Мистер Сыщик: Мертвец идет по следу

Мороз пробежал по коже. Я содрогнулся и открыл глаза. Вокруг была кромешная темнота, не считая синего, режущего глаза света от телевизора, который я так и не выключил, и слабых отблесков луны за окном. Я взглянул на часы – два ночи, а мне не спится! И в комнате явственно похолодало из-за собственной забывчивости. Закрыв окно, я направился на кухню, сбросив на ходу джинсовку на кресло, раздумывая, не выпить ли снотворного или чего покрепче… Но не успел я дойти до заветных дверей, как в прихожей что-то заскрипело. Или мне показалось. Я зевнул, клацнул выключателем и…ничего. Скрип повторился. Когда в подобные ситуации попадают герои фильмов ужасов, все становится слишком банально. Но не в моей квартире и не в этот раз. Медленно достав с кобуры пистолет, я выставил его перед собой, заодно нащупав так кстати лежавший на комоде фонарик. Я сделал шаг вперед и резко включил фонарь, направляя его на источник звука. Струя желтого электрического света ударила прямо в лицо Алексея Серова. Я потрясенно замер. -Не ожидал меня увидеть, так? – даже не моргнув, усмехнулся он. -Ты должен был гнить в тюрьме! – я сильнее стиснул в руке ствол, - что, мать твою, ты здесь делаешь?! -А ты как думаешь? – мерзавец осклабился, - я пришел за тобой. А когда расправлюсь, загляну к твоей подружке и напарнику. -Ты из этой квартиры живым не выйдешь! – я заскрипел зубами, глаза сверлили противника, а палец лежал на курке. -Да что ты? Неужели ты, блюститель закона, посмеешь его нарушить? – Серов расхохотался. -Не имеет значения, - процедил я, - моих друзей ты не тронешь. -Это мы еще посмотрим, - резко сменив тон, ответил подонок и вдруг я увидел, как сверкнула сталь оружия в его руке… Раздался выстрел. Я пошатнулся и неверяще уставился на него. Губы Серова растянулись в самодовольной ухмылке, от дула револьвера поднимался едва различимый дымок. Я вдруг ощутил, что падаю, во рту появился металлический привкус. Кровь… Она выступила на устах. А в груди жгло огнем, словно разрасталась огромная дыра, я чувствовал ее, даже не видя. Пистолет выпал з рук, упал куда-то вниз, вместе с ударившимся о пол фонариком. Прихожая погрузилась во тьму, стены сужались, а я продолжал падать на спину, слыша у самого уха хриплый шепот мерзавца: -Счастливой дороги в ад… Задыхаясь, я свалился с дивана. С ужасом обхватив себя руками, холодными, словно у трупа, я затрясся, сердце колотилось, как бешеное. Коснувшись пальцами губ, я не обнаружил крови, да и дыры от пули в моей груди не было. Ведь это был всего лишь сон. Ночной кошмар. -Будь я проклят, - пробормотал я и затряс головой, избавляясь от наваждения. Я потер глаза, все еще тяжело дыша, поднялся на ноги. За окном ярко светило солнце, слышен был шум проезжающих мимо машин и немногочисленный щебет птиц, сидевших на проводах и фонарных столбах. Я затворил створки, поежившись от прохладного утреннего ветерка, перевел взгляд на до сих пор включенный телевизор и часы в углу экрана. Девять утра. Интересно, почему мне еще никто не позвонил с участка и не избавил от ночного кошмара? Я раздраженно передернул плечами, выключил телевизор и пошлепал делать себе кофе, параллельно набирая номер Таррела. Напарник ответил только после четвертого гудка. -Ты что, заснул? – досадливо спросил я, - почему так долго? -Да это… я только..., - забормотал Майкл. -Ладно, не оправдывайся. Ты в участке? За меня никто не спрашивал, а то я слегка… проспал. -Знаю. Шеф решил дать тебе немножко форы после слишком долгой смены. -Надо же, - я усмехнулся, - а я ничего не пропустил? Что нового? Майк замялся. -Слушай, тут такое дело… -Я знаю о Серове. -А, - друг облегченно выдохнул, - не хотелось снова упоминать об этом. -Так давай не будем, - в мыслях снова всплыл ночной кошмар, побледневший пред утренней жизнью, - это больше не наше дело. -Да, - неохотно добавил Таррел. Он помолчал несколько секунд и, вспомнив, произнес, - пришли результаты токсикологической экспертизы. Предположения Адамса подтвердились – это цианид калия. -Быстро и смертельно, - протянул я. -Вот что я тебе скажу, - продолжил Майкл, - дежурная поведала мне, что из лаборатории университета пропало некоторое количество химических веществ – они ведут их учет – и доступ в лабораторию имели все преподаватели Колумбийского, что имеют с реактивами дело. -И мистер Берджес в их числе. - Конечно. Скоро в участок подъедет секретарша со списком химических веществ и мы сравним пропавшие с теми, из которых можно изготовить цианид калия, так что можешь не торопится. Я сообщу, когда нужно будет приехать, прямо на обыск в дом мистера Берджеса. Не сомневаюсь, ордер мы получим очень скоро. -Спасибо друг, - я залил черный кофе уже закипевшей водой, - не университет, а просто лаборатория убийств. Ты так уверен, что вещества совпадут? -Не знаю, но скорее всего. Купить цианид не так просто, другое дело – создать самому, особенно, если ты химик. И потом, я не верю в случайности. -Я тоже, - я осторожно отхлебнул кофе, чуть скривился и добавил сахара. Майк помолчал немного и вдруг спросил: -Тебя разве это не напрягает? -О чем ты? – не понял я. -Побег Серова. Как это может быть не наше дело, если… -Это наше дело, но не наша юрисдикция, - я вздохнул, - проклятый Серов заботит меня не меньше, чем тебя. Но будь я