Семь дней перед боем Курантов

       Город встречал привычным мраком и холодом серых улиц, что лишь слегка были освещены дневным светом. В лесной местности казалось было темнее, когда свет кое-как проникал сквозь ветви деревьев. Город возвышался над нами унылыми домами, куда только не глянь. От одного их вида становилось как-то не по себе, будто жизнь давно покинула эти места или вообще никогда здесь её и не было. Классик не так давно смог прийти в сознание, и мы медленно шли по слякоти после растаявшего снега. Зима в этом году вышла совсем противной — снег выпадет и сразу таял на глазах. От пережитого шока сил было ещё меньше из-за чего приходилось постоянно останавливаться и идти в ещё более медленном темпе. Классик был и не против.        Вариантов, куда отвести друга, было всего два: либо отвести его в квартиру, в которой Классик вероятно подохнет, либо к лидеру — к Шраму. Самым лучшим решением было именно последнее. Они не виделись довольно давно, возможно с последних похорон. За все эти года единственное, что меня волновало, это как не сойти с ума вместе с Элем. С трудом вспомнив номер квартиры, которую видел в последний раз, не дайте соврать, ещё при жизни Джеймса, мы кое-как смогли дойти до нужного подъезда, забраться на один из этажей. Руки до сих пор немного тряслись, но в дверь удалось постучаться довольно громко. Открывать нам не торопились. Всё-таки выглянув из уютной квартирки, лидер был довольно-таки удивлён и ошарашен нашему появлению.       — Вы тут какими су… — насколько бы меня не называли тихим и спокойным, среди клонов я не славился особой обходительностью и был достаточно бесцеремонным. Перебив лидера, без лишних слов, спихнул на него полусознательного клона.       — Нет времени. Просто приведи его хоть как-нибудь в чувства, успокой там, не знаю, — развернулся на сто восемьдесят градусов, давая понять, что разговор закончен, но лидер был явно не согласен с этим:       — Ты то куда?       — Неважно, — и чтоб больше не было никаких вопросов, быстро заскочил в лифт, не обращая внимания на кое-как слышный мат лидера. Пускай ругается, всё равно ему придётся разбираться с Классиком. Несмотря на долгую разлуку, вся бывшая команда «Freedom» оставалась для него роднёй. Можно ли назвать такой поступок давлением на жалось? Конечно.

***

       Очередной подъезд, подъем на скрипучем лифте, затем медленными шагами кое-как добрался к двери своей же квартиры. На самом подходе заметил, что она была приоткрыта. Значит Эль всё-таки справился и смог добраться до дома. Обещаю, что машину он увидит ещё очень не скоро. Я бы его и в общественный транспорт не пустил, с таким же успехом он и там может начать терять сознание — и нет никакой гарантии того, что люди помогут. Может, оставят так, в отключке, так и ограбить ведь могут. Спокойней дома. Тяжело вздохнув, надеюсь на то, что Эль не перебрал с таблетками и кофе. Пересекаться с полу вменяемым психом не хочется…       В спальне, около стены, замечаю своего соулмейта. Картина неприятная, отталкивающая, но оттого очень хорошо запоминающаяся: несколько заметных ссадин с кровоподтёками, царапины, а диковатый взгляд, видимо, слегка под шафе парня бесил.       — Не кофе, так вино… — на глаза попадается полупустая бутылка. Надо быстрее отсюда уходить, пока ничего страшного не произошло. — Где ты только достал его.        Сидя на таблетках, нам нельзя пить алкоголь — желательно даже не смотреть в его сторону. Кофе, в принципе, нам тоже противопоказан, но на одних лекарствах можно и свихнуться. Пройдя чуть дальше, захожу в ванную комнату, чтоб достать лекарства. Покопавшись на полке, удачно достаю пару баночек: антидепрессанты и нейролептики. Одну открываю и из неё быстро, не запивая, глотаю пару таблеток, а другую кидаю в ноги развалившемуся Элю, после чего пулей вылетаю из душной комнаты. Неприятно, от такой тоски наша квартира скоро плесенью покроется…

