Покажи им, лев!

      — Я не дам ему так просто снова меня обставить! — именно с такими словами Лэнс рванул в зал, на физкультуру, когда его цель свалила со своего места в следующую секунду после звонка.       — Что?! Кто это? Ты его знаешь?! — за ним побежала Пидж, за ней и Ханк, пытаясь понять, что происходит с этим итак неуравновешенным пацаном.       — Я этот маллет везде узнаю! Кит!       — Да кто это?! — в недоумении выпалила Гандерсон, чуть не сбив ногой мусорку.       Наконец, они были в спортзале. Лэнс, напоминая первобытного человека, оглядывался по сторонам со злым, но достаточно глупым выражением лица. Ханк пытался восстановить дыхание после неожиданной пробежки и, казалось, чуть ли не умирал. Его прекрасно понимала Гандерсон, которая довольно долго не бегала со скоростью своего тупоголового друга и сейчас преисполнилась желанием окунуть его голову в кипящее масло. Вся эта сцена производила достаточно сильный эффект на проходящих мимо зала ребят, которые либо в ужасе отбегали, либо останавливались и облокачиваясь о стены, дабы просмеяться. В зале никого не было, что удивительно. Обычно он наполнен кучей людей. В основном, учениками. Ханк очнулся первым, задавая вполне логичные вопросы:       — А где все? Мы пропустили какое-то объявление или что?       — Лэнс, я надеюсь, ты умрёшь в муках! — выпалила Пидж, обнаружив грязь на своих любимых джинсах, прямо на вышивке с цветочками.       — Ты мне тоже как сестра, Пидж, люблю тебя. — парень снова оглянулся. Взгляд его охладел, по его лицу было видно, что он готов строить стратегии и принимать серьёзные, взрослые решения. — Я уверен, он здесь. Запах эмо ни с чем не спутаешь: дешёвые сигареты и плохой одеколон…       — Ох, ребята!       Все трое внезапно подорвались, услышав мужской голос за спиной. В дверях зала стоял самый горячий учитель школы с поседевшей чёлкой и бионической рукой. Многие почитали его, как кумира, а вся баскетбольная команда школы пропиталась уважением к нему и его тренерским наставлениям. Настоящий лидер, боец, несмотря ни на что вступающийся за своих. Да, это был единственный и неповторимый Такаши Широгане. Учитель физкультуры и основоположник Вольтрона — школьной баскетбольной команды.       Нельзя было описать то восхищение, с которым Лэнс смотрел на этого человека. Он был его кумиром ещё с десяти лет. В его лице совсем юный кубинец видел своё будущее, полное побед, тренировок и славы. Поэтому сейчас, несмотря на растрёпанные из-за бега волосы и слегка мятую одежду, он выпрямил спину и улыбнулся:       — Здравствуйте, мистер Широгане! Мы тут… К физкультуре подошли. — показать себя с лучшей стороны бывает сложно, когда ты думаешь на ходу и голос подрагивает от неопределённости. — Раз никого нет… Сегодня будем заниматься на улице?       — Да, ваш класс будет заниматься с мистером Айверсоном. — с лица мужчины не сходила мягкая улыбка, но даже это не помогло сделать смысл фразы мягче. В последний раз, когда ребята занимались с бывшим полковником, МакКлейн врезался в стену зала, Пидж, не рассчитав силу, что удивительно, разбила окно мячиком для настольного тенниса, а Ханк выблевал весь свой обед в ближайшую мусорку. — Мне надо подготовить зал для вступительного матча. Лэнс, я думаю, ты будешь рад новичкам в команде. Хотя, назвать одного из ребят новичком можно с большой натяжкой.       Б л я т ь.       Нервно хихикнув, парень начал молиться всем богам, чтобы его догадки не были верны, чтобы это всё оказалось дурным сном, чтобы он проснулся прямо сейчас и весь этот день забылся, как забываются все его сны, и он прожил замечательный вторник..!       — Широ, куда мне это поставить?       Да вы издеваетесь.       Одетый в красную футболку с символикой команды, из подсобки вышел никто иной, как Кит, мать его, Когане. Фиолетовоглазый маллетоголовый мелкий эмо подросток со слабыми проявлениями, блять, альцгеймера, не иначе. Так думал возмущённый до предела Лэнс, направляясь к нему и забирая одну из коробок с мячами. Черноволосый оглядел его полным непонимания взглядом.       — Обычно я помогаю Широ. — процедил сквозь зубы кубинец, глядя в глаза своего врага. Тот лишь поднял бровь:       — Кто ты?       — Эм… — ещё одно слово, ещё один такой взгляд, и Лэнс убъёт его на месте. — Я Лэнс. Мы были в одной команде, пока ты не ушёл к Клинкам. Я чуть не выиграл у тебя в прошлом году, между прочим.       Кореец, отводя взгляд на тренера и наполняясь безразличием, бросил:       — Что ж, поздравляю.       Настанет час расплаты, месть моя будет страшна, ты запомнишь моё имя, оно будет выжжено в твоём тухлом маллетовом мозгу, как ебучая татуировка.       — Спасибо, парни. Всё хотел ими вчера заняться, только вот… Руки не дошли. — он помахал бионической рукой, как бы дополняя каламбур.       Кит тихо рассмеялся, как и Пидж с Ханком, но вот Лэнсу было не до смеха. Он продумывал план своей жестокой, беспощадной мести.       Вскоре, к подготовке зала подключились все представленные лица, поэтому к началу физкультуры всё блестело, а Такаши в любой момент готов был начать игру. Но был один момент: он приглашал новых игроков на другое время, и несмотря на отличное состояние зала и полную готовность одного из «новичков», отбор не мог начаться. В конце концов, нужны ещё люди.       Во время подготовки зала Лэнс не сводил глаз со своего соперника. Тот был спокоен, сдержан, а также не проявлял никакого желания общаться с ним. Как и два года назад, у Когане были замечательные отношения с Широ, а также способность находить общие интересы с любыми незнакомцами. Убирая столы для настольного тенниса, Кит сумел подружиться с Пидж и даже договориться о встрече около какой-то забегаловки. Они говорили про теорию игр, про сайты со ставками и ещё о чём-то, что Лэнс запомнить не смог. Раздражение иногда перекрывало его слух или зрение. Как этот маллет вообще смог так быстро найти себе друзей, причём, из окружения МакКлейна?! Какого чёрта все учителя так ласковы с ним?! Он что, гипнотизёр?! Ей богу, сейчас парень готов был верить во что угодно, лишь бы не признавать, что его разъедает обида.       — Мужик, ты глаз с него не сводил. Что происходит? Почему ты вдруг пытаешься открыть у себя способности к лазерному зрению? — с улыбкой расспрашивал его Ханк, когда они стояли в раздевалке.       — Не понимаю, почему я помню его, а он меня нет. — отвечал МакКлейн, шнуруя спортивные кеды. — Почему я помню, что он делал для Вольтрона, когда мы только собрали людей, а он про меня вообще ничего не помнит?       — Воу. Вы общались тогда?       — Да. Немного… На тренировках. Бывало и после. — задумываясь над этим, Лэнс начал понимать, что не был в жизни этого эмо-парня выделяющейся фигурой, и обижаться тут, впрочем, не на что. — Ладно, хорошо! Пусть забудет наши короткие тренировочные переговоры, плевать! Но как можно забыть, кого поставили на твоё место после твоего ухода? Почему он не помнит своего главного соперника на прошлогоднем матче?! Мы ведь не раз встречались на поле, и оба дышали друг другу в спины! Я разве не был достойным соперником?!       От возмущения Лэнс подскочил со скамейки, и его шнурки всё же не выдержали, вылетая из аккуратного бантика. С тяжёлым раздражённым вздохом он сел обратно, шнуруя всё по новой.       — Почему ты так переживаешь об этом? Может, он был слишком сильно сосредоточен на мяче, чтобы заметить тебя?       — Потому что он решил бросить Широ, который в нём души не чаял, ради каких-то там Клинков. У-у, новая независимая команда, в которую попадают лишь лучшие, у-у-у! Конечно, почему бы не кинуть всех в самый последний момент, прямо перед решающими матчами?! — разобравшись, наконец, с кедами, парень встал с места и ещё раз оглядел дверцу своего шкафчика. Фотография с его самой первой победой вместе с Вольтроном. Ей уже три года, но он на ней так счастлив. Их с Китом обнимал радостный Такаши, поздравляя с первыми забитыми голами в настоящей игре. — Ты знаешь, насколько сильно мне важен спорт. И команда. И… вообще всё это. Даже Гриффин. Да, он бесит иногда, но он мой товарищ. После ухода Кита он очень сильно переживал.       — Разве у них не было конфликтов во время игр? Они же подрались после одного матча. Вспомнив один из самых неприятных моментов трёхлетннй давности, кубинец поморщился.       — Да… Они довольно часто ссорились. Но это не отменяет того факта, что Джеймс уважал его. Даже сейчас, я думаю, он…       — Лэнс, блять, я в бешенстве!       Лёгок на помине.       Джеймс тяжёлым шагом стремился к напарнику. Если бы вы увидели, как на ваши любимые цветы гадит соседская собака, у вас было бы абсолютно то же выражение лица, что и у Гриффина в этот момент. Поджав губы, Лэнс остановил его:       — Я знаю, о чём ты хочешь сказать. И, да. Ужас.       — Серьёзно?! Ты в курсе?! Как это вообще могли допустить?!       — Не знаю. Для меня это настолько же загадка, насколько и повод поверить в дьявола.       — Кому вообще в голову пришло, что ограничить школьной команде доступ к залу — хорошая идея?!       — Да, Кит не… Стоп, что?       Парни уставились друг на друга с тупыми, вытянутыми мордами. Удивление в их глазах смешивалось с другими, уже отошедшими на второй план эмоциями. Им потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Всё это время рядом с ними в полном недоумении стоял Ханк, чувствуя себя невидимкой.       — Зал? Я думал, ты про Кита.       — Нет, мне плевать, возвращается он или нет. Но нам сократили время тренировок, потому что кто-то из наших испоганил электронное табло. — Ханк охнул. — Широ пытается решить этот вопрос с администрацией.       — Почему тебе плевать?! Он же… Он же кинул нас! — перешёл на крик кубинец, уже не в силах сдержать гневные порывы. — Буквально оставил на произвол судьбы всю команду, и Широ тоже! Вы разве не ссорились по этому поводу после?       Джеймс пожал плечами, и тогда МакКлейн понял, что кроме него никто не чувствует себя преданным, вспоминая о том, насколько напряжённой была ситуация два года назад. Похоже, все сумели пережить это и понять Кита в какой-то степени.       Теперь Лэнс чувствует себя глупо, замечательно.       — Надо бы идти, ребят. Айверсон прибить может. — стараясь отвлечь друзей от таких острых тем, Ханк наконец перестал быть тенью и повёл парней к выходу на улицу.       Уличный корт встретил их криками одноклассников, шлепками скакалок об асфальт и тихим грозным голосом учителя физкультуры. Лэнс, выходя на свет, даже не морщился. Он смотрел в пол, размышляя. Возможно, у Кита были свои причины уйти. Но если они были, то какие? И почему он вернулся?       Его размышления прервал громкий смех Кита и Пидж, которые снова болтали о чём-то, стоя у баскетбольного кольца. Наблюдать за этим было обидно, но сомнения в правильности своих поступков и чувств пересиливали эту обиду. Да, Когане забыл его. Но, кто знает, может, он действительно был слишком занят, чтобы вспоминать назойливого мальчишку, вечно бегающего за тренером и собирающего в конце тренировки разбросанные мячи.       Громкий свист.       — Начинаем урок! Построиться по парам! Забег на 30 метров, до конуса и обратно! — громкий чёткий голос учителя разлетелся по округе, собирая непутёвых и напуганых школьников у линии старта.       Лэнс, на удивление, уже не думал о том, с кем он побежит и чей нос исчезнет из поля зрения через две секунды после старта. Паршивый день, паршивое настроение… Какая разница, с кем он побежит, если всё равно обгонит его?       