Закоулки девичьего сердца.

- Неожиданно, - сказал Денис на мое внезапное признание; голос его дрожал и выражал тихую радость. – Очень даже неожиданно. - Как брата, - торопливо добавила я. Или не как брата… Черт меня знает, в общем. Я никогда не понимала свою логику. – Короче говоря, ты не слишком-то обольщайся. -Ну, хорошо, - отозвался он, негромко усмехнувшись. Читатель, знаешь, я практически всегда возмущалась по поводу отсутствия логики у некоторых девушек, а сейчас, судя по всему, оказалась в их числе. Как только Андрей обратил на меня внимание, он стал для меня безразличен, а вот Денис, который постоянно был рядом последние пять лет, стал объектом моего нового интереса. Я понимаю, когда такие вещи происходят в подростковом возрасте, но мне-то уже девятнадцать лет, и такие резкие перепады не должны происходить. Хотя… Кто знает. - А ты почему, кстати, не спал? – Самым разумным решением в тот момент было перевести разговор на другую тему. - Голова болела, - объяснил парень. – В последнее время я вообще подолгу не могу уснуть… - Ну что ж, это логично. После сотрясения-то. От беспомощности хотелось взвыть; меня разрывало на две части: одна желала быть с Андреем, другая – с Денисом. Банальная, в общем, ситуация. Настолько банальная, что становилось смешно и одновременно грустно – получается, что я ничем не отличаюсь от обыкновенных девушек? Меня посетила злость – на себя, на Дениса, на Андрея, на эту недавнюю аварию, на всех. Не в силах сдерживать это неуместное чувство, я встала с дивана и схватила пачку сигарет, которые до этого мирно покоились на обеденном столе. Когда что-то складывается не так, как я хочу, то я раздражаюсь, а когда я раздражаюсь, то хочу курить. - Ты куда? – спросил Денис, не поднимаясь с дивана. - На балкон, - бросила я и открыла балконную дверь, поежившись от прохладного воздуха, обрушившимся на меня потоком. Тихая летняя ночь. Все уже давным-давно спят и видят десятый сон, в то время как я чиркаю спичками. Величественная луна нависала над городом; она равнодушно наблюдала за моим самокопанием, а, может, и не наблюдала вовсе. Какое ей дело до суетливой жизни людей? Она повидала тысячи, миллиарды смертей и рождений, потому, когда я умру, она не погаснет вместе со мной: также будет хозяйствовать в ночном небе, своим холодным свечением окутывая безмолвные улицы. От этих мыслей стало еще тоскливей. Когда я первый раз затянулась, то почему-то стало легче. Будто бы сигаретный дым заполнил ту пустоту, которая образовалась в груди. В этой ситуации нет никакого смысла. Ну вот просто никакого. Все равно мы все подохнем, наши тела будут гнить в сырой земле, внутри будут ползать жирные белые черви, периодически высовываясь из пустых глазниц и ноздрей. Вечная любовь будет разлагаться вместе с нами, источая отвратительный запах и покрываясь зеленой плесенью. Никакого смысла. «А все должно быть со смыслом…» - раздался в моей голове гнусавый голос Самойлова. Да, вы правы, Глеб Рудольфович. Все должно быть со смыслом. Я докурила сигарету и глубоко вздохнула, стараясь избавиться от подступающих слез – гостей, которые стали посещать меня слишком уж часто. Я вернулась в комнату, где Денис до сих пор сидел на диване, положив ногу на ногу. - Женьк, бросай курить, - произнес он, отчего-то улыбнувшись. - Когда-нибудь да брошу, - ответила я, заставив себя улыбнуться в ответ. Денис здесь не при чем; он не должен перенимать мое скверное настроение. Его это не касается. - Ты чем-то расстроена? – спросил парень, изучающе на меня взглянув. - Нет. Все хорошо, правда. Спасибо, что интересуешься. Собеседник ничего не сказал в ответ. Повисла пауза, и чтобы она не была такой давящей, я начала насвистывать неизвестную мелодию, внезапно посетившую мой усталый мозг. Время перевалило далеко за полночь, а мы с Денисом сидели на диване, даже не думая спать. Ну что ж, это моя типичная ночь. Все должно быть со смыслом. А у меня этого смысла нет и, пожалуй, даже никогда не было. Я родилась на этот свет без конкретной цели. Вместо меня мог бы появиться великий музыкант, спортсмен, художник, а появилась существо, которое не способно разобраться в себе и своих чувствах. К горлу подступил вязкий комок, заставивший меня поперхнуться и перестать свистеть; на глаза навернулись слезы. - Я же вижу, что с тобой