Пока цветет вишня

Октябрь 1989

      — Милая, как я рада, что вы приехали. — миссис О’Нил обняла дочь, а затем взглянула на своих внуков, которые смело стояли на ногах, — Мальчики, как вы выросли. — она присела на корточки, едва сдерживая слезы.       Мама Сары приезжала к ней в Денвер несколько раз за все время ее отсутствия. Однако, сильно часто туда не покатаешься, расстояние не близкое. Они регулярно созванивались, писали письма. О’Нил жила у своей бабушки по отцовской линии. Женщина не бедная, помогала во всем, к тому же, души не чаяла в Саре и ее маме.       — Как там Роуз? Будет скучать, наверно, — миссис О’Нил поднялась на ноги.       — Ей полезно будет отдохнуть от нас, — Сара едва усмехнулась, — К тому же, мы ненадолго.       Пока мама грузила ее различного рода вопросами, в дверь вошёл Дерек, занося сумки. Он встретил Сару с детьми в аэропорту Балтимора. Пока они ехали до Сентфора на машине, у них состоялся весьма длительный и меланхоличный разговор.       Картины памяти восстанавливались в мозгу у девушки, отчего она едва могла сдержать истерику. За окном мелькали пейзажи, а чем ближе они подъезжали к Сентфору, тем сильнее и больнее кололо в груди. Судьбы всех ее друзей колоссально поменялись, а все, о чем могла думать Сара – где он и что стало. Самый большой ее страх – встретить его за время пребывания здесь, но одновременно это являлось и самым сокровенным ее желанием.       Дерек рассказал, что Кэнди вышла замуж и уехала в Балтимор, живет счастливой жизнью, про друзей не вспоминает. Мать Бобби не выдержала потерю старшего сына и повесилась через пару недель после отъезда Сары. Сам Тернер младший уехал учиться в университет Лиги Плюща. Дерек поступил в полицейскую академию при управлении шерифа, по достижению двадцати одного года сможет работать в участке.       Никсон любым путём пытался выудить из Сары информацию об отце ребёнка, но она молчала. Все-таки ее мама хранила молчание для всех всё это время. Когда они въехали в Сентфор, Сара обратила внимание, как украшен город, будто готовились к чему-то.       — И все же я не понимаю, вы приехали на несколько дней, а вещей столько, будто на месяц, — на выдохе сказал Дерек, ставя тяжелые чемоданы справа от входной двери, собираясь идти за следующей партией.       — Я бы посмотрела на количество твоих вещей, если бы у тебя было сразу два сорванца. — крикнула О’Нил ему в ответ, рассмеявшись, а потом обратилась к маме. — Город к чему-то готовится?       — Ах, да. Сегодня инаугурация мэра. Сходишь? Я посижу с мальчиками, так соскучилась по ним.       — Даже не знаю, — звучало довольно заманчиво, тем более она очень скучала по родным краям. — Устала с дороги.       — Брось ты. Пока ты тут, у тебя будет время отдохнуть. Беру заботу о близнецах на себя. — мама заговорщически улыбалась.       Долго уговаривать Сару не пришлось, она коротко кивнула в ответ. Мальчики уже во всю освоились в доме своей бабушки, играли, создавали столько шума, сколько эти стены никогда не слышали. Не тратя время, блондинка поднялась в свою старую комнату, где по прежнему все оставалось на своих местах.       Память очень полезная, но и разрушающая вещь. Застыв в проходе и оглядывая помещение, она прикрыла глаза, всхлипывая. Образы всплывали в голове неестественно реально, будто это происходило в данный момент. Вот Вишня стоит у зеркала, театрально любуется собой, шутя, а Сара заливается смехом, сидя на кровати. В следующее мгновение он оказывается рядом и страстно ее целует. Все это было, но осталось в прошлом.       Это было время, когда Сара не знала, что плохо, что хорошо. Там все казалось возможным, она делилась с ним мечтами. О’Нил подошла к зеркалу, глядя себе в глаза. В отражении все та же предательница, даже если выключить свет, она останется. Слёзы стекают по щекам, но уже не поменять ничего и время не вернуть. Постояв так немного, она собирается с мыслями и идёт в душ.       