проклят, если нам позволят вмешаться! И, говоря официально, в этом нет ничего экстраординарного. Бывает, преступники сбегают, или выходят на свободу…гм…досрочно. Это случается и с теми, кого засадил ты лично. Серов в бегах, может залег на дно или, если ему повезло больше, загорает сейчас где-нибудь в Мексике, в обнимку с местной шлюшкой. В общем, могу поспорить, ему не до нас. -Пожалуй ты прав, - вздохнул Майкл, - но ты бы видел, как Пейдж переменилась в лице, узнав об этом… Серов убивал людей, стебался над неведеньем девушки, водил полицию за нос, пытался взорвать Нью-Йорк! А теперь разгуливает на свободе! Не знаю как у тебя, а у меня при одной мысли об этом мерзком типе хочется кому-нибудь врезать. -Хорошо, что я далеко, - хмыкнул я. -Да брось! Я же не.., - внезапно в трубке что-то зашумело, послышались помехи и Майкл скороговоркой произнес, - кажется, секретарша пришла. Мне пора. -Эй, подожди, что известно о сыне…, - на том конце провода послышались короткие гудки, - Берджеса, - я вздохнул и нажал на отбой. Ладно, спрошу при встрече. Отхлебнув свой бодрящий напиток, я открыл холодильник, пошарил взглядом по полупустым полочкам. Н-да, худая связка бананов, кусок хлеба, два овсяных печенья. Я повертел в руке последнее и тут же положил в рот. Конечно маловато для урчащего желудка, но сойдет. Не успел я принять душ после скудного завтрака, как на мобильный начали приходить смс-ки, одна за другой. «Как вовремя!» - раздраженно подумал я и, не снижая напора воды, потянулся за телефоном, лежавшем на умывальнике. Что там сообщила секретарша? Посмотрим… метан, хлорметан, аммиак, гидроксид калия… Из этих веществ вполне можно создать цианид, убивший профессора. Нет, я лично в этом не смыслю, так написано в сообщении от Майка. И еще там сказано, что количество именно этих реактивов уменьшилось в лаборатории Колумбийского, судя по списку мисс Шелле. Что ж, здесь все очевидно. Я положил назад мобильный и подставил лицо под струи воды. Постоять бы так еще минут хотя бы несколько и можно приниматься за работу. Пришла пора заглянуть в дом мистера Берджеса. Минут через сорок я уже был возле жилища подозреваемого. Это было небольшое одноэтажное здание с белого кирпича и с крышей, уложенной красной черепицей. Я приехал чуть загодя, напарников, криминалистов - никого еще не было, но они должны были прибыть с минуты на минуту. Так что я решил не терять времени и осмотреться. Возле дома росли кусты непонятного для меня происхождения, к левой внешней стене был пристроен гараж; он был открыт и машины внутри не было. Я не стал заходить, предусмотрительно решив подождать Майкла с ордером, но заглянуть в не зашторенное окно или постучать в парадную дверь мне никто не запрещал. Вдруг окажется, что Берджес младший дома и радушно пустит меня внутрь, а я только зря топчусь здесь на одном месте. Однако на мой стук никто не отозвался и дверь осталась запертой. Я взглянул на часы. Вероятно, парень на учебе. Обойдя вокруг дома, я вернулся на исходную. Решительно ничего интересного. Ни каких-либо следов, ни дохлых крыс от экспериментов, ни распахнутых окон со следами грабежа в комнате, ни химических гибридов, бегающих по округе, да что там, я не видел даже обыкновенной собаки! Хотя будку с именем Спаркс на траве у дома я заметил сразу. Так что, когда наконец к дому наконец подъехала машина, за рулем которой сидела Пейдж, я встретил ее с радостной улыбкой, только что хвостом не завилял. Девушка, хлопнув дверью, вышла из автомобиля. Следом, с пассажирского сиденья выбрался Таррел. -Ты уже здесь? Как дела? – друг доброжелательно улыбнулся, - выглядишь получше, чем вчера. -Ну еще бы, - перебила Пейдж и тоже обратилась ко мне, - ты говорил с соседями? Я пожал плечами, на что девушка только закатила глаза. Что это с ней? Встала не стой ноги? Серов приснился? Пейдж тем временем ловко, с помощью одной только скрепки открыла дверь дома Берджеса, как когда-то квартиру Крупина. Внутри дом был самым обыкновенным: просторная гостиная, кухня, смежная со столовой, две комнаты, ванная. Мы разошлись по помещениям в поисках улик. Я нашел дверь, ведущую, как думал, в кладовую, но каково же было мое изумление, когда внутри оказались вовсе не полочки с соленьями или какими-нибудь инструментами, а лестница в подвал. -Эй, ребята, идите сюда! – я позвал напарников, на всякий случай проверил, насколько легко пистолет достается из кобуры, и первым шагнул на ступеньки. В помещении было темно, но стоило мне только достать фонарик, как вдруг вспыхнул белый электрический свет, освещая помещение. Я глянул верх: лампы на потолке и позади Пейдж стояла, держа ладонь на выключателе и пренебрежительно смотря на меня. Я раздраженно махнул рукой, но заметив выражение лица Таррела, стоявшего рядом с девушкой, круто развернулся. Подвал оказался очень просторным, больше какой-либо комнаты, что мы видели в самом доме. Бетонный, холодный в любое время года пол и кирпичные стены, свободно гуляющий воздух, около стены белый шкафчик, за стеклом которого виднелись колбы и пробирки. Большую часть пространства в помещении занимали длинные столы – трое, поставленных буквой «п». И все они были под завязку нагружены химическими приборами, микроскопами, пробирками с жидкостями. Здесь были и маленькие весы, линейки, на табурете лежали белые