You know I'm like a ghost

Чонгук отправляет Сокджину сообщение:"Объект устранен.". Так заканчивается его очередная пятница. Скидывает винтовку в кейс и спускается с крыши дома. Тело какого-то человека, которого он убил две минуты назад, окрашивает снег в темно-красный цвет. Последние задания он выполняет с завидной быстротой. Ни за кем не следит, даже этого чиновника убил сегодня только потому, что тот чисто случайно оказался один. Чон просто не мог не воспользоваться ситуацией. Он открывает багажник машины и убирает оружие под прошивку салона, туда же маску с перчатками. Накидывает пальто и кепку, садится за руль. Джин попросил заехать в отдел перед тем, как мужчина отправится домой. Видимо, Чонгук снова вернется не раньше двух часов ночи. На дороге ни души, только через минут пятнадцать на трассе слышится вой сирены скорой, но помочь они уже вряд ли успеют.

***

— Он пропал, — слышит Чон из приоткрытой двери. — Сначала еще хоть какие-то признаки жизни подавал, но сейчас — как в лету канул.— растерянно рассуждает Хо, потому что столкнулся с таким впервые. Ничего не сходится с тем, что скинул Чонгук. Вся активная деятельность Кима, которая так ярко расписана по минутам: во сколько открывает глаза и когда обычно уезжает из квартиры, во сколько возвращается, паркует машину и снова поднимается наверх. Словно это и не о нем вовсе. Скудный абзац о сбыте наркотиков и дружках Ким Тэхена Хоуп без особого интереса просматривает глазами. Ничего удивительного. Чон разворачивается и идет по узкому серому коридору обратно, на ходу отправляет сообщение Джину, с текстом о том, что не сможет заехать. Проходит пост охраны и отвечает на дежурное «до свидания». Звонит миссис Ли и просит остаться у них с ночевкой, сильно извиняется за неудобства и обещает заплатить в два раза больше. Женщина ругает его за глупые предложения, с Ённи они слишком хорошо ладят, так что в этом нет никакой проблемы. Он быстро спускается с лестницы, поправляет кепку и мешающую челку. Внутри все словно переворачивается, хуже, чем прошлые пять дней, когда это было просто беспокойство. Та самая дорога. Чонгук правда пытается придумать себе оправдание. Почему он едет сейчас к нему? Он же не служба спасения, не скорая помощь, которая окажет большую помощь, чем солдат. Чонгук ничего и никто для Тэхена. Это впервые за все сорок лет, когда Чон делает что-то подобное. Видимо раньше он был лучшей версией себя. А сейчас стал проявляться тот самый человеческий фактор, который из них начальники выбивали еще в самом начале службы: каждый сам за себя. Но его система давно дала сбой, еще тогда, когда он удочерил Ённи, тем самым пообещав быть рядом столько, сколько он сможет. Добраться до знакомого двора не составляет особого труда. Чонгук кидает быстрый взгляд в сторону парковочного места Тэ: машину его замело снегом, не сильно, но чтобы очистить ее недостаточно будет провести по лобовому стеклу и крыше щеткой. Чон быстро поднимается по ступеням, запах в подъезде стоял отвратительный. Он добирается до пятого этажа, ничуть не запыхавшись. Нажимает на дверную ручку, но та, к счастью, оказывается закрытой. Значит, Тэхен как минимум поднимался для того, чтобы закрыться. Он стучит костяшками по железной двери и сейчас понимает, что надеется на то, что ему никто не откроет. — Джие, я же сказал, что не продам тебе ничего. Проваливай. — из-за двери раздается совсем сломанный голос. Чонгук машинально касается кепки, поправляя. Стучит снова, сдвигает кепку ниже, так что его лицо Ким вряд ли сможет рассмотреть под тусклым светом лампочки. Когда парень открывает и хочет сказать пару ласковых настырному наркоману, резко начинает запинаться. — Выглядишь дерьмово. — он пользуется заминкой и проталкивает Тэхена внутрь, закрывая за собой двери. Ким хмурит брови, смотрит на мужчину, как на галлюцинацию. Под глазами залегли тени, на щеке слишком большое красное пятно, которое шелушится, руки мелко трясутся. Ким молча разворачивается, скрываясь за дверью в комнату. Гук скидывает обувь и проходит следом. Тэхен забрался на постель и залез под одеяло с головой. Видимо, так он и провел все время с того дня, когда ему стало плохо. Чонгук закрывает шторы и надеется, на то, что Хосок поедет домой, а не будет коротать время на крыше старой развалины напротив. На кухне у Тэхена шаром покати. Тот, видимо, не питался ни чем и перебивался шоколадными конфетами, потому что ярких оберток по кухне разбросано слишком много. Скорее всего, то красное пятно на его щеке было результатом их поедания. Аллергия. Идти сейчас в магазин последнее дело, потому что найти круглосуточный и не нарваться на местных гопников — задача из разряда фантастики. Он возвращается в комнату Тэхена и стягивает одеяло, касается лба и понимает, что температура значительно выше нормы и даже не 37. Волосы мокрые от пота, но тело трясется, словно от холода. Здесь точно нужен врач, но повезти Тэхена сейчас в больницу равносильно сдать в лапы органам на подносе, а там вряд ли его будут лечить от гриппа. Чон надеется на то, что это банальная простуда. Он стягивает одеяло до конца: парень стал еще более худым. Не исключено, что Чонгуку просто кажется. Он вытягивает из полки первые попавшиеся носки и черные джинсы и правда пытается натянуть их на несопротивляющегося Кима, но заканчивается все тем, что его приходится разбудить. — Зачем? — Тэхен правда пытается сообразить, но каждый мыслительный процесс отдается болью в затылке. Он надевает носки и куртку. Тэ доходит до коридора, и Гук помогает ему обуться. — Просто.

