1286m, 133mm

Никогда ещё в своей жизни Тэхён не был оскорблён так сильно. — Как ты можешь не любить анимацию Хаяо Миядзаки, хён? — Господи, Тэ, я не говорил, что не люблю её, я просто назвал её странной, — Юнги отмахнулся от него и убрал DVD с «Принцессой Мононоке» обратно в футляр для диска. — Это одно и то же, Юнги, — фыркнул в ответ Тэхён и предпочёл обнять подушку. — Нет, не одно и то же, — возразил Юнги, устраиваясь на своей стороне кровати, — ты ведь тоже странный, но я тебя люблю. Тэхён поражённо замер и опустил взгляд, пока воспоминания о недавнем разговоре не захлестнули его с головой. Он осознал предупреждение Хосока только сейчас. «Если ты не воспринимаешь всё это серьёзно, то лучше не затягивай, Тэхён, — сказал ему Хосок, и его привычно жизнерадостное выражение лица сменилось серьёзным. — Полагаю, Юнги не боится разбитого сердца, если решил открыться и встречаться с серийным «я предпочитаю мальчиков для одноразового перепиха» парнем, но на то у него есть особая причина. Не позволяй всему закончиться тем, что в итоге пострадаете вы оба.» Тэхён не планировал пускать всё на самотёк, но, кажется, пришло время задуматься всерьёз о сложившейся ситуации. До сих пор он просто… встречался. Хотя за это время он вроде как стал по-настоящему ответственно относиться к отношениям с Юнги. Ему нравилась сама мысль. Однако он позволил этим мыслям раствориться, потому что Юнги, освещённый висящей сзади лампой с синим абажуром, лёг ближе, чтобы посмотреть ему в глаза. Его волосы были слегка влажными после душа, а щёки пылали, потому что он только осознал свои же слова. Не говоря уже о том, что Тэхён резко затих и просто пялился в экзистенциальную пустоту. — О чём ты думаешь? — спросил Юнги тихим голосом, пронизанным ещё чем-то более… таинственным. — О тебе, — честно признался Тэхён. По крайней мере, он действительно не лгал. Юнги прекрасно это видел и только ухмыльнулся, медленно и лениво, и, чёрт возьми, это не должно выглядеть настолько сексуально. — Поцелуй меня, — попросил старший, с готовностью поднимая голову. Тэхён выполнил это не задумываясь ни секунды. Он перекатился и оседлал бёдра Юнги, что было в новинку для них обоих, но пока что не стремился оставить поцелуй на губах, не так сразу. Он начал с ключиц, которые виднелись из-под выреза горловины свободной чёрной футболки, которую Юнги натянул на себя, как только Тэхён приехал к нему. Он чувствовал привкус кожи на языке, солоноватый и тёплый, с горьковатой и странной мыльной отдушкой. Как ни странно, это было то, что нужно. От изгиба шеи с отчаянно бьющимся пульсом до выреза футболки светлая кожа Юнги ощущалась очень мягкой, её легко можно было поймать губами и всосать в рот. Юнги позволил себе расслабиться и откинул голову назад и немного набок, чтобы заставить Тэхёна потерять рассудок от этой тёплой и немного покрасневшей от слабых засосов кожи. Подчиняющееся поведение Юнги заставило зазвенеть каждую струну тела. У Юнги есть одно чувствительное местечко прямо под правым ухом, и Тэхён не может этим не воспользоваться — облизывает кожу языком и нежно посасывает, пока парень под ним не вздрагивает. — Тэ!.. Нашёл. Ладони Юнги резко сжали бёдра, его хватка одновременно и твёрдая, и мягкая, пока Тэхён покрывал влажными поцелуями линию челюсти, доходя до кончика подбородка. Юнги наклонил голову, двигаясь так, как двигался Тэхён, и позволил ему всё больше и активнее пробовать себя на вкус. Юнги уже задыхался под ним, его грудь касалась груди Тэхёна на