виниловые перчатки и халат; также я заметил маску – вероятно Берджес создавал что-то токсичное. А под одним из столов находились ящики с землей, где росла какая-то зелень. Я подошел ближе, рассматривая приборы и разноцветные порошки. Я не понимал в химии настолько, что и спирт искусственно не выведу, однако даже я догадался, что у Берджеса здесь проклятая подпольная лаборатория. Очень интересно, чем конкретно он здесь занимался? Какие опыты проводил? Самое время позвать специалистов, они наверняка найдут много любопытного, и цианид калия в том числе. Неожиданная мысль о смертельных веществах, что могли все еще находится в этом подвале, заставила меня отступить от столов на два шага. Воздух вдруг показался затхлым, сжатым и мне нестерпимо захотелось выйти на улицу. Бросив напарникам коротко и как можно безмятежнее «Я на минутку», я быстро направился вверх по лестнице и прочь с подвала. Краем глаза я уловил, как Таррел набирает шефа, а Пейдж с полнейшим спокойствием осматривает шкаф. Однако не успел я выйти из дому, как входная дверь резко распахнулась и в прихожую, настороженно озираясь по сторонам, зашел… Саймон. -Что здесь происходит?! – завидев меня воскликнул парень. Я же с не меньшим удивлением рассматривал недавнего знакомого: вытянутое от изумления лицо, взлохмаченные волосы, простая серая футболка в синюю полоску, в одной руке поводок и собачья спина с золотистой шерстью позади студента. Раздался агрессивный раскатистый лай пса. Проклятье, что этот пацан здесь делает?! -Ты что здесь забыл? – не сдерживая эмоций, воскликнул я. -Вообще-то я здесь живу! А вы не имеете права… -Как бы не так, - за моей спиной послышался голос Пейдж. И когда только она успела подойти? – у нас есть ордер на обыск в твоем доме, Саймон Берджес. Я закашлялся. Что она сказала? Этот мальчишка? Сын подозреваемого? О, да у нас картина маслом, вундеркинд-сынок и убийца-папаша. Попахивает злобными гениями среднего уровня и преступными заговорами. Хотя, о чем это я, мы же не кино снимаем. Скорее всего, это просто совпадение, которое, кстати, сюрпризом является только для меня… Если бы я мог прожечь дыру взглядом, от Соммерс бы осталась только кучка пепла. Они с Майком должны были сказать мне! -Где мой отец? – нервно спросил Саймон, перебив мои мысли. -Он в участке, задержан до выяснения обстоятельств, - не дав мне и слова вставить, отпарировала напарница, - кстати, мы как раз искали тебя, чтобы побеседовать. -Это о чем же? – беспокойно теребя в руках поводок спросил юнец и с вызовом добавил, - я свои права знаю! - Не сомневаюсь, - хмыкнул я и добавил, - мы тоже. И знаешь, нашли тут у вас лабораторию, а кстати, как скоро ты собирался сказать полиции о ваших занятиях с мистером Морганом? Или о недавнем инциденте… на что там у тебя аллергия? -На ромашку, - растерянно произнес паренек. -Занятно. Ну, значит в этом он сказал правду, - молвил я и, заслышав с улицы звук подъезжающих машин, плавный шорох шин по асфальту и шум мотора, добавил, оглянувшись на Пейдж, - криминалисты, кажется. Ты останешься здесь или, - я похлопал растерянного Саймона по плечу, - поедешь с нами в участок? Напарница выгнула бровь и ничего не сказав, прошла мимо на улицу. Это послужило ответом. Когда мы привели Саймона в допросную, он совсем не противился, лишь растеряно, со скрытым интересом в глазах, озирался по сторонам. Мальчишка заерзал на неудобном стуле и, убедившись, что никто не собирается надевать на него наручники или допрашивать с помощью лампы накаливания, полюбопытствовал: - Это за зеркалом стекло и меня все видят? А здесь раньше сидели закоренелые преступники? А что вы будете спрашивать? Ой, а можно чего-нибудь попить? Я только глаза закатил. Парня прорвало, он разглагольствовал с небывалой живостью, но на совсем отвлеченные темы. Надеюсь, он будет также сговорчив при нашей беседе. Попросив Пейдж принести свидетелю воды… -Без газа, пожалуйста, - белозубо улыбаясь, уточнил Саймон. … Я сел напротив него и скороговоркой произнес: -Да; бывало сидели; скоро узнаешь; сейчас принесут. Парень заморгал и с недоумением уставился на меня. -Это ответы на твои вопросы, - я продолжил, - а теперь ты ответишь на мои. Скажи мне, Саймон, ты занимался дополнительно с профессором Морганом? -Конечно, - сглотнул паренек, - а какое это имеет отношение к его убийству? -Прямое, - резко отрубил я, но заметив, как юнец вдруг вжал голову в плечи, чуть смягчил тон, - расскажи, что случилось во вторник вечером? Студент покосился на меня и вздохнул. -За что вы задержали моего отца? Вы думаете, после всего произошедшего, он убил профессора? Но это же полный бред, - парень покачал головой. - Мы как раз выясняем, и ты нам очень поможешь, рассказав всю правду, - терпеливо ответил я. -Вы не можете арестовать его, он честный человек и не виновен в чем бы там ни было! – воскликнул Берджес младший. - Так это не он украл с университета вот это? – я положил перед студентом список мисс Шеле и указав на химические элементы, сказал, - с них можно составить цианид калия, ты знаешь не хуже меня. -Что? Нет! -Ты не согласен? -Он не крал! И не убивал профессора, нет! -Ты так думаешь, потому что его сын, - жестко ответил я, - очень скоро специалисты расскажут нам, что, и в каком количестве, они нашли в вашей домашней лаборатории. И, как ни