by the way

О, Пеппер была в ярости. Тони понял это еще до того, как увидел ее — по сердитому стуку каблучков от Маноло Бланик тридцать девятого размера за спиной. Её злость была вполне оправдана — в этом, делая глубокий вдох, прежде чем повернуться, Старк был абсолютно уверен. Он не любил расстраивать ее. Хотя бы потому что однажды, так демонстративно цокая своими дорогущими туфлями, она точно их поломает. — Милая, позволь мне… Она не позволила — оплеуха обожгла щеку и даже ненадолго оглушила. Тони, бесспорно, заслужил. У него были веские причины получать по морде ежедневно, и Пеппер сегодня проявила огромную благосклонность, не свернув ему шею прямо здесь. Она в принципе показала себя стоической женщиной, терпя старковы выходки так долго. Это был лишь вопрос времени. — Даже не пытайся. Гарольд мне все рассказал. Она выглядела разочарованно — о той позитивной молодой красотке с высокой степенью эмпатии в ней теперь мало что напоминало, и Тони винил себя в том, что позволил этому случиться. Слишком много ресурсов она тратила на то, чтобы помочь ему выбраться из затяжной депрессии, и теперь, они, видимо, закончились. — Тони, — ее голос неприятно дрогнул — сорвавшийся со струны палец, тревожный звук, не сулящий ничего хорошего. Куда худшее предзнаменование, чем стук ее чертовых каблуков, — Я до последнего это терпела, но больше не могу. Тони ничего не мог сказать в свое оправдание. Даже просить прощения было бессмысленно. Разумеется, речь шла о его затянувшемся алкоголизме — вчера он напился и совсем забыл, что утром Пеппер возвращается из командировки. Среагировал на телефон он слишком поздно — Гарольд уже звонил сообщить, что везет его жену домой. — …Я прождала тебя в аэропорту три часа. Звонила сотни раз. Ты знал, что мой багаж с кошельком в Бостоне, мы договорились, что ты заберешь меня… Неужели сложно было дождаться, когда я буду дома? — она с трудом сдерживала слезы. Темные глаза блестели в полумраке гостиной, и Старку хотелось скорее закончить этот разговор — он прекрасно понимал, что не заслужил ни права голоса, ни отдыха, но ничего не мог с собой поделать, — Иногда мне кажется, что тебе нравится сидеть в этой яме, иначе ты хотя бы постарался выбраться из нее. Я ведь пыталась помочь. Только без инициатив с твоей стороны я абсолютно бессильна. Сложно сказать, когда «яма» появилась. В череде попыток выбраться в люди и найти хоть какую-то работу Тони упустил момент, в который стакан виски после очередного неудачного дня превратился в бутылку, а чистый энтузиазм сменился на апатию, не позволяющую сделать ни шага без вопроса «А нужно ли оно мне?». Раньше в его кинокарьере все удавалось по щучьему велению — он был молод, амбициозен, красив и харизматичен, все двери были для него открыты, но в один момент, где-то на рубеже сорока лет, все будто одномоментно сдуло, и вот уже у него не самое лучшее портфолио, не тот типаж, не та комплекция, и вообще, видимо, нужно давать дорогу молодым. И однажды, сидя с бутылкой спиртного в абсолютной отрешенности от мира, даже не захочется принимать звонки от собственного агента, чтобы в очередной раз не услышать очевидное. «Они отсмотрели запись, обещали перезвонить. Я обязательно сообщу вам, когда мне ответят.» «На этой неделе прослушиваний нет, мистер Старк. Можете отдыхать, если что-нибудь появится, я непременно…» «Сомневаюсь, что вас это заинтересует, но всю информацию по поводу этой роли отправил вам по факсу. Изучите на досуге и перезвоните мне.» Тони слушал жену с искренним сожалением, ведь, несмотря ни на что, она такого не заслужила. Тот факт, что собственные проблемы затмили то, что так долго питало его и вело вперед, нисколько мужчину не оправдывал, и приходилось с этим мириться — как раньше уже ничего быть не может. Уже недостаточно просто поговорить по душам и крепко обняться, чтобы вернуть все на свои места. Теперь, кажется, должно было случиться настоящее чудо, чтобы Пеппер, его милая, терпеливая и всепрощающая Пеппер, дала ему еще один шанс. — Нам стоит сделать перерыв… — Пеппер. — Тони, пожалуйста! — она поспешно отступила назад, когда Старк сделал шаг навстречу. Очевидно, это решение далось ей с таким же трудом, с которым она сейчас тянула этот разговор, не позволяя себе послаблений в виде прощения. Должно быть, ей казалось, что «перерыв» даст мужчине импульс, достаточный, чтобы разрешить его проблемы, — Ты тянешь меня за собой. Они часто обсуждали это, но тогда это были просто беседы. Пеппер обнимала его за плечи, говорила, что все непременно образуется, предлагала альтернативы — это снимало симптомы, не более, однако без ее поддержки Тони пришлось бы очень тяжко, и, вероятно, он бы спился куда быстрее. Страшно представить, что произойдет теперь, когда в добровольном сотрудничестве отказано, и нет почти никаких шансов повлиять на ее решение, не давя при этом на жалость. — Тебе это тоже должно пойти на пользу, — спустя долгие секунды молчания продолжила она, чуть смягчившись, — Я не перечеркиваю наши отношения совсем. Просто тебе нужно решиться на перемены, Тони. А мне… Немного передохнуть.

