Живот скрутило, стоило ему начать вникать в напечатанные слова. Комиссия посетит его кофейню через два дня… Как я успею подготовить кофейню через два дня? Это вообще возможно? С противоположной стороны улицы Тэхён услышал звук рвущейся бумаги, и, казалось бы, хуже уже не будет, но нет. Он оглянулся как раз вовремя, чтобы своими глазами убедиться в том, что Альфа разорвал своё собственное извещение. Юнги вчитался в текст, и его губы расплылись в красивой улыбке. Этот ублюдок! Тэхён не имел ни малейшего понятия о том, как Юнги вообще узнал о «Лучшем местном бизнесе», он просто тихо фыркнул, абстрагировался от всего этого дерьма и достал ключи из кармана, чтобы открыть дверь кофейни. Он победит, даже если ему придётся столкнуться с Юнги лицом к лицу, он будет работать усерднее, чем когда-либо прежде, кофейня будет готова ко сроку, она, блядь, будет сиять как вспышка сверхновой, они продемонстрируют лучшее обслуживание и позиции меню. Их кофе и еда будут самыми вкусными из всего того, что комиссия когда-либо пробовала. Ладно, может, он воспринял это противостояние слишком серьёзно… слишком лично… но будь он проклят, если снова позволит Юнги себя уделать. Тэхён молниеносно принялся подготавливать кофейню к работе и первым делом составил небольшие списки того, что им необходимо было успеть. Для этого пришлось основательно порыться в корпоративных документах и отыскать свод стандартных операционных процедур, чтобы понять, как именно на основании этого регламента ему следовало убрать и подготовить всё помещение. Сама подготовка к приходу комиссии нервировала и пугала Тэхёна куда больше её экспертного заключения, и, может, Тэхён просто ненавидел то, как позволял Юнги влиять на себя подобным образом… Но ведь у него ещё припрятан туз в рукаве, а значит, Тэхён сможет отыграться. У него ведь ещё есть, что доказать, да? Самому себе, Намджуну, окружному менеджеру, Юнги… Тэхён же не какой-то там жалкий неудачник-управленец, он сможет выиграть эту херню, если действительно приложит максимум усилий. Поэтому он собирался выложиться по полной. Как только на смене появился первый помощник, Тэхён кратко описал ей, что он собирался сделать для подготовки кофейни. Двухдневный срок, конечно, ужасен для изменения рабочего расписания, за такое время нереально вызвать всех на уборку, нереально переработать все смены с сохранением заработной платы, поэтому Тэхён отчаянно боролся с этим новым испытанием с помощью небольших порций эспрессо прямо из-под кофемашины. Он помог своей напарнице с притоком первых искателей кофеина, в утренний час пик количество обслуживаемых покупателей возросло десятикратно, и его сердце безустанно колотилось от ни на секунду не прекращавшегося тревожного ощущения… хотя, наверное, он просто выпил слишком много эспрессо… При первой же удачно подвернувшейся под руку возможности он проскользнул в подсобку, чтобы переработать расписание и переставить в нём смены на эту неделю, чуть не плача при пересчёте зарплаты, чтобы ничего не перепутать. Ближе к концу расчёта он почувствовал стекающий по лбу к бровям пот, некогда чистый лист бумаги теперь был испещрён цифрами и уравнениями, которые всё же подвели его к окончательному варианту расписания. Вот уж о чём он действительно не подумал, когда подавал заявку на конкурс. Он не учёл все те дни, когда его коллеги не смогут заступить на смену, не уточнил у них, свободны ли они в те временные рамки, которые ему требовались, и не принял во внимание, что зарплатный фонд может и близко не покрыть все дополнительные выходы. Он не мог так же хорошо всё скоординировать, как это получалось у Намджуна… Сейчас Тэхён остался единственным человеком в расписании для уборки кофейни… От одной мысли об этом кружилась голова, и предобморочное состояние