Настоящий враг
6 марта 2014 г., 14:10
Дверь небольшой комнатушки тихо закрылась за спинами охотников, скрывая от посторонних глаз заговорщиков. Это было одно из жилых помещений, которые выделили для гостей на время пребывания в городе. Безмолвным братьям пришлось в рекордные сроки обустроить для достойного проживания три совершенно пустых и неприглядных комнаты, служивших ранее камерами для допроса или просто складом для всякого рода ненужных вещей. Сейчас же серые каменные стены перекрасили в светлый оттенок желтого, а свободное пространство заполнили двумя односпальными кроватями, двумя мягкими креслами и небольшим шкафом для одежды. Зачем он тут находился, ни Захария, ни Аластор, отдавшие приказ о перестройке, так и не поняли.
Нефилим, не задумываясь, плюхнулся в ближайшее кресло, вытягивая ноги, и потер пальцами переносицу, собираясь с мыслями, которые галопом скакали в голове и не желали успокаиваться, постоянно возвращаясь к бледному перепуганному лицу рыжей красавицы, что затронула самое сердце сумеречного охотника. А ему еще предстояло объяснить всю сложившуюся ситуацию двум взволнованным «родителям», вот только подходящих слов он никак не мог подобрать. Да и разгневанный взгляд Валентина, который остался стоять напротив молодого охотника, положения явно не улучшал. Картина с выбегающей из спортивного зала дочерью, с кровью на лице и глазами загнанного зверя, теперь не скоро сотрется из его памяти.
— Джейс, объясни, пожалуйста, что случилось на тренировке? — Осторожно спросила Джослин, присаживаясь на самый краешек второго свободного кресла. Она не давила на него, скорее хотела, чтобы он рассказал все добровольно.
— Надеюсь, это не ты довел девушку до такого состояния? — Поинтересовался мужчина, в голосе которого отчетливо слышалась угроза. В связи с последними открытиями, совершенными при помощи одного миролюбивого кота, он уже готов был на мелкие кусочки разорвать парня за дочь.
— Нет, — как-то сдавленно ответил Джейс, поднимая взгляд золотистых глаз на Валентина. — Я ее даже пальцем не тронул, не считая конечно объятий, о которых она сама попросила, — особо выделив предпоследнее слово, усмехнулся он, предчувствуя бурю.
— Что ты сказал? — В один голос спросили охотники, успев поймать свои челюсти на подлете к полу и водрузить на место. — О чем она попросила?!
Нефилим, покосившись на разъяренных откровенным заявлением новоиспеченного папочку и побледневшую от шока мамочку, решил от греха подальше, рассказать все с самого начала, дабы объяснить, что ничего дурного или неприличного по отношению к рыжей девушке он не имел в виду. Повествование было не простым, с кучей подводных камней, за которые ему запросто могли оторвать не только голову, но и все остальные конечности тела, однако слушатели воспринимали его более-менее спокойно. Тот факт, что Лаэн назвала его избранным, Джейс решил опустить. Информация, конечно, была важной, но жизнь ему была как-то дороже.
— И тут ее просто начинает трясти, как в лихорадке, — подходил к финальной сцене парень. — Она в тот момент словно была не здесь, глаза пустые, по подбородку течет кровь от прокушенной губы, что-то шепчет себе под нос, как молитву. Я сначала испугался, подумал, что она в обморок упадет, а потом, когда отошел от первого шока, уже по губам начал читать слова. «Я сирота, он так сказал. Этот голос. Я слышала его. Мои родители. Он говорил про них». Бессмыслица какая-то.
— Что произошло потом? — Нетерпеливо поинтересовалась Джослин. Руками она сжимала найденную тетрадку так, что побелели костяшки пальцев.
— Она пришла в себя, начала кричать, чтобы не прикасался к ней, а потом рванула из зала с такой скоростью, словно за ней стая голодных оборотней неслась, — недовольно буркнул охотник, сверля тяжелым взглядом Валентина. — Я бросился следом, но немного не опоздал, дверь потайного хода уже захлопнулась. Как раз в этот момент мы и встретились. Конец истории. Теперь я могу считать себя оправданным по всем пунктам? — Поинтересовался он, скрещивая руки на груди.
— Можешь, — миролюбиво улыбнулась Джослин, — Не обижайся, Джейс, просто сейчас такая ситуация, когда любая новость доводит до истерики, — добавила она, протянув одну руку и потрепав юношу по волосам.
— Я заметил, — фыркнул нефилим, качнув головой, чтобы разорвать контакт. Он не очень любил, когда трогали его волосы, а потом, посмотрев на женщину, спросил, —, а что вы-то делали в том коридоре? Уж явно не на нас посмотреть хотели. И куда подевались остальные? Джонатан обещал дождаться меня, а комната пустая.
— Ребята ненадолго покинули город, — пожала плечами охотница. — Сказали только, что будут к обеду, вот только куда, зачем и почему, не уточняли. Нас же понесло в сторону спортивного зала с новостями. Хотели тебя так сказать предупредить, но опоздали. Дорогой, не поведаешь еще раз? — Повернулась она в сторону мужа, помахав зачем-то еще и дневником.
Настала очередь Валентина собираться с мыслями и объяснять причину их гуляния по городу Костей. Решив, что в ногах правды нет, мужчина присел на кровать и вкратце пересказал утренние события. Все данные, которые ему удалось выяснить о сумеречных охотниках, подозрения по поводу сговора Родерика и Захарии. Потом последовали новости, добытые при помощи добренького черного пушистого кота, которые собственно и заставили двух родителей оказаться в коридоре.
— Значит, Кларисса, прошу прощения, Лаэн, — исправил сам себя Джейс, переваривая услышанное, — ваша дочь, которая восемнадцать лет считалась мертвой. Конечно, по внешнему сходству это можно было понять сразу, но когда есть более веские доказательства, намного лучше. Теперь стало понятно, почему Захария запретил нам даже приближаться к ней.
— Тогда почему безмолвные братья вообще дали нам разрешение? — Спросила Джослин, вырисовывая кончиками пальцев на жесткой поверхности дневника странные узоры, больше напоминающие детские каракули. — Ведь Захария прекрасно понимал, что явились мы сюда исключительно ради нефилимов! Столько лет ему, словно крысе, приходилось прятаться за стенами города, а сейчас он самолично распахнул двери в самые глубины тайн города Костей.
— Чтобы там не придумал Захария, мы просто обязаны ему помешать, — отозвался Валентин, нахмурив брови и скрестив руки на груди. — Я только что нашел свою дочь и не позволю каким-то полудуркам, заигравшимся во взрослые игры, еще раз ее отнять! — Угрожающе прорычал мужчина, мысленно выстраивая кровавые казни для ненавистного Инквизитора и его дружка. Пусть он давно отказался от насилия, но ради такого случая готов вспомнить несколько трюков из прошлого.
Женщина лишь покачала головой, растягивая губы в мимолетной улыбке. Поднявшись со своего места, охотница подошла к разгневанному мужу и, присев рядышком, крепко обняла за плечи, уткнувшись носом в шею. В ее душе разгорался такой же пожар, готовый сожрать любого, кто осмелиться встать у него на пути.
— Никто ее у нас больше не отнимет, — тихо прошептала она, вкладывая в голос всю уверенность, на которую была способна. — Мы будем бороться за семью до конца.
— Это, конечно, все достойно похвалы, — напомнил о своей скромной персоне Джейс, скривившись от проявления чувств, —, но давайте вы продолжите в своей комнате, и не будете травмировать мою детскую психику, — он спокойно проигнорировал веселое фырканье со стороны Валентина и продолжил, —, а пока мы вернемся к более важным проблемам. Что делать с Лаэн? Надеюсь, никто не собирается в лоб заявить ей о родителях? Тогда мы значительно сэкономим время, но и девушка шуму наделает немалого.
— Боюсь, она нам даже не поверит, — отозвалась Джослин, взглянув на дневник, который лежал у нее на коленках. Строки, записанные красивым почерком на пожелтевших от времени страницах и до сих пор непрочитанные, занимали все ее мысли. Как мать, она хотела знать о своей дочери все. Как она росла, какие пакости творила в стенах, пропитанных страданием и смертью, даже какой цвет она любила больше. Ей хотелось погрузиться в чтение и не отрываться до тех пор, пока самая маленькая частичка души не заглушит боль от потери и долгого ожидания. — Слишком мало мы знаем о девушке, которая зовется Лаэн.
— У нас все еще есть возможность узнать больше информации, — тихо произнес молодой охотник, осторожно кинув взгляд на родителей, — даже два способа, один дневник, а второй я. Если, конечно, вы не против моей кандидатуры.
— Надеюсь, на этот раз ты не будешь изображать самоубийцу, чтобы расположить к себе девушку? — Строго спросила женщина, помня о прошлой затее парня. Тогда она ему лично чуть голову не открутила, кричала так, что уши закладывало. Благо Джонатан воспользовался материнской истерикой и отвесил другу хороший такой подзатыльник. Правда, следом пришлось разнимать сцепившихся драчунов, от чего пострадали Изабель и Алек, но урок был усвоен сполна.
— Нет, — чуть не закричал Джейс, подскочив на месте. — У меня на затылке шишка выскочила после выходки Джонатана, да и второй оперной постановки я просто не вынесу! — Возвел он руки к потолку, за что схлопотал убийственный взгляд от Джослин.
— Ты сейчас вместо бесплатного концерта второй подзатыльник подучишь, только уже от меня! — С холодным металлом в голосе произнесла охотница. — Я обещала вашей матери, что верну всех в целости и сохранности, так что прекрати лезть на рожон! — Отрезала она, для большей убедительности хлопнув рукой по кровати. Валентин с улыбкой прижал жену к себе и поцеловал в висок.
— Он умный мальчик, не наделает глупостей. В противном случае я его лично придушу, — пообещал вместо парня мужчина, а потом поднялся на ноги, поправляя рубашку. — Не знаю, как вы, а я жутко голоден. Никто не хочет навестить столовую? Она расположена ниже по коридору.
— Я бы не отказался. Со вчерашнего дня ничего во рту не было! — Тут же поднялся Джейс, направляясь к выходу. Он не стал дожидаться охотника, даже не обернулся, давая тому возможность перекинуться парой слов с женой наедине, и прямиком зашагал в сторону кухни. Пустой желудок тихонько напоминал о себе, требуя положенную пищу.
Дверь в небольшое уютное помещение была приоткрыта, распространяя по этажу вкусный запах еды, кофе, свежих булочек и фруктов. Несколько столов, каждый на четыре человека, были расставлены вдоль стен. Окружали их мягкие диванчики, обтянутые черной грубой износостойкой материей. На стенах висели маленькие светильники, роняющие теплый свет на окружающее пространство. У дальней стены был расположен длинный дубовый стол, на котором под специальным куполом была выставлена разного рода снедь. Каждый выбирал то, что ему больше нравилось, а специальная рунная защита сохраняла продукты свежими, охлажденными или теплыми.
Столовая всегда пустовала. Безмолвные братья не нуждались в человеческой пище, поэтому только ответственные за продукты появлялись в стенах кухни, остальные же просто обходили ее стороной. Сумеречным охотникам же просто жизненно необходимо было питаться по три, а то и больше, раз в сутки, чем они частенько пользовались, чтобы избежать гнева старших надзирателей.
Джейс осторожно заглянул в столовую, убедился, что его жизни ничего не угрожает, и только потом вошел. Тихий разговор, раздававшийся в серых стенах, тут же оборвался, и на него уставились две пары глаз, одни серые и полные переживаний, а вторые зеленные и заплаканные. Джейн и Лаэн сидели у дальнего стола и были явно шокированы появлением объекта своих разговоров. Перед девушками стояли подносы с практически нетронутой едой, а в воздухе витал запах напряженности. Парень просто проигнорировал всю ситуацию в целом, предвкушая хороший обед.
— Здравствуйте, дамы! — Разрезая тишину, раздался голос Валентина, который появился так тихо, что никто даже не услышал, как отворилась дверь. — А ты мог бы подождать меня! — Попенял он охотника и тоже стал присматриваться к продуктам.
— Я не любитель подслушивать под дверью, — обиженно буркнул тот.
Наполнив подносы, оба охотника заняли столик у противоположной стены, стараясь не обращать внимания на молчаливую компанию. Мужчина чувствовал, что атмосфера в столовой накалена до предела и любое лишнее движение или слово может выпустить стихию на свободу. Найти причину такому поведению тоже не составило особого труда, эта самая причина сидела по соседству и с невозмутимым видом поедала обед, вот только в светлых волосах проглядывались маленькие разряды голубых искр.
— У тебя волосы светятся синим, ты в курсе? — Поинтересовался Валентин, намного наклоняясь к Джейсу.
— Да, — отозвался тот, передернув плечами. — Это значит, что кто-то пытается пробиться через защиту, которую я с утра нарисовал и сделать мне что-то нехорошее. Должен признаться, это не очень приятное чувство. Руку жжет так, словно клеймо каленым железом выжигают.
— Как думаешь, это из-за того, что случилось на тренировке?
— Простите, что прерываю вашу беседу, — раздался ледяной голос Джейн, которая сверлила охотников колючим взглядом, —, но не могли бы вы говорить потише? Тут, знаете ли, акустика очень хорошая, и все слышно.
Джейс поперхнулся чаем, и во все глаза уставился на Лаэн, которая старательно прятала улыбку в кулаке и отводила немного повеселевшие глаза. Потрясение Валентина словами передать было невозможно. Он просто уставился на беловолосую охотницу и никак не мог переварить услышанное.
— В таком случае, прекратите пробиваться через мою защиту! — Первым очнулся от оцепенения парень, указав пальцем на свои волосы, в которых уже почти трещало электричество.
— Это не мы пытаемся поковыряться у тебя в голове, — уверенно отозвалась Лаэн, но потом поднялась на ноги и медленно, словно показывая, что не представляет угрозы, подошла к нему, внимательно осматривая голову. — Я убью этого смельчака, — прорычала она, ни к кому конкретно не обращаясь, а потом провела по светлым волосам рукой, мысленно отмечая, какие они мягкие. На ладони вспыхнула мощная руна ментальной атаки и тут же испарилась, оставляя после себя легкий запах горелой кожи. — Черт, — выругалась девушка, встряхивая пострадавшую руку.
— Лаэн? — Тут же подлетела к ней подруга и уставилась на почерневшие кончики пальцев. — Что это было?!
— Не что, а кто, — выдавила она сквозь сжатые зубы, стараясь перебороть боль, — Кто-то пытался наложить одну из запрещенных рун на Джейса. Если бы не защита, он уже был бы мертв, и это явно не братья. У них другая техника.
Лаэн перевела обеспокоенный взгляд на парня и встретилась с его не менее обеспокоенными золотыми глазами, которые выражали целую гамму чувств от переживания за нее, до неприкрытой ненависти на одного темноволосого ублюдка, который посмел оскалиться в его сторону. Теперь Джейс мог без промедления ответить, кто для них настоящий враг, и это явно были не Захария и Аластор.
