Сумасшествие наших сердец

В наступивший вновь понедельник, когда до самого Рождества оставался буквально день, Чарльз решил собрать в их доме друзей из института, чтобы вместе отметить наступающий праздник, потому что большинство уже в среду разъезжались и изъявляли желание отмечать сам праздник с семьёй. Заказав кучу любимой всеми еды, скупив много алкогольных напитков с полок магазинов, Чарльз поставил в просторной гостиной колонки, нашёл классные фильмы, чтобы включить те, когда все уже вдоволь повеселятся и захотят спокойно полежать, наслаждаясь американским кинематографом. Бетти помогала Куперу готовить некоторые блюда, в которых была сильна, но до сих пор дулась на брата за совсем недавнюю стычку с Джагхедом. Благо, общение они не прекратили, и Чарльз, злобно скрипя зубами, почти заставляя себя улыбаться, принял позицию влюблённых, пускай и через боль. Он не хотел верить в то, что его сестра выросла, но и не хотел портить отношения ни с ней, ни с лучшим другом, хотя всё равно не переставал читать нравоучения обоим, с хитрым прищуром смотря на их переплетённые в замок пальцы. Джагхед ввалился к ним в дом раньше всех с пакетом закусок, когда Чарльз встретил его у порога и, похлопав по плечу, поблагодарил за доставку нужных продуктов. Если верить последним событиям, то Джагхед то ли уволил Веронику, то ли попросту выставил её за дверь бара, находясь в состоянии гнева и злости, но их ссора была эпичной и, обозвав Лодж полнейшей сукой, которая мучается от недотраха, Джагхед словил признательные аплодисменты Свит Пи. Бетти пнула Чарльза по ноге, когда он выдал какую-то неимоверно тупую шутку, увидев, что сестра прижалась к пришедшему парню и поцеловала его в щёку, ещё минуту корчась от боли в суставе. Купер знала, что им руководила зудящая обида, но она уже постепенно сходила на «нет». Обхватив девушку за талию рукой, Джагхед закинул себе в рот дольку очищенного мандарина, смотря на кулинарные способности Элизабет, но тут же между ними вклинился Чарльз, старательно занимая место рядом с Бетти. — Пожалуйста, не при мне, — выдвинул своё условие он, морщась. — Облизывайтесь сколько угодно, но только тогда, когда вы не в моём поле зрения, — подняв указательный палец вверх, Купер вызвал смешок у Джагхеда. Тот кивнул и пожал плечами, соглашаясь с другом, дабы не нарваться на ещё одно саркастичное высказывание от него. Бетти скептически выгнула брови и прокряхтела нелицеприятные выражения в сторону брата, за что он обрызгал её водой из-под крана и пихнул в сторону, воодушевлённо наблюдая за готовкой. Джагхед завалился на диван, рассматривая потолок и подушку, зажатую в своих руках. Элизабет наблюдала за шуточными перепалками брата и своего, отныне официально, парня. И словно всё так и должно было быть. Будто не было всего ужаса, который пришлось пережить, не было шантажа и страшных снов по ночам. Безусловно, воспоминания стереть невозможно, он счастье, пришедшее на смену боли, заглушает страхи и помогает перейти на новый уровень в своей жизни. И если для того, чтобы вот так безазботно наблюдать за тем, как дурачатся два любимых человека, как потрескивают в огне поленья, как мигает на заднем плане гирлянда, надо было пережить всю ту боль… Бетти, несомненно, была готова.