давало о себе знать. Наверняка уже вся подсобка провоняла его усилившимся от беспокойства кислым запахом. Ему предстояло не просто вымыть окна и продезинфицировать столы… ему придётся в одиночку вылизать каждый уголок до зеркального блеска. Многовато для одного человека, и не то чтобы у Тэхёна вообще был выбор… зато в сутках вполне достаточно часов, чтобы посвятить одну ночь своей жизни увлекательному процессу наведения порядка. Омега старался не сорваться и не выдать внешне своего отчаянного положения, даже если все его эмоции предательски отражались в запахе. Конечно же, его коллеги, судя по их сморщенным носам, заметили это, хотя никто не решился его тревожить ещё больше, решив сосредоточиться на покупателях. В это время Тэхён в подсобке подготавливал всё необходимое. К концу своей смены он чувствовал, как ужасающее напряжение вот-вот захлестнёт его с головой, поэтому, уходя, он заранее решил думать обо всей этой ситуации в более оптимистичной ключе. Если подумать, Тэхён будет гордиться собой, когда возьмёт на себя всю подготовку кофейни, он прочувствует всю ответственность, если/когда они возьмут эту награду, и чувство собственного достоинства будет выше и ценнее любых наград… Да и немного интенсивной работы никогда не повредит… Может, Тэхён нуждался именно в этом? Может, ему нужно было засучить рукава и выполнить наименее желаемую задачу, чтобы хоть как-то отвлечься? Мыслительный процесс на самом деле помог ему воспрянуть духом, походка стала не такой вялой, а более твёрдой и грациозной, уверенность Омеги в своих силах неспешно росла, когда он заходил в математический корпус. Чонгук, вероятно, сказал бы ему: «всё не так уж и плохо», и что Тэхён «не должен перенапрягаться из-за этой фигни»… Но разве Тэхён не подписывался именно на это? Он чертовски хорош в своём деле… чертовски хорош… и он, блядь, докажет это. Той ночью Тэхён даже не задумался о том, почему Юнги повёл себя с ним так холодно. Обычно Альфа отгораживался от него каждый раз, когда они оставались наедине, каждый брошенный в его сторону взгляд теперь был лишён привычных усмешек, хитрых улыбок и хищнических прожигающих взглядов. Сейчас он так неприветливо встречал Тэхёна, никогда не задерживая на нём свой взгляд дольше пары секунд, прежде чем уйти от него как от огня. Это по меньшей мере очень странно, потому что всё изменилось. Даже если их и без того критические отношения никогда не были по-настоящему тёплыми, сейчас они стали откровенно ужасными, нежели прежде. И всё же, он не мог позволить себе так много думать об этом… Его вообще не должно это заботить… Однако он не хотел… Не хотел, чтобы его беспокоило это пренебрежительное отношение Альфы, вместо которого Тэхён хотел бы сосредоточиться на более важных вещах. Например, наконец-то победить в их войне и больше никогда к этому не возвращаться. Может, хоть в этом случае Юнги станет относиться к нему как к равному. И всё же Тэхён искренне волновался… Он был обеспокоен поведением Юнги, Альфа будто и правда в один момент за что-то его возненавидел. Раньше в глазах Юнги всегда читалась игривая насмешка, Юнги будто забавлялся, водя его за нос… не зря же Тэхён окрестил его мудаком. Но тогда Тэхён ещё не чувствовал такого ужасающего отторжения по отношению к себе. Вместо этого было лишь чистое соперничество. Что же с ним случилось? Когда Тэхён накрылся одеялом, он изо всех сил старался не думать об этом. Лишь этой ночью ему удастся по-человечески выспаться, и он будет наслаждаться каждой грёбанной секундой своего сна… но с каждым вдохом запах Альфы сильнее кружил голову, заставляя его Омегу беспокоиться из-за витающей в воздухе горечи. Ничего это не значит… Тэхён закрыл глаза и ещё какое-то время боролся с самим собой, силясь заснуть как можно быстрее.

