За границей вероятностей

Призрак бросает на них полный бессильной ярости взгляд и исчезает. И в тот же миг их ослепляет яркий свет. Когда сияние ослабевает, Стивен, подняв голову, видит парящую над ними женщину в оранжевом ореоле. Постепенно свет тускнеет, женщина опускается на край утёса и безразлично смотрит на них неестественно жёлтыми глазами. — Нат! — бросается к ней Бартон, но Локи хватает его за руку и дёргает назад. — Стой, глупец! Это не Наталья… не совсем она. Камень души сделал её своим сосудом. — И что это значит?! — в бешенстве оборачивается к нему Бартон. — Ты же обещал вернуть Нат! — Если она достаточно сильная, то подчинит себе силу Камня и вернётся. — Мы что-нибудь можем?.. — гнев в голосе Бартона сменяется обеспокоенностью, почти мольбой. — Верить, — коротко отвечает Локи. Тем временем женщина на утёсе всё больше обретает вид живого человека: кожа перестаёт светиться, а желтизна в глазах бледнеет, и под ней проступает тёмная зелень. — Нат, — зовёт её Бартон, делая на этот раз осторожный шаг вперёд. Ванда тоже подходит ближе, становясь у него за плечом. Тор не двигается с места, но смотрит с такой надеждой, что делается неловко. — Клинт? — раздаётся неуверенно. Наташа Романофф моргает, обводит рассеянным взглядом присутствующих и снова смотрит на Бартона, который мгновение спустя уже сжимает её в объятиях: — Нат! Ты вернулась! Слава богу, ты вернулась… — Наташа, — несмело улыбается Ванда и ловит такую же несмелую, растерянную улыбку в ответ. — Что произошло? — спрашивает Романофф, когда Бартон, а затем и Ванда выпускают её из объятий. — Сделка, — говорит Стивен, и в него тут же впивается острый оценивающий взгляд. — А вы — доктор Стрэндж, так? — Да, — удивлённо отзывается он. — Тони о вас рассказывал. Тони!.. — её глаза испуганно распахиваются, а по телу пробегают оранжевые всполохи, от которых стоявшие к ней вплотную Бартон и Ванда отшатываются, шипя. — Что? Что это?.. — Сила Камня души, сосудом которого ты стала, — поясняет Локи, в свою очередь становясь мишенью пронзительного взгляда прищуренных зелёных глаз. — Ты! — Стой, Нат, — неожиданно вступается за Локи Бартон, преграждая ей путь. — Он с нами. Это он помог вытащить тебя. Тот краснорожий гад нас обманул. В смысле, он нарочно исказил смысл жертвы, а Локи догадался и они со Стрэнджем добились отмены сделки. Точнее, её правильного исполнения. — Правильного исполнения? — Вы добровольно пожертвовали Камню свою душу и за это стали его сосудом. Хранителем, — поясняет Стивен. — По сути, ты и есть теперь Камень души. И тебе придётся научиться пользоваться его силой, — добавляет Локи, за что удостаивается ещё одного подозрительного взгляда. На мгновение глаза Романофф вновь вспыхивают жёлтым и тут же гаснут, и после этого взгляд меняется. Недоверие пропадает, сменяясь интересом. — Ну что, убедилась в чистоте моих намерений? — усмехается Локи. — И не только, — несколько удивлённым тоном отзывается Романофф, почему-то бросив взгляд на Стивена. И тут же будто опоминается: — Тони! Я видела его, была с ним в том странном мире, а теперь… он остался там один. — Не переживай, — осторожно трогает её запястье Ванда. — Мы вернём Старка. — Как? — С помощью Камней бесконечности, — отвечает Стивен и раскрывает кулон. Вслед за ним Ванда раскрывает в ладони сферу с Камнем разума, Локи формирует в щепотке сгусток энергии Эфира, Тор и Квилл также демонстрируют Камни. — Откуда они? — Стивен восстановил их, — говорит Локи. — Не без помощи Локи — и остальных, — добавляет он. — Мы не брали Камни из прошлого, если вы беспокоитесь об этом. — А как же шестой… — начинает Романофф, но осекается и опускает взгляд на свои время от времени мерцающие оранжевым руки. — Ох. Я? Стивен кивает. — Погодите, — нахмуривается Тор, — но если Локи и Наташа теперь сосуды Камней бесконечности, как мы сделаем Перчатку? — Никакой Перчатки не будет, — отрезает Стивен. — Нельзя допустить, чтобы сила шести Камней ещё хоть раз оказалась в руках у кого-то одного. — Тогда как же мы воскресим Гамору и этого вашего Карка? — обеспокоенно спрашивает всё это время стоявший в стороне Квилл. — У меня есть идея, — отвечает он. Локи улыбается ему, и Стивену чудится в его улыбке