Мне не плевать, кто победит

Когда корабль наконец наконец лёг на устойчивый курс в гипере и его корпус перестал трещать от головокружительных кульбитов, Кайло медленно разжал сомкнутые вокруг рычагов управления пальцы и сморгнул пот с ресниц. Верхнюю губу щипало, и он провёл по ней тыльной стороной ладони. На коже осталась красная полоса. Кайло уставился на неё в оцепенении, а потом пожал плечами и вытер остатки крови с лица рукавом. — Хакс! Всё закончилось! — выпалил он. Точнее, попытался. Из глотки вырвалось хриплое карканье, в пересохшем горле свербило. Будто после долгих криков. А он кричал? Кайло не мог припомнить. Всё было как в тумане, словно призрачная грёза. Вспомнился какой-то безумный хохот. Но вряд ли этот хохот принадлежал ему. Кайло огляделся. Кабина выглядела довольно потрёпанной. На боковой панели виднелась новая вмятина — там, где он приложился головой, когда после очередного крутого виража его выбросило из пилотского кресла. Кайло вновь пожал плечами. Ему было не впервой раскурочивать корабль в процессе пилотирования, а конкретно этот и так уже представлял собой летающую груду металлолома. Когда все вокруг перестало вращаться и зрение прояснилось, Кайло заметил кое-что ещё: в кабине он был один. Ну конечно. Хакс слинял в самый разгар их прыжка. Наверное, мчался, пока его несли трусливые ноги. Хотя, учитывая размеры корабля, далеко он не убежал. Типично. Хакс никогда не умел смотреть в лицо опасности. Что также означало: Хакс пропустил триумф Кайло. Прискорбно. Но у Кайло не хватало сил на раздумья об этом. Он устал. При устойчивом курсе корабль сможет лететь на автопилоте какое-то время. А Кайло требовалось просто прилечь ненадолго. Спотыкаясь, он побрёл в каюту отдыха. Он думал, что Хакс там — свернулся клубочком на койке и трясётся. Но комната оказалась пустой. Ну, почти. Кайло поморщился. В воздухе стоял едкий запах рвоты. Бессознательное тело Хакса обнаружилось возле унитаза. Хакс был бледен, но дышал. На его подбородке засохла блевотина, на голове красовалась впечатляющая шишка. Должно быть, ударился, когда его желудок восстал во время их безумного прыжка. Кайло устало вперился взглядом в Хакса. Руки у Кайло по-прежнему дрожали. Он не сможет дотащить настолько тяжёлую ношу до койки. Звёзды, да ему самому нужно в постель. Лучше просто оставить этого рыжего хорька там, где он валяется. Не похоже, что Хакс при смерти. Лёгкий сон на жёсткой плитке в освежителе пойдёт ему на пользу. Кайло со стоном проковылял мимо коек и заглянул в грузовой отсек. Дроид-компаньон Хакса был там — возился с проводкой, будто ничего не произошло. Заметив Кайло, дроид демонстративно отцепил швартовочные тросы, которыми был надёжно прикреплён к переборке. — Твой хозяин нуждается в тебе, — с трудом произнёс Кайло, и всё вокруг погрузилось во тьму. *** — Идиот. Что-то влажное и холодное мазнуло по лицу, разогнав туман, окутавший разум, и Кайло разомкнул веки. Краем глаза он уловил какое-то движение сбоку, но не смог сфокусировать взгляд. И тут в поле зрения возникла физиономия Хакса. Скривившаяся и недовольная, как всегда. — Ты чуть не убил нас, — сухо сказал он. — Нет, ты, — Кайло указал на ошейник. Он говорил Хаксу, что рискованно маневрировать в гипере без Силы, но тот сделал свой выбор. И все его повреждения — прямые последствия его решения. Хакс закатил глаза: — Я сказал «чуть». Это был комплимент. Кайло удивлённо моргнул. Похоже, у него контузия. Хакс ни за что в жизни не сделал бы ему комплимент. Даже саркастический — он не умел шутить. — На здоровье, — наконец выдавил Кайло, в последний момент удержавшись от усмешки. Он почувствовал, как дёрнулись мышцы левой щеки, готовые изобразить фирменную ухмылку Соло, обычно сопровождавшую эти слова и эту дерзкую интонацию. Осознание окатило его, словно ведро ледяной воды. Он не станет ухмыляться, как отец. Не может. Кайло мог бы поклясться, что в глазах Хакса промелькнуло любопытство, хотя в остальном тому удалось сохранить непроницаемое выражение. Склонившись над Кайло, Хакс пристально рассматривал его. Он стоял так близко, что Кайло улавливал исходящее от него тепло. Но это длилось всего мгновение, и вот уже Хакс, распрямившись, направился в сторону кабины. Тепло исчезло, и Кайло показалось, будто на него вновь повеяло прохладой. Тут-то до него дошло, что холодная влага на лице настоящая. Он потёр подбородок. Никаких липких пятен крови. Возле двери Хакс бросил мокрое полотенце на кучу тряпок. И тогда Кайло заметил, что лежит не в коридоре, где вырубился, а на койке. Пусть не очень мягкой, но более удобной, чем жёсткий пол. — Спасибо, — выпалил Кайло и сам удивился, что сказал это вслух. Но деваться было