***

В квартире тишина, слышно только как тикают часы и проезжают редкие машины по узкой улице, на которую выходят окна кухни. Чонгук поддерживает Тэхена под руку и проводит прямо в обуви до своей спальни. Задерживает дыхание, когда они проходят мимо комнаты Ённи и гостиной, в которой спит миссис Ли, последнее, чего он хочет сейчас, так это двух испуганных дам, чьих вопросов будет слишком много на один квадратный сантиметр. Тэ что-то бормочет, когда Гук укладывает его на постель и снимает верхнюю одежду. Скидывает свои ботинки и разувает Тэхена. Включает настольную лампу, потому что вряд ли парню понравится, если ему в глаза ударит яркий искусственный свет. Всю ночь Чонгук меняет марлевые компрессы и несколько раз пытается напоить Тэхена, тот сопротивляется и лишь проливает воду на себя. В голове между вопросом зачем? возникает мысль вызвать знакомого врача, но тот вряд ли обрадуется звонку в шестом часу утра в субботу. Тот вообще вряд ли обрадуется звонку от него. Так что мужчина решает продолжить попытки сбить температуру и в какой-то момент ему это удается. Он дожидается, когда к восьми по будильнику просыпается миссис Ли и провожает ее. Та определенно замечает лишнюю пару обуви и уставший больше, чем обычно, вид ее работодателя. Молчит, но на выходе тактично напоминает о том, что в случае чего, Чон всегда может позвонить ей. Как вообще миссис Ли стала няней его дочери? Это была довольно забавная история: Чонгук тогда спешил на работу по срочному вызову, и хотел было везти Ённи через весь город к тому самому врачу-другу Юнги, но в дверь постучались. На пороге стояла пожилая женщина, как потом окажется, спутавшая дома. Она шла на собеседование и нашла себе работу, Чонгук же сильно переживал, но выбора не оставалось. Тогда миссис Ли и стала няней Ённи. После того, как мужчина закрывает двери, из своей комнаты выходит сонная девочка. Она трет припухшие после сна глазки и несколько раз зевает. Чон отправляет ее умываться, а сам возвращается к своим проблемам, которые избегал как мог. Он проходит в комнату и закрывает двери, Тэхен смотрит на него из-под ресниц и тихо дышит. — Где я? — голос его хриплый, ему точно больно говорить. Наверное, и пить ему было больно. — До последнего думал, что ты плод моего больного воображения. — У меня дома. — Чонгук наконец-то снимает давящие на запястье часы и оставляет на комоде. Он до сих пор в рабочей одежде: черной водолазке и тактических штанах, в которых по карманам лежат пули и ножовка. Не подходящая одежда для дома. Тэхен теряется, мужчина слышит копошение и поворачивается на звук. Парень аккуратно садится и подтягивает тело к спинке кровати. Аккуратно опирается и закрывает глаза, не выдерживая взгляд мужчины. Гук подходит к шкафу и стягивает водолазку, выворачивает и кидает на пол. Туда же летят штаны. Он переодевается в свободную майку и спортивные штаны, в которых обычно находится дома. Ким же не упускает возможности выхватить взглядом шрам от пули в боку. Чонгук поднимает с пола вещи и просит парня не вставать с постели. Слова Тэ заставляют остановиться его на пороге комнаты: — Не боишься оставлять меня одного в своей комнате? — Тэ ежится и подтягивает одеяло до подбородка, Чон в ответ хмурится и все же выходит, прикрывая двери. Почему так получается, что Чонгук знает Тэхена основательно, а Тэхен о нем ничего. Вопросов много, хочется вывалить их потоком на мужчину, но тот вряд ли расскажет что-то. Тэхена мало интересует, кто заказал его голову, больше интереса вызывает тот, кого попросили все выполнить. Да и зачем? У них отношения на уровне "хищник — жертва", Чон просто должен убить того, кого ему заказали. Чонгук — машина для убийств. Не хуже Тэхена. Иронично. Но