Последний шанс
21 октября 2014 г., 21:50
Лео ненавидел себя за все, что умудрился натворить за такой короткий срок, как четыре дня. Нефилима терзала совесть, которая даже не желала принимать во внимание тот факт, что многое он сделал хоть и своими руками, но под контролем Маркса. Однако, когда это ее волновало? Как ни крути, а винить будут его за проявленную слабость.
После неприятной ссоры, которую старался не вспоминать, словно ночной кошмар, охотник просто сбежал, как последний ревнивый трус, из города Костей, пытаясь найти успокоение в выпивке в давно известном баре «Адское Логово». Появление злого и взъерошенного парня, ни у кого не вызывало вопросов, да и откуда им взяться, если примитивные не могут видеть его, а работники бара давно знакомы и просто не обращают внимания на выходки безответно влюбленного. Выпивка. Много выпивки, даже слишком много, но зато это помогло залечить страдающую душу, что была бессовестно уничтожена. А были ли это так на самом деле? Ответ был очевиден — Лаэн никогда не смотрела на него, как на мужчину. Он был ей старшим братом, что поддержит, успокоит в случае ошибки, но никогда не посмеет прикоснуться с умыслом или поцеловать. Однажды Лео рискнул поднять этот вопрос при разговоре с Джейн. С какой активностью она махала тогда руками и слезно попросила его не лезть в пекло, ведь девушка могла сдуру и руной залепить прямо промеж глаз, но он не послушал. Лучше бы тогда ему просто отрезали язык!
Лаэн не просто разозлилась, нет, — она впала в самую настоящую ярость с громом и молниями над головой, горящими глазами и пеной у рта. Тот скандал, с проклятиями, угрозами расчленить на месте или просто испепелить к чертовой матери, слышали во всех уголках города Костей без исключения, но никто не рискнул заступиться за нефилима. Безмолвные братья не хотели пасть смертью храбрых или глупых, тут с какой стороны посмотреть, поэтому держались в стороне, да и после старались помалкивать и не лезть в чужие дела.
Три месяца после капитальной промывки мозгов парень не мог спокойно спать, постоянно возвращаясь в мыслях к событиям того вечера. Джейн, как и девушка его сердца, держалась по отношению к нему холодно и далеко не дружественно, что только подливало масла в огонь. По истечению срока, на который хватило хваленой выдержки, Сумеречный охотник пришел к Лаэн в комнату. Разговор был тяжелый, повышенных тонах, но до драки дело не дошло, что поспособствовало прийти к соглашению. Они останутся друзьями и забудут все разногласия, но только до тех пор, пока никто не поднимет опасную тему повторно. Причем, главным дополнением было отмечено, что тему нельзя поднимать именно Лео, а вот если ее поднимет сама Лаэн, значит, дает шанс на отношения.
У Лео тогда гора с плеч упала, правда маленький холмик все же остался.
Никто даже не предполагал, как ему тяжело находиться рядом с девушкой в четырех стенах. Каждодневные тренировки, где приходилось сражаться чуть ли не до первой крови, выматывали сильнее, чем охота, хотя последняя была относительным спасением. Кратковременные вылазки в большой мир, погоня за нечистью, возможность выплеснуть пылающую в груди злость, а самое главное — выпить было единственным счастьем для нефилима. Джейн, не сдерживаемая суровыми рамками, всегда сидела рядом с ним за барной стойкой и пыталась успокоить, но пустые слова не имели никакого действия, потому, что реальность была намного страшнее.
В последнюю такую ссору он слишком много выпил, да еще и без присмотра.
Вторжение в сознание, подверженное алкогольному опьянению, почти не почувствовалось, а когда и тело перестало слушаться, было уже поздно сопротивляться. Все, что Лео оставалось — это смотреть со стороны на все происходящее и молиться, чтобы кто-то заметил странность в его поведении, особенно, после того, как он высказал Лаэн в лицо столько грязи и чуть не убил ее на тренировке.