гордость. *** На три дня Стивен практически запирается в комнате, которую готовит для ритуала. Когда они вернулись с Вормира, Наташа Романофф оказалась в центре внимания своих друзей и товарищей. Кэрол и Локи помогали ей учиться контролировать свою силу, Бартон не отходил ни на шаг, остальные радостно крутились рядом. Только вдове Старка не стали сообщать новость: Наташа не хотела представать перед ней до того, как они вернут Тони, и старательно тренировалась управлять переполнявшей её энергией. По словам Локи, который заглядывал к нему время от времени, она делала большие успехи — для смертной. Локи предлагал также помощь ему, но скорее для порядка, нежели считая её действительно нужной. Стивен отказался, чувствуя острую потребность на этот раз сделать всё сам. Когда последняя меловая линия ложится между двумя замысловатыми мандалами, и руны на миг вспыхивают, сигнализируя о готовности к ритуалу, дверь открывается и внутрь заходит Локи. Бросает Стивену яблоко, окидывает комнату придирчивым взглядом и удовлетворённо кивает: — Отличное решение. Должно сработать. — Да, но меня кое-что беспокоит. Квилл и Ванда хотят участвовать в ритуале, но я не уверен, что они выдержат отдачу от Камней. Мы не для того всё затеяли, чтобы, вернув одних, потерять кого-то ещё. — Разумно. Камень пространства можем поручить той девице, Дэнверс. Её энергия очень близка Камню. С Камнем разума управится Тор. А вот с Камнем силы простому смертному не совладать, ты прав. Древо мог бы, будь он постарше, но этот ещё совсем юнец. — Стоит обсудить этот вопрос с остальными. Думаю, доктор Беннер не откажется. Силу целой Перчатки он ведь выдержал. — Да, да… — рассеянно отзывается Локи, продолжая разглядывать исписанные рунами и узорами пол и стены комнаты. Стивен наблюдает за ним какое-то время, жуя яблоко, а перехватив его взгляд, кивает: — Кого ты хочешь вернуть? — Я поговорил с Тором. Мы думали о том, чтобы вернуть асгардцев, погибших при нападении армии Таноса, но… решили, что это не лучшая идея. С их смерти прошли годы, наш народ начал новую жизнь, сложились новые семьи, да и то, что творится сейчас здесь, в Мидгарде, говорит скорее против. — Но? — Но нам очень не хватает Хеймдалля. Его мудрости, его… дальновидности. Асгарду нужен его Страж. — Что-то мне подсказывает, что это желание Тора, — и по тому, как Локи дёргает плечом, Стивен понимает, что прав. — А чего ты хочешь для себя? — Для себя? — переспрашивает Локи, обернувшись к нему и выгнув брови. — Ты столько сделал для всех нас — и ничего не хочешь взамен? — Я получил Камень реальности. Разве этого мало? — Это вышло случайно. И владение Камнем бесконечности — тяжёлое бремя, тем более, что ты не просто Хранитель, ты его сосуд. — Мне чудится, или же ты правда заподозрил меня в бескорыстии? — усмехается Локи, чуть прищурившись, и щекам Стивена отчего-то становится тепло. — Я ведь спрашиваю, чего ты хочешь, — фыркает он. — А чего хочешь ты сам? — Вернуть Тони Старка. — Почему? Вы ведь даже друзьями не были. «Но могли бы ими стать», — чуть не срывается с языка. — Я у него в долгу, — вместо этого отвечает Стивен. — Ты должен понять, сам ведь не любишь ходить в должниках. По крайней мере так ты сказал в нашу первую… вернее, вторую встречу. Локи смотрит на него долго и пытливо, а затем отворачивается, видимо, признавая его правоту. Стивену же на ум приходит иная мысль. — А ты не думал о том, чтобы вернуть свою мать? Молчание, затягиваясь, давит на плечи, но в тот момент, когда Стивен уже собирается попросить прощения за бестактный вопрос, Локи, всё так же стоя спиной, произносит: — Думал. Конечно, я об этом думал. — Но делать этого не станешь. Почему? — А почему ты не возвращаешь свою наставницу? Она ведь тоже много значила для тебя. Уж точно больше, чем Старк. — Если я это сделаю, — хмыкает Стивен, — она меня в бараний рог скрутит. А потом за дверь вышвырнет и на порог не пустит за то, что оказался дрянным учеником. — Вот и матушка меня по голове не погладит. Потому что учила меня осознавать смерть… — ...