Впереди него стояла Элайза. Девушка, особо не отличающаяся своей спортивной формой (если таковая у неё вообще имелась), но достаточно высокая и длинноногая, чтобы хотя бы сдать этот норматив. В школе она запомнилась участием практически во всех школьных и внешкольных олимпиадах, научных викторинах и… Наверное, это всё. С ней в паре побежит как раз юная Гандерсон. Эти двое встретились во время очередной викторины, когда их поставили в разные команды, развязав миниатюрную войну разумов между ними. Лэнс отчётливо помнил злющее лицо подруги на сцене и красную милую мордашку уже по дороге домой. С того момента Пидж всеми силами пыталась впечатлить девушку и сблизиться с ней. Сейчас происходило то же самое: коротковолосая «профессионально» разминала руки и ноги для бега, изредка перекидываясь парой слов с предметом обожания. Смотреть на это было уморительно и умилительно одновременно, что немного улучшило настроение МакКлейна.       Его друзья счастливы, а значит, день не так уж и плох.       Пока парень наблюдал за теми, кто уже пробежал норматив, он заметил, что к Айверсону подошла Аллура с красивой розовой папкой и справкой в руках. Похоже, извинялась за пропуск физкультуры и спрашивала что-то по поводу журнала. Милая улыбка девушки прибавила МакКлейну сил и уверенности. Если он пробежит этот кросс на отлично, Аллура точно это заметит.       Свист.       Пидж и Элайза сорвались со старта.       В первые две-три секунды всё было хорошо, девушки стандартно бежали рядом друг с другом. Однако, к концу сил стало не хватать, и Пидж начала заметно отставать, попутно сбив дыхание. Похоже, бежать с Элайзой стоило ей огромных сил. Лэнс болел за неё до последнего, но девушки пришли к финишу уже не вместе. Элайза ждала Гандерсон на финише, а после из последних сил обняла её.       — Солнце, что ты делаешь-то? Зачем разгоняться на старте? — ласково расспрашивала она, поправляя взъерошенные волосы.       — Как у тебя получается быть такой… Такой?! — чуть ли не задыхаясь спрашивает девушка, надевая очки.       — Пошли, я поделюсь с тобой водой и картинками с котами. — улыбнулась Элайза, обнимая Гандерсон за плечи и уводя её в сторону женской раздевалки. Та, совершенно не сопротивляясь, волочила ноги за собой и таяла в тёплых руках возлюбленной. Эл ведь наверняка поняла, какой «такой» её считает Пидж. От этого в груди теплело.       Во время этой милой сцены, Лэнс уже стоял на линии старта и ждал, когда же барабанные перепонки снова расшатает оглушительным свистом. Настроение было как раз для хороших оценок. Этот день ещё не закончен и есть куча времени, чтобы сделать его незабываемым.       Только вперёд. Всё будет замечательно.       Свист.       Лэнс срывается со старта вместе с пока что неизвестным ему напарником. Всё действительно идёт замечательно, пока парень не замечает боковым зрением, что его начинают обгонять.       Ну кто бы мог подумать. Снова этот чёрный маллет.       МакКлейн прибавляет скорости, но противник всё равно отдаляется, сколько бы кубинец не старался. И всё же, Лэнс не собирался признавать поражение, доводя себя до седьмого пота и придя к финишу в абсолютно испорченном настроении, с пропитавшейся этим самым потом футболкой.       А Кит спокойно восстанавливал дыхание, параллельно получая похвалу от Айверсона. И, да, тот ему тоже улыбался.       Да ну к чёрту.       — Этот… Этот эмарь меня позорит… — рыкнул МакКлейн себе под нос, а затем глянул туда, где до его забега стояла беловолосая президент. Естественно, её там уже не было.       …       Парень вздохнул. Ему определённо нужен перерыв. Или новая рубашка. Или вода… Где же Ханк? У него всегда есть хотя бы пакетик сока. Почему все его друзья разбегаются именно тогда, когда они так нужны?!       — Вот.       Лэнс поднял взгляд на того, кто протянул ему руку помощи. Опозоривший его черноволосый эмарь, именно он.       