каждом вдохе; язык Тэхёна надавил на мочку уха и оттянул холодное металлическое колечко. — Когда я сказал «поцелуй меня», то имел в виду свои губы, — хихикнул Юнги низким прерывистым голосом. — Вот видишь, надо было именно так и сказать, — выдохнул в ответ парень, прислонившись носом к шее Юнги, отчего по ней моментально побежали мурашки. Однако Тэхён не торопился, он предпочёл изучить языком каждый сантиметр шеи Юнги, каждое чувствительное местечко, до которого только мог дотянуться. Затем необходимо было убедиться, что прошившая тело Юнги дрожь была вызвана тем, что Тэхён игриво прикусил зубами основание его шеи, совсем рядом с бьющимся пульсом. И только после этого можно было целовать. Губы Юнги сами по себе были немного грубоватыми и сухими, но в то же время такими нежными; его язык без какого-либо разрешения проник в рот Тэхёна, скользя по его языку именно так, до мурашек и лёгкой дрожи, как нравилось им обоим. Тэхён не был писателем и вообще довольно говёно использовал слова в устной речи, но сейчас он думал, что мог бы написать баллады, оды, сонеты и элегии об умелом языке Юнги, о том, как умел целовать только он: будто одновременно пытался лишить Тэхёна дыхания, выбить из него весь дух и вдохнуть в него желание жить с гораздо большей силой. Кончики пальцев Юнги немного холодные, Тэхён чувствовал эти прикосновения к своей груди и рёбрам, когда парень провёл ими по ткани футболки. Его согревали губы Юнги. Тёплые, затем горячие, когда он засосал язык Тэхёна, игриво обхватив его губами, и прикусил кончик. — Чёрт, хён, — тихо простонал Тэхён, когда его язык великодушно освободили. — Блядь… Тэхён пропустил такие гладкие и мягкие пряди волос Юнги через свои длинные пальцы и наклонил голову, углубляя поцелуй. Он провёл языком по зубам Юнги, по языку, ощущая пронизывающий приятный мятный от зубной пасты привкус слюны. В ответ Юнги простонал ему в губы слишком слабо и отчаянно… Тэхён никогда не слышал подобного прежде, и этот звук заставил его наполовину твёрдый член приятно запульсировать от прилива возбуждения, жар разлился по всему телу подобно губительному пламени Солнца. Прохладные ладони Юнги в мгновение ока оказались под подолом футболки, и его пальцы принялись исполнять хаотичный щекочущий танец на коже живота, раздувая пламя настолько, что отвлечённый собственным состоянием Тэхён пропустил слова Юнги мимо ушей. — Ч-что? — переспросил он, потому что Юнги ни за что… Он бы ни за что не произнёс это так просто… — Могу я прикоснуться к тебе? — повторил Юнги глубоким и… блядь, глубоким и не скрывающим возбуждения голосом. — Твой… Я хочу почувствовать тебя. — Да, ты можешь касаться меня, хён… сука, да, — Тэхён довольно простонал и наклонился к парню, жадно целуя его в губы. Рука Юнги скользнула чуть ниже, слегка царапая кожу короткими ногтями. Он зацепился пальцами за край спортивных штанов, Тэхён чуть подался бёдрами вперёд, но рука Юнги стойко продолжила двигаться вниз, вниз, пока его ладонь не накрыла твёрдый горячий член поверх тонкого слоя одежды. Может, Тэхён мог бы смутиться слетевшего с его губ звука, но… нет, не мог бы, потому что срань господня. Его член последнее время выгодно и весьма продуктивно взаимодействовал лишь с одной ладонью, и поэтому горячие прикосновения Юнги, когда парень начал массировать пальцами и гладить его через ткань, ощущались сродни неописуемому блаженству. Тэхён отстранился от губ Юнги и немного откинулся назад, чтобы дать ему больше свободного места и удобств движений