не все в порядке, - нахмурился Денис. - Да нормально со мной все, - огрызнулась я. – Лучше не бывает. Давай не будем об этом, хорошо? Я проглотила слезы. Все, теперь я хочу побыть в одиночестве. - Я спать, - сухо сказала я. – Спокойной ночи. Не дожидаясь ответа, я пошла в свою комнату, легла на кровать и закрыла глаза. В голове болезненно пульсировала фраза «Все должно быть со смыслом» до тех пор, пока меня не поглотила спасительная темнота. *** Утром я проснулась рано и с удивлением обнаружила, что Дениса нет дома. Волнение тут же начало окутывать меня, вязкими щупальцами сжимая сердце. Я попыталась дозвониться своему сожителю, но тот не отвечал. Черт возьми, какой же он дурак!.. С ним может произойти абсолютно все, что угодно. Я еще раз пять пыталась позвонить Денису, но в ответ все так же слышались равнодушные длинные гудки. Я обошла всю квартиру в надежде, что этот дурак оставил записку, которой впоследствии не оказалось. Я позвонила нашим общим знакомым, полагая, что он решил прогуляться с ними. Тщетно. Я зашла в «вконтакт», рассчитывая, что Денис в сети. Бесполезно. Потом, несколько устав от всех этих действий, я села на диван и обхватила голову руками, лихорадочно соображая. Может быть, он пошел в магазин. Может быть, решил прогуляться в парке в гордом одиночестве. Может быть, вышел покурить на улицу, но встретил знакомого, и они разговорились. Да все может быть! Мои раздумья прервал звонок в дверь. Денис вернулся. Сейчас я устрою ему такую головомойку, какую никогда в жизни никому не устраивала. Даже не посмотрев в «глазок», я открыла дверь и уже с порога начала ругать пришедшего: - Денис, ты идиот, какого черта ты в таком состоянии вышел из дома… Я не договорила, потому что передо мной стоял отнюдь не Денис, а Андрей. - О, Андрей, - пробормотала я, смущенно опустив глаза. Мне было немного неловко, потому что я, наверное, выглядела как взбалмошная истеричка. Но это смущение быстро ушло, когда я вспомнила тот отвратительный поцелуй в палате Дениса. Это еще кому должно быть стыдно! - Привет, Женя, - поздоровался гость и без приглашения зашел в прихожую. – У меня дело к тебе есть. Дело?.. Что ж, я бы с удовольствием выслушала его в другой раз, сейчас меня беспокоило совсем другое. - А у меня тоже есть к тебе дело, - сказала я, закрывая входную дверь. – Ты случайно не знаешь, где Денис? Он едва может ходить, однако ему приспичило выйти из дома… Я, в общем, не знаю, где он. Быть может, он тебе говорил что-то?.. От меня не ускользнуло то, как нехорошо блеснули глаза моего собеседника. Блеснули как у кота, который готовится к смертоносному для своей жертвы прыжку. - Нет, он мне ничего не говорил. Я тоже не знаю, где он. Я, собственно, не очень-то и надеялась, но все равно немного разочаровалась, когда услышала отрицательный ответ. - Ладно… Проходи, чаю попьем. Мы прошли на кухню, я расставила чашки и поставила кипятиться чайник. Ожидая его свистка, я уселась напротив Андрея и протянула: - Ну… что ты хотел? Парень загадочно улыбнулся, обнажив крупные ровные зубы. - Скажи, я тебе нравлюсь? – спросил он внезапно. По крайней мере, этого вопроса я никак не ожидала и уже не знала, как на него ответить. - Честно говоря, не знаю, - замялась я. – Наверное, да. А может, и нет. Знаешь, ты очень хороший, правда, но иногда ведешь себя как последний мудак. Андрей почему-то рассмеялся, и от этого смеха по моей коже пробежал неприятный холодок. - На самом-то деле я пришел сюда не для того, чтобы слушать твое мнение обо мне, - он прервал собственный смех довольно грубо и вновь стал серьезным. – Я пришел, чтобы сделать тебе деловое предложение. Деловое предложение? Хм, а это уже становится интересным. - Я внимательно слушаю. - Выходи за меня замуж. - За-за-за-муж? – заикаясь, переспросила я. Когда я очень сильно волнуюсь, то начинаю так же сильно заикаться. Я встала и прошлась туда-сюда, успокаиваясь. - Да-да, ты не ослышалась. Замуж по расчету. Я перестала расхаживать. Моя челюсть невольно отвисла. - По расчету? – еще раз переспросила я. Уму непостижимо. Меня будто бы загнали в угол, потому разум начала охватывать паника. – Объяснись, пожалуйста. Чайник требовательно свистел, потому мне пришлось снять его с конфорки и поставить на стол. Чай подождет. - Ты требуешь объяснений? Ну что ж, правильно, - Андрей