некуда. Хакс замер в дверном проёме и повернул голову. Кайло не мог рассмотреть его лицо, но чётко услышал слова: — Я способен отплатить добром за добро, Рен. Сказав это, Хакс вышел. Кайло уставился на обитую утеплителем стену возле койки и задумался над его ответом. Отплатить добром за добро. Ну конечно, для Хакса это сделка. Но разве это не обычное дело для всех? Нет. Рей излечила его после того, как ранила в живот на руинах Звезды смерти, и ничего не потребовала взамен. Она была доброй, как и положено истинному джедаю. Но она сделала это для Бена, а Бен умер. Кайло попытался рассуждать о себе как о Бене, но ему не нравилось, как звучало имя, оно не вызывало никакого внутреннего отклика. Бен отдал свою жизнь ради Рей — вот и всё. Кайло остался… Для чего? Он не знал. Зачем он спас жизнь Рей? Была ли то доброта? Мотнув головой, Кайло пришёл к выводу, что нет. Всё дело в упрямстве и эгоизме, а не в доброте. Все, кто были добры к нему, приняли смерть от его руки или умерли из-за него. Его друг — падаван Тай — пытался удержать его от искушений Тьмы. Его отец намеревался вернуть его из лап Сноука. Его дядя отдал жизнь, защищая Сопротивление от него. Его мать пожертвовала собой, чтобы помочь Рей одержать над ним верх на Звезде смерти. Все до единого. Смерть следовала за ним, словно проклятье. Результат неверно истолкованной ярости, внушённых страхов, гордыни и слабости. Поэтому, когда он решил, что Рей не должна расплачиваться за сострадание к нему, смерть осталась единственным выходом. Правда, на этот раз его собственная. Эгоистично, но он ухватился за эту возможность искупления, выбрав самый лёгкий путь. Вот только он снова был живее всех живых. Спасён Хаксом, чтоб его. Хаксом, который выжил лишь потому, что решил предать Кайло Рена. Кайло свесил ноги с койки и сел. Голова больше не кружилась. А вот в животе снова урчало. Маленькая кухня оказалась на удивление хорошо укомплектована пайками. Хакс, должно быть, планировал побег на протяжении нескольких недель, раз сумел утащить столько припасов из-под носа бдительных подчинённых. Кайло взял протеиновый батончик и, запихнув его в рот, отправился в кабину. Хакс бросил на него красноречивый взгляд, в котором можно было прочесть всё, что он думает о неумеренном потреблении провианта, но вслух не прокомментировал. Нави-компьютер спроецировал их маршрут, и Кайло некоторое время изучал знакомые звёздные карты. — Мы летим на Лизатру? — Торговый форпост и свалка кораблей, — ответил Хакс. — Мне нужно скинуть кое-какой мусор, — добавил он и со вздохом обвёл глазами потрёпанную кабину. Потом бросил многозначительный взгляд на Кайло и вновь уставился в обзорное окно. — Рабство на Лизатре незаконно, — заметил Кайло. — «Незаконно» не означает «не существует», — отрезал Хакс. Кайло покосился на него. Хакс сидел прямо и неподвижно, напряжённость его позы свидетельствовала о дискомфорте. Может, Хакс не привык к скуке, сопровождающей долгие перелёты в гипере? Или, может, причина в чём-то другом? Возможно, Хакс столь туманно поведал о своих планах потому, что у него вообще их не было. Возможно, ему впервые в жизни приходилось импровизировать и адаптироваться к ситуации на ходу, не зная, что принесёт будущее. И это пугало его до усрачки. — Почему ты спас меня? Как и в прошлый раз, Кайло не понимал, зачем спросил вслух. Но ничуть не пожалел об этом, когда Хакс резко повернул голову и хмуро уставился на него. Перебранка по-любому лучше, чем тухлое смирение. — Чтобы поднасрать тебе, — выдал Хакс через секунду. Вот как. Значит, теперь они искренни друг с другом. Если подумать, они откровенно общались с тех пор, как Кайло вернулся из мёртвых. И это бодрило. — Ну так у тебя уже получилось. Я умер. Разве ты не этого хотел? Хакс крутанулся в кресле и посмотрел на Кайло, ярость исказила его лицо. — Да пошёл ты, Рен! У тебя было всё! Победа, власть над галактикой. И ты похерил это, чтобы… сдохнуть? Как какой-нибудь благородный самоотверженный герой? Я пожертвовал всем ради шанса на выживание! И знаешь почему? Потому что не хотел, чтобы ты победил! Ты понизил меня в должности, унизил, списал со счетов, а потом убил бы не задумываясь. И если для того, чтобы бросить тебе вызов, мне придётся пережить тебя, я это сделаю! Кайло развёл руками: — Ну так убей меня! И получишь свою победу! Убей — и будешь уверен, что пережил меня! Давай, что ты сидишь? Хакс осел в кресле и, вернув его в исходное положение, отвёл взгляд. Но Кайло видел, как подрагивает его челюсть. Хакс не произнёс больше ни слова, но Кайло и не нуждался в этом — он всё понял. Вопрос не в том, «почему», а в том, «как долго». Как долго Хакс после убийства Кайло сможет выживать в одиночку.