для дрочки, и Тэхён действительно всхлипнул и проскулил, сгребая простынь в кулаки, когда Юнги сильно сжал пальцами его член. Затем Тэхён открыл глаза, насколько только мог, и испепеляющее жгущее изнутри удовольствие сковало и поглотило его тело, и о Боже. Юнги выглядел таким чертовски красивым, лёжа под ним с откинутой на подушку головой, и не отводил взгляда — наблюдал за малейшим изменением выражения лица Тэхёна, наслаждался собственной властью, которую, скорее, оказывала его ладонь на чужой член. Губы Юнги приоткрыты, такие по-блядски мокрые от слюны, яркие и припухшие от укусов Тэхёна, радужка его глаз давно потонула в смоляной тьме, но по-прежнему блестела в слабоосвещённой комнате. От этого зрелища член Тэхёна запульсировал, истекая смазкой, которую Юнги не мог не ощутить с каждым движением по намокшей около головки ткани. — Тэ? — сдавленно позвал Юнги, и Тэхён моментально растаял от намёка на требование в собственном имени. — Снимешь их? Юнги произнёс это с очевидно вопросительной интонацией, однако Тэхён воспринял это в качестве разрешения, потому что у него пиздецки стоял, и единственное, чего он сейчас хотел, — кончить. Так сильно хотел кончить, что подскочил с кровати так быстро, что чуть не споткнулся и завалился обратно. Дважды. Но всё же сорвал с себя спортивные штаны и боксеры с такой скоростью, будто они были объяты огнём. Но на самом деле огнём объят был только Тэхён, особенно когда он снова сел сверху и оседлал бёдра Юнги, стараясь не испачкать его футболку своей смазкой. Он снова вздрогнул и с тихим стоном закусил нижнюю губу, когда далеко не холодные пальцы Юнги обхватили пульсирующий от боли член. Тэхён знал, что Юнги тоже возбуждён, он, блядь, чувствовал давление его эрекции, но спросить об этом не решался. Пока что. — Боже, Тэ, ты выглядишь… — Юнги простонал и рыкнул, притягивая Тэхёна к себе для очередного горячего как грех поцелуя, — ты выглядишь охуенно. Тэхёна больше не волновали эти бессвязные вздохи, скулёж и стоны, что то и дело вырывались из его рта, когда большой палец Юнги надавил на уретру и размазал предэякулят по головке, сжимая и оттягивая вниз чувствительную кожицу. Его бёдра двигались сами по себе, прижимаясь к стояку Юнги так плотно, что Тэхён чувствовал то же самое, что и старший, ведь Юнги подался навстречу и аккуратно прикусил зубами его нижнюю губу. Затем Тэхён понял, что вот-вот кончит, жар в низу его живота распространился жгущей волной по всему телу, скапливаясь чуть ниже, чтобы позволить ему в любую секунду вырваться из оков. Сейчас он мог лишь сдавленно выдохнуть предупреждение для парня. — Хён… бля-я… Юнги, я не могу больше, — еле выдохнул Тэхён, прикасаясь своим лбом ко лбу Юнги, и зарылся пальцами в розовые волосы. — Ко мне так давно никто не прикасался, пожалуйста, не смей судить меня за то, как быстро я кончу, — Тэхён рассмеялся, задыхаясь, и его дыхание опалило щёку Юнги. — Ты… погоди, что? — Юнги настолько опешил, что перестал работать рукой; Тэхён моментально отреагировал недовольным хныканьем, безуспешно пытаясь придумать связный ответ. — У тебя не было секса? — Что? — все эти разговорчики оттягивали долгожданный момент наслаждения, и приближающийся оргазм казался далёким как никогда. — Конечно же нет! — Но ты… — Юнги задохнулся от изумления. — Разве ты не… «видишься» с другими? Тэхён возмущённо отстранился, глядя на Юнги своим лучшим «что за, сука-блядь, поебень ты несёшь?!» выражением лица. — Я «вижусь» только с тобой, Юнги. Я встречаюсь