как неотъемлемую часть жизни. Древняя говорила, что смерть придаёт жизни смысл. Я не очень понял её тогда, но теперь… — Стивен на мгновение смолкает, чтобы ощутить в теле бесконечный ток энергии Тёмного измерения, с которым он всё же оказался пожизненно связан. — Теперь я понимаю, что она имела в виду. — Напуган грядущей вечностью? — Немного. — Полагаю, тебе будет с кем разделить это чувство, когда она наконец осознает. — Наташа Романофф! — осеняет Стивена. — Так она… — Бессмертна, полагаю. Впрочем, возможно, что однажды Камень её отпустит. Или уничтожит. Стивен задумывается, каковы шансы, что до этого она успеет потерять рассудок, но он слишком плохо знает Наташу Романофф, чтобы судить о таких вещах, и потому не позволяет мысли зайти слишком далеко. Если такая вероятность и есть, он просто сделает всё, чтобы она не осуществилась. — Думаю, женщина, которая обменяла свою жизнь на жизни половины Вселенной, — говорит он, — сумеет найти достойное применение бессмертию. Локи на это хмыкает, а потом как бы между делом интересуется: — После того, как мы закончим… чем займёшься? — Продолжу оберегать Землю, — не колеблясь отвечает Стивен. — Тем более, что Глаз Агамотто снова со мной. А… ты? — Хочу подарить своему народу новый дом. Мидгард, конечно, славное местечко, но рано или поздно им и вашим людям станет тесно. Я поговорил об этом с Тором, и он со мной согласился. — Хочешь переосновать Новый Асгард? — Да. — Уже знаешь где? — На Титане. С минуту Стивен переваривает это заявление, но, подумав, решает, что в этом есть что-то… справедливое. — Довольно иронично. Танос бы оценил. — Пожалуй. Даже жаль, что он об этом уже не узнает. — Когда отправитесь? — Тор хочет отпраздновать со всеми возвращение друзей. На следующее утро мы отбудем. — Ясно, — улыбается Стивен. И никак не может понять, откуда взялась вдруг эта мутная тяжесть в груди. *** Убедить Квилла не участвовать в ритуале удалось с трудом. Отступился он, только когда Небула заявила, что помочь вернуть Гамору должна именно она. «Гамора отправилась с Таносом на Вормир, чтобы спасти меня», — сказала она. При этих словах Тор ободряюще сжал её плечо и кивнул остальным: — Она справится. И вот они стоят вшестером в начертанном Стивеном круге, каждый на отведённом ему месте. Кэрол Дэнверс спокойно и уверенно смотрит прямо перед собой. Тор взволнованно переминается с ноги на ногу. Небула хмурится, излучая решимость, и крепко сжимает в ладони открытую сферу с Камнем. Локи стоит недвижным истуканом с деланно безразличным лицом. Наташа вся лучится надеждой и нетерпением. Стивен обводит их взглядом, сосредотачивается на предстоящем ритуале, задвигая подальше все прочие мысли, а также страхи и опасения, и даёт знак начинать. По тонким меловым дорожкам начинают струиться шесть разноцветных энергий. Камни и тела-сосуды неярко мерцают, исходящие от них тоненькие ручейки стекаются к центру, наполняют внутренний круг, смешиваются друг с другом, взвиваются вихрем, образуя плотный столб света, и Стивен всем телом ощущает вибрацию от безмолвно звучащих в унисон шести людских воль. «Тони Старк, Гамора, Хеймдалль». Этот не-звук протягивается между ними, ударяется в исписанные рунами стены, упруго отскакивает от них и вливается в поток света, сгущает, стягивает его в светящийся ком, разделяет и вылепливает три человеческие фигуры. Вспышка. Ударная волна, едва не сбивающая с ног. И в комнате становится на три человека больше. Тони Старк, Гамора и Хеймдалль растерянно смотрят на своих спасителей, очевидно, не в силах понять, где они очутились. — С возвращением в мир живых, — приветствует их Стивен. — Благодарю, Хранитель, — первым ориентируется Хеймдалль. — Локи. Тор. — Тони, — тихо зовёт Наташа. Старк мгновенно оборачивается на голос: — Нат! И немедленно оказывается в крепких объятиях. Кэрол Дэнверс улыбается, глядя на них. — Небула? — нерешительно спрашивает Гамора, глядя на сестру, и та с готовностью кивает, делая первый шаг навстречу и пряча за спину обожжённую энергией Камня руку. Стивен открывает дверь, пропуская внутрь ожидающих Стражей, Мстителей и семью Старка. С минуту он наблюдает за тем, как окружают Гамору её друзья, как повисает на шее отца маленькая Морган, как одни утирают слёзы радости, пока другие их старательно сдерживают, удовлетворённо улыбается и выходит прочь. За дверью его встречает Вонг. — Ты всё-таки