***

В самый разгар веселья, когда дым от кальяна не успевал вылетать в открытые окна, когда игра в правду или действие перешла все границы дозволенного, когда музыка настолько вывела из себя соседей, что они решили вызвать полицию, Джагхед понял, как сильно устал от всего этого сборища знакомых. Были и те, кого он видел в первый раз в жизни, те, кто был хорошо с ним знаком, но дом буквально трещал по швам от такого количества народа. У Бетти не было никакого желания тусить со старшим поколением, потому что у них почти не было тем для обсуждений, поэтому она решила отправиться к себе в комнату и посмотреть сериал, предварительно написав Крис, чьё состояние было стабилизировано. По крайней мере, так выражались врачи, а верить им или нет, решать уже, непосредственно, самой Купер. Чарльз пел караоке со своим однокурсником, напялив на себя летнюю панамку, горланя в микрофон заезженные треки, от которых голова шла кругом. Многие уже лежали в отключке, набираясь сил, чтобы продолжить танцевать. Джагхед же улыбался уголком губ, наблюдая за желанием Чарльза «оторвать его задницу от дивана и заставить показать свои вокальные данные», как выразился сам друг, но у того ничего не получалось, потому что вся эта тусовка уже начинала бесить. Приподнявшись на ноги, он пообещал остальным, что вернётся, но исполнять обещание не торопился, держа направление в сторону комнаты Элизабет, по которой уже успел соскучиться, но был приостановлен пьяным Чарльзом. — Ты куда? — глупо поинтересовался тот, будто раскусил его уже давно. — К Бетти, да? Джонс терпеливо вздохнул, пытаясь донести до Чарльза важные вещи, который тот упорно игнорировал и не принимал в счёт, будучи уверенный в том, что всё делает правильно. — Да, к ней. Иди вон, поешь и дай пройти, — Купер опустил голову и отставил стакан на стол, почти падая на пол, когда его толкнул какой-то балбес, пробегающий мимо. — Сто-ой, погоди, — он икнул, сжимая футболку Джонса в своих ладонях. — Джаг, ну пойми ты, она у меня одна, — снова начал нести свои пьяные бредни Чарльз, повиснув на руке Джагхеда, который желал, чтобы это всё поскорее закончилось. — Давай ты проспишься, и мы ещё раз, сотый, наверное, за эти два дня, обсудим мои отношения с Бетти и твою любовь к ней? — сделал замечание Джонс, заставляя Чарльза нахмуриться и сложить руки на грудной клетке, выставляя ногу вперёд. — Ну вот что ты начинаешь? Ты можешь меня хоть оди-и-ин раз понять? — почесав затылок, вопросительно посмотрел на собеседника Купер, приглаживая помятую футболку Джагхеда, которую сам же довёл до такого состояния. — Эх, ладно, иди нахрен, — напрочь забыв всё, что хотел сказать, Чарльз опёрся рукой о тумбочку, крутя микрофоном в руке. — Только ты это… Повремени там с ней. — Чего? — Джагхед с видом полного идиота, каким чувствовал себя сейчас, уставился на Чарльза. — Говорю, ты не спи с ней. Не в прямом смысле, конечно… В прямом спать можешь, только на полу, — Купер засмеялся, прыская. — Шучу, конечно. На коврике в ванной, там удобнее, — надув губы, он снова постарался восстановить в памяти детали разговора и то, о чём хотел предупредить друга. — Пообещай, что вот сейчас не будешь там её… Это самое, — уловив суть, которую до него хотел донести друг, не решаясь произнести то слово, которое упорно не хотело характеризоваться с его маленькой сестрой, Чарльз испытующе поглядел на Джонса. — Обещаю, иди, твой ход, — кивнув на крутящуюся бутылочку, Джагхед подтолкнул Чарльза вперёд, который успел сгонять за новой дозой спиртного, усаживаясь на диван в турецкой позе и ожидания задание, которое ему придумывали друзья. Джагхед поднялся на второй этаж, чувствуя, как гудел пол под ногами, потому что, как только полиция ушла, выписав штраф, музыка снова полилась из колонок, приоткрывая дверь и замечая развалившуюся на кровати Элизабет, в одной его футболке. Она копалась в телефоне, не замечая ночного гостя, когда он закрыл плотно дверь и последовал к виновнице всех его мыслей, неожиданно хватая за рёбра и начиная щекотать, нагло усаживаясь сверху. — Ай, Джагхед! — Бетти разразилась смехом, откидывая мобильный подальше, на одеяло, но он съехал на пол и брякнулся о паркет. — Пусти! — Элизабет тяжело дышала, когда её руки оказались заломанными сзади, а Джонс нагло