снова улыбнулся. Неискренне и фальшиво. – Как тебе известно, я был (или остаюсь?) геем. Мои родители крайне неодобрительно относятся к моей ориентации, но у меня есть любимый человек, с которым я по-настоящему счастлив. Каждый день дома закатываются истерики, от которых самому хочется взвыть. Мне не раз искали невесту, но все претендентки – наштукатуренные шлюшки, которые ничего не смыслят в жизни и с которыми попросту не о чем говорить. Один лишь только их вид, грубо говоря, заставлял меня содрогнуться. Но я прекрасно понимал, что родители не оставят меня в покое до тех пор, пока я не найду невесту. Впрочем, такой исход был не очень плох – я мог жить двойной жизнью, то есть изображать из себя примерного семьянина и в то же время трахаться с любимым парнем. Итак, я начал подыскивать себе актрису, которая исправно бы сыграла роль моей жены. Я наткнулся на тебя – вроде бы, ты не такая тупая, да и внешность очень даже ничего. Завоевать твою симпатию оказалось пустячным делом, потому что все вы, женщины, одинаковые, и я успел изучить все ваши пристрастия и повадки. Я предлагаю тебе выйти за меня замуж, взамен ты будешь получать все, что хочешь. Неограниченное количество денег за то, что ты будешь мило улыбаться моим родителям. Что скажешь? Внутри у меня все вскипело, и на глаза невольно навернулись слезы. Меня будто бы облили грязью с ног до головы и унизили публично. - Скажи, я похожа на человека, который очень любит деньги? – произнесла я, не в силах унять дрожь в голосе. Подумать только – замуж по расчету! - Ну, я понимаю, это все очень неожиданно, - хмыкнул Андрей. Поверить не могу, что этот человек когда-то мне нравился. – Ты можешь подумать над этим, я тебя не тороплю. - Зачем думать, если мой ответ и так очевиден? – сухо сказала я. – Я отказываюсь. Тут даже думать нечего. - Ты только представь – огромная квартира в центре Москвы, шикарная машина… - Нет. И знаешь, тебе лучше уйти. Желтые глаза Андрея потемнели, густые черные брови сдвинулись к переносице. Стало так тихо, будто бы надвигалась буря. - Знаешь, я в тебе ошибся, - негромко произнес он срывающимся от гнева голосом. Он оглушительно ударил кулаком по столу, заставив меня подскочить от неожиданности. – Идиотка! - А ты, судя по всему, псих, - парировала я, снова встав. Было очень опрометчиво с моей стороны язвить в данной ситуации, потому что этот ненормальный мог в порыве ярости сделать все, что угодно. – Уходи. - Я не уйду, пока ты не согласишься, - парень тоже поднялся. Он был выше меня сантиметров на тридцать, тяжелее килограммов на тридцать пять и, соответственно, сильнее раза в два. - Тогда ты не уйдешь отсюда никогда, - сказала я. Мне было невыносимо страшно, но я не хотела показывать своего страха, потому что демонстрируют только слабаки, неспособные бороться. – Слушай, чувак, давай сядем, выпьем по чашечке чая и спокойно все обсудим… Я не договорила, потому что Андрей отвесил мне звонкую пощечину. От боли я тихонько вскрикнула, но не более. - Ты сумасшедший! - выкрикнула я, приложив прохладную ладонь к пылающей щеке. И слово «сумасшедший» в данной ситуации было простой констатацией факта, ибо я была уверена, что у него были большие проблемы с психикой. Я попятилась к буфету, где хранились различные ножи, вилки и ложки. Если взять кухонный нож то, возможно, рукоприкладства с его стороны больше не будет. Не отворачиваясь от надвигающегося на меня парня, я открыла ящик, на ощупь нашла острый нож и его достала. - Не подходи, - прошипела я, нацелив острие на широкую грудь Андрея. Слезы невольно текли из глаз – и от боли, и от собственной беспомощности. Андрей на тот момент походил на громадного тигра, который загнал свою жертву в угол и наблюдает за ее жалкими попытками спастись. Он мог одним ударом руки (или, быть может, когтистой лапы) выбить нож из моих пальцев. Внезапно послышался звон разбившегося; что-то промелькнуло над головой Андрея, он охнул и рухнул на пол. Сзади него стоял Денис, который сжимал в руке разбитую бутылку и победоносно смотрел на тело, которое лежало у его ног. Мои пальцы ослабели, нож выпал из рук, со звоном ударившись о кафельный пол. - Денис, - тихо произнесла я, уже не в силах сдерживать сильнейший поток слез. Я закрыла лицо ладонями и зарыдала, чувствуя, как сама сползаю на пол.