Мне не плевать, кто победит

Хакс вышел из операционной. Он держался из последних сил. Услышав, как хлопнула за спиной дверь, он осел на пол, съехав вниз по переборке, и подтянул колени к груди. Привалившись к холодной и грязной панели, обхватил голову руками и беззвучно закричал. Получилось. Он вернул Рена с того света. Бездна, о чём он думал? Он не думал, вот в чём проблема. Он действовал импульсивно, на инстинктах, руководствуясь убеждением «Никто не смеет убить Рена, кроме меня», а не рассудком или мозгами (которыми так гордился). И вот куда это его завело. Он обманул смерть. Вот только вместо того, чтобы перерезать сонную артерию ублюдку, как только тот очнулся, и, насладившись местью, вышвырнуть труп в шлюз, раз и навсегда перевернув эту главу своей жизни, он… Он подлатал его. Восстановил ему кости, запихнул в бакту (которую не мог позволить себе тратить впустую) и сделал всё, чтобы Рен не окочурился. «Я могу прикончить его когда угодно». Но после стольких приложенных усилий это больше не выглядело разумным доводом. Хакс всё ещё был липким от пота — последствия перетаскивания тяжеленной туши на корабль. «Ладно. Я могу его продать». Связь Рена с Силой была приглушена, зато из него бы вышел отличный раб. Пусть его тело существенно повреждено, но это дело поправимое. Всего-то несколько суток в бакте и немного отдыха. Рен сильный, подкачанный и не такой уж урод. О да, Хакс мог получить хороший куш за здорового мужчину с такими… гармоничными… пропорциями. Хакс содрогнулся от отвращения, когда перед глазами вновь всплыло изображение члена Рена. И то, как эта криффова штука шевельнулась, когда Хакс приподнял ему зад, готовя к погружению в резервуар с бактой. Хакс знал, что Рен любит свои многослойные одеяния, и ему понравилось, как тот смутился, когда он раздел его догола. Но он умрёт счастливым, если никогда больше не придётся смотреть на обнажённое тело Рена. Поёрзав, Хакс уселся поудобнее и рассеянно поправил комбинезон. Эта криффова униформа техников была очень тесной в области паха. Придётся побеседовать с разработчиком… …нет. То были генеральские обязанности. Канувшие в прошлое, разнесённое в клочья вместе с сердцем Хакса и всем грёбаным флотом Абсолютного Порядка. Теперь он безымянный выживший. Он мог отправиться куда угодно и начать жизнь с чистого листа. Но где же место Рена в этом дивном новом мире, созданию которого он невольно поспособствовал? Новая Республика могла выплатить солидное вознаграждение или куда более крупный выкуп, в зависимости от того, кто ей был нужен: военный преступник Кайло Рен или появившийся в последнюю секунду герой Сопротивления Бен Соло. А если он ей без надобности… Что же, потомки Джаббы Хатта всегда дадут достойную цену за отпрыска Леи Органы и Хана Соло. Хакс успокоился, температура тела и мысли в голове пришли в норму. Поэтому он собрался с духом и принялся готовить корабль к взлёту с Экзегола. *** Бакта была поистине удивительным изобретением. И пиздец какой склизкой. Когда меддроид медленно опустил его тело в резервуар, Кайло ощутил, как вязкая жидкость обволакивает конечности, словно кто-то огромный, неумолимый проглотил его целиком и, сдавив тёплыми, скользкими, упругими стенками пищевода, неторопливо протолкнул в желудок. Стандартная паническая реакция. Кайло был бы рад уколу седативного, которым обычно сопровождалось лечение в бакте. Но изуверская забота Хакса и меддроида не включала такой милости. Сцепив зубы, Кайло попытался предаться медитации. Что оказалось сложно без Силы, которая бы направила его к ближайшему живому существу и позволила настроить собственный пульс на убаюкивающий ритм сердца. Пребывание в бакте напоминало пребывание ребёнка в чреве матери, но даже там он всё время ощущал Силу. В особенности там. Впрочем, никакие тёмные руки больше не терзали его душу. Сноук сгинул. Палпатин погиб. И никто пытливо и ласково не тянулся к его неокрепшему разуму. Его мать умерла и стала едина с Силой. А ошейник гарантировал, что он не сможет достучаться до неё, почувствовать её. Увы, всё остальное он чувствовал слишком отчётливо. Кислородная маска плотно прилегала к лицу, жёстко сжимая нос. Кайло был уверен, что сломал его в потасовке с рыцарями, и теперь испытывал ужасные мучения. Почти все рёбра треснули при падении, каждый вздох отдавался болезненным уколом, поскольку грудной клетке приходилось преодолевать давление жидкости. Он даже не мог пошевелить ногами, хотя ощущал их ох как хорошо. Крошечные осколки раздробленных костей тёрлись друг о дружку, причиняя неимоверную боль. Бакта склеит его кости, регенерирует порванные нервы, излечит плоть и кожу. Но потребуются часы, а может, и дни. И никто, блядь, не подумал дать ему обезболивающее. В конце концов Кайло потерял сознание. То ли от боли, то ли от беспрерывного бурления бакты, то ли просто от скуки — он не знал. Очнувшись, Кайло обнаружил, что лежит в операционной на узкой койке, очищенный от слизи. Его тело восстановилось, а боль, к счастью, исчезла. Ну, почти исчезла. На шее сбоку чувствовалось жжение. Сперва он подумал, что ошейник натёр кожу, но потом вспомнил, что бакта бы справилась с этим. Крутя головой, он вглядывался в полированную металлическую поверхность операционного стола, пытаясь найти источник раздражения. А вот и он — прямо за ухом. Свежая ранка. Маленький, аккуратный, уже заживающий надрез. Кайло осторожно ощупал его. Что-то застряло под кожей. Что-то небольшое, твёрдое, прямоугольной формы. Он осмотрелся. Дроида нигде не было. Весь медицинский инвентарь пропал, оборудование, кроме привинченного к полу, тоже. Стены помещения были такими же голыми, как сам Кайло. Наконец он заметил аккуратно сложенный комплект одежды в изголовье койки. Кайло взял его, встряхнул. Уродливый зелёный комбинезон, сшитый из жиростойкого материала, который, насколько было известно Кайло, кошмарно раздражал кожу. Над левым нагрудным карманом виднелась какая-то надпись на ауребеше. Кайло разгладил ткань и прочитал: «Мэтт». И оскалился. Сейчас он оденется, найдёт Хакса и покажет, как тот ошибся, позволив Кайло восстановить физические силы.