мы никогда не будем жить у моря.

До Нового года оставалось чуть больше недели, а новогоднее настроение к Андрею так и не приходило. Когда-то в детстве он очень любил и ждал этот праздник: как и все дети ожидал подарков, детского шампанского, ну и конце концов атмосферы сказки. Как же трепетало маленькое детское сердечко, когда он с родителями проходил по главной площади родного города и смотрел на огромную ёлку, в которой, казалось, могло бы, подобно птицам, жить всё его семейство. И пусть в Краснодаре со снегом, как правило, не очень, но того самого новогоднего настроения было намного больше. Но с другой стороны: что такое это «новогоднее настроение», как оно проявляется и как его отличить от других праздничных настроений? Пирокинезису пока было непонятно, но он обязательно порассуждает над этим позже, ведь времени ещё вагон. А вот через несколько лет то самое настроение сказки сменилось банальным желанием выпить, даже не закусывая. И несмотря на своё прекрасное воспитание в достаточно приличной семье, пить и курить он начал особенно рано — вроде бы в четырнадцать. Курить он правда начал немного позже: когда решил, что будет заменять алкоголь табаком, а тот, в последствии, бросит. Способ странный, но думал, что сработает. Ах, милый, если бы всё было так легко. И это сейчас он понимает, что новый год, наверное, лучше всё-таки праздновать с семьёй — они ведь самое дорогое, что будет в жизни когда-либо. Но сейчас он конкретно проебал все варианты восстановить с ними отношения, а юный Андрюша таких вещей ещё не понимал: у него гормоны, девочки, и ощущение взрослой жизни. А любящие родители они ведь поймут и поддержат: сами были такими же экспрессивными придурками и творили всякую фигню. Хочешь — крась волосы, хочешь — коли пирсинг, в таких вещах была полная свобода, чему Пиро по сих пор благодарен. Правда, семья ожидала, что все максималистские выходки закончатся годам к восемнадцати точно. Но вот Андрею двадцать два и он даже представляет, что делать со своей жизнью. Теперь уже «взрослый» Пирокинезис понял, что взрослая жизнь — это не гулянки, а постоянные мысли «где взять денег» и разочарование в себе, как в человеке. Только это уже не подростковая черта, а самая взрослая — когда понимаешь, что тебе уже за двадцать, а ты по факту в жизни своей ничего и не сделал. Он сидит на кухне уже минут сорок и докуривает последнюю пачку: на новую денег нет, но его не ебёт. Пиро в последнее время ебёт только один вопрос: «а когда он собственно стал таким?» Всегда считал себя частью компании, не пропускал ни одной тусовки. А теперь мог банально выключить телефон, чтобы до него не дозвонились. Стареешь, Андрюх. Ну, или взрослеешь. А еще он понял, что уже очень давно не видел старого доброго солнечного Краснодара. Дождливый Петербург последние пару месяцев был, конечно, больше по душе, но он. соскучился? Как бы не хотелось этого признавать, но это так. Правда теперь его там никто не ждёт. Совершенно никто. Теперь вся его жизнь сосредоточена в культурной столице и это стоило принять, а вдобавок забыть всё, что было до этого. От такой ностальгии даже грустно как-то. Правда от положения на данный момент не лучше: денежный источник как некстати иссяк, а все его питерские друзья решили так же дружно съебаться, казалось, лишь от Андрея подальше: кто-то к родителям, кто-то со вторыми половинками на курорты, а остальные распылились на другие компании знакомых, ведь в Питере таких находилось более, чем достаточно. Нет, Пирокинезис не чувствовал себя брошенным или одиноким, совсем нет. Ну разве что слегка. Очень сильно слегка. Признавать то, что его тупо кинули он не хотел, но его сознание убеждало себя в этом всё сильнее и сильнее с каждой минутой. Сложно наверное, когда твой мозг работает против тебя, но тут ничего не поделать: то творит хуйню, да такую, что последний психически больной откажется так унижаться; то начинает загоняться и ненавидеть себя или окружающих из-за какого-то бреда, хотя уже не подросток; то влюбляется во всяких мудаков. А вот последнее било по психике не слабее кувалды из кабинета труда: но он уже привык терять башку каждый чёртов раз, хорошо хоть, что их было не так много — тогда вообще бы свихнулся. Но вот своего последнего «парня» он даже вспоминать не хотел. В принципе, Пиро уже забил на идею рассуждать кем же они были друг другу. Типа. свободные отношения? Секс по дружбе? От ненависти до любви один шаг? Подобрать название переплетающими их жизни моментам было довольно трудно. Да и та самая «любовь» явно исходила от одного Андрея, правда он до какого-то момента этого не понимал. Воспользовались ли им как игрушкой? В какой-то степени, только он этого признавать не хотел. Он пусть и отчаявшийся, но гордый. Но сегодня, наверное, какой-то праздник, возможно даже «день суицидника-дебила» поэтому Пиро решает ни то наладить старые отношения, ни то просто доебаться до одного из последних знакомых, оставшегося с Петербурге. В ту же минуту, одурманенный подобной достаточно специфичной идеей, парень нажимает на иконку «СМС» внизу экрана разблокированного смартфона и вводит номер Феди, который без запинки запомнил наизусть. По разным причинам. Только вот что написать? «Го гулять»? Слишком по-детски. Да и с такими предложениями Андрей пойдёт прямиком далеко и надолго. «Привет»? О да. Так намного оригинальнее. Поднапряги мозги, долбоёб. А как насчёт чего-то более спонтанного? Типа «хей, приезжай на чай»? В принципе, это лучший вариант из того, что мог бы быть. Да и Федя сам человек спонтанный, не без дольки своего сумасшествия. Рок звезда, как никак. В общем-то ебать свой же драгоценный мозг не было особого смысла, поэтому парень действительно написал первое, что в голову пришло. Мой номер, 15.37 «залетай на чай как-нибудь, я тут какой-то классный прикупил» У предложения был шанс один на миллион. Кто же знал, что сегодня он срубил джек-пот.