прискорбно, я и так знаю, что они там обнаружат. -Это еще ничего не доказывает, - лихорадочно воскликнул свидетель, - и…и… Я имею полное право не свидетельствовать против своего отца! -Да, - я прищурился, - а еще так неосторожно брошенная тобой фраза означает, что вам обоим есть что скрывать. Саймон замер, губы его задрожали, а взгляд нервно бегал по сторонам. Страх был написан на его лице. -Слушай, парень, - я заговорил настойчиво, но мягко, пытаясь обратить на себя его рассредоточенное внимание, - если твой отец невиновен, мы отпустим его. И твои показания лишь помогут ему выйти из камеры быстрее, понимаешь? Ты ничего не теряешь, если так уверен в собственной правоте. -Я уверен, - он сложил руки в замок, опустил взгляд, но голос мальчишки оставался твердым, - вы спрашивали о вторнике? Ладно, но я не много могу рассказать, особенно о том, что случилось после того, как меня увезли в больницу. -Как это произошло? -Я… да уж, желай мне кто-нибудь смерти, это организовать было бы очень просто, - из горла Саймона вырвался нервный смешок, - у меня острая аллергия на ромашку, и когда другие мечтают об отдыхе на природе и ромашковом поле, я могу сразу заказывать катафалк. Дверь в допросную распахнулась и зашла Пейдж с полулитровой бутылкой воды в руках. Студент жадно выхватил бутыль и сделал три больших глотка, после чего, утерев тыльной стороной ладони губы, продолжил: -В тот вечер все шло как обычно. Мы говорили о прошлой лекции и пили чай, когда я почувствовал, что не могу дышать… Дальше все как в тумане. Темнота. И все. Я очнулся в больничной палате, папа был рядом. Я бы, наверное, умер… Ну, - он моргнул, словно придя в чувства, - я даже привык. Лекарств сделало свою работу. Но с тех пор отец велел мне не ходить ни на какие дополнительные занятия. Я понимаю его беспокойство, хотя оно явно лишено смысла! После этого инцидента профессор уж точно не напоил бы меня больше ромашковым чаем. -Твой отец угрожал мистеру Моргану? – спросила Пейдж. -Нет конечно! То есть, да, он злился, но это же естественно! Нет, он не делал этого! Папа стребовал с профессора деньги за мое лекарство, и только. Скажите, когда его отпустят? Мы с Пейдж переглянулись. -Ты узнаешь об этом в первую очередь, - ответил я. Саймон горько усмехнулся. -Отец бы никогда не убил человека, - глухо повторил парень, - он бы не оставил меня, не сел бы за решетку… Мы – все, что есть друг у друга. Со стороны зеркала раздался настойчивый стук. Берджес поднял голову, оторвавшись от разглядывания столешницы, а мы с напарницей переглянулись и я, кивнув ей, покинул допросную. Майк ждал меня по ту сторону. -Зачем отрываешь? – раздраженно спросил я. -О, это тебе понравится, - Таррел покачал головой и протянул мне бумаги. Я покосился на приятеля и, взяв документы в руки, начал читать вслух. -Список одаренных студентов Колумбийского… Шарлотта Кэрол, Джеймсон Гвейн…, - я быстро пробежал глазами список из имен, - хм, Саймон Берджес. Первый курс, контактный номер… бла-бла-бла. О, IQ – 158. Этим ты хотел меня удивить? Я и так понимал, что он не простой пацан. -Ты дальше посмотри, - посоветовал Таррел. Я перелистнул страницу. -Саймон Берджес занял второе место в национальном конкурсе инициативных проектов на получение финансовой поддержки для проведения фундаментальных научных исследований в области химического синтеза, химического катализа, новых теорий, моделирования, и так далее, я не буду все это читать… финансированным Национальным научным фондом США. Это ж было совсем недавно, гляди Майкл. А, ты уже видел… Ну, молодец студент. -А знаешь, кто занял первое место? – Таррел показал мне свой телефон, на экране которого висела заметка с газеты об этом конкурсе, - Вернон Морган. -Погоди, это тот самый Вернон? – я пристально всмотрелся в мобильный, - его сын? -Да, более того, наш убитый профессор был членом жюри и первое место для его сына вызвало возмущение у многих участников конкурса. Не удивительно, не правда ли? -А главный приз победителю? Достоин мотива? -Финансовая поддержка, соперничество, реализация своих идей… Вполне может прокатить, убивают и за один пункт из трех вышеназванных. -Но у Саймона есть алиби, - фыркнул я. -Я и не говорю, что он осуществил «справедливость». -Допустим. Но это нелогично. Результаты конкурса объявили полгода назад. И профессор оставался жив до недавних пор. Кроме того, Саймон даже ходил к нему на занятия, не похоже на обиженного, - я задумался, - а вот папаша… Может, вдобавок к недавнему инциденту Пол Берджес вспомнил все хорошее о действиях Френсиса Моргана против его сына, как ему казалось, и убил последнего в состоянии аффекта. Нужно поболтать с Верноном. Кажется, Пейдж имела дело с родственниками жертвы? Как раз в этот момент девушка вышла из допросной и с подозрением уставилась на нас, услышав лишь последнюю фразу. -Вернон Морган, - я кивнул недоумевающей напарнице, - он нам нужен. -Ну так чего ты ждешь, - фыркнула она, - документы у меня на столе, - приятной работы. -Хэй, а ты куда? – удивленно воскликнул я. -Выпью чашечку кофе, - прищурившись, ответила она и прошла мимо. Таррел не смог сдержать улыбку. Я открыл было рот, намереваясь что-то ответить на такую наглость, но звук пришедшего на телефон сообщения заставил переключить свое внимание. -Это спецы, - объявил я, уставившись