Дом, милый дом
30 октября 2014 г., 12:55
— Ну, давай, милая, открой глазки, хватит отлеживать бока на мягкой и теплой постели, — хихикала Джейн, осторожно наливая холодную воду из-под крана в кувшин. Серые глаза сверкали озорными искорками, а губы то и дело растягивались в предвкушающей улыбке. — Если ты этого не сделаешь, тебя ждет весьма неприятный сюрприз!
Лаэн, а именно она мирно лежала на диване в гостиной дома Моргенштернов, приходить в сознание не собиралась. После всех событий, что произошли с ней меньше, чем за сутки, а именно пытки, проникновение в сознание, подчинение, драка в замке, выпили столько сил, плюс еще отравление ядовитыми испарениями одного очень плохого мага, сказалось на состоянии девушки, отправив ту в глубокий и безмятежный сон.
У развалин дома Маркса вся честная компания просидела около часа, залечивая раны, если такие имелись, и просто приходили в себя после небольшой нервотрепки. С каждой минутой настроение поднималось, голоса становились веселее, а желание оказаться в родных стенах — сильнее, потому что за прошедшее время они успели промокнуть до нитки под проливным дождем. Безмолвные братья любезно открыли портал в нужную точку местности и уже через пару минут все расселись в небольшой, но уютной кухне, которая медленно превращалась в бассейн. Джослин, наплевав на чистоту и порядок, заметалась по комнате, разыскивая чайные чашки и хоть какие-то сладости к чаю, так как готовить не было никакого желания, а согреться было необходимо. Почему-то воспользоваться рунами ни у кого, кроме Захарии и Аластора, не возникло желания.
Спящую красавицу, переодев в сухую одежду, а именно в домашний халат матери, определили в гостевую спальню на первом этаже, чтобы не пропустить ее пробуждения, но за бурными разговорами, шутками и громким смехом никто не заметил одну личность, вначале скромненько сидевшую на уголке стола, а потом испарившуюся.
Джейн некоторое время наблюдала за безмятежным лицом подруги, с легкостью привыкая к мысли, что теперь с ней все будет в порядке, что не надо будет больше сторожить непоседу, следить за речью, чтобы ненароком не сболтнуть ничего лишнего, а самое главное, теперь не было и маленькой границы в виде Лео. Конечно, она была расстроена смертью друга, с которым провела лучшие годы своей жизни, но помня, сколько проблем и недомолвок было между ними из-за его выходок, вздохнула с облегчением. Девушка была уверена, что парень поступил так именно из-за Лаэн, которую любил, а в дополнение и искупил свои грехи, которых на самом деле-то и не было. Охотница не могла судить его, потому что он сделал свой выбор, им оставалось только смириться. Одно только радовало — теперь Лео был в лучшем мире.
Когда же ей надоело созерцать спящую подругу, Джейн решила поспособствовать пробуждению, а именно культурно облить холодной водой и успеть смыться из комнаты до катастрофы.
— Я предупреждала, — покачала головой она, приближаясь к кровати, а, потом, не раздумывая больше ни секунды, выплеснула весьма освежающую водичку на подругу.
Лаэн тут же подскочила на кровати, взмахивая руками, но при этом издавая едва слышный писк. Мокрые волосы облепили лицо и шею, мешая ей увидеть нарушителя спокойствия, а контрастный душ мгновенно прогнал остатки сна. Она бы сказала спасибо такому экстремальному методу, если бы не стучащие зубы и желание закутаться во что-то теплое.
— Что тут происходит? — Грозно спросил Джейс, появляясь на пороге комнаты в тот момент, когда хулиганка пыталась незаметно выскочить. — Джейн, что ты сделала? — Удивленно спросил он, переводя взгляд с пустого кувшина, на плюющуюся избранную. Волна непонятных негативных эмоций коснулась его сознания, от чего парень чуть ли не со скоростью света бросился к девушке, ожидая чего угодно, но явно не мокрого, как воробей, создания.
— Разбудила она меня! — Пробурчала та, наконец, распутав заросли рыжих кудрей и открывая недовольное лицо. — Весьма эффектно!
— Ну, подумаешь, прохладной водичкой полила! — Пожала плечами Джейн, на всякий случай, прячась за широкую спину охотника. Вдруг ей решат отомстить.
— Прохладной?! — Возмутилась Лаэн, оглядывая внушительное мокрое пятно на кровати. — Да она была ледяная!