с тобой. И я не собираюсь спать с кем попало, пока мы с тобой встречаемся, — объяснил он с лёгкой улыбкой на губах. Тэхён не злился, скорее, был немного сбит с толку. — Я имею в виду… Я определённо не хочу заниматься такими вещами ни с кем, кроме тебя. — О… — Юнги смешался, но, когда до него снизошло озарение, Тэхён лишь тихо хихикнул. — Просто я предположил, что встречаться с тобой… значит встречаться только с тобой? — он качнул бёдрами в попытке возобновить движения Юнги. — Ты такой нелепый. — Завались, здесь нелеп только ты, — проворчал Юнги, но притянул парня к себе, покрывая поцелуями его шею. Его пальцы снова сжали твёрдое возбуждение, и Тэхён простонал, будто непривычный жар никогда не покидал пределов его тела. — А теперь покажи, насколько сильно ты хочешь, чтобы я позволил тебе кончить. Тэхён никак не ожидал от Юнги подобных слов, особенно этих слов, произнесённых столь грубым, подчиняющим и требовательным голосом. Кто знал, что такое обращение может нехило возбуждать? Тэхён, конечно, этого не знал, но, кажется, начал понимать сейчас, когда Юнги царапал зубами кожу на его плече, а его рука творила чёртову магию на члене. Юнги, Юнги, Юнги, всё вокруг — Юнги. Внезапно Тэхён ощутил себя ужасным эгоистом. Его член изнывал и не переставал истекать смазкой в ладони парня, его бёдра сбились с ритма, а кончики пальцев на ногах поджались; из последних сил Тэхён собрал в себе каждый крошечный кусочек самоконтроля, чтобы оттолкнуть от себя Юнги. Собственное тело предаёт и протестует ужасной болью, когда Тэхён прижимает запястья Юнги к кровати по обеим сторонам от его головы. Тэхён тяжело выдохнул, глядя на смущённого Юнги затуманенным от возбуждения взглядом. — Я подожду, — едва слышно пояснил он, — тебя. Могу подождать, пока мы оба не кончим. Слишком растерянный, Юнги никак не мог толком и слова произнести, и Тэхён с умом использовал эту паузу, чтобы его член стал мягче, но только слегка, — так долго ощущать это проклятое возбуждение невыносимо больно. Юнги тупо смотрел на него всего несколько секунд, затем опустил взгляд к члену парня, тягучая капля предэякулята медленно капнула ему на шорты. Юнги сглотнул и снова посмотрел Тэхёну в глаза, на этот раз его взгляд стал более задумчивым и в какой-то степени дерзким из-за прищура, а потом этот говнюк закусил нижнюю губу, будто оттягивал время и позволил себе о чём-то философствовать. — Помоги снять шорты, — наконец произнёс он, а у Тэхёна резко зазвенело в ушах. — Ты хочешь?.. — Снять их. Сделаем это вместе. Тэхён больше не задавал глупых вопросов. Он сорвал длинные свободные шорты и нижнее бельё с бёдер Юнги так же быстро, как и снял шмотки с себя, и скинул их на пол. Какой-то миг он колебался, будучи слишком взволнованным видом пиздецки возбуждённого (и эстетически красивого) члена Юнги и слишком обеспокоенным тем, как Юнги хотел бы это сделать. Однако Юнги толкнул Тэхёна назад и оседлал его бёдра, и его ровные пальцы обхватили оба члена. Тэхён готов поклясться, что ещё ни разу так грязно не выражался за все лихие годы своего сексуального опыта. — Смазка в ящике, — выдохнул Юнги, пока в его груди разгорался пожар. Тэхён едва осознал, насколько близко к нему был Юнги, готовый, так же, как и он, кончить с минуты на минуту. Юнги склонился к его груди и прикусил зубами сосок, пока хватка пальцев лишь усилилась, и Тэхён беспомощно выгнулся в спине с громким стоном. Юнги отпустил их ненадолго, чтобы Тэхён вылил ему в ладонь прозрачную жидкость, затем он