ситуация такова, что Чонгук всю ночь ухаживал за ним. И теперь вряд ли прохладные влажные руки можно списать на липкие объятия смерти. Ситуация такова, что сейчас Тэхен лежит в постели снайпера и кутается в его одеяло. Но боль в теле все же заставляет думать не о романтике и сентиментах. Горло болит ужасно, в сознании ясности так и нет. — Вы кто? — из-за двери выглядывает макушка с чёрными волосами. Тэхену приходится открыть глаза на детский тихий голосок. Спросить бы кто это, но пить хочется больше. — Воды. — он вряд ли надеется, что ребенок услышит его просьбу через одеяло, стоя значительно далеко от кровати. В ответ белая дверь хлопает довольно сильно. Наверное, испугалась, думается парню. Веки, налитые свинцом, закрываются и боль, которая мучила его всю ночь, возвращается. Маленькая теплая рука несколько раз дергает его за плечо. Ким принимает стакан с водой и выпивает залпом, жмурясь от боли. Ённи вопросительно смотрит на него, так и не получив ответа на свой вопрос. Тэ собирается с мыслью и уже хочет ответить, но его прерывает Чон, который входит в комнату. — Ённи, я сказал тебе идти кушать. — чуть хмуро выдает мужчина. Пряди на лбу мокрые, руки тоже. — А тебе, — он переводит взгляд на Тэхена. — не подниматься. — Пап, кто это? — девочка забирается на постель и садится рядом с парнем. Рассматривает кольца на длинных пальцах, маленький камушек в мочке уха. Он кажется ей красивым, но узнать хотя бы как его зовут и нравится ли ему тот же мультик, который нравится ей. — Тэхен. — Ким сначала не решается, но глядя на Чонгука все же протягивает девочке руку. Та обхватывает только четыре пальца и несколько раз пожимает. А потом внезапно дуется и складывает руки на груди. — Ну вот. — нижняя губа ее уже дрожит. — Папа уже сказал мое имя. — Чонгук растерян от всего происходящего. Он аккуратно подходит к ней и поднимает на руки, шепчет что-то на маленькое ухо. Девочка светлеет и одной рукой обнимает отца за шею. — Чон Ённи. — девочка утыкается в отцовское плечо от смущения, Ким же тихо смеется и заходится в кашле. Ловит на себе обеспокоенный взгляд Чонгука. Кажется, вызвать Юнги все же придется. Напряжение, которое витает между Тэ и Гуком можно поймать за хвост. Мужчина знает, какие вопросы крутятся на языке парня, но ответить он на них не сможет. Ни себе, ни ему. Он несколько раз проверяет Тэхена и, если не спит, спрашивает у него про еду. Тот отказывается и лишь устало закрывает глаза. Лицо серое, губы сухие, пальцы мелко дрожат. Ённи получает несколько шоколадок и скрывается в гостиной, где идут ее любимые мультики. Гук не стал ругать ребенка за проникновение в собственную комнату, провел воспитательную беседу и накормил завтраком. Чонгук набирает врачу ближе к обеду, Юнги как всегда не уточнил во сколько он сможет добраться до него. Но радует хотя бы то, что он вообще поднял трубку. Когда Мин все же появляется на пороге семьи Чон, стрелка часов сползает до семи часов вечера. Юнги идет в сторону детской, думая, что заболела девочка, но мужчина провожает его до своей спальни. Чонгук на свои действия получает озадаченный взгляд. Мин сам толкает двери в комнату. Чонгук стоит в дверях, когда идет осмотр. — Интоксикация каннабиноидами. Диагноз сложно определить без анализа крови и слизистых. Но Юнги слишком часто встречал подобные симптомы, которые может оставить после себя не каждый наркотик. Он делает укол обезболивающего в бедро и советует больше спать. Проходит мимо Чонгука, снимает халат и складывает его в сумку. На пороге квартиры долго смотрит Чону в глаза и отдает листок с рецептом. — Мать волнуется, позвони ей. — Юнги надевает пальто и выходит за порог. Чонгук не пытается остановить его и объясниться.