***

       Сегодня Классик должен был поехать на кладбище, но из-за непредвиденных обстоятельств придётся туда переться именно мне. Сильно ли важно кто из клонов даст дань памяти и положит цветы на могилу? Не очень. А так Классик будет более спокоен. Если бы так легко можно было уравновесить Эля… До пункта назначения далековато, половину пути мы проделали в обе стороны. Столько времени потрачено в пустую и всё ради того, чтоб успокоить Классика и удостовериться в том, что Эль добрался до дома. По пути нужно и цветы купить.       Медленно, но верно, я дошёл до нужной трассы, находившейся близко к его дому. Сегодня было особо мало машин, тишь, да гладь, что только резала уши. Это бесило и раздражало, но приходилось терпеть также, как и вездесущий ледяной ветер, что успел подняться за последний час.        В голову приходили всякие нехорошие мысли. Эль определенно был не сильно пьян, но подвыпившим, антидепрессанты без должного контроля тот глотал пачками. Было ли здравым решением отдать тому практически новую банку таблеток?.. Я и не заметил, как ко мне подъехала машина, подвизгивающе посигналив. Неприятно. Направляется к авто, стараюсь как можно приветливее поздороваться и, узнав, что водителю в ту же сторону, куда и мне, сажусь внутрь. Здесь гораздо теплее, чем на улице, приятней можно сказать. На протяжении всего пути мужчина пытался как-то завести непринужденный разговор. Бросив в его сторону один единственный безразличный взгляд, тот замолчал и больше не пытался задавать никаких вопросов. Приехали мы достаточно быстро, шоссе, как и утром, было пустым. Поблагодарив мужчину, я сразу заприметил цветочный у самого входа на кладбище. Выбрал восемь роз, не спеша я прошёл высокую кованую изгородь, с кое-где потрескавшейся краской.        На кладбище мрачно, кора старых деревьев была покрыта какой-то странной, склизкой жидкостью и потому прикасаться к ней было противно. Какие-то могилы были покрыты свежевыпавшим снегом, другие более ухоженные и убранные, некоторые из надгробий были в трещинах, на них часто можно было увидеть увядшие или свежие цветы различных сортов. При возможности по кладбищу было можно долго и задумчиво прогуливаться, но такого желания не было. Просто прийти на могилы и возложить цветы. Ради Классика и его спокойствия.        Небольшой букет роз слегка мешал передвигаться по тонким, еле заметным тропинкам, выложенным старой плиткой, мокрый снег неприятно хлюпал под ногами. Главное не заблудиться в этом месте… Неподалеку мне удалось увидеть четыре могилы. Такие родные надгробия, всё такие же аккуратные, Классик видимо довольно часто приходит сюда. Насколько должно быть больно, что человек предпочитает компанию мёртвых, нежели живых. Лидер явно нас не ожидал увидеть, значит и Классик не часто к нему захаживал. Перешагнув кованую чёрную оградку, а затем, не торопясь, разложил цветы, ровно по две штучки на каждую. Тяжело вздохнув, я присел на кривую скамью, что удобно располагалась напротив одного из погибших.       Долго в раздумье смотрю на ровные надписи на куске камня. Снег начал снова идти, сразу тая в тёплых ладонях, ветер трепал волосы, в голове какой-то бардак из целой вереницы мыслей. Эль, Классик, лидер… Если память не подводит, это все, кто остался в живых на данный момент… Снегопад чуть усилился, опаляя холодом щеки парня. Лёгкие в мгновение ока наполнились ледяным воздухом, неприятно обжигает, но не так сильно, как обычно это делали георгины.       — Ты был крайним, кого мы похоронили… — только протяни руку и можно прикоснуться к чужой фотографии. Боец словно и не умирал, а был сейчас рядом. — Знал бы ты, как без тебя страдает Классик. Ему… хуже с каждым днём, хоть он и пытается как-то прийти в себя, найти какое-нибудь новое занятие. Но холод одиночества навсегда останется в его квартире, как бы тот не пытался его игнорировать, он настигнет его. Правда, иногда Классик спасается от него в моём с Элем доме, видимо, пытаясь заглушить подступающие порывы депрессии… — три клона с депрессией из четырёх, вот такая вот наша свобода.       В голову лезли воспоминания нашего совместного прошлого… Знакомство, подготовка к революции. Прекрасно помню, как поначалу меня боялись, а потом привыкли. Помню, как неожиданно все нашли своих соулмейтов, как прошла революция, получение свободы… Всё это было будто вчера, все отчётливо запомнилось на подкорке мозга, будто отпечаталось на нём. Внезапно пронеслись и счастливые, и ужасные воспоминания, сменявшиеся в чёрт знает каком порядке.       Самым ярким был один из самых первых кошмаров в потусторонье… Мост, внизу бушевали ледяные волны, а сильный ветер так и норовил столкнуть вниз, в чёрную бездну воды. Холодно не было. На голове изумрудный венок, появившийся черт знает откуда. На этом мосту их было двое, и больше никого из команды. Как неожиданно начался этот сон, так же неожиданно начал рушиться мост, пропадать почти под самыми ногами. И попытки убежать не удавались, меня будто сковал страх. Избежать падения просто было не возможно, отчего в одно мгновение мы провалились в чёрную пропасть. Весь мир почернел, даже тот самый яркий венок, все погрузилось во тьму.        Такой сон у меня был в первые, поэтому и не знал, что это было своеобразным «видением», предсказанием. На следующее утро небольшой отряд, в который входил и я сам, отправился на поиски новой базы. Дорога проходила через мост. Так похожий на тот самый, из сна… Мы шли по нему, ничего не боясь и не опасаясь, шли совершенно спокойно, расслабившись на единое мгновение. Послышался треск, хруст камней под ногами, переправа начала обрушаться. Пытаясь хоть как-нибудь помочь замыкающему, коим был Боец, прыгаю в его сторону, хватаю и…       Из своеобразного транса меня выводит хорошо слышный звук чужих шагов. Обернувшись, будто опасаясь чего-то, вижу у ограды Эля. Тот более-менее пришёл в себя, к счастью не отравившись… я всё ещё не уверен, по собственной воле тому удалось не словить передозировку или какая-то часть здравого смысла в нём всё же осталась. В руках у него белая роза, взгляд совершенно спокойный, но от него стало почему-то не по себе. Эль с лёгкостью перешёл ограду, мягко прикоснувшись к моим волосам, ласково и не весомо проведя ладонью, пригладил непослушные пряди. Он осторожно обнимает и целует меня в макушку. Посидев так немного, мы встали и направились домой. Здесь слишком холодно…