Аltera fabula

Альбус Дамблдор нервно расхаживал по своему кабинету. — Знаешь, Северус, мне кажется, что я зря обошелся с Ге… Гри… этим старым мерзавцем так мягко, — наконец произнес он. — Если это вас так волнует, вы можете добавить, — спокойно ответил Снейп. — Я же знаю, что его там уже нет, — скривился Альбус. — Оболочка… — Можно измельчить, — деловито предложил Снейп. — Есть масса разных способов, если это вас утешит, конечно, — он вздохнул. — Альбус, вы снова что-то раскопали, так делитесь, а не развешивайте эмоции, как сопливая барышня. У меня еще ваш Киплинг недочитан. Спасибо, кстати. — Твой сарказм и стервозное равнодушие… — Альбус усмехнулся. — Ты не представляешь, как это для меня ценно, Северус. — Сочтемся. Ну так что? — Вот, — Дамблдор протянул ему свиток. Снейп уткнулся длинным носом в пергамент и некоторое время только хмыкал. — Да, Альбус. Признаться, пока в голову не приходит, чем бы вам помочь. И вся школа будет обязана терпеть этого… фанфарона, да еще и в обязательном порядке закупить его книги. Деваться некуда, контракт магический, полный, подписан по всем правилам. — Это провал… Это позор на мои седины! — Во-первых, до начала самого контракта еще год. Во-вторых… Могу отравить. Контракт подписывал не я, вы мне ничего не приказывали и ни о чем не просили, отката не будет, — пожал плечами Снейп. — Благодарю за твое любезное предложение, Северус… Но и в этом случае убийство будет на моей совести, — Альбус вздохнул и развел руками. — Не смогу простить себе это. Не научился пока. И тут Северуса осенило. — Кто. Подписывал. Контракт? Альбус застыл с открытым ртом. А потом медленно осел в кресло. — Получается, я могу все отменить? — Нет, не можете, контракт заключен вашим именем, но от школы Хогвартс, — Снейп внимательно посмотрел на директора. Бледный, под глазами синяки, да и лицо какое-то не просто усталое — изможденное. Черт. Этого еще не хватало. И, естественно, контракт подписывал не он, так что… Но претензии будут к нему. Ох, зря он тогда поверил своему… хм, другу. Да что уж теперь. — Отдохнуть бы вам, Альбус. Быстро, но качественно. «Да и мне бы не помешало, тоже торможу, как не надо бы…» — У меня ЗОТИ. Вам эта нагрузка тоже даром не сдалась. — Вы правы. Но ваша безвременная кончина от трудов праведных сдалась мне еще меньше. — Приятно слышать, — тонко усмехнулся Альбус. — И что вы предлагаете? — Да пусть приезжает и ведет. — Локхарт?! ЗОТИ? У нас? — Да будет вам. Все равно этим дубинам в большинстве своем без разницы. А кому разница есть, сделаем один общешкольный факультатив. — А если все туда побегут? — Ко мне? — А… ты действительно не против? — Моя идейность не простирается столь далеко, Альбус. Своя рубашка ближе к телу, знаете ли. Чистокровных дома научат, старших уже научили, а если кто из ваших любимых гриффиндорцев соберется в авроры, тех на месте подтянут, я уверен. — Значит, поддержим… мальчика, — выражение лица Дамблора было совершенно непередаваемым, так что Снейп фыркнул — до этого дня в его восприятии Дамблдор и сарказм никогда не оказывались вместе. Зрелище оказалось презанятным. — А его книги, кстати, будут готовы только на следующий год, — заявил Северус и тонко улыбнулся. — То есть сейчас ему придется вести по тому, что есть! — глаза над очками-половинками заблестели интересом. — И вряд ли он сможет так уж испортить старый стандартный учебник, по которому учился еще сам. — Северус… — Я предпочел бы без физических контактов, сэр. — Премия? — А есть? — Отчего ж не быть? Сделаю, — Альбус наклонился над каким-то листками и передал Снейпу небольшой пергамент. — Расписка для гоблинов. — Благодарю. — Я действительно высоко ценю вашу помощь. — Спасибо, я вижу, — Снейп рассмотрел цифру на расписке и пару раз сморгнул. — Приятно… — А что у нас с троллем? — Филиус дорабатывает заклинание. Последняя проверка оказалась, увы, неудачной. — Это вы про разрушенные колонны у западного входа? Снейп вздохнул и кивнул: — Восстановили же. Я надеюсь, что школа устоит. — Я в этом уверен. Хогвартс не даст себя в обиду. — Вот бы он еще и других не давал! А Хэллоуин неумолимо приближался…