В голове без остановки звучал дикий смех кукловода, но парень ничего не мог с этим сделать сделать. Несмотря на обучение у Безмолвных братьев, ментальная защита была его слабым звеном. Сколько не бился он, сколько не рисовал защитных блоков, мага это не остановило. Все тайны, что были между тремя ребятами, все воспоминания были доступны ему на блюдечке, от чего охотник чувствовал себя еще большим предателем, а совесть не забывала напоминать о своем существовании.
Когда под контроль попала и сама Лаэн, нефилим потерял надежду на освобождение. Единственная сильная ученица стала жертвой жестоких пыток, о которых он вообще старался не вспоминать. Хоть и не по своей воле, но своими руками Лео издевался над хрупкой девушкой, проливал ее кровь и заставлял страдать. Кошмары тех ужасных моментов преследовали даже в бессознательном состоянии.
В чувство его привели уже в огромном зале, украшенном цветами и светящимися сферами. Особое впечатление производило неимоверное количество выбоин в стенах и лужи крови, в одной из которых парень и лежал. Над ним, словно бабочка, порхал Захария, постоянно накладывая восстанавливающие руны. Голова раскалывалась, а во рту был отвратительный горький привкус, от которого невозможно было избавиться — последствия вторжения не самой приятной души.
— Что произошло? — Еле выдавил он, пытаясь откопать в мыслительном хаосе хоть одно из последних воспоминаний, но перед глазами всплывали лишь желтые глаза, пылающие ненавистью.
Тебе рассказать в хронологическом порядке, или ты просто из вежливости интересуешься? Усмехнулся Безмолвный брат, помогая ученику принять сидячее положение.
— Не очень-то вежливо по отношению к человеку, у которого всю душу наизнанку вытрясли! — Огрызнулся охотник, запуская руки в слипшиеся от крови волосы. — Чувствую себя помятой скотиной или мулом, на котором пахали без остановки года три точно.
Меньше пить надо, парировал мужчина, но дальнейшее развитие ссоры прервал дикий крик боли.
— Какого…? — Начал было Лео, но быстрый взгляд в сторону звука, заставил его сердце рухнуть, если не в пятки, так в живот точно.
В нескольких метрах от него перемазанная в крови демонов лежала Лаэн. По маленьким остаточным искрам красного цвета не сложно было догадаться, что в нее попало атакующее заклинание не маленькой силы. Девушка с трудом приподнялась с пола, опираясь на дрожащие руки, и обратила взгляд зеленых глаз на противника.
Однако Маркс потерял к ней всякий интерес и наступал на Джейса, разглагольствуя о какой-то ерунде про страдания. Захария, все еще сидевший на корточках рядом с парнем, напрягся и немигающим взглядом уставился на мага, что уже собирал в ладонях черную энергию в маленькую сферу. Нефилим возликовал, мысленно махая ручкой светловолосому охотнику на прощание. Мысль, что его главный соперник через мгновение исчезнет с лица земли, грела душу и давала шансы на светлое будущее с девушкой, которую он любил.
Лео посмотрел на Лаэн, и хрустальный замок, или карточный домик, построенный из фантазий, рухнул, стоило увидеть бледное, перекошенное гримасой страха, лицо.
Пора уже смириться с ее выбором, возник в голове голос Безмолвного брата. Учитель краем глаза посмотрел на ученика, и снова переключился на созерцание щекотливой ситуации. Возмущение по поводу копания в чужих мыслях он деликатно проигнорировал.
Охотник зажмурился, словно это могло помочь ему справиться с болью, которой на самом деле и не было. Все эти годы он просто тешил себя глупой надеждой, переступая через мнение других. И почему-то именно сейчас, когда все рушилось к чертовой матери, он понял давнее предупреждение Джейн. Понял, чтобы успеть исправить.