***

Пеппер взяла с собой очень мало вещей — это успокаивало. Однако вместе с чемоданом одежды она вынесла из квартиры куда больше, чем можно было представить. Без нее их общее пристанище омертвело. Опустело на одну единицу, стало необитаемым и давяще пустым. Существование в нем в полнейшем одиночестве раньше так сильно не тревожило Старка — Пеппер часто отлучалась в Бостон по делам на несколько дней, но обстоятельства поменялись. Он остался один на один с собственными тараканами, норовящими сожрать его живьем в момент бездействия, и теперь уже точно никто не смог бы помочь ему с ними справиться в случае чего. Это окончательно лишило его сна и спокойствия, он не мог найти себе места, и в течение последующих двух недель думал чуть больше, чем полагается. А к их концу, наматывая по гостиной десятый круг, прежде чем позвонить своему агенту, чтобы узнать, не появилось ли потенциальной работы, он все-таки надумал — так действительно больше нельзя. Еще несколько часов дома, зацикленных вокруг его абсолютного ничего и приправленных самокопанием и отсутствием перспектив, и он точно свихнется. Джарвис отозвался буднично, будто они и не теряли связь на долгие месяцы, расставшись на не самой приятной ноте, и, признаться честно, Тони был рад его слышать: — Да, мистер Старк, — мужчина остановился в напряжении посреди комнаты в своем нелепом домашнем халате. Он не был готов ни к отзывчивости Джарвиса, ни к тому, что он сможет хоть что-то ему предложить, — У меня кое-что есть для вас. Тони даже предположить не мог. — Мне позвонили несколько дней назад. Я пытался связаться с вами по почте, — Старк усмехнулся — несколько дней назад он как раз спал в обнимку с бутылкой фоль бланш две тысячи четвертого года, а почту перестал проверять достаточно давно, чтобы Джарвис об этом знал, — Предложение заманчивое. Режиссер молодой, но перспективный. Хочет именно вас. Я сказал им, что мы обсудим этот вопрос, они дали нам две недели. То есть, технически, у нас десять дней, чтобы дать ответ. Тони нервно выдыхает в трубку, обоими руками прижимая ее к уху: — Слушай, я остался без рубашки. Мне сейчас нужна любая халява. К тому же, я доверяю тебе, так что можешь передать им, что я заинтересован. — Они… очень просили, чтобы вы связались с ними лично. — Я запишу телефон. — Нет-нет, вы не поняли. Я имею в виду, с глазу на глаз, в офисе. В Лос-Анджелесе. Мужчина опешил и, нахмурившись, перестал глазами искать в бардаке бумагу, на которой можно было бы записать телефон. — Мы что, черт возьми, в каменном веке? С какого дьявола ты и им не напишешь на почту? — Сэр, я всего лишь озвучиваю их пожелание. Спокойствие Джарвиса одновременно вызывало и раздражение, и восхищение, его слова же в большей степени настораживали, чем вдохновляли. Лос-Анджелес — другой конец страны, от Нью-Йорка до него около трех тысяч миль и десятки часов на машине. К тому же, если учесть, что права у Тони забрали еще в январе, и машина все еще находится на штраф-стоянке, а денег едва хватает, чтобы добраться на автобусе до Денвера, путь этот превращается в непреодолимое препятствие, на которое решиться далеко не каждый. — Когда я говорил, что остался без рубашки… — Я знаю, сэр. — И как ты себе это представляешь? Никто не согласиться везти меня туда бесплатно. — У меня есть один вариант. Думаю, это будет полезно для вас. Тони молчал, сжимая челюсть до выступающих желваков — кажется, в последнее время все вокруг, исключая его, прекрасно осведомлены, что может пойти ему на пользу, и не стесняются это озвучивать. Возможно, он действительно не может трезво оценить ситуацию, в которую попал, но ведь совершенно необязательно об этом так претенциозно сообщать! Предложение поехать до Лос-Анджелеса автостопом Старк принял с насмешкой, зная, как любит Джарвис иногда над ним подшутить. Поэтому сперва он уточнил, не стоит ли ему проделать весь этот путь пешком и даже предложил мужчине присоединиться, а затем, выслушав многозначительное молчание, возвел глаза к потолку. Кажется, это действительно был его лучший вариант. — Знаешь, Эд, ты всегда приносил мне только хорошие новости. — Всегда пожалуйста! — по интонации было совершенно ясно — он улыбается, — Значит, я сообщаю им, что вы в пути. Тони отложил телефон в полном смятении. У него было меньше недели, чтобы пересечь страну, и куда меньше времени, чтобы на это решиться. Джарвис был прав, это действительно могло отвлечь его — сиднем сидеть дома, периодически совершая налёты на собственную коллекцию спиртного, больше не представлялось возможным. Избегать любого контакта с внешним миром — тоже. Можно было сосчитать по пальцам, сколько раз он выходил из дома за последние несколько месяцев, и как минимум половина из этих случаев — инициатива Пеппер, старательно пытавшейся социализировать мужа прогулками, походами в кино и рестораны до тех пор, пока не стало понятно, что это бесполезно. Оставшаяся часть — вынужденные походы в магазин уже после того, как Поттс покинула квартиру.

