Новогодние байки

      Вполне логично, что на дневную прогулку в такой чудесный день отправились не только три человека, но и много постояльцев «Арвиса». Некоторые при встрече с руководящими лицами сети гостиниц здоровались и желали отличного отдыха, некоторые после пожелания, а то и вместо него просили Ринси сголографироваться с ним на фоне зимнего леса.       Директор не отказывался, и компании приходилось то и дело останавливаться: Тоймак улыбался в камеру, подставлял «рожки» участникам съемки и выдавал прочие дурачества, Некс и Ланнер держались поодаль, вежливо отказываясь присоединиться к снимкам на память.       – Хороша же прогулка, – с нажимом проговорил невролог, когда очередная кучка гостей отдалялась, а новая еще не объявилась.       – Что-то и мне они немного надоели, – согласился с ним Ринси. – Да и план у нас иной. Давайте-ка свернем с главной тропы.       Но и на менее широких дорожках попадался народ, от которого Тоймак, Ланнер и Некс ускорились дальше в лес, будто от вовремя увиденных зомби или вампиров, жаждущих плоти и крови трех еще не превращенных в нежить существ.       По мере углубления в лес постояльцы наконец-то исчезли, и их голоса сменили природные звуки и те, кто их издавал: птицы перепархивали с ветки на ветку, с них же взирая на двуногих бескрылых существ. В самой чаще прошлось какое-то большое темное животное, которое было сложно разглядеть и опознать из-за частокола «сосен».       В теплые времена года и здесь бывали толпы: гости Кан-и-рау шли сквозь лес к озерам купаться, загорать или гулять по берегам. Зимой водоемы тоже принимали посетителей – фанатов коньков и иных видов спорта подвозили к озерам в объезд леса на транспорте. А лесная территория оставалась нетронутой хотя бы на это время. Ринси знал, что летом живность относилась к туристам нейтрально, а в холода не выносила излишней громкости и чужого присутствия – пробуждалась от спячки в берлогах и пыталась объяснить шумящим гулякам, что тем тут не рады, то есть банально гналась за ними. Пара случаев побудила Тоймака закрыть въезд в лес до наступления весны.       – Сейчас бы кофейку махнуть для согрева, – мечтательно сказал Некс без намека на недовольство или сарказм: мол, весь ты предусмотрительный директор, а автоматы с напитками в лесу не сообразил разместить.       – Есть кое-что получше, – Ринси снял рюкзак и вытащил из него три кружки и термос.       – Что там? – спросила Ланнер, тоже немного озябшая.       – Глинтвейн.       – Надеюсь, с вином? – доктор снял перчатки и взял кружку с узором из землянских оленей.       – Естественно! Мы же взрослые дяденьки и тетенька.       Напиток отлично выполнял поставленную задачу, для которой он был создан – согревал изнутри, а кружки делились теплом с ладонями.       Для перекуса Тоймак запасся банками с соленым и сладким крекером, за что заслужил одобрительный кивок Некса и благодарную улыбку Ланнер. На нее Ринси был готов смотреть вечно и очень хотел, чтобы и у управляющей тоже возникло такое желание относительно директора. Между ними изредка что-то промелькивало, но искра взаимной симпатии это или крепкое дружеское сотрудничество, предстояло как-то выяснить… Чего Тоймак жаждал больше всего на свете и одновременно боялся получить не тот ответ, который его бы устроил.       Чтобы не держать термос и банки в руках, пришлось минут двадцать отыскивать пенек, которых в лесу было немного, вдобавок снег надежно их прятал от глаз. Пень все же нашелся, Ринси смахнул с него высокую пушистую шапку, и на символический стол было поставлено новогоднее угощение.       Выпив две кружки глинтвейна и закусив крекерами, Некс объявил, что ему требуется одиночная прогулка, и попросил не подсматривать.       – Никогда бы подумал, что он такой стеснительный, – Тоймак долил себе и Ланнер остатки напитка. – А мы чем займемся, пока доктор наслаждается окрестностями? – И сам же предложил: – Поговорим о нас?       – О нас? – подняла брови девушка.       – Да. И не о наших рабочих отношениях.       – Ринси, мы как-то обсуждали… другие наши отношения. Я несвободна.       – Угу. Твой водитель «скорой» мне все карты портит. Но ты не замужем за ним, так что…       – Не будем об этом, ладно?       – О чем? – некстати вклинился в животрепещущий разговор Некс.       – О том, что вы быстро вернулись, – с досадой ответил Тоймак.       – Ты же не расставил здесь теплые сортиры, а я не морж, чтобы… Ну вы поняли.       Прогулка продолжилась, и от глинтвейна невролог подобрел: рассказывал байки из службы на флоте, затем о забавных случаях из врачебной практики на Кан-и-рау. Ланнер слушала с любопытством и смеялась, а Ринси изредка вставлял комментарии, надеясь, что впопад, поскольку его голова была занята незавершенным объяснением с управляющей.       – Может, повернем обратно? – предложила она. – Смеркается.       – Да, пора, – кивнул директор, которому не терпелось поскорее остаться с Ланнер где-нибудь наедине.       Они двинулись в сторону жилой части префектуры, однако фонарей в лесу все не прибавлялось, туристы не попадались, шум от транспорта и иных инфраструктур тоже отсутствовал.       – Так и знал, что мы свернули не туда после пня, – заметил Некс.       – Что же вы молчали? – хмуро глянул на него Ринси.       – А ты нас повел как спец по этому лесу, вот я и не стал спорить.       – Надо же! Не стали! Обычно каждое мое слово ставите под сомнение!       – Не будем ссориться, – пресекла намечавшуюся дискуссию Ланнер. – Нам нужно коллективно подумать, как добраться до построек или вызвать подмогу. Я бы позвонила в «Арвис», но мой видеофон разрядился.       – А я свой забыл в кабинете, – ляпнул директор, и врач не преминул на все лады восхвалить «прекрасную» память Тоймака, клявшего себя за признание.       – Зато я с видеофоном, – триумфально закончил издевательский спич Некс. – Ща вызову таксофлайер. Черт!       – Что случилось, доктор? Ваш гаджет тоже сел? Или на счету ноль ЕГВ? – мигом пошел в словесную атаку Ринси.       – Не ловит нифига, – смущенно ответил Некс.       – А вы залезьте на верхушку дерева.       – Какой ты умный, ну обалдеть! А ума не хватило вышки связи тут понатыкать?!       – Вышки не в моей компетенции, – парировал Тоймак. – Все претензии к префекту.       – А ты ему посоветуй, вы же с ним бизнес-партнеры.       – Непременно. Вот заберетесь на «сосну», позвоните…       – Сам и лезь!       Не в силах слушать препирательства на пустом месте, Ланнер отошла от ругавшихся мужчин, чтобы не терять их из виду и при этом чтобы возгласы были приглушенными. Девушка напрягла слух, стараясь уловить хоть малейший звук, доносившийся из префектуры. Они вряд ли забрели далеко, иначе бы оказались у озера. И не рядом с чащей – деревья растут неплотно, не видно бурелома, где полноправными хозяевами являются звери. Они явно ходят кругами в относительной близости от жилья. Только как понять, где оно? Звезд еще не видно, Мерга не выкатилась, да и Ланнер не разбиралась в ориентировании по космическим объектам. Несмотря на пробел в важных для жизни знаниях девушка посмотрела на небо. Оно темнело, прощаясь с дневным светом и лишая людей последних лучей Дизара. Вдруг над головой мигнула серебристая точка и плавно полетела наискосок от Ланнер. Ура!       – Эй, нам туда! – крикнула девушка и махнула рукой в сторону пропавшей точки.       Спорщики оборвали диспут и попросили растолковать, почему именно этот маршрут. «Метеозонд возвращается на базу. Мы как-то наблюдали за ним с парнем. В общем, идем!» – и замерзшая Ланнер устремилась по тропинке.       – Не ругались бы, втроем оперативнее бы сообразили. Мир? – Ринси протянул неврологу ладонь.       – Мир, – пожал ее тот.       – А ты просто умница! – похвалил управляющую Тоймак. – Ого! Ты вся трясешься! Сейчас, – он принялся снимать свою куртку.       – Околеешь. Мороз градусов пятнадцать, – предупредил Некс, но поступок директора одобрил.       – Зато она согреется.       До префектуры троица добрались без приключений, Ринси не слишком замерз, так что каждый признал, что предновогоднее отмечание праздника удалось и запомнится надолго.