сделал это. — Да. Считаешь, я поступил неправильно? Вонг смеряет его своим фирменным скептическим взглядом и отвечает вопросом на вопрос: — Ты чувствуешь, что ошибся? — Нет. У меня такое чувство, будто это лучшее, что я сделал в своей жизни. — Значит, ты всё сделал правильно. *** Возвращение празднуют все вместе на базе. Малышка Морган весь день не слазит с рук отца. Как и Натаниэль — с рук крёстной. Наташа совсем не против, хотя обнимать друзей с ребёнком на руках проблематично. А ещё она немного опасается ему навредить нечаянным выплеском энергии, которые с ней ещё случаются, пусть даже Локи говорил, что она отлично справляется. Сам Локи держится немного особняком, хотя и успел пару раз обменяться шпильками с Тони и закатить глаза на замечания Тора. Доктор Стрэндж также не стремится влиться в общее веселье и ни с кем особенно не общается, даже почему-то с Локи, и связывающая этих двоих нить постепенно натягивается. Контролировать выплески энергии — это, в сущности, ерунда. А вот привыкнуть к тому, что ей открыты души всех живущих, Наташе пока сложно. Удивительнее всего оказалось рассмотреть то, что скрывалось за надменно-насмешливым фасадом Локи: бездна одиночества, неукротимое желание проявить себя и несколько крохотных ростков доверия, самый крепкий из которых растёт прямиком из той самой опасно натянувшейся нити. Локи знает, что она видит его насквозь, и старательно держится от неё подальше. Что ж, пусть испытает на своей шкуре, каково это, когда твою душу выворачивают наизнанку, беспардонно заглядывая в её самые потаённые уголки. Хотя злоупотреблять этим она, конечно, не станет. Наташа смотрит на Тони, и если у неё оставалась ещё хоть капля сомнения в том, что прошлые ошибки и недопонимания больше не стоят между ними, теперь всё исчезло. Тони перехватывает её взгляд и улыбается тепло. Наташа вкладывает в ответную улыбку всё переполняющее её в эту минуту счастье. О том, что ей предстоит наблюдать, как её друзья рано или поздно покинут этот мир, а она останется, Наташа старательно не думает. Ещё будет время. Наташа переводит взгляд на Ванду. Та весь день держится Клинта и не выпускает из рук возвращённый ей Камень разума — средоточие всех её надежд. Ещё в Храме Стрэнджа Ванда перехватила Тони после того, как тот обменялся парой слов с доктором. «Старк», — сказала она вместо приветствия. «Ванда», — ответил ей тот, затем взглянул на сферу в её руках и, кажется, всё понял сам. «Ты сможешь?» — «Я не знаю, получится ли, — ответил Тони, не став обнадёживать зря, — но ведь это не повод не попытаться, так?» И почему-то Наташа на их счёт совершенно спокойна. А вот что делать с собственной — внезапно ставшей такой долгой — жизнью, Наташа пока не знает. Доставшиеся ей силы поражают воображение, и единственное, что она знает твёрдо: ей ни за что нельзя вновь становиться игрушкой или оружием в чужих руках. И помощь той, кто прекрасно знает, каково это, ей, пожалуй, будет не лишней. Кэрол зовёт Наташу с собой в космос, и хотя жаль оставлять друзей, она подумывает согласиться. Наташа смотрит на непривычного, состарившегося Стива, на сияющего улыбкой Сэма, на радостно-неловкого Брюса, на спокойного и счастливого Тони с женой и дочерью, на довольного какой-то своей шуткой Роуди, на Хэппи с покрасневшим носом и на мальчишку Паркера с красными от едва просохших слёз глазами, на немного нелепого Лэнга и его закатывающую глаза подружку, на норовящего кого-нибудь дружески похлопать по спине Тора, на шумную и пёструю компанию Стражей, на тихо улыбающуюся Ванду, на суетящуюся Лору… Наташа крепче прижимает к груди задремавшего крестника, приваливается боком к Клинту и счастливо вздыхает. Вот она — её семья. *** — Ты сдержал слово, брат. Локи не поворачивает головы. Он чувствует плечом плечо Тора и смотрит, как восходящее солнце золотит крыши вновь созданного им Нового Асгарда. — А ты во мне сомневался? — ехидно хмыкает он. Тор смущённо пыхтит, и Локи легонько толкает его локтем под рёбра. Тор пихает его в ответ. Поднявшийся ветер треплет волосы и плащ. Ладони щекочут искорки засыпающего в крови Эфира. — Вернёшься в Мидгард? — спрашивает Тор, чем впервые за долгое время его по-настоящему удивляет. — Что