* * *

Люциус Малфой, уже под привычным для него оборотным, но в глубоком капюшоне, потому что в этом кабаке так полагалось, в очередной раз перетасовывал карты. Доверить такое дело, как передача Хагриду яйца и расспросы по поводу Того Самого Хэллоуина, он не смел никому. Но и предположить не мог, каким испытанием это для него станет. Проклятый Хагрид. Ну вот как, как можно проигрывать и проигрывать?! Или он совсем в карты не заглядывает? Тогда зачем сел? Он уже давно смотрел на лесника как на злейшего врага, благо под капюшоном было не видно. После того как он выиграл целых, мать его, три галлеона и с невероятным трудом проиграл один, лесничий расчувствовался и понес какую-то ахинею про то ли кота, то ли собаку… Нет, Пушок — это, скорее, все-таки кот. Ведь так должно быть? Люциус посмотрел на лесничего и прикинул, каким должен быть его любимый кот, и содрогнулся, когда в голове всплыл образ мантикоры. Рука дрогнула, и наконец ему пришла идея, как проиграть: убрать в рукав все козырные карты, которые будут к нему попадать. Но отвести глаза полувеликану, на которого практически не действует никакое колдовство? Рискованно. Спустя час изнемогающий от прилагаемых усилий для того, чтобы оказаться в проигрыше, Люциус Малфой наконец поставил на кон яйцо, надеясь, что наконец — все, это в самый-самый последний раз! И Хагрид проиграл! Люциус уже был готов грохнуть яйцом о его темечко, останавливали только необходимость тянуться до этого самого темечка и цена. Точнее, сначала цена, потом тянуться… Хагрид сидя казался почему-то ничуть не меньше. Всучить треклятое яйцо лесничему удалось только через час, когда Люциус уже начал отчаиваться. А потом обмывали приобретение, конечно. На радостях клятый лесник пил как не в себя, абсолютно не пьянел, про Хэллоуин рассказывал, периодически поливая всех, кто попадал под руку, слезами и соплями, так что в конце концов из таверны смотались все, даже Аберфорт вышел, якобы выкурить трубочку. Из всего бурного и мутного потока информации достоверным Люциусу показался только Блэковский мотоцикл, который был в общем-то и так всем известен. Не считать же за правду то, что раненого ребенка сразу после несчастья подкинули каким-то магглам? Бред… Но самым кошмарным было то, что Хагрид старательно ему на что-то намекал, поигрывая бровями, словно знал или представлял, что перед ним сидит кто-то сведущий, о том, что его Пушок должен что-то там охранять то ли в Хогвартсе, то ли в Запретном лесу. Малфой склонялся к последнему, потому что описываемые ручищей круги, когда лесник изображал, как гладит Пушка, безусловно, впечатляли. В замке такому было бы не тесно разве что в Большом зале. Перед глазами снова появился образ мантикоры, но Люциус напрягся и отогнал его. Котята ничего не охраняют. И речь вроде как о щеночке. А Хагрид все же специалист, такие вещи перепутать не может. В конце концов Хагрид унялся, припрятал в бездонный карман яйцо, которое едва не целовал, и вручил обалделому Люциусу взамен какую-то дудочку и со словами: «Ну, это, вы теперь знаете, как обращаться с Пушком» встал, подмигнул заговорщически, хлопнул по плечу так, что Малфой едва не свалился вместе со стулом, мол, Люциус — кремень и «истинно надежный человек, потому как не проронил ни словечка лишнего», шепнул как будто по секрету про великого человека Дамблдора, который якобы Люциуса к нему послал, и исчез за дверью. А несчастный Люциус Малфой сидел и смотрел совершенно остекленелыми глазами на мордредову, то есть Хагридову, дудку, чувствуя, как внутри становится горячо, словно в детстве… Он выскочил из «Кабаньей головы» и заорал что-то совершенно нечленораздельное. К счастью, никто не отреагировал — возле этого заведения слыхали и не такое, видали и не таких. Но Люциусу немного полегчало, правда, заровнять трактир с землей, чтобы воспоминаний об этом месте не осталось, все еще хотелось, но уже не столь нестерпимо. Люциус Малфой подставил лицо осенней мороси и зашагал куда глаза глядят. Глядели они в сторону Хогвартса, что вообще-то закономерно — все нити сходились именно туда. Он поднял руку, которой все еще сжимал несчастную дудочку. Бессвязная ругань и обрывки эмоций наконец начали складываться во что-то более осмысленное. «И куда мне ее? Что я должен с ней делать? Что знает Хагрид? Встретиться еще раз! Напоить сывороткой Правды!» Последняя мысль вызвала совершенно определенную ассоциацию: Снейп. Вот только идти пешком к нему в школу… Все равно что всем объявлять, что он пришел. А он уже израсходовал в этом месяце свой лимит посещений заместителя председателя Совета попечителей. Значит… Он развернулся и окинул взглядом улочку, на которой стоял. Гостиница с хорошим камином — вот что ему нужно. Пароль камина Снейпа он знает, так что можно будет связаться — главное, чтобы тот был у себя, а не в лаборатории или где-то еще. А время было к вечеру — небо быстро темнело. Хорошо, что оборотное окончательно спало, когда Люциус Малфой оказался в отдельной комнате с камином.