— Умри! — Коротко бросил Маркс, швыряя черную сферу в сторону Джейса, который даже не пытался увернуться или как-то защитить себя. Он просто глаза закрыл, мысленно смирившись с такой скорой смертью.
— Идиот, — прорычал Лео, из последних сил открывая портал.
Идея пришла за секунду, до рокового удара, но этого времени вполне хватило, чтобы успеть заслонить собой горе-охотника. Его выкинуло прямо перед нефилимом, заставляя грудью налететь на черный сгусток смертельной магии. Ощущения были не самыми приятными, но зато все произошло быстро. Одно мгновение, один удар сердца, последняя мысль о рыжеволосой красавице, что наверное смотрела на него в это героический момент, а потом воцарилась непроглядная темнота.
В огромной зале повисла гробовая тишина. Джейс шокированными глазами смотрел на распростертое в его ногах тело, с широко раскинутыми в разные стороны руками. Захария мысленно проклинал своего ученика и одновременно хвалил за проявленную храбрость. Аластор просто решил не комментировать произошедшее, прекрасно понимая, что подвигло парня на такие действия. Группа Сумеречных охотников, в том числе и Джейн, как стадо баранов, толклись неподалеку, не зная как реагировать на произошедшее событие. Лаэн же с раскрытым ртом смотрела на мертвого друга.
— Ой, какая жалость, — выплюнул Маркс, разводя в стороны свои лапищи, — вместо одного нефилима, придется убить двух! — Захохотал он, моментально превращаясь из расстроенного пушистика в злого и опасного, сверкающего длинными клыками монстра. В его ладонях, размером с большие блюдца, опять начала собираться темная магия, теперь точно предназначенная для светловолосого нефилима.
Девушка перевела взгляд с мертвого лица Лео на сумасшедшего мага, что перестал замечать происходящее вокруг, сосредоточив внимание на заклинании. Охотница сжала руки в кулаки и с трудом сил поднялась на ноги, путаясь в собственных конечностях. Если бы ситуация была другой, то наблюдать за перемазанной, словно поросенок, Лаэн было бы забавно. Лицо в потеках, волосы слиплись и сосульками торчали в разные стороны, платье превратилось в лохмотья, а вот босоножки на шпильках были целы и невредимы и до сих пор выводили хозяйку из себя.
— Эй, тварь, лови! — Крикнула она, поднимая с пола кинжал, привлекая к себе всеобщее внимание, потом швырнула оружие в мага, на манер летающих тарелок, которыми играют с собаками.
— Ты хотела победить меня этой зубочисткой? — Удивленно спросил тот, без лишних проблем перехватывая рукоять кинжала двумя пальцами. — Я думал, ты более изобретательна.
— А я думала, что ты умнее, — парировала девушка, растягивая губы в торжествующей улыбке.
Маркс нахмурил брови, а потом перевел взгляд желтых глаз на маленький предмет, зажатый в его пальцах. Осознание, как и в случае с демонами, прошибло его слишком поздно. Защитные руны вспыхнули ярким синем светом, охватывая огромную тушу мага в некое подобие кокона.
Душераздирающий рев сотряс стены с такой силой, что с потолка посыпалась белая штукатурка, а барабанные перепонки были на грани разрыва. Все, кто находился по близости, включая Безмолвных братьев, зажали уши руками, склоняя головы ближе к полу, словно это могло помочь хоть как-то ослабить давление на звуковые рецепторы. Тело существа в буквальном смысле плавилось под действием мощнейших рун, заполоняя зловонным дымом окружающее пространство. Дышать такой смесью горящего мяса, магии, крови и яда было просто невыносимо, а капающие на пол лужи черной жижи только усугубляли ситуацию, вызывая рвотные позывы у всех, без исключения.
— Надо уходить, иначе мы просто задохнемся тут! — С трудом перекрывая вопли умирающего создания, прокричал Валентин, подхватывая под руки Джослин, что хватала ртом едкий воздух и никак не могла откашляться от мерзкого привкуса во рту.