***

Он дал себе несколько часов. Чтобы выскрести себя с самым необходимым из треклятой квартиры и купить билеты на автобус хотя бы до Гаррисберга — так будет сложнее сбежать от первых трудностей обратно в случае чего, потому что с высокой долей вероятности желание вернуться домой после первой же неудачной попытки постопить окажется сильнее желания найти работу. Так и получилось — даже с купленным билетом, ожидая своего автобуса, он думал только о том, что, возможно, совершает ошибку, и это чувство не покидало его еще долго. Много чего могло произойти, и всю поездку мужчина перебирал самые неприятные исходы его наиглупейшего импульсивного приключения. Его могли узнать и высмеять — все-таки он участвовал в серьезных проектах и получал не менее серьезные деньги, на которые купил крайне серьезный стильный пони-кар, и, должно быть, зная такие факты, будет забавно обнаружить его на отшибе Сент-Луиса с полупустым потрепанным рюкзаком. Его могли ограбить. Да, может, сейчас, обросший и переживающий не лучшие свои времена, он и не похож на человека, который носит с собой большие средства, но исключать ничего не стоит. Его могли кинуть или не принять вообще — Тони понятия не имел, как часто машины останавливаются в принципе, и насколько лояльны нынче водители к автостопщикам. Его могли убить, в конце концов! Как вообще можно быть уверенным в том, что этого не произойдет? Мерзкая тревога не дала ему возможности расслабиться хоть немного, поэтому на трассе он стоял уже изведенный, злючий, как черт, и нисколечки, ни капельки не готовый к предстоящему пути. До окраин Питтсбурга его подбросили на темно-зеленом джипе. Пресноватый дядька невыразительной наружности, на вид чуть старше Тони, сразу его узнал — пришлось оправдываться. Однако, мужчина, сперва показавшийся Старку назойливым, оказался занятным собеседником, помог ему с выбором маршрута, поделился опытом, а поездка пролетела быстро и сняла некоторую долю напряжения, позволив хотя бы ненадолго разжать булки. Его высадили в придорожном мотеле, на который полгода назад Тони даже не посмотрел бы. Другие варианты рассматривать не пришлось — его финансов не хватило бы даже на минуту нахождения в тех люксовых отелях, к которым за свою жизнь он успел привыкнуть. — Я не могу пустить тебя в номер с собакой. — Он не доставит вам проблем, обещаю! Обнаружить на ресепшне такое оживление в это время Старк совсем не ожидал. Он лишь надеялся без происшествий снять комнату и уснуть заслуженным сном. Любое непредвиденное обстоятельство, задерживающее его хоть на минуту, считалось помехой — Тони слишком долго бодрствовал, не пил кофе больше десяти часов и много нервничал. — У меня могут быть проблемы только из-за ее присутствия в номере. Просто оставь шавку в машине и дело с концом. — Но ведь… — Все мои постояльцы так и делают. А самые умные не берут в поездки животных совсем. Мужчина прошел вглубь, стараясь слишком не смотреть по сторонам. Собственный критический взгляд при отсутствии вариантов был совершенно неуместен, но все-таки работал исправно, подмечая отталкивающие детали в интерьере помещения. Подходя к приемной стойке, он и впрямь увидел собаку, маленькое забавное существо, послушно сидящее в ногах хозяина, всклоченного, совсем молодого юноши. И из-за этой мелюзги весь сыр-бор? — На улице довольно холодно, — деликатно вмешался Тони, осознавая, что сцена может затянуться, и ему придется воспользоваться-таки своим природным очарованием, если он хочет поскорее попасть в койку, — Сомневаюсь, что эта шелуха не замерзнет в машине насмерть к утру. Глядя на стоящую за стойкой женщину средних лет, не ожидавшую, видимо, что за юношу кто-то станет вступаться, он отчетливо чувствовал на себе еще как минимум две пары заинтересованных глаз. — К тому же, неужели вы в столь позднее время выставите парня прочь из-за такого пустяка? Насколько мне известно, в радиусе нескольких миль нет ни одного отеля. Воцарилось молчание, за которое, кажется, его успели проклясть не менее десяти раз, судя по хищному взгляду хозяйки, и, прежде чем положить на столешницу заветный ключ, она смирила подобным взглядом еще и мальчишку: — Я имею полное право потребовать материальную компенсацию за любое повреждение. — О, несомненно, — Тони глянул на юношу, исходящегося в благодарной улыбке, и нетерпеливо постучал пальцами по стойке, где уже лежала непрезентабельно мятая купюра, — Могу я тоже получить номер?