в экран мобильного, - они нашли их в лаборатории. Метан, хлорметан, жидкий аммиак, гидроксид калия… и сам готовый цианид калия! Ну, что мистер Берджес скажет на это? Кроме того, в мусорке обнаружили использованный шприц. Его уже отдали на экспертизу, а я думаю, что могу позволить себе заявление о находке орудия убийства. Если добавить ко всем имевшиеся у Берджеса мотивы, этих доказательств хватит, чтобы посадить его за решетку надолго. -Отлично, - Майкл потер ладони, - тогда осталось дождаться результатов с нашей лаборатории и дело можно считать закрытым? -Ну, - я задумчиво взглянул на экран снова, - возможно, однако я... -Вы не можете! – резкий звонкий крик перебил меня и заставил оглянутся. Саймон стоял позади, у входа в допросную, с отчаянием взирая то на меня, то на Майкла, его ладонь до побелевших костяшек сжимала дверную ручку, а во всей позе читался страх, неверие, он был словно загнанный в угол зверь. -Саймон, - как долго он здесь стоит? – удаляйся-ка ты отсюда по-хорошему, пока мы не арестовали тебя за препятствие следствию, - я говорил спокойно, но ощущал внутри нарастающее раздражение и в то же время сочувствие к ребенку. Мои же слова подействовали на мальчишку, как красная тряпка на быка. И без того взбудораженный, он ринулся в бой. -Нет, я не уйду! – воскликнул студент, - вы хотите посадить за решетку невиновного! Мой отец никого не убивал! Вы же обещали, то разберетесь! -Вот именно, - с последних сил сохраняя выдержку, ответил я, - и в подвале твоего отца мы нашли украденные с университета реактивы, с которых вполне можно создать цианид калия. -Да мой отец изобретатель! Он.., - младший замешкался, - ему нужны были эти вещества, но вовсе не для создания яда! Папа сейчас работает над философским камнем… -Философский камень? – со смешком откликнулся Майк, - для превращения металлов в золото? -Нет, это кодовое название его работы на получение гранта. -Угу, - хмыкнул я, - значит ты признаешь, что твой отец пошел на кражу? -Ради изобретения, - юнец стушевался, поняв, что только что выдал своего отца, и тут же принялся гнуть свою линию, - но он взял не много, и уж точно не убивал человека! -А как ты объяснишь, что в вашей лаборатории нашли также и сам цианид калия? Это часть исследования? –прямо спросил я. Саймон растеряно замолчал. Было видно, что парень понятия не имел об этом. -Его подставили, - неуверенно произнес мальчишка с испугом глядя на нас. Я покачал головой. -Нет, папа не убийца, - продолжал оправдываться парень, хоть и без былой уверенности, - это невозможно… Он бы не пошел на такое, ни за что… -А ради тебя? -Что? Нет, это бессмысленно, - мальчишка скривился, - послушайте, прошу… Он этого не делал… -Конечно, - я нахмурился, - у тебя есть веские улики помимо собственных предположений? Или, быть может, догадки, кто же тогда это сделал? А также подумай хорошенько над логическим объяснением того, как цианид калия, один из самых опасных ядов в мире, оказался в лаборатории твоего отца. И желаю тебе правильно подбирать слова, ибо мы можем задержать и тебя, как соучастника в преступлении. Да что там, о краже ты знал, признаешь это. Может и о яде тебе было известно, а сейчас ты попросту пудришь нам мозги? – я сердито поглядел на растерянного паренька, - так что, если у тебя было алиби на момент убийства, это еще не значит, что мы не сможем привлечь тебя к ответственности! Я развернулся и направился к столу Пейдж. Возможно, я был слишком жесток с мальчишкой, но пора ему снять розовые очки. Так-с, что там о Вернере Моргане… Хотя, даже не знаю, нужны ли мне теперь эти сведения… -Мой отец невиновен, и я это докажу, - до слуха донеслись слова Саймона, брошенные мне вдогонку. Интересно, как он собирается это сделать? Я ничего не ответил на восклицание мальчишки и перевел взгляд на бумаги Пейдж. Где отчеты, или что там? Джон Морган, брат убитого, так-с… его жена, старший сын… Ага, Вернер Морган, вот его показания. Естественно, о победе в конкурсе здесь не было ни слова, да и вообще довольно скудное заявление от родственника жертвы. Думаю, можно наведаться к нему еще раз. -Майкл, - я сложил бумаги в папку и обернулся к приятелю, - я нанесу визит Вернеру Моргану, поговорить об инциденте с конкурсом, а ты еще раз побеседуй с Берджесом старшим… И не спускай глаз с младшего, пока он не натворил глупостей, пытаясь спасти от тюрьмы своего папашу. -А где он? – вдруг спросил напарник. -Кто? -Саймон, конечно. Проклятье! Я оглянулся по сторонам. Мальчишка как в воду канул. Он же секунду назад был здесь! Я устало махнул рукой, мол «разбирайтесь сами», и направился к лифту. -Держи, - рядом со мной вдруг возникла Пейдж с пластиковым стаканчиком кофе в протянутой руке. -А ты куда? – мои брови моментально взлетели вверх. -С тобой, - уверенно заявила девушка, - в отличии от некоторых, мне приходилось беседовать с родственниками в трауре, поэтому я лучше знаю, как начать разговор. И знакома с Морганами. -Я за рулем, -только и ответил я, взяв с ее руки стакан с напитком. В немом вопросе я взглянул на напарницу. -Две ложки сахара, - она закатила глаза, - я знаю. Дверь лифта распахнулась, и мы зашли внутрь. Мистер Морган может, конечно, и не имел лимоны в банке, но жил он в особняке, который может только снится таким простым копам, как я. Исторический ориентир Манхэттена