***

— Ты там скоро? Тэхён отлично слышал хриплый низкий голос Юнги через стену ванной, где он принимал душ. Он поджал губы, когда поспешил нанести на волосы кондиционер, перекрикивая глухой шум льющейся воды: «Да! Минуту!» К счастью, он оставил работающую вытяжку, чтобы ванная не запотела, что оказалось довольно грамотным выбором, как только он выключил воду и вышел из душа. С обёрнутым вокруг бёдер полотенцем он открыл дверь ванной и испуганно вздрогнул от неожиданной близости с нетерпеливо ждущим своей очереди Альфой. Из-за спешки Юнги, не подумав, тоже дёрнулся ему навстречу, а потом замер, пристально разглядывая Тэхёна, пока все слова застряли где-то на кончике языка. К несчастью для них обоих, Юнги загородил собой дверной проём. — Я… переоденусь в гостиной, — еле выдавил Тэхён. Его слова, похоже, пробудили Альфу от краткого мига замешательства или… чем бы оно ни было, зато раздражение снова вплелось в его усилившийся кофейный запах.  — Да, здорово, — слова Юнги прозвучали настолько пусто и неубедительно, будто он предпочёл бы Тэхёну беседу с фонарным столбом. Прежде чем Тэхён успел хоть что-то ему ответить, Юнги потянул его за руку и вытолкал в коридор, а потом громко захлопнул за собой дверь ванной. Да уж. Такое поведение не стало для Тэхёна неожиданностью, поэтому он просто закрыл на это глаза. Он вернулся в гостиную и принялся рыться в своей сумке в поисках чистой сменной одежды. Поскольку Хосок ушёл на целый день, Тэхён не слишком стеснялся скинуть с себя полотенце и не спеша одеться. Он услышал, как в душе снова полилась вода, и его взгляд упал на электронные часы, встроенные в кухонную плиту. Скоро выходить, но ему должно хватить времени на завтрак перед классами. Как только Юнги вышел из душа, Тэхён бросился туда и быстро высушил волосы феном, прежде чем уложить их. Последние штрихи всегда занимали больше времени, чем хотелось бы, будь то чистка зубов, распыление дезодоранта, увлажнение лица после бритья и нанесение солнцезащитного крема, ведь Солнце то ещё злобное чудовище. Всё то время, что он проторчал в ванной, Тэхён искусно делал вид, будто не замечал тяжёлый кофейный запах, смешавшийся с его малиновым, и просто притворился, что не чувствовал и даже не предполагал того, чем же Юнги мог бы заниматься в душе. И он определённо не ухмылялся, когда вышел из ванной и заметил Юнги на кухне. Тэхён лишь понадеялся на то, что Альфа хотя бы вымыл после этого руки. — Меня не будет всю ночь, — сказал Тэхён, надевая туфли; он услышал, как гремевший посудой Юнги затих, но ничего не ответил. — Вернусь завтра днём или вечером. — Скажи об этом Хосоку, а не мне. Голос Юнги стал ниже, а запах быстро распространился по квартире, ударяя Тэхёна в нос такой дикой горечью, что это на пару минут сбило его с толку. Запах стал невыносимо тошнотворным, его внутренняя Омега рвалась подойти и успокоить явно расстроенного Альфу. Тэхён подумал ещё немного и оглянулся в сторону Юнги, внутренне споря о необходимости поступить так, как велела ему внутренняя сущность. В конце концов, он решил пойти на поводу разума и не вмешиваться, иначе они наверняка снова разосрутся в пух и прах или ещё лучше — подерутся. Может, после того, как комиссия осмотрит его кофейню, или после того, как они победят… Как только он перестанет здесь временно ночевать… Подняв с пола рюкзак со всем необходимым, Тэхён кивнул самому себе и вышел из квартиры. Его тяжёлый день начинается сейчас и закончится когда-нибудь в районе завтра. Учебный день Тэхёна прошёл относительно нормально, если не считать сокрушительного груза ответственности на плечах. Он отсидел три своих класса, делая заметки страницу за страницей, разболтался с одноклассниками, отшил нескольких Альф и даже случайно встретил Хосока. Они вдвоём закупились замороженным йогуртом, прежде чем разлечься под тенью огромного дерева, и решили обсудить множество важнейших вещей, например, обоюдное желание завести домашнее животное и дебильную политику арендодателя, не разрешающую держать в квартире какую-либо живность. Когда его учебный день, наконец, подошёл к концу, Тэхён не стал никуда спешить. Всё равно он будет отмывать The Grind в одиночку, наверное, целую ночь… а наутро встретит комиссию собственной невыспавшейся персоной. От одной