склонился над её шеей, оставляя влажный поцелуй на ней. — Вы арестованы за то, что сбежали от меня сегодня, — улыбнувшись, Джонс зарылся носом в водопад чистых, ещё влажных после душа волос, наслаждаясь запахом ежевики. — Оу, и каким же будет наказание? — Бетти провокационно облизнулась, демонстративно обхватывая нижнюю губу зубами, заставляя Джагхеда со скрежетом зубов слезть с неё и плюхнуться рядом. — К сожалению, похоже, никаким, — злобно выдал Джонс, притягивая Элизабет к себе за плечи. В её комнате басы музыки были слышны не так сильно, да и Чарльз соизволил сделать потише, чтобы все спокойно могли слышать друг друга, а не кричать на весь дом рядом стоящему человеку. — Что-то случилось? — Купер обеспокоено приподнялась на локтях, вглядываясь в его лицо, но Джагхед мягко усмехнулся, заставляя её поверить в то, что всё прекрасно, просто её братик испортил все планы на вечер своими вечными закидонами. — Нет. Но я дал обещание Чарльзу, что сегодня ты останешься неудовлетворённой, — мурлыкнул Джонс, притягивая Бетти вплотную к себе, сжимая её талию длинными пальцами. — Немного в другом контексте, правда. Но суть та же. Бетти фыркнула, поймав губы Джагхеда своими, увлекая в долгий поцелуй, чувствуя его широкую ладонь на своём затылке, которая притягивала её ближе, буквально заставляя гореть внутри. Слабо застонав в поцелуй, девушка обвила бёдра парня своими, усаживаясь сверху и прикусывая его губу, словно спрашивая разрешение на более глубокое продолжение поцелуя. Он ответил тем же, напоследок оттянув по очереди нижнюю и верхнюю губу, слизывая ранее нанесённую гигиеническую помаду, сплетаясь с её языком, нежно лаская внутреннюю сторону щёк. Бетти обхватила его волосы на затылке крепче, чувствуя, как он вытрахивает её ротик своим языком, похабно сжимая, как он всегда выражался, безумно сексуальную задницу, в ладонях, задирая свою же футболку, чувствуя под пальцами ткань её синего белья. — Остановись, — слабо простонал он, но Бетти будто не слышала или делала вид, что не слышит, поэтому пришлось идти на более грубые меры и, сжав светлые волосы в кулаке, Джагхед оттянул от своей шеи, уже успевшей быть награждённой засосом, недовольную девушку. Она запыхтела, стараясь продолжить начатое. — Я так-то дал обещание лучшему другу, поэтому… — Ох, Джаг, заткнись! — Бетти возмущённо засопела в ответ на его протесты, очерчивая его пресс ноготками, вызывая мурашки на его коже своими вызывающими действиями, которые тут же отдавались неприятной теснотой в штанах. — Музыка орёт так, что уши закладывает. А Чарльз пьяный, он не услышит, — настаивает девушка, изголодавшись за это время по его сильным рукам и горячим поцелуям, потому что после того инцидента они так и не занимались сексом. Джагхед боялся лишний раз к ней прикоснуться, оберегая, словно она была сделана из хрусталя и находилась на самом краю пропасти. Его мега-опека, конечно, была приятна, но иногда просто бесила. — Это нечестно, — борясь с нахлынувшим возбуждением, которое тут же смыло все здравые мысли, оставшиеся в голове, Джагхед прохрипел в новый, не менее жаркий поцелуй что-то непонятное, стискивая волосы девушки. — Детка… Бетти разозлилась, привставая и продолжая сидеть на нём, как тут же в её голове вспыхнула одна довольно интересная идея, которая не давала ей покоя, почти принуждая к её осуществлению. Поражённо вздохнув, словно сдавшись, Элизабет посмотрела на тяжело дышащего Джагхеда, который наивно верил в то, что выиграл этот бой, имея цель опустить его с небес на землю. Привстав с него, Купер встала на пол, упирая руки в бока и получше обдумывая дальнейший ход действий. Джагхед непонимающе глянул на девушку, которая вызывала в нём самые разные положительные эмоции, нежно улыбаясь ей. Бетти подошла к своему шкафу, распахнула его, оценивая весь свой арсенал одежды, в самом углу замечая то, что ей бы пригодилось. Куртка «Змей». Его. По настоятельным просьбам Джонс разрешил оставить свою некогда вторую кожу у Бетти дома, только с тем условием, что она не выйдет в ней на улицу, но сейчас настал черёд этой сексуальной кожанки, поэтому, пока Джагхед снял верх своей одежды, готовясь ко сну и спокойным разговорам по душам, Купер была совершенно другого мнения об этой ночи. Спрятавшись за дверцами, Элизабет обнажила тело до одних трусиков, красиво украшающих её ягодицы, аккуратно сворачивая футболку Джонса и убирая её наверх. Облачив себя в кожаную курточку, понимая, несколько дерзко и сексуально выглядела в таком наряде, шагнула из своего укрытия, хищным шагом приближаясь прямиком в жертве. Джагхед расправлял подушку, когда Бетти подошла ближе, практически обомлев от её вида, в котором уже, впрочем, видел несколько раз, но каждый был, как первый. Сухо сглотнув, парень погрозил Элизабет указательным пальцем. — Вот даже не думай, — предупреждающе рыкнул он, чувствуя, как сгорают последние предохранители. — Не смей, слышишь? Бетти, я… Она снова опустилась на его напрягшиеся против воли бёдра, поглаживая плечи пальчиками, скользя ниже и ловя его потемневший взгляд у себя на груди. Улыбнувшись, уже прекрасно зная, какое влияние оказывала на на этого человека, Бетти почувствовала, как, проклиная себя, Джонс опустил руки ей на талию, поднимая взор выше. — Вредная, — Купер согласилась, впиваясь в его тёплые припухшие губы снова, ненасытно упиваясь вкусом Джагхеда. — Своенравная, — безусловно, в этом Джонс даже не смел сомневаться, сжимая ладони на своей кожанке сильнее, притягивая к себе. Холодная молния соприкоснулась с его оголённой грудью, ток побежал по венам тут же, как только он осознал, как невероятно горячо всё это выглядело со стороны. — Упрямая, — продолжая осыпать девичье тело ненасытными поцелуями, изловчившись проникнуть под косуху руками, Джагхед прорычал в их следующий влажный поцелуй новый эпитет, характеризующий его настырную девчонку. — Непослушная сучка, — хрипло застонав от трения, которое создала Элизабет, когда двигалась на его бёдрах, ладонью сжимая плечи, Джонс зажал тонкую кожицу на шее зубами, оставляя красный отпечаток. Бетти выгнулась дугой, ощущая, как задрожали ноги от одних его касаний к телу, раздвигая их сильнее в надежде хотя бы чуть-чуть утолить жажду. — Кто-то… Не хотел удовлетворять, м-м-м… Меня, — издеваясь и медленно подводя его к грани терпения, Бетти заёрзала, чувствуя, как дорожка жгучих поцелуев уходит прямиком к ключицам. — А ты снова дразнишься, — обречённо промолвил парень, нежно поглаживая спину девушки, отрываясь от неё и смотря на жутко сексуальное тело, прикрытое лишь синей тканью белья и его кожаной курткой, которая так невероятно опасно смотрелась на Элизабет. Джонс снова простонал, развязно гуляя руками по её полуобнажённому телу. Растрепавшаяся, взлохмаченная, красная, она выглядела ещё более возбуждающе, хотя казалось, что теснота в штанах вот-вот станет невозможной для того, чтобы её терпеть дальше. Захотев перевернуть девушку на спину и показать всю степень своего нешуточного возбуждения, Джонс снова встретил сопротивление. Он накажет её за непослушание и секреты потом. Когда они вдвоём будут в его доме, и её крики не будут никого смущать. Когда девушка будет захлебываться в экстазе, бессознательно шепча его имя одними губами, потому что попросту сорвёт себе голос. От таких мыслей напряжение в паху стало действительно болезненным, поэтому на пол полетели джинсы парня, от которых Купер учтиво помогла ему избавиться. — Моя ненасытная девочка, — голосом, полным обожания, Джагхед наградил её мимолётным поцелуем в губы, спускаясь к желанным окружностям. По этой части тела он скучал больше всего и, обхватив грудь руками, буквально в голос застонал от охватившего чувства эйфории. Упругие полушария, словно созданные для его ласк и касаний, ведь его девочка безумно чувствительна, манили всегда, стоило ему опустить взгляд чуть ниже глаз. — Чёрт возьми, Бетти, — закатив глаза и хрипло протянув имя Джонса, Купер прикусила губу, сдерживая себя изо всех сил, хныча от пожара между ног. Она всегда воспламенялась на отлично, стоило ему лишь коснуться тела девушки, и оно уже было готово для того, чтобы принять парня и пропустить все прелюдии, которым пара иногда не придавала значения. Когда хотелось быстро, грубо и жёстко. Бывало, когда в голове что-то переклинивало, и обоих тянуло на нежность, они обходились без дерзких слов, наслаждались тягучими поцелуями, нежными прикосновениями, плавно перетекающими в чувственный, но всё такой же восхитительный, секс. Джагхед посмотрел на исказившееся гримасой наслаждения лицо, чувствуя некую вину перед Чарльзом, но он уже не мог остановиться, оставалось только надеяться на то, что Купер не захочет проведать сестрёнку. Но он слишком занят своей новой девушкой, чтобы отлучаться от неё по пустякам. Покусывая ключицы и оставляя на них красные следы, словно метки, означающие, что на эту стервозную особу заглядываться не стоит, иначе денег на хирурга не хватит, Джонс спустился к груди, ловя её очередной стон своим языком, на мгновение снова решив зацеловать алый ротик до опухших губ, ненасытно сжимая нижнюю губу, будто доказывая своё превосходство и то, что Бетти сейчас полностью обезоружена, находясь в его власти, Джагхед рывком притянул её ещё ближе, опуская на твёрдый член, прилично натягивающий ткань боксеров. Возбуждение распирало изнутри, буквально неслось обжигающими каплями лавы по венам, перемешиваясь с кровью. Вонзив зубы в нежную плоть, награждая болезненным укусом, Джагхед насладился тихим выкриком, вновь старательно пытаясь перевернуть их с Купер в обычное положение, чтобы вдоволь насытиться её телом, но Бетти упёрлась коленками в матрас, протестуя этому решению. — Ох, нет, малыш, — улыбнувшись, девушка прикусила мочку уха, её соблазнительный шёпот пробрал до самых костей. — Сегодня тебя трахаю я, — и, готовый кончить от одних грязных слов этой искусительницы, которых она понахваталась от Джонса, без сомнений, Джагхед смирился со своей участью, решив быть главным в следующий раз. Всё-таки он мог позволить своей малышке определённые шалости, она их точно заслужила. Бетти вплелась тонкими пальчиками в волосы Джонса, нежно массируя кожу его головы, прижимая к себе как можно ближе, чувствуя, как он втянул кожу в ложбинке груди, прижимаясь губами к правому полушарию и, наслаждаясь мягкостью, прикусил чувствительную плоть, видя, как моментально затвердели розовые соски, привлекая к себе всё последующее внимание. Коротко поцеловав один из них, Джонс усмехнулся нетерпеливой Элизабет, которая желала большего и всеми способами намекала ему на это, обводя ореолу влажным языком, заставляя девушку напрячься ещё сильнее. Иногда Джагхед не сомневался в том, что его девочка может кончить от одних не примечательных ласк, и ему не стоит докасаться до главного, чтобы заставить её окончательно потерять голову. Бетти застонала громче, когда он обхватил набухший бутон мокрыми губами и прикусил в отместку за всё то, что ранее делала Купер. Она дёрнулась, чувствуя умелые махинации Джонса со своим телом, когда он буквально за одну секунду заставлял всё её естество вытянуться в одну чувствительную струну. Втянув твёрдую бусину в рот и зажав её, на мгновение даже болезненно, Джагхед услышал прорезающиеся просьбы пощады в её голосе, поэтому вскоре, подув на влажный сосок губами, создавая идеальный контраст температур, Джонс перестал доводить её до грани, заставляя стонать теперь уже, повысив громкость на несколько единиц. Пока Бетти находилась в расслабленном состоянии, его рука ловко подобралась к оставшемуся без его внимания полушарию, а пальцы одним движением прокрутили бутон, нещадно сжимая его и вызывая всхлип. Одна из самых чувствительных эрогенных зон была подвержена воздействию Джонса и его грубости, когда он, рассчитывая силу, заставил Бетти задыхаться от наслаждения и запрокинуть голову назад, подставляя шею для яростных атак его поцелуев. Вдоволь наигравшись с полной грудью, оставив на ней ещё пару-тройку поцелуев, Джагхед отодвинул кожанку чуть в сторону, впиваясь в плечо поцелуем, медленно очерчивая знакомую родинку языком. Бетти тонула в наслаждении, не сдерживая себя и своих вскриков, чувствуя невероятный адреналин в крови оттого, что на первом этаже гремела музыка и было около тридцати человек, а они находились в незапертой комнате в совершенно двузначной позе. Захныкав снова, Бетти юркнула вспотевшей ладошкой за ткань Джонса, сразу же натыкаясь на ждущий её ласк член, буквально закричав от охватившего экстаза, нетерпеливо представляя его внутри. — Ты уже такой твёрдый, — застонала девушка, обнажая пунцовую головку, когда его нижнее бельё повисло на настольной лампе, загораживая и без того тусклый свет, обхватывая возбуждённый орган пальцами, двигая вверх-вних, наслаждаясь шипением в свои губы. — А ты такая мокрая, — почти ответив ей тем же, Джонс отодвинул её бельё в сторону, помогая выпутаться из него, видя, как трясутся ноги девушки, посмеиваясь с её необузданной страсти. — Ох, чёрт возьми, — проверив свои догадки, Джагхед погрузился двумя пальцами во влагу, которой уже было предостаточно для того, чтобы его член скользнул внутрь без каких-либо проблем, поглаживая маленький комок нервов между ног, делая это так, что все мысли разом выбивало из головы кувалдой, и там оставалось лишь одно желание: ощутить его в себе. Сейчас же. Целиком. — Тебе хорошо, детка? — приторно интересуется Джонс, заводя Бетти словами ещё больше. — Войди в меня, — потеряв ориентир в пространстве, Бетти надавила на грудную клетку парня руками, заставляя его улечься на спину, буквально умоляя о скорейшем продолжении. — Ах, блять! Почувствовав, как в неё тут же вторглись длинные пальцы, вытворяющие всегда что-то безумно приятное, Бетти двинулась, насаживаясь на них самостоятельно, пошло простонав имя Джонса, царапая его грудь ноготочками. — Ещё, ещё, Джагги, — эйфория захлёстывала, не оставляя ничего, кроме похоти и сумасшедшего желания. Кожанка усугубляла всю ситуацию, превращая Бетти не только в его страстную малышку, но и в самый сексуальный объект, существующий на земле. — Подожди, — остановив движение его пальцев, Бетти заставила Джонса нахмуриться и непонимающе уставиться на неё. Перестав ласкать её внутри, Джагхед увидел, каким невероятно возбуждающим движением она слизнула собственную смазку с его пальцев, заставляя в голос застонать от развернувшейся картины и подавить желание повалить её на кровать и оттрахать до полусмести, Джонс напрягся всем телом. Чувствуя приближение оргазма, Бетти медленно заскользила по нему, ощущая, как всё пульсирует внутри, готовая принять Джагхеда в себя в сию же секунду. — Хочу кончить вокруг твоего члена, малыш, — не дав ему ничего сказать, Бетти резко опустилась на его достоинство, вышибая воздух из лёгких у обоих, заставляя Джагхеда зарычать и выругаться. — Какая же ты… Сучка, бля-ядь, — потеряв умение внятно говорить, Джонс пообещал себе, что припомнит каждое слово этой ночью, а лучше потом запишет в «заметки», чтобы ненароком не забыть. И потом, когда они будут в более удобной обстановке, предъявит ей это всё. Бетти только училась (хотя получалось у неё так, что позавидовали бы девушки с опытом побольше), у него же имелось в запасе ещё несколько фразочек, которые даже для такой девушки будут безумно похотливыми и заставляющими её краснеть. Бетти двигалась сначала медленно, потом чуть быстрее, не сдерживая ни себя, ни своих желаний. Джагхед позволял ей трахать его так, как она захочет, сжимая бёдра девушки пальцами до синяков на них, насаживая на свой член до самого основания, чувствуя жар её мышц. Узкая и мокрая, Бетти заставляла перестать думать о чём-то другом, в самом прямом смысле забыть собственное имя. Двинувшись вновь и достигнув нужной точки, Купер закричала, выгибаясь и радуясь тому, что в этот момент в песне начался припев, и биты заглушили её крик. Джагхед не смог держаться дольше, когда её нутро плотно сжало его до такой степени, что появились звёзды перед глазами, и он, гортанно простонав имя своей девушки, прижал её к себе, кончая. Бетти позволила им обоим отдышаться, после чего снова потянулась за поцелуем, лаская его губы языком, даря всю себя этой ночью и всеми следующими ночами тоже. Достигнув нужной половины кровати, Элизабет даже не удосужилась избавиться от кожанки, её грудь по-прежнему высоко вздымалась. Джонс переплёл их пальцы и закинул бедро девушки на свои ноги, позволяя обнять себя и дышать в шею. — Я люблю тебя, — просто признался он, восхищаясь красотой рядом лежащей девушки, перебирая её локоны пальцами. От удивления Бетти распахнула глаза, не веря своим ушам, но Джагхед тут же подтвердил свои громкие слова, заставляя улыбнуться сквозь слёзы счастья. — Я тоже люблю тебя, Джагги, — шмыгнув носом, Бетти обняла его крепко-крепко, утыкаясь носиком в широкую грудь. И пускай они были юны, местами наивны, пускай ссорились, а потом всё равно мирились, и каждый раз по-разному, их сердца всё равно бились с тем же самым сумасшедшим ритмом. Были они и всеобъемлющая любовь, наконец-таки поглотившая обоих в свою воронку страстной нежности.