Надо же…       — МакКлейн, верно? — Кит как-то стыдливо опустил взгляд, настойчивее тыкая в собеседника бутылку. — Прости, что не узнал. Широ часто подмечал то, что ты быстро бегаешь… И чаще упоминал твою фамилию, нежели имя. Вот я и… Да. — заметив, с каким ошеломлением и растерянностью Лэнс переводит взгляд с него на бутылку, Когане улыбнулся: — Будешь, или мне стоит её убрать?       Остановив глаза на Когане, кубинец постарался скорчить злую морду, но вышло это максимально нелепо. Он выхватил бутылку из руки соперника и, сощурив взгляд, пробурчал:       — Извинения за мой позор приняты.       — Позор?       Ответа кореец не получил, собеседник ловко захлопнул свой рот горлышком бутылки и стал пить воду настолько жадно, будто его только что спасли после года выживания в пустыне. После, Лэнс отдал бутылку и внезапно перескочил на другую тему для разговора:       — Так… Что Широ ещё говорил обо мне? — обиженно надув губы и отводя взгляд, он пытался сделать вид, словно ему наплевать, и вообще он самодостаточный гордый собой человек.       — Думаю… То, что ты хороший человек и полезный игрок. А я помню, что ты всегда помогал ему после тренировок. — перечислил Кит, почёсывая затылок.       Лэнс самодовольно улыбнулся. Хоть что-то этот маллет ценит в нём.       — Спасибо. А ты… Быстрый. — подметил он.       — Спасибо… Тоже. — с долей неловкости улыбнулся Когане.       — Но однажды! — внезапно выкрикнул кубинец, направив палец на собеседника. — Однажды я превзойду тебя!       Кит поднял брови от удивления. Лицо МакКлейна снова стало достаточно злобным. Боже, такой ураган эмоций. Непривычно.       — Лэнс и Кит. Дышат друг другу в спины. — твёрдо начал кубинец, нахмурившись. — Я твой самый страшный соперник, Кит! Готовься к поражению!       — Соперник? — парень усмехнулся. — Мы же в одной команде теперь.       — Ну, я не то чтобы очень рад этому… — не позволив Когане сказать и слова, Лэнс продолжил: — Тебе лучше быть готовым ко всему! Ведь я самый крутой… ниндзя… снайпер… Да. Именно.       Кит, всё же удержав свою мысль, чуть нахмурился:       — Что не так с моим возвращением в команду?       В фиолетовых глазах было достаточно злости и непонимания, чтобы Лэнс заметил это. Кажется, он действительно разозлил этого эмо-боя. Но с чего он вообще решил, что хоть кто-то будет приветствовать его с распростёртыми объятиями после такой подставы с его стороны? Широ — возможно. У них всегда были хорошие отношения по каким-то причинам, да и Такаши в принципе достаточно добрый по своей натуре. Так что кубинец прочистил горло и заявил:       — Извини, но ты, как бы, бросил команду в самый неподходящий момент? Нам было трудно без тебя. Широ было сложновато, и… Гриффин был не в восторге… Так что у тебя сомнительная репутация на данный момент. По крайней мере, для меня. — подумав секунду, он добавил: — И доверять тебе я тоже не хочу. Вдруг снова убежишь?       Он услышал, как его соперник тихо рыкнул, будто про себя. Судя по лицу, Когане был в ярости, хотя и пытался это скрыть.       Черноволосый выдохнул, поправил свои волосы и сквозь зубы проговорил:       — Делай, что хочешь.       Лэнс вздрогнул. Кажется, он задел парня за живое… Он, конечно, хотел его позлить, но не так сильно.       Тяжёлые шаги Кита сопровождались прерывистым дыханием Ханка, подбежавшего к МакКлейну, кажется, только-только после забега.       — У-ух! Не думал, что это будет так сложно! Во время нагрузок время будто замедляется… — восстанавливая дыхание, здоровяк заметил, что его друг смотрит вслед своему, как он говорил раньше, «сопернику» с долей непониманя или… Сожаления? — Что случилось? Не удалось весело поболтать?       Лэнс пустил саркастичный, даже немного грустный смешок, понимая, что он всё-таки поспешил с выводами. Похоже, у маллетоголового была какая-то серьёзная причина уйти. Только какая? Дело в Широ? Чёрт, да он просто пытался подружиться. Какого чёрта, Лэнс? Ты только что отрезал себе же путь к быстрому утолению своего любопытства!       — Не то слово… — прошептал кубинец, опустив взгляд.