— Джонатан, помоги Изабель! — Закричал Алек, в два широких прыжка оказываясь рядом с братом, что уже стоял на коленях и не мог сообразить в какой стороне выход. Джейсу досталась самая сильная доза яда. Она заполнила собой все дыхательные пути, затуманила разум, не позволяя ему даже подняться на ноги. Эта гадость просто убивала его изнутри.
Охотник без лишних вопросов подхватил девушку на руки, не слушая гневные восклицания с ее стороны, и бросился бежать следом за родителями, которые умудрялись помочь еще и Роберту с Маризой, которые выглядели отнюдь не лучше их самих. Небольшой коридор, ведущий к выходу показался бесконечным, пока вся компания спотыкаясь пыталась добраться до улицы, где можно было полной грудью вдохнуть свежего воздуха. Мариза порывалась вернуться за сыновьями, но сильная рука Валентина за шкирку заставляла ее двигаться вперед, а весомые ругательства краснеть, словно маленькую девочку.
— Алек вытащит Джейса, а братья позаботятся о Лаэн, — прорычал мужчина, в приступе кашля чуть не выплевывая легкие. — Угомонись и не вляпывайся еще больше! — Добавил он, а потом, не заметив выхода и ступеньки, кубарем скатился с подобия крыльца на мягкую зеленую травку, утаскивая за собой в не очень приятное путешествие и обоих женщин.
— Проклятье, Валентин! — Тут же завозмущалась Мариза, жадно вдыхая ночной воздух, пропитанный свежестью листьев. — Я себе все кости отбила!
— Зато вы красиво спустились с лестницы, — усмехнулся Роберт, упираясь руками в колени и восстанавливая дыхание. — По-королевски, так сказать!
— Ты вообще молчи! — Выдохнула супруга, с трудом поднимаясь на четвереньки. — Вот приду в себя, и получите, оба!
Изабель, уютно устроившаяся на руках Джонатана, покачала головой и уткнулась носом в плечо парня, всхлипывая.
— Ты чего плачешь? — Удивленно спросил тот, опуская девушку на ноги, но, не выпуская из кольца своих рук. — Все ведь живы, вон уже и Алек с Джейсом выходят, — кивнул он в сторону входа головой.
— Я просто от облегчения, — промямлила та, а потом зажмурилась и мимолетно поцеловала спасителя в губы, но в следующую секунду отскочила от него на добрых три метра и сделала вид, что ничего не произошло. От шокированных вопросов ее спасло появление братьев.
— Мальчики мои, вы как? — Тут же засуетилась охотница, подлетая к ним и осматривая сыновей со всех сторон. — Дышите нормально, ничего не болит?
— Дорогая, они взрослые охотники, прекрати кудахтать над ними, как курица наседка! — Недовольно буркнул Роберт. Мужчина не особо любил, когда с его мальчиками носились как с детьми. Он воспитывал их мужчинами, способными терпеть боль, а не мамкиными сынками.
— Не смей называть меня курицей! — Рявкнула женщина, моментально забывая о нефилимах и намереваясь отвесить мужу хорошего подзатыльника, но ее маневр не удался. Супруг скрутил ее за руки и, прижав к своей груди, со всей страстью поцеловал. По мгновенно вспыхнувшим румянам на щеках и загоревшихся глазах, она простила его за все, чего он даже еще и не совершал.
— Счастливица, — тихо прошептала Джослин, в тайне завидуя подруге белой завистью. Она уже и забыла, что такое чувственные поцелуи мужа.
— Знаю, не подходящее место, но выходи за меня? — Едва слышно прошептали ей на ухо, а на талии сомкнулись горячи и сильные руки. — Это лучше поцелуя с ядовитым привкусом во рту, верно? — Спросил Валентин, наблюдая за парочкой из-за копны рыжих волос жены. Он планировал сделать официальное предложение чуть позже, но после всего, что произошло, после стольких переживаний, молчать уже просто не было сил, а признаться в любви женщине, которую сам же и заставил страдать, было как отпущение грехов.