С годами изменился и стиль Сары. Теперь она молодая красивая женщина, ловящая на себе не похотливые взгляды, а восторженные. Идеальные укладки, стильная одежда, легкий макияж – но это лишь снаружи. Внутри она все та же девочка, принадлежащая лишь одному единственному.       Были мужчины, которые готовы были принять ее вместе с детьми, звали на свидания, некоторые сразу замуж. Она отказывала всем. Не давала даже единой ниточки надежды на что-то. Сара не жалела, что уехала, потому что по какой-то внутренней глупой убежденности верила, что узнав о беременности, Вишня навсегда бы разорвал с ней связь. Так хотя бы это сделала она.       Сборы заняли чуть меньше часа, и вот Сара уже идёт по знакомым улицам, дышит прохладным Сентфорским воздухом. Чем ближе она подходила к центру, тем громче становились звуки. На площади собралась толпа народу, почти весь город был там. О’Нил не узнавал никто, что было только на руку. Не до разговоров сейчас. Сама же она узнавала старых знакомых и просто людей, которых уже видела. Сентфор – маленький город, все друг друга знают. Но вот Драконы… где же они?       Сара стала продвигаться ближе к сцене, минуя столпотворения. Когда она оказалась возле ограждения, услышала, как ее окликнули. Обернувшись, удивлению ее не было предела.       — Миссис Милкович? — Сара была ошарашена, но улыбнулась через силу. — Какими судьбами так далеко от Денвера?       — Да вот, приехала на инаугурацию сына. — глаза женщина светились от счастья. — Как твои мальчики?       — Уже совсем большие, — она хотела задать ещё несколько вопросов своему бывшему доктору, но их прервали.       Музыка утихла, на сцену вышла очень привлекательная молодая девушка. Сара сразу узнала в ней девчонку из параллельного класса, Стефани. Она всегда была весьма красивой, но сейчас стала ещё эффектнее. Стефани начала объявлять:       — Несколько лет были для нашего города очень мрачными и тяжелыми. Долгое время в Сентфоре отсутствовал постоянный мэр, но сегодня, наконец, в должность вступает молодой, перспективный человек, который вытащит наш город из грязи. Поприветствуйте, — Стефани указало рукой влево, к лестнице, — Эйден Кроссман.       Сара остолбенела, делая несколько шагов назад, будто пытаясь убежать от сцены, но выходило у неё плохо. Звуки смешались в один бесконечный шум. Сердце билось так сильно, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Она не могла оторвать глаз от мужчины, вышедшего на сцену.       Вишня. Ее Вишня, черт побери, теперь мэр города. На нем больше нет привычной кожаной куртки, а идеально отглаженный чёрный костюм с белой рубашкой, непослушные кудрявые локоны уложены назад. Он стал выглядеть ещё увереннее, но никто не знал, что творилось у него на душе.       О’Нил даже забыла, что только что встретила врача, принимавшего роды, который, по каким-то дьявольским играм судьбы, оказалась бабушкой близнецов. Стоило Саре отойти от шока и начать слушать его речь, как новая волна неожиданности накрыла блондинку с головой:       — …в этом городе больше не будет никаких наркотиков и беспорядков. Я и мой хороший друг, а по совместительству – шериф, за этим проследим. — люди проследили за взглядом мэра, пока не увидели полицейскую машину.       Сара так же посмотрела направо, где стоял одетый по форме Аарон, оперевшись на капот машины. На его груди блестел значок шерифа. Их взгляды встретились, Сара нервно сглотнула. Мужчина удивлялся не больше трёх секунд, а затем подмигнул О’Нил, выдавая улыбку.       Вишня договорил свою речь, вновь заиграла музыка. О’Нил что-то толкало вперёд, подойти к нему, хотя бы поздороваться, поздравить с вступлением в должность, увидеть его ближе. Бороться с желанием было невозможно, она пошла за сцену, но резко остановилась.       Улыбаясь, Вишня придерживал за талию Стефани, которая поправляла ему ворот рубашки. Брюнетка потянулась к его губам за поцелуем и перед тем, как получить его, сказала:       — Поздравляю, господин мэр. Особый подарок будет ночью.