кingdom of welcome addiction

— Что мне с ним сделать: вспороть живот или задушить? Или ты мне что-то подскажешь, милая? — это ядовитое обращение эхом повторялось в моей голове, где ещё не созрел план побега и спасения. Паркер сделал задумчивое выражение лица, пока я стояла, глотала солёные слёзы, замерев, чтобы не спровоцировать этого морального ублюдка, которому отрезало остатки тормозов, что ещё как-то держались в нём до того, как он увидел меня в обществе моего парня. Он держал Роберта, который был уже в полусознательном состоянии, в своих руках, и жизнь моей второй половинки была в самом прямом смысле в руках этого психопата, что полностью разрушил мой мир, остатки которого до сих пор напоминают о себе. Я не могла больше так! Мне нужно было рассказать все Роберту. Всё, не утаивая мелочей. Не забывая рассказать о том, как горячий шепот Паркера доносился до моих ушей, когда он касался меня везде своими руками, когда исследовал ими же моё тело. Тогда, когда я позволила сделать со мной то, о чём я не жалею. Тогда, когда я полностью отдалась ему, зная, что ничего не получу взамен. Но как я ошибалась. Взамен я получила намного больше, чем думала. Я получила то, чего мне так не хватало, но я не могла принять это, потому что боялась. Я боялась последствий и боялась Кая, хоть и знала, что он со мной ничего не сделает. Но и здесь я тоже ошибалась. Кай готов задушить меня своими руками. Таким злым я его не видела никогда. Он думает, что я его предала, но он даже не подозревает, что я предана ему так, как никому никогда не была предана. Я была уверена, что Кай видел это все в моих глазах, но думал, что я лгу. Но я не лгала! Я никогда ему не лгала! Бешеный взгляд его глаз прожигал меня насквозь. Как рентген выискивал что-то в моих глазах, а я ничего не скрывала. Кай все ещё держал почти умершего от страха Роберта. Господи, не нужно… Пожалуйста, не убивай его! — Не смей его трогать, Малакай, — процедила я, чувствуя, как сердце вместо крови начинает циркулировать отчаяние и безысходность. — Ух-ты, как птичка запела, — пропел Кай и сильнее сдавил горло Роберта. — Нет! — я дёрнулась, но Кай улыбнулся так, как может только он, и я остановилась, выставляя руки вперёд, продолжая глотать слёзы. — Прошу, Кай! Не трогай его, убей меня! Убей меня, если я ничего для тебя не значу! — Я не могу! — его раздирающая мою душу улыбка погасла, а вместо нее появился животный, злой оскал. — Я миллион раз пытался пробить твою грудную клетку, когда ты спала в моих объятиях. Я пытался не думать о тебе, но ты не вылазишь оттуда, заставляя хотеть тебя ещё больше!.. — Кай, — зажмурившись, выдохнула я, мелкими шагами приближаясь к нему, видя в его глазах то же отчаяние, которое плескалось во мне. — К-кай, смотри на меня. Это… это н-нормально. Нормально чувствовать ч-что-то. Он отпустил Роберта, но я уже не обращала на него никакого внимания. — Нет! Это ненормально! Такие как я не могут чувствовать того, что я ощущаю рядом с тобой. Я не хочу этого чувствовать! Мне не нужна персональная слабость! Я не заметила, как я быстро дошла к Каю. Не заметила, как положила свою холодную ладонь на его колючую щеку. Я не заметила, как он прижал меня своим весом к стене, крепко держа мои руки и пристально всматриваясь в краснющие от рыданий глаза. — Я не хочу, чтобы так было, — он склонил голову вниз, а мне так захотелось прижать его к себе. — Но почему-то как только я подумаю об этом, мне хочется вспороть себе кишки… — Это нормально, Кай. Это нормально. Слышишь меня? Нормально. Услышь меня, я прошу, — несвязно шептала я, заглядывая в его глаза, чувствуя лёгкое прикосновение губ Кая к моим. Я поддалась, поддалась к нему, чтобы успокоить, чтобы доказать, что я его. Только его. Я прижалась к нему, обвивая свои руки вокруг его тела, чувствуя, как сильно он вжимает меня в себя. А потом почувствовала руки Кая, блуждающие по моей спине. Я чувствовала, что ему нужна моя поддержка, и я ее дала ему. Я всегда буду рядом с ним.