— Может и ледяная, я не проверяла, — фыркнула подруга, а потом захихикала и, подмигнув нефилиму, выскочила из комнаты, дабы избежать нравоучений.
Тот покачал головой и быстрым шагом преодолел небольшое расстояние, отделяющее его от кровати. Девушка с недовольным видом высушивала рунами одежду и простыни, а потом переключилась на волосы, которые необходимо было еще и расчесать.
— Ты злишься, — спокойно сказал Джейс, присаживаясь на краешек и внимательно наблюдая за дерганными движениями изящных рук.
— Нет, не злюсь, — буркнула охотница, перекидывая копну кудрей через плечо. — Просто думаю, как отомстить.
— Лаэн, — протянул он, а потом схватил избранную в охапку и прижал к себе, — я же знаю, какие эмоции тобой одолевают, поэтому не пытайся меня обмануть, — выдохнул парень, утыкаясь носом в, приятно пахнущие, но все еще влажные волосы.
— Теперь даже не покапризничаешь, — проворчала Лаэн, пряча довольную улыбку на груди нефилима. Вся злость вмиг улетучилась, потому что ей уже было все равно, как ее разбудили, чем облили и тем более, где она. Если рядом Джейс, значит, в безопасности, а раз он ее еще и обнимает, то вообще на седьмом небе от счастья.
— Пойдем, все сидят на кухне и ждут твоего пробуждения, — сказал охотник, стаскивая девушку с кровати и ставя на ноги. — Думаю, Джейн уже сказала, что ты скоро появишься.
— А где мы? — Все-таки спросила она, оглядывая небольшую, но уютную комнату, обставленную исключительно необходимой мебелью.
— Мы в доме твоих родителей, — пояснил парень, плотнее запахивая халат на Лаэн. Вид полуобнаженной груди ему, безусловно, нравился, но переходить границы прямо перед носом Валентина он не горел желанием. Да и охотница только пришла в себя, ей еще набираться сил и отдыхать пару дней надо.
— Вы там скоро, голубки? — Закричала Джейн из кухни, чем заставила двух нефилимов разорвать зрительный контакт и разочарованно вздохнуть. Каждый в тайне думал об одном и том же, но вслух высказать потаенные желания не позволяли нормы морали.
Джейс взял за руку Лаэн и с улыбкой повел под ясны очи родителей, которые уже стояли на пороге комнаты и улыбались. Она сначала неуверенно, а потом, набравшись храбрости, широко улыбнулась и с легкостью ответила на крепкие объятия матери. Валентин покачал головой, но присоединился к жене, тоже заключая дочь в кольцо своих рук.
— Вот ты и дома, — произнес он, окидывая взмахом руки другие комнаты.
Девушка ничего не ответила. Она кинула взгляд на Безмолвных братьев, что сидели за столом рядом с Робертом. Неуверенность читалась в ее взгляде, но твердый кивок Захарии развеял все сомнения. Охотница кивнула в ответ и посмотрела на мужчину.
— Я дома, — прошептала с трепетом в голосе, а потом счастливо взвизгнула и бросилась к отцу на шею, чуть не сшибая того с ног.
— А меня обнять? — Детским голосом заканючил Джонатан, протискиваясь вперед между родителями. Парень щенячьими глазками смотрел на сестру и кривил губы, словно собирался заплакать.
— Джонатан, ты взрослый парень! — Удивленно произнес Алек.
— И что? Я тоже хочу объятия от сестренки, — не успел он договорить, как его стиснули две хрупкие руки, но благодаря усиливающим рунам, объятия получились сильными. — Ты меня сейчас задушишь, — прохрипел охотник, не ожидая такой прыти от девушки.
— Зато со всей любовью обняла, — захохотал Валентин, обнимая жену за плечи.
Лаэн отпустила брата и с хитрой улыбкой подмигнула. Конечно, ей придется еще многое узнать о своей семье, но сейчас, стоя на небольшой кухне в домашнем халате с мокрыми волосами, она чувствовала, что это ее место, ее родной дом. Даже после всего, что она сделала, после восемнадцати лет неизвестности, ее любят искреннее и сильно, как умеют любить только родители.
Ну раз отношения между членами семьи остались дружелюбные, мы могли бы перейти к одному очень важному вопросу, касающегося непосредственно нашей ученицы, подал голос Захария, когда смех немного утих.