* * *

В кабинете декана Слизерина вспыхнул зеленым огнем камин. — Мистер Снейп, вы здесь? — Лорд Малфой? Чем обязан? — Северус только что перенес все данные из сводных таблиц по последнему тесту и был настроен невероятно благодушно. Для профессора Снейпа, конечно. — Полведра сыворотки Правды. Плачу сразу. Северус вздохнул. — Открываю камин. Заходите. — Северус, ты один? Давай уже как-нибудь проще, а? Или ты без брудершафта не можешь? — Без брудершафта как раз предпочтительнее, — скрестил руки на груди Северус. — Все министерство собираетесь сывороткой правды напоить? — Зачем министерство? Пусть работают. Для Хагрида. Северус хотел было проехаться по тому, как «работает» министерство, но упоминание о лесничем его остановило и настроило на привычный практический лад. А еще насторожило: Альбус на днях тоже о чем-то в таком роде мечтал. Снейп же был совершенно уверен, что если бы Хагрид что-то знал, давно бы уже проболтался, и даже сумел тогда склонить к этой версии директора. — Он же полувеликан. Не подействует. — Северу-у-ус!!! Я должен знать, в каком месте и что делать с этой долбаной дудкой! — Люциус… кхэм. Выпей. Это Успокоительное. Зачем тебе дудка? — Хагрид дал… Глаза Снейпа расширились, как он ни крепился. А потом он повел носом… Неужели Малфой подшофе? Он принюхался. Действительно, дрянное огневиски, вроде того, что подает… — В «Кабаньей голове» сидели? А потом Люциус начал плести что-то про игру в карты, и получалось, что он эту дудку честно выиграл. У Хагрида. — А теперь объясни, будь любезен, зачем ты вообще туда пошел. И Люциус, которого от тепла камина и от пережитых безобразий малость подразвезло, объяснил. Снейп узнал немало интересного… Правда, когда Малфой попытался выговорить «яйцо дракона», у него не получилось. Все-таки клятва — полезная штука. Даже если дана крепко спящей (под Сомнусом) супруге. Малфой начал понемногу приходить в себя, а в это время Снейп вертел в руках дудочку — похожий рисунок он видел несколько дней назад, как раз в бумагах Гриндевальда. Люциус дернулся — ему хотелось забрать свой трофей и показалось, он все-таки слишком много выболтал. Пока он сосредотачивался, вспоминая, что он сказал, а что нет, Снейп поднес дудочку ко рту… Раздался длинный и не очень мелодичный звук. — Ты разбираешься в музыкальных инструментах? — Малфой поморщился и зевнул. — Да, я в детстве даже уроки брал. Кхм, — Северус припомнил свое трудное детство. — На ударных инструментах. — Что? — На барабанах! — не моргнув глазом, соврал Снейп — просто чтобы было понятнее. И дунул еще раз. Малфой зевнул. А потом еще раз — отчаянно прикрывая рот ладонью, но аристократической ширины не хватило. А потом устало прикрыл глаза. — Пойду я, наверное… — Куда ты в таком виде, — вздохнул Снейп и достал флакон Бодрящего прямо из кармана. — Помогло, — констатировал тот. — Я думал, прямо у тебя за столом усну… — Погоди, — Северус нахмурился, достал еще одну порцию Бодрящего и поставил ее перед собой, а потом протянул Люциусу дудочку. — Попробуй дунуть. Малфою удалось выдуть нечто более длинное, но бесконечно сиплое и фальшивое. Снейп зевнул и почувствовал, как медленно расслабляются мышцы век. Опрокинуть в себя зелье он успел. — Усыпляющая дудка… — Осталось понять, кого она должна усыплять, зачем и где? Ты знаешь? — Понятия не имею. Хагрид… Снейп поймал себя на том, что полведра сыворотки Правды уже не кажется ему смешным заказом. И рассказ Малфоя оказался в кои-то веки простым, правдивым и без прикрас. Хотя и совершенно гротескным. — Надо трясти Хагрида, — видимо, сочетание дудки и зелья снова вернуло Малфою легкое опьянение. — А давай так, я тебе дудку, ты мне — зелье? — Ты серьезно, — Северус выдержал паузу, чтобы проверить наконец реакцию на фамильярность, но ее не последовало. — Ты предлагаешь мне эту усыплялку за полкило обычных и пару редких ингредиентов, не считая моей работы и потраченного времени? Что я с ней делать должен? Усыплять коллег во время совещаний, чтоб не мешали, или родной факультет, чтоб просыпались только на уроки? Люциус встрепенулся. Все-таки когда дело касалось финансовой стороны, он каким-то образом всегда оказывался в форме и в теме. — Я понимаю, что обмен был бы неравным, — улыбнулся он. — Но попробовать-то стоило? Они впервые искренне смеялись вдвоем…