молочная корка на запястьях

      Битое стекло по всему полу. Парень осмотрел дебош, который сам же и устроил буквально полчаса назад. Больно и обидно, разбитое сердце кровоточит с новой силой. Зачем так влюбляться, если знаешь что в конце.       Вону хватает снотворное и какой-то паленый алкоголь из круглосутки за углом. Меньше всего сейчас хочется страдать и поддаваться новым приступам самобичевания. Возможно, он правда не такой. Возможно, тогда вообще не стоит даже пытаться. Просто запить это несчастное снотворное… И все закончится? Ведь так?

***

      Утро встречает головной болью, тело все ноет. Всё же не выпил, побоялся. Почему он такое ссыкло, даже не смог умереть. Парень тяжело вздохнул, наступая на осколки. Красная краска украсила пол «детскими» ножками. Если не знать, что это кровь, выглядит мило. Чон тряхнул головой, вообще не до этого. Проблемой важнее сейчас являлась пустота в душе и потребность заглушить её любыми способами. Парень накидывает куртку, хватая пакет со сладостями, который вчера заботливо оставил у выхода, не хватает разве только записки «Не забудь!». Вону хмыкнул своим мыслям.       На крыше Чон тонет в леденящих порывах ветра. Осень постепенно поглощает остатки солнечного тепла. Парень усваивается на краю крыши, ловя настроение природы. Уставшее серое небо, вроде, дождь обещали, голые деревья шатаются при новых порывах ледяных потоков. Казалось, это их вина, что душевные раны снова кровоточат, будто это они раздирали своими костлявыми ветками самое хрупкое и тёплое. Вону запрокидывает голову, подставляя лицо под первые капли, и тянется к пакету.       «Сладкая помощь» не помогает совсем, усилившийся дождь в паре с пронизывающим насквозь ветром заставляют продрогнуть. Вону сильнее кутается в куртку, пытаясь скрыться от внешнего мира, ведь он не заслужил Чона. Парень слишком хрупкий и ранимый с горящим сердцем, но его заставляют надеть холодную маску безразличия, глотая ком в горле.       Послышался первый всхлип. Чон ненавидит жалеть себя, но вновь делает это. Парень злится запуская руки в волосы, издавая беспомощный стон. Почему он такой жалкий? Джису правильно поступил, что бросил его. Будь Вону на месте Хона, сделал бы точно так же. Но от этого легче не становится. Слезы вновь собираются в уголках глаз.       Вону жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. Жалкий. ранимый.       Судорожно выдохнув, Чон стёр дорожки с щёк, уже не понятно от слез или от дождя. Кусая губы в кровь, парень вновь запустил руки в волосы, пытаясь собрать по кусочкам свою маску безразличия.       Встав на ноги, Вону посмотрел вниз. Сеул все такой же шумный и большой, ему все равно на одного разбитого Чон Вону, интересно, как много таких же несчастных глотающих слезы, растворяющихся в своей боли и отчаянии? Парень ухмыльнулся. Он не один, их десятки… Нет, тысячи… Нет, миллионы… Чон не особенный, хоть в чем-то он не одинок.       Пора уходить. Мешок давно опустел, собрав в себя только шуршащие обертки. Пора уходить. Пора вновь возвращаться вниз, туда, где все думают, что Вону эдакий холодный принц с каменным сердцем, что его ничего не волнует, ему никто не нужен.

***

      Дождь закончился, оставляя после себя приятное послевкусие. Домой совсем не хотелось, Чон не хотел возвращаться туда, где разбился на осколки вместе с той несчастной бутылкой, смешавшись с паленым вином и собственной кровью. Вот это месиво, парень криво ухмыльнулся, блуждая по людной улице. Он никогда не был в этом районе, а зря, пронеслось в мыслях.       Широкая улица с кучей магазинчиков, разбросанных по краям. Яркие вывески, уютные кафе и… бар? Парень кивает своим же мыслям. То, что надо. Чем ближе Чон подходил к крыльцу, тем больше казалось, что он делал что-то… неправильное?        Внутри было по-своему уютно. Небольшое помещение, несколько столиков и барная стойка. Сердце пропустило удар, стоило его обладателю взглянуть на бармена. Нутро кричало бежать, но Вону будто гипнотизировал этот парень. Чон не успел и вздохнуть, как сидел за барной стойкой и пялился на бармена.       — Что будете заказывать? — Вону будто холодной водой окатили.       — На Ваш вкус, — Чон прикрыл глаза, кусая губы. Неловко. Хотелось спрятаться. Этот парень слишком красив, он будто манил? Хотелось наблюдать за ним из-за угла незаметно, как влюблённая школьница.       — Ваш заказ, — парень вновь вздрогнул. Ему же не показалось? Бармен явно издевается над ним.       — Капучино?