— Что ты имеешь в виду? — Спросила Мариза, медленно потягивая почти остывший чай из большой кружки.
Пора назвать ребенка настоящим именем, фыркнул Аластор, как и его начальник, поднимаясь из-за стола. Девушка схватила ртом воздух и притихла, горящими глазами наблюдая, как учителя медленно подходят к ней. Смысл слов она поняла без проблем, самое сложно было унять колотящееся сердце в груди.
Ты была мне как родная дочь, Лаэн, проговорил старший Безмолвный брат, перекрывая мысленную связь, чтобы слышать его могли только друг и девушка. Не то, чтобы у него были секреты от Сумеречных охотников, просто этот разговор касался исключительно их троих. Я всегда буду любить тебя, такую маленькую непоседу с рыжими кудряшками. Захария попытался улыбнуться, но с зашитым ртом это выглядело немного страшновато, хотя Лаэн давно привыкла к такому виду. Сейчас у тебя начинается новый период в жизни, с родителями, братом, возлюбленным.
Учитель, вы же не думаете, что я забуду про вас и город Костей? Вежливо поинтересовалась та, когда коварные мысли так и плясали в ее голове чечетку.
Я предупрежу братьев, чтоб запаслись успокоительным, замогильным голосом проговорил Аластор, похлопывая начальника по плечу, а охотница с довольным смехом захлопала в ладоши. Со стороны молчаливая беседа вызывала кучу недовольства, но Джослин шикнула на мужа, давая возможность братьям и дочери все обсудить. Она понимала, что восемнадцать лет довольно долгий срок и распрощаться со всем быстро и безболезненно невозможно.
А заодно попрятали оружие, дополнил мужчина, а потом посмотрел на Лаэн. Ладно, не будем прощаться, и размазывать сопли по лицу, усмехнулся он, беря в широкие ладони маленькие ручки охотницы. Я, как твой приемный отец и единственный начальник города Костей, хочу дать тебе имя, дитя.
Кларисса Моргенштерн? Тихо спросила девушка, мгновенно находя в воспоминаниях нужные слова.
Именно. С этого момента Лаэн нет, собственно, ее никогда и не было, покачал головой Безмолвный брат, пытаясь сохранить серьезный вид. Ты дочь Валентина и Джослин Моргенштерн, у тебя есть брат Джонатан, а твое имя всегда было, есть и будет отныне Кларисса Моргенштерн.
Без лишних слов ученица бросилась на шею Захарии, сдерживая навернувшиеся на глаза слезы. Она плакала в исключительно редких случаях, всего раза два, за восемнадцать лет, но сейчас ей хотелось рыдать от счастья и от грусти, что разрывали ее душу пополам. Охотница нашла семью, о которой так долго мечтала, но расставание с учителями и нравоучениями было тяжелее, чем она думала.
А где Лео? Вспомнив о еще одном важном человеке, спросила Клэри, повиснув уже на шее у Аластора.
Мы отправили его в город Костей, братья похоронили его по всем правилам.
Клэри, а теперь ее звали именно так, кивнула и, размазав ладонью слезы по лицу, улыбнулась. Она навестит его могилу, когда будет к этому готова.
— Не плачь, — прошептал Джейс, тут же появляясь рядом с ней и обнимая за талию. — Вы же не расстаетесь навсегда, будешь в гости ходить по выходным.
— Я знаю, — ответила девушка, улыбаясь, — просто не могу удержать свои мысли и чувства под контролем.
Теперь тебе это и не нужно делать, ласково произнес начальник города Костей, проводя ладонью по рыжим волосам приемной дочери. Больше ты не наша ученица, а это значит, что скрывать чувства, строить из себя бесстрашную и продумывать каждое действие, не надо. Теперь ты свободна от тысячи правил, что мы устанавливали.
— Я счастлива, — покачала головой та, широко улыбаясь. — А это намного лучше свободы!
Джослин всхлипнула и крепко обняла дочь. К ней присоединились Валентин и Джонатан, а потом и все остальные посетители небольшой кухоньки в доме Моргенштернов. Пусть объятия уже через пару мгновений превратились в кучу малу из-за невозможности устоять на ногах под натиском такого количества народу, пусть падение было не самым мягким, а высказывания не самыми культурными, это было все, о чем только могла мечтать Клэри.
Ее семья, большая, шумная и такая разная.
