Как хорошо, что ты научилась молчать.

-Господа, прошу прощения за опоздание! Торг еще не окончен? -Лидия Ивановна, прошу вас. Нет, торг всё ещё в самом разгаре. Господа Крушинские дают за мой товар три тысячи рублей. Три тысячи — раз, три тысячи рублей — два… -Десять тысяч рублей в золотых слитках. -Продано! Поздравляю вас, Лидия Ивановна. Прекрасное приобретение. Каждый шаг давался Кате с трудом. Её нежные ножки, которые не привыкли к столь радикальному хождению по голой земле, начали кровоточить. Бордовый след давал знать, что здесь проходила она. Этот день был бы прекрасным, солнце сверкало, птички пели, трава зеленела, только Катя — всего лишь игрушка судьбы, простая крепостная девка, которая не достойна ничего, кроме как быть рабыней для своей новой хозяйки. К сожалению, она не смогла застать отмены крепостного права на данный момент. Это официально узаконенное рабство не давало ей ни малейшего шанса на свободную, независимую жизнь. Воспитанная на французских романах «Madame Bovary», «Germinal», «Les Misérables», она не могла не любить. Наивная, почти детская любвеобильная душа не могла быть одинокой. Но, кого бы она не полюбила, её чувства не могли быть взаимными, либо вообще осуществимы. Ведь, крепостная — не ровня дворянам, но и благородно выращенная Китти не могла выйти замуж за сельского мужика. Вот, к чему ведёт такая благорасположенность помещиков к своим крестьянам. Для остальных — Катя, всего лишь вещь, с которой можно делать, всё что хочешь. -Так, что ты там делала в Червиновке? -Когда покойная Анна Львовна была жива, я по утрам чита…- её оборвали на полуслове. -Панов ты развлекала, развратница! Иначе Алёшка был бы здесь, живой! -Я не виновата в смерти Алексея Фёдоровича. И вам давно пора признать, что он никогда не был и не сможет стать вашим. Он любил меня! Это было лишним. Резкий удар плети и последующий, душераздирающий вопль Кати раздался по всему поместью. -В кандалы её и во двор! — закричала Лидия. Приказчик поднял с пола непокорную девку и с силой кинул её к двери. Через несколько мгновений она оказалась запряженной в кандалы и привязанной к столбу, словно убийца, серийный преступник. Зевак крепостных собралось по всему двору перед поместьем. Тут же вышла она, Лидия, в чёрно-розовом платье, с гримасой тирана и всадника хаоса. Длинный кнут, как ядовитый, змеиный язык поднялся над воздухом. Все отвернулись перед этой экзекуцией. — А ну смотреть всем! — завопил приказчик. Крестьяне невольно стали свидетелями этого безумства их барыни, или как они её обозвали, Купчихи. Проворная веревка то взлетала, то опускалась. Удары были жестокие, в каждый последующий Лидия вкладывала всю злость на эту девку. Леденящие душу завывания, казалось, отзывались эхом по всему городу. Кровь побежала рекой по спине Кати, её небесно-голубое платье вдруг преобразилось в нечто алое, вызывающее жуть, месиво из тела и ткани человека, творение ужасного мастера, изнутри заполненного ненавистью ко всему живому. Вдруг, окровавленный от побоев кнут, упал на землю. Уставшая Лидия безмолвно вошла в свой обитель. Катя так же оставалась, привязанной к столбу под палящим солнцем. -Никому её не трогать! А то руки отрублю, — прокричал Захар. Но, никто и не собирался ей помогать. Никому не хотелось такой же участи, как и у этой девки. Вечер. Ледяная вода моментально взбодрила полуживую Катю. -Вставай быстрей, тебя там барыня зовёт! Она пыталась встать, но ноги не держали её на земле, никто не собирался с ней долго церемониться. Захар развязал замысловатый узел, и буквально приволок по земле бедную девушку в барский дом. Ещё один холодный душ перед дверью в поместье, привёл Катю в чувства. -Поклонишься Лидии Ивановне, в глаза не смотреть, и не зли её лишний раз. Оказавшаяся на пороге комнаты Купчихи девушка, не смотря на произошедшее с ней, упрямо продолжала игнорировать требования приказчика. Она буквально пожирала её своим взглядом, полный злости к этой ужасной женщине. -Отрежь ей кусок пирога, налей чай и уходи живее, — скомандовала хозяйка своей служанке. -Что же ты стоишь? Иди сюда, моя дорогая. Присядь, поешь и выпей чая со мной. Не этого она ожидала от жестокой барыни. -Что вам от меня нужно? -Я дважды повторять не люблю, — язвительно сказала Лидия, давая знать Кате, что у неё серьёзные намерения. Девушка присела на край стула, ни крошка еды, которая предлагала ей эта женщина не лезла в горло. Она сделала лишь глоток чая, чтобы успокоить жажду. Оставшись наедине, Лидия грациозно подошла к человеку, сидевшему напротив. Она наклонила голову к уху Катерины, и сцепившись мертвой хваткой в ее руку, прошептала: -Я тебя люблю. Буря эмоций, но в основном, удивление показалось на лице девушки. Как это могло случиться? Это просто невозможно! Такое бесчеловечное существо, как она, просто не могло чувствовать настоящую любовь, не то, что любовь, даже симпатию к людям. Алексей Косач не в счёт. Он был скорее, объектом мании и вещью, которой так хотелось обладать Лидии. Эти слова поразили Катю. -Вы... любите меня? — дрожащим голосом, вырвалось из обескураженной юной особы. -Ты не ослышалась, я люблю тебя.