— Мой ответ, да, — еле проговорила она, разворачиваясь в руках мужчины. Глаза Джослин были красными от сдерживаемых слез, но счастливыми, с веселыми искорками.
— Меня стошнит, если еще и вы поцелуетесь, — предупредил Джонатан, сплевывая горький привкус с языка. Одни только мысли об обмене слюной такого ядовитого вкуса приводили его в ужас.
Счастливые родители тихо засмеялись, но радостные нотки, проклюнувшиеся среди черных воспоминаний, были прерваны мощным взрывом. Земля под ногами нефилимов содрогнулась, а в следующую секунду крыша некогда величественного замка начала обрушиваться, поднимая тучи пыли и мелкой крошки в воздух. Рунный кокон, пропитанный самой сильной магией, завершил свое действие, уничтожив живую материю в лице Маркса, просто выпустил энергию на свободу, которая сметала все на своем пути. Сумеречные охотники в спешке отбежали на приличное расстояние, чтобы не попасть под завал, а вот начальство города Костей явно с этим делом не спешили. Безмолвных братьев, как и Лаэн с Джейн нигде не было видно.
— Только не говорите, что их завалило! — Пропищала Изабель, кусая ногти от переживаний.
Не говори глупостей, дорогая, мы все-таки Безмолвные братья!
Захария, Аластор и Джейн, с ног до головы покрытые белым слоем пыли, словно привидения появились немного в стороне от группы нефилимов. За их спинами, изрыгая пыль и камни, словно отхаркивающийся больной, закрывался портал, через который они и появились прямо из эпицентра обрушения. На руках мужчины держали два тела, больше похожих на мешки с картошкой, а девушка привязывала к бедру завернутый в кусок какой-то ткани кинжал, принесший смерть величайшему темному магу.
— Клэри! — Тут же закричала Джослин, кидаясь к дочери. — Что с ней, Захария?! — Спросила она, убирая черные от крови демонов волосы с бледного лица.
Просто обморок от удушья, пояснил тот, осторожно опуская свою ношу на землю. Лаэн не захотела оставлять Лео там, а пока мы в слепую добрались до его тела, бежать к выходу не имело смысла — взрывная волна ударила бы нас в спину. Джейн открыла портал всего за секунду до него.
— Доченька, милая, открой глазки! — Ворковала женщина, поглаживая девушку по лицу.
Джослин, она же не железная, возмутился Аластор, пристраивая мертвое тело недалеко под деревом в сидячем положении. Дай ей немного придти в себя после такого количества отравленного кислорода.
— Да, конечно, прости, — пробормотала та, а потом подвинулась, позволяя Джейсу присесть рядом. Парень сжал в ладонях руку Лаэн и прикрыл глаза, облегченно, выдыхая. Его избранная была жива, это все, что на данный момент его волновало.
Валентин поднял голову к темному небу и глубоко вдохнул свежий воздух. Все было позади, все кошмары, ложь и убийства, все осталось в прошлом, потому что больше некому было сеять страх и проливать кровь. Родерик и Маркс мертвы, а это значило, что для всех нефилимов начиналась новая жизнь.
Холодные капли дождя, с тихим шелестом забарабанившие по земле, были ознаменованием этого. Вода, проливаемая небесами над полем боя, а его можно было с легкостью так обозвать, смывала кровь с главных героев, унося ее с собой глубоко в землю. Облегчение накрыло всех, словно теплым одеялом, позволяя мышцам расслабиться, мыслям спокойно течь в голове, а чувству радости вспыхнуть с новой силой. Они сделали это, спасли дочь, сохранили семью и друзей, построили прочный мост дружбы с Безмолвными братьями, и все это за такой короткий срок. Это было достойно похвалы даже со стороны природы, которая очищала их души от горя потоками свежей воды.