***

Чонгук вынужден взять три дня отгула. Джин на это тяжело вздыхает и обещает устроить снайперу хорошую трепку за это, но покорно отправляет того на вынужденные выходные. Пытается узнать причину, но так ничего толком и не добивается. Тэхен спит много, идут уже почти вторые сутки. Чон будит его только для приема таблеток и несколько раз пытается накормить. Тени под глазами парня уходят, но вид все еще болезненный. Ённи радуется тому, что отец проводит с ней много времени, правда, немного расстроена из-за того, что они не могут пойти в кино или кафе и их прогулки проходят во дворе. Миссис Ли несколько раз набирает Чонгука, чтобы удостовериться, что все в порядке, разговаривает с Ённи о новой серии ее любимого мультика. Тэхен постепенно приходит в норму, больше бодрствует и кушает. Чонгук оставляет ему еду на прикроватной тумбочке и забирает чуть позже. Ённи вытаскивает Чона на прогулку и ведет вдоль улицы. На город давно опустилась атмосфера рождества: деревья по традиции стоят в вязаных шарфах, маленькие елки украшают прилавки магазинов. Когда Ённи замечает шарф, похожий на её, она весело смеется и просит сфотографироваться вместе с деревом. Корчит рожицы и заставляет Гука тепло улыбаться, когда в голове только Тэхен и хорошего в ситуации мало. Девочка заводит отца в продуктовый и набирает кучу сладостей, большинство конфет в двойном экземпляре. На вопрос отца зачем так много и не слипнется ли, Ённи заявляет, что в прошлый раз, когда отец оставлял ее с Тэ, она выяснила, что парень тоже является большой сладкоежкой. — Поэтому мы будем кушать конфеты и смотреть мультики. — она смотрит на него снизу вверх и сцепляет руки в замок. Видно только ее глаза, потому как высокий шарф и шапка скрывают личико, а болоневый костюм издает шаркающие звуки при каждом шаге. — Не задерживай очередь. — она указывает пальцем на людей позади них. — Когда успеваешь? — Чонгук ставит корзину с продуктами и сладостями перед кассиршей, а Ённи снова смеется и закидывает еще пару шоколадок. Когда они добираются до подъезда, на улице уже смеркается. Ённи уставшая поднимается по лестнице, но мысль, что Тэхен разделит с ней сразу две прелести её жизни — сладости и мультики — заставляет ее шагать быстрее. Гук засовывает ключ в замочную скважину, но ему что-то сопротивляется. Дверь открывается. На пороге стоит Тэхен, одетый и собранный. Он улыбается Ённи и начинает переводить тему на то, где они гуляли, предупреждая вопросы о том куда он уходит. Парень разувает ребенка и та бежит включать мультик. Чон заходит следом и ставит пакет на пол. Но не уходит, а ждет. Не понятно чего ждет.