кingdom of welcome addiction

      Когда ты слышишь топот коней, которые приближаются неумолимо быстро, ты тоже ускоряешь шаг, зная, что тебе это всё равно не поможет. Но ты отчаянно пытаешься спастись, пытаешься не попасться на глаза местным неким «властям», которым задолжала огромную сумму денег. Вообще, задолжал твой уже немолодой и мёртвый муж, но вся ответственность после его загадочной кончины легла именно на тебя, как на его супругу. Но у тебя нет и в помине такой суммы, а последние гроши отдавать из-за своего муженька ты не собиралась, потому что тебе тоже нужно было как-то жить, одеваться, расплачиваться за услуги прислуги и тому подобное. Благо у тебя не было от этого старика детей, потому что не хотела бы, чтобы они были бы подвергнуты опасности из-за своего папаши, да и вообще от него ты детей не хотела. Всё было банально и ясно, как день и ночь: твой дорогой отец выдал замуж тебя за того, кого ты впервые увидела только на самой церемонии свадьбы. Она была пышной, об этой свадьбе знали все, кому не лень послушать последние сплетни в вашем маленьком городке. Да и вообще, тебе кажется, что о том, что твой отец — богатый торговец — выдал тебя не по своей воле замуж, знали и за гранью вашего поселка. Но тебе было всё равно. В истерике ты не билась, но было очень неприятно и противно делить со своим новоиспечённым мужем ложе. Он не был толстым, не был мерзким, наоборот: ухоженный и воспитанный мужчина, который понимал тебя, но всё же червячок какого-то здравого смысла не давал тебе сполна насладиться этой жизнью. Ты уважительно ставилась к бывшему супругу, но он тебе не нравился. Ты проглатываешь вздох, который был полностью пропитанный страхом. Грубые мужские крики заполняют весь лес, и это эхо въедается тебе в сознание. «Быстрее. Быстрее. Быстрее!» Ветки деревьев больно бьют по лицу, а из-за их корней ты бежишь не так быстро, как бы тебе хотелось. Но ты не сдаешься, потому что хочешь ещё жить. Хочешь вставать по утрам и чувствовать тепловатые лучи солнца на своём бледноватом лице. Хочешь радоваться тому, что предоставила тебе эта жизнь. Пусть у некоторых твоих знакомых она сложилась лучше, но ты не жалуешься, потому что тебе хватает того, что есть у тебя сейчас. Ты спотыкаешься. Падаешь на колени, а потом скатываешься с края горба прямиком в небольшую яму, из которой будет сложно выбраться, но ты что-то придумаешь. Обязательно придумаешь, потому что так тебя точно найдут и убьют. Ступни болят, да что там! Болит всё тело! Каждая клетка твоего организма, кажется тебе, верно и медленно погибает. Такое ощущение, словно тебя резкой пару раз ударили по спине — она неимоверно пекла (благо, не кровоточила), но те царапины, которые ты заработала при таком неудачном спуске, заживут не скоро. Тебе кажется, что это конец. Ты слышишь, что кони совсем близко со своими всадниками, но не плачешь. Ты чувствуешь страх перед неизвестностью: не знаешь, как именно тебя будут пытать, когда найдут. Но всхлипы вырываются наружу, и чтобы этого не было слышно на весь лес, ты закрываешь рот грязной ладонью, прикрывая глаза, что-то несвязно шепча.  — Господи Боже, помоги. Прошу тебя, помоги своей рабыне Т/И! Слышишь какие-то звуки рядом и уже готовишься к своему разоблачению, но твои уши улавливают только чей-то — мужской — смешок. Ты испуганно оборачиваешься назад, опять спотыкаясь через корень огромного величественного дуба, за которым ты и успела спрятаться.  — Какая грация. Я уже завидую. Этот ехидный голос вызывает холодок по твоей коже. Жаль, что ты не видишь его обладателя, потому что тебе становится ещё более неловко и страшно. Хотя, казалось бы, куда ещё страшнее?..  — Кто ты? Что тебе нужно? У меня нет тех денег, я уже говорила! — хрипло выдыхаешь ты, заламывая сзади пальцы своих рук. Уже через мгновение горячее дыхание опаляет твою шею, и ты снова оборачиваешься назад, подбирая подол своего платья. Его подобия. Сердце гулко бьётся, и кажется, что вот-вот, совсем немного и ты останешься без него. И тебя такая перспектива не радует. Отнюдь не радует. Незнакомец тихо посмеиваться, и ты снова судорожно выдыхаешь.  — Кто т-ты? Скажи мне. Покажись!  — Как будет мисс Т/Ф угодно. И он выходит. Выходит, а ты поджимаешь губы, с большущей опаской оглядывая того парня, что с саркастической ухмылкой взирал на тебя своими лукаво блестящими глазами цвета крепкого кофе. Нервно теребишь своей рукой ткань тускло-голубого платья. А незнакомец склоняет голову в бок, с прищуром оглядывая тебя.  — Почему ты не говоришь остальным своим дружкам, что нашел меня?  — Потому, что я не их дружок.  — Чей тогда?  — И не твой точно, дорогуша. Я вообще хотел сначала насладиться чей-то свежей кровью, мы с братьями очень проголодались, но в тебе я узнал хозяйку особняка, в котором собирались жить. Будет очень некультурно, если я убью тебя сейчас. Не то время и не то место. Ты вот-вот упадешь в обморок от обессиления, но кажется, что от совершенно ужасающих слов шатена, которые вселили в тебя то чувство, которое не должно было сейчас проявится. Ты чувствуешь интерес. Боже, интерес… Тебе в открытую заявляют о том, что тебя убью, но всё, что вызвало это у тебя, — интерес! Ты точно ненормальная. Глупая. Идиотка. Ты нервно смеёшься, но парень, стоящий напротив тебя, лишь шире усмехается, понимая, из-за чего у тебя такая реакция. Он в мгновение ока становится около тебя.  — Ты забудешь всё, что сейчас было. Забудешь наш разговор. Забудешь весь свой вечер, но будешь помнить это чувство, которое появилось сейчас. А теперь, до новых встреч, милочка. Буду рад тебя снова повидать. И на следующий день ты с искренней радостью встречаешь новых гостей — братьев Майклсонов, замечая, что младший из них смотрит на тебя так, словно знает то, чего не помнишь ты. И чувство жалящего и не утихающего интереса становится ещё больше, заставляя задуматься над тем, о чем ты не помнишь.