опустил руку и растёр смазку, снова сжимая в ладони оба их члена, и о, ебать весь свет, Тэхён не продержится долго. — Блядь, Тэ… — простонал Юнги, опуская голову ему на плечо. Единственное, что Тэхён мог сделать — с удовольствием поцеловать и оставить несколько своих отметок на шее, плече и ключицах Юнги. Жар повсюду. После всего этого становится просто невыносимо жарко. Тепло и скольжение, и стоны Юнги, о Боже, стоны Юнги… Его голос, высокий и срывающийся, по мнению Тэхёна, можно наречь мелодией Небес, которая лилась ему в уши. И пока Тэхён украшал линию шеи парня небольшими розоватыми метками, Юнги надрачивал им с головокружительным давлением. Тэхён несколько раз нетерпеливо толкнулся ему в руку, идеально скользя своим членом по чуть более крупному члену Юнги, и это трение ощущалось так хорошо, но в то же время так болезненно, что Тэхён еле сдержал себя от проклятий в адрес парня. Жар приливал волнами к низу живота, а от него — к самому сердцу, достигая глубин души, и тут же пропадал бесследно. Они оба дико вспотели, и с недавно высохших и прилипших ко лбу волос Юнги снова капал пот, Тэхён убрал их, зачёсывая назад, и обнял старшего за шею. Его ноги и бёдра начали дрожать одновременно с тем, как Юнги стиснул зубы, почти, уже почти… Юнги кончил первым, шипя и закусывая нижнюю губу, чтобы подавить стон, и от этого вида Тэхён простонал какие-то бессвязные звуки, выражая неимоверное обожание. Юнги излился поверх чужого живота, грёбанный ослепляющий жар затопил грудь изнутри, пока его член пульсировал, и краски перед глазами Тэхёна поплыли и смешались, когда он кончил следом с именем Юнги на губах. Юнги сжал член парня сильнее и провёл ладонью вверх, чтобы выжать из него сперму до последней капли, отказываясь от собственного чувственного оргазма в пользу скулящего Тэхёна, насыщенного этим потрясением. — Это было… — Юнги тяжело перевёл дыхание, и его натруженная рука бессильно упала на кровать. Тэхён поцеловал Юнги в лоб, затем лёг рядом с ним, потираясь носом о щёку. — Да, именно так оно и было, — согласился Тэхён, слегка посмеиваясь. — Можем мы сделать это снова, хён? Потому что святое дерьмо… — Да, Тэ. Дай мне минут десять, — устало попросил Юнги, закрыв глаза. Тэхён рассмеялся, на этот раз целуя Юнги медленно и нежно, просто лениво прижимаясь губами к его губами и мягко играя с его языком. Тэхён был уверен в том, что сиял. Возможно, он мог бы подобно свету маяка вести корабли к суше через непроглядную тьму… Юнги точно бы смог. Он лежал привычно близко с раскинутыми в стороны руками и блестящей от пота шеей и грудью, его дыхание выравнивалось постепенно. Тэхён снова поцеловал его. Просто потому, что ничего не мог с собой поделать. А потом поднялся с кровати, чтобы найти что-нибудь, чем можно было бы вытереться. После безумного марш-броска в ванную за полотенцем Тэхён вытер их обоих и лёг обратно, отказавшись надевать свои спортивные штаны — нацепил только боксеры. Юнги тоже не стал утруждать себя своими шортами — просто натянул обратно нижнее бельё, молча оглядываясь вокруг и приходя в себя. — Блядские сосалки… Я пиздецки давно не кончал так сильно, — простонал Юнги и опустил голову на плечо Тэхёна. — Та же херня, — выдохнул парень. — Кстати беру слова назад насчёт «сделать это снова». Я своего тела не чувствую. Юнги рассмеялся над ним и отстранился, чтобы выключить свет лампы, и прижался обратно к Тэхёну всем телом. — Спокойной ночи, Тэ, — пожелал он, нежно касаясь губами плеча Тэхёна. — Споки-ноки, хён.