изнурительной мысли об этом в его груди разрасталась тревога, хотя, когда он уходил из кампуса на работу, то старался не позволить ей себя замедлять. Боже, у него так много домашки, куча проектов и других обязанностей, которые он отложил до лучших времён, на целую ночь, которую он посвятит борьбе с грязью. Тяжело вздохнув, он посмотрел себе под ноги и зачем-то начал подсчитывать количество брусчатки, по которой проходил, пока не услышал звуки проезжающих машин и чьих-то разговоров. — Давайте установим вывеску вот так, — донёсся до него голос Юнги, привлекая внимание Тэхёна и заставляя его Омегу безнадёжно прихорашиваться. Он оглядел улицу, пока не остановился взглядом на The Steam Room, снаружи которого стоял Юнги с одним из своих помощников. Они возились с меловым уличным штендером, рассматривая его и так и эдак, пока Юнги не сказал что-то, а другой парень рассмеялся из-за этого так истерично, будто услышал самую смешную вещь в своей жизни. Тэхён даже не понял, как остановился, чтобы поглазеть на Юнги как какой-то идиот, пока мимо него не проехал велосипедист, пугая громким звонком и отвлекая от Альфы на другой стороне улицы. Нет, не сейчас. Ещё не время… У него действительно не было времени, чтобы запросто бросить всё и начать рефлексировать обо всём дерьме, происходящем в его жизни. Вместо этого Тэхён стиснул зубы и заставил себя отвести взгляд от Альфы, пока ноги сами вели его к кофейне. Всё равно Юнги пиздецки его ненавидит, так что с такой же уверенностью, с какой его Омега хотела бы подойти к Юнги и немного побыть для него хорошенькой маленькой Омежкой, Тэхён мог сказать, что, скорее, добровольно подавится недожаренным пончиком из их треклятого кафе, чем сделает это.

***

Пока соуправляющий закрывал кофейню, Тэхён подготовил всё помещение к уборке. Он обесточил все машины, снял их со стены и собрал все припасы, которые в срочном порядке заказал у поставщиков. Его менеджер-помощник взял секундный перерыв, чтобы одарить Тэхёна сочувственным взглядом, его Альфа-сторона бессознательно испускала успокаивающие феромоны в ответ на горькое разочарование Тэхёна из-за огромного количества предстоящей работы. — Извини, что не могу остаться и помочь тебе, — вздохнул Тэгун, прежде чем уйти. — Мне, правда, позарез нужно закончить этот проект. — Ничего, мы же не виноваты, что получили уведомление в самый последний момент, — Тэхён махнул ему рукой и начал собирать полотенца для дезинфекции, чтобы сначала вымыть их как следует. На губах Альфы появилась лёгкая улыбка: «Не переутомляйся, хён». Его пожелание прозвучало искренне, как никогда, но Тэхён уже свыкся с осознанием того, что проторчит здесь всю ночь, поэтому мысли о переутомлении ничем ему больше не докучали. После того, как он выпустил Тэгуна, Тэхён запер дверь, подключил телефон к системе висевших в зале динамиков и поставил свой плейлист. И где-то с этого момента он потерял счёт времени. Он тщательно начищал каждый сантиметр кофейни, поднимал стулья на столы, чтобы убрать под ними, а потом спускал их вниз, вдыхая неприятный химический запах и стабильно чихая раз в пару минут. Он упрямо сосредоточился на конечной цели, которая приведёт его к победе в этом бизнес-конкурсе, хотя каждая новая мысль упорно возвращала его обратно к проблеме с Юнги. Он вышел на улицу только один раз, чтобы подышать свежим воздухом. Тэхён посмотрел на The Steam Room, думая, поступит ли Юнги так же, будет ли он справляться в одиночку, или команда придёт ему на помощь. Альфа казался таким человеком, который всегда готов ко всему, так что, наверное, да, у него будет подмога, и он не потратит всю ночь на уборку, как Тэхён. Я не хочу проигрывать. Когда он вернулся, то удвоил усилия. Столы, стулья, он передвинул всё, чтобы ничто не мешало ему очищать пол, яростно выкрикивая слова любимых песен. Ясное дело, что со стороны выглядел он довольно забавно, лицо покраснело, рубашка пропиталась потом, все рукава были в мокрых пятнах, и если бы кто-то прошёл мимо кофейни, то увидел бы танцующего и поющего парня, который чистил всё вокруг, выглядя при этом невероятно злым и заебавшимся. Он покачивал бёдрами в такт песни, пока чистил между решётками кофемолки, и дико пел, страшно фальшивя, когда полировал гладкий холодный металл кофемашин.