по Риверсайд драйв поражает уже сразу своим фасадом, гипсовыми скульптурами у главных ворот, чистой белизной здания с зеленой крышей и витиеватыми балконами. Честно говоря, первое впечатление, что здесь живут не люди науки, а искусства. Возможно, у профессора была выдающаяся бабуля… или богатое наследство, или… да кто его знает. Но этот шедевр архитектуры 19 века, роскошный, окруженный газоном и с, без сомнения, великолепным видом с крыши, сейчас принадлежал Морганам. Я постучал в дверь и седая, сутулая от горя женщина сообщила нам, что Вернер в автомастерской вверх по улице. Какая жалость, а мне так хотелось одним глазком посмотреть на внутренне убранство дома. Я успел заметить лишь блестящий линолеум, деревянную лестницу наверх и рояль… Это же был рояль, да? С ума сойти. Пейдж, наверное, уже разучилась дышать от такой красоты. Но нам здесь не жить и даже не стоять. Мы пошагали к автомастерской. Двери были распахнуты. Под автомобилем кто-то лежал, орудуя ключом; звуки из-под машины доносились соответствующие. В помещении стоял всего один автомобиль – старый, поцарапанный, черный Остин-Хили 61-го года; на стенах гаража висели плакаты музыкальных рок-групп, а на столе, рядом с валявшимися там гаечными ключами, отверткой, щипцами и прочими инструментами, стояли динамики, из которых лилась музыка Skillet. У парня неплохой вкус! -Эван, подай ключ на пятый, - из-под машины донесся голос ремонтника. Я подал ему инструмент и спросил: -Вы знаете Вернона Моргана? Незнакомец замешкался и через секунду выехал из-под колес к нам. - А ты не Эван, - констатировал он и переведя взгляд на Пейдж, добавил, - а, снова полиция. Я же вроде все рассказал. Честно говоря, Вернер совсем не был похож на сына профессора, как их дом на жилище химика, да… Я ожидал увидеть ботаника, сутками просиживающего за книгами, пришедшего в автомастерскую, дабы починили его драндулет; на худой конец, изобретателя с чуть подпаленными волосами, но уж никак не парня атлетического телосложения, что с удовольствием ковыряется в автомобилях. По виду Вернер был немногим старше Саймона, черные короткостриженые волосы, карие глаза – похож на отца, вот только лицо его было в пыли и мазуте. -Я детектив Фостер. Мисс Соммерс ты уже знаешь. Мы пришли поговорить о вашей победе в национальном конкурсе инициативных проектов, - произнес я. -Слушайте, у меня умер отец, - резко ответил парень, - я пытаюсь отвлечься, как могу, а вы приходите снова и снова, и задаете глупые вопросы. Оставьте меня в покое! -Вернер, - в разговор вступила Пейдж, - это очень важно. Ты же хочешь, чтобы убийца твоего отца был пойман? -Да какая мне теперь разница? Он мертв, его больше нет и никогда не будет. Поймаете вы его убийцу или нет, - парень пожал плечами, - я не увижу отца. Я молчал. Мне никогда не приходило в голову, что кому-то может быть неважно, что кто-то не жаждет мести или справедливости, а просто хочет продолжать жить, проводить время с близкими, которые остались живы, смирится с потерей и отпустить это. Что может быть уже абсолютно все равно. Мне было не все равно. -Вернер, - медленно произнес я, - я понимаю, как тебе сейчас трудно. Но, сделай милость, помоги нам. У нас есть подозреваемый и, если ты расскажешь, что тогда произошло, мы будем тебе благодарны, и убийца сядет за решетку. Тогда ты почувствуешь облегчение, поверь мне. Морган покачал головой. Я тоже знал, что этого не будет, но нужно было заставить парня говорить. -Да ведь, - он запнулся, - ничего особенно не случилось. Да, я занял первое место, и многие возмущались, обвиняли папу в нечестности. Но все было законно. Жюри не представляло, где чье изобретение, и с моим отец мне ничуть не помогал. Неужели вы думаете, что его убили из-за конкурса шестимесячной давности? -Мы отрабатываем версии, - заучено ответила Пейдж. -А что ты скажешь о Саймоне Берджесе? Как он отреагировал на твою победу? – уточнил я. -Кто? Паренек со второго места? Да он радовался как ребенок своей серебряной медали! -А его отец? -И он тоже. Знаете, после конкурса мы получали какое-то время письма с угрозами от некоторых участников, например, от Карла Ленса с его третьим местом, но никак не от этих… Берджесов. А теперь извините, мне нужно работать. И Вернер, так и не вставший с пола, заехал обратно под машину. Мы с Пейдж переглянулись. Нам больше нечего здесь делать. В участок я вернулся в угрюмом настроении. Напарница шла рядом и помалкивала. Она понимала, что визит к Вернеру не принес практически никаких результатов, его слова вовсе не уличают Пола Берджеса в злобе и уж точно никак не помогают, чтобы поскорее передать дело в суд. Единственной веской уликой против подозреваемого является цианид калия и, видит Бог, этого достаточно для обвинения, но и также для того, чтобы заставить меня сомневаться. Если верить словам Вернера Моргана, Саймона и Берджеса старшего, если верить словам, подтвержденным фактами, у Пола были мотивы желать профессору зла, но не было веских причин убить. Или мы о них не знаем. Сын жив-здоров, отец получил деньги за лекарство, месть за серебряную медаль не имеет смысла… Разве что только… Морган узнал, что его коллега украл реактивы? И Берджес убил его? Я нахмурился еще больше. Позвонил Майкл. Он сообщил, что на шприце, найденном в доме подозреваемого, не обнаружено никаких отпечатков, только следы цианида калия и кровь на игле, совпадающая группой с кровью Моргана. Какой идиотизм – тщательно вытереть отпечатки пальцев с орудия убийства и тем не менее оставить его в мусорке в собственном доме! Либо Пол Берджес – кретин на всю голову, коим мне не показался, либо Саймон прав и его отца подставили. Либо это двойной блеф? Я потер пальцами виски. Подобные размышления навевают лишь усталость. И когда я поднял наконец взгляд от пола, уставившись перед собой, рука моя так и замерла возле головы, а я резко затормозил, отчего Пейдж, до того отставшая на пару шагов, ткнулась носом в мою спину. Дело было в Саймоне. Этот мальчишка, ранее сбежавший с нашего отделения, теперь сидел здесь, за моим столом, беседуя с Таррелом. Его глаза лихорадочно блестели, он словно что-то доказывал, а Майк уши развесил, параллельно бегая пальцами по кнопкам клавиатуры на компьютере. -Ты его таки нашел, - обратился я к напарнику, кивая на паренька, - это все прекрасно, но почему он за моим рабочим местом? -Прости, старик, - Берджес младший добродушно улыбнулся. Интересно, с чего у него такое вдруг прекрасное настроение? И с каких это пор у меня выросла седая борода…, - я не знал, что это твой стол, - он поднялся, - и кстати, меня никто не находил. Я сам вернулся, когда нашел улики. -Нашел что? – я в изумлении взглянул сначала на юнца, а потом на друга, - Майк, ты не объяснишь? -Я… ну… зачем пересказывать все от третьего лица, - Таррел даже не оторвал взгляд от экрана. А мое настроение опустилось еще ниже. Я хмуро уставился на Саймона. Его радость явно не сулила ничего хорошего для скорейшего закрытия этого дела, но, будь я проклят, он был прав?? Я покосился на Пейдж, на кэпа, вышедшего с кабинета, и предложил студенту: -Прогуляемся? Тут недалеко есть пиццерия, а сейчас как раз время обеда. -Я голоден, как волк, - просиял мальчишка. В ресторане итальянской пиццы было слегка шумно и только два свободных столика, один из которых тотчас занял Саймон. Но недостаток присутствия большого количества людей в зале компенсировался полным отсутствием интереса посетителей до окружающих и невероятными, вкусными до того, что слюнки текли, запахами из кухни или с соседних столиков. Мой желудок предательски заурчал. Я опустился на сиденье напротив мальчишки, предварительно заказав одну большую фирменную пиццу и чего-нибудь попить. -Ну, рассказывай, - сложив руки в замок, я выжидательно поглядел на собеседника. Саймон немного помялся, выдохнул и начал говорить: -Я обещал, что докажу. Я знал, что мой отец этого не делал, его подставили… Я встретился с папой и знаете, что он мне сказал? Что кто-то был в аудитории, когда он пришел к профессору. Он видел черный рюкзак Напапири с брелоком в виде скорпиона на язычке застежки-молнии. И как кто-то шаснул под парту… -Постой-постой. Ты виделся с отцом? И он тебе рассказал то, чего не сообщил нам, интересно почему? Может, потому что ты все выдумал минут пять назад? -Нет, я…, - в голосе Саймона послышалось напряжение, - он просто не запомнил, это невольная память… И меня пропустили, да. -Так просто? – я скептически приподнял бровь. -Я…ммм… практикую гипноз, - Саймон резко зажмурился. -Что?! – я поперхнулся и с изумлением уставился на него. -Ну да, - сбивчиво продолжил парень, - самую малость. Это стимулирует память и… -Податливость пациента к поступкам, - я хмыкнул и вспомнил Робинсона, недоумевавшего, как юнец прошел мимо него на место преступления, - да ты ловкач! Есть еще какие-нибудь скрытые таланты, о которых мы должны знать? - Нет, это все… -А ты в курсе, что это незаконно? Я не могу засчитать слова твоего отца под гипнозом. Проклятье, - я досадливо поморщился, - этого разговора вообще не должно было быть! -Да, а ты же… не скажешь никому? -Просишь меня? – я удивился еще больше, глядя в умоляющее лицо Саймона. -Именно, - закивал он, - а теперь я продолжу, если позволишь. Дело ведь в словах. Вы их не можете засчитать, но что если я нашел других свидетелей? -Валяй, - я откинулся на спинку стула, решив больше ничему не удивляться. Хотя этот пацан явно умеет производить впечатление. -Так вот. Я вернулся в университет и поболтал с парочкой моих знакомых с потока, что были на последней лекции профессора. Можешь мне не верить, можешь проверить, но я их знаю, эти разгильдяи вечно сидят на последних партах, и в этот раз тоже… Они видели взрослого мужчину, лет 28-и с ними на одном ряду у окна. Он даже не доставал ни ручки, ни тетрадки. -И дай угадаю, у него был черный рюкзак? – я все еще выражал скептицизм, хотя слова юнца меня заинтересовали, - это еще не доказывает ни его вину, ни невиновность твоего отца. -Да, но выходит папа говорил правду, разве нет? Можете поговорить с Джоном Суини и Дином Харвардом. Они смогут дать описание, и я уверен, кто-нибудь да опознает того незнакомца по портрету. -Незнакомца? - уточнил я. -Мои друзья не видели его ранее. К тому же… 28-летний студент-первокурсник? Ну допустим, но он хотя бы должен сделать вид, что пишет лекцию! А все студенты прекрасно знают, как мистер Морган относится к… относился к лентяям и бездарностям. Я уверен на сто процентов, что тот человек – не студент нашего Колумбийского. -Гм, любопытно, - я потер подбородок, отмечая смекалку и рассудительность мальчишки. Только чуть кольнуло раздражение: я же хотел проверить версию с рюкзаком, а этот юнец меня сделал! -Но все это только слова, - занудно добавил я и обернулся на запах нашего заказа. Саймон сделал нетерпеливый жест рукой и скривился: -А, крест-накрест! Ты что? Разве этого мало? И даже ни это, ни шприц без отпечатков, но с кровью не внушает подозрений? -О, так ты знаешь о шприце? – спокойно отозвался я, разрезая кусок пиццы. Саймон даже не взглянул на еду. -Ладно, - не обратив внимания на мои слова, возбужденно продолжил парень, - у меня есть козырь. Я узнал у мистера Таррела, сколько граммов метана, хлорметана, аммиака и гидроксида калия пропало с лаборатории университета и сколько нашли у нас дома. Числа не совпадают. -Конечно, какое-то количество было использовано… -Нет, ты не понял, - я посмотрел в лихорадочно блестевшие глаза паренька, - их больше. Количества реактивов. Но это ведь невозможно, правда? Если только никто не подбросил лишние отцу, не зная, что тот уже украл химикаты. Будь я проклят! А ведь он прав! В голове всплыли цифры… И как только я не заметил изначально? Зачем Полу Берджесу красть реактивы, если н-ное количество он уже где-то взял, и наоборот? Это лишено всякого смысла, если только отца Саймона и в самом деле не подставили. Но кто мог это сделать? -Папа бы ни за что не убил профессора, - услышал я голос Саймона, - он бы не оставил меня одного. Что бы со мной стало, сядь он за решетку? Нет, он единственный, кто у меня остался, после маминой смерти. Я внимательно посмотрел на мальчишку, не говоря ни слова. Тот поймал мой взгляд, вздохнул и произнес: - Она погибла в автокатастрофе, когда мне было пятнадцать. Мы возвращались С Сиэтла, она за рулем, я на заднем сиденье. Мама была веселой, напевала «Отель Калифорния». Она выпила всего три бокала вина, но как оказалось, достаточно, чтобы не справится с управлением на крутом повороте и влететь в дерево, - Саймон говорил спокойно, он наколол на вилку кусок пиццы и так и держал его на весу, - мама пролежала в коме три месяца, а я все сидел возле ее кровати, не замечая ничего, кроме ее бледного лица и закрытых глаз. Все казалось, что она вот-вот очнется. Но когда пришло время, я наблюдал, как отключают аппарат искусственного поддержания жизни и не чувствовал ничего. Только… облегчение в глубине души, и немного жалость. Тогда мне показалось, что смерть – это так же обыденно, как завтрак утром, и такая же часть жизни, как рождение. Я свыкся с этим. Парень наконец положил кусок пиццы в рот, а я молча не сводил с него глаз. -Мне жаль, - произнес я. -Почему? – Саймон посмотрел мне в глаза, - она виновата, и чуть не убила нас обоих. Единственный человек, кого можно пожалеть, так это отец. Но я у него остался, и он бы никогда меня не бросил. У меня есть условие, - вдруг сменил тему мальчишка, - если я окажусь прав, и папа невиновен, разрешите мне проходить стажировку в вашем отделе. Я получу разрешения и как химик могу оказаться вам полезен, ну, или проводить время в лаборатории криминалистов, - но по его глазам было видно, что на самом деле является его целью. -Не мне решать такие вопросы, -я усмехнулся, - но по рукам, ты славный малый. Только у меня тоже есть условие. Завтра в шесть утра на стадионе по Бэй-стрит. Буду ждать. -Зачем? – лицо Саймона вытянулось. -Утренняя пробежка, зарядка, упражнения… А ты думал, мы примем какого-то сопляка, что даже пять килограмм в руках не удержит, в свою команду? Я белозубо улыбнулся. Юнец что-то пробурчал себе под нос, после чего набил рот остатками пиццы, запил все томатным соком и ушел, буркнув пару слов на прощание. Я же тотчас позвонил Таррелу. -Майк, что тебе известно о поставщиках химикатов? -Я как раз собирал информацию и собирался тебя набрать, - ответил друг, - мне Саймон тоже рассказал о несоответствии в цифрах. -И? – я нетерпеливо заерзал на стуле. -Есть несколько научных центров и лабораторий, куда официально поставляют реактивы, но там ведется полный учет и никаких несоответствий по документам обнаружено не было. Ребята все тщательно проверили. Однако на западе, за городом находится военная биохимическая лаборатория. Конечно, вход туда строго воспрещен, и даже нам туда не подобраться… Ник хакнул их базу. -Что он сделал? -Покопавшись в отчетах, - проигнорировал мой вопрос напарник, - мы нашли несоответствия. В лабораторию регулярно доставлялись нужные нам вещества в определенном количестве, в то время как в последний раз была запрошена поставка на 70 грамм больше, а если судить по записям, использовались все те же 110, а не 180 грамм. Может последние 70 просто не дошли до получателей? Мы так решили и вызвали поставщика реактивов для лаборатории в участок. Как раз только что Пейдж закончила с ним говорить. -Что он сказал? -Признался, что продал вещества Тобиасу Гордону Брауну, который еще недавно и работал в той самой военной лаборатории. Я сейчас вышлю тебе его фото. Послышался звук пришедшей смс-ки. Я открыл изображение: синие раскосые глаза, короткие каштановые волосы, веснушки на носу, круглые очки, большой пухлый рот и примечательно торчащие уши. -Вам нести счет? – послышался над головой низкий голос официанта. Я поднял глаза и остолбенел, не в силах скрыть свое удивление. В реальность с фотографии сошел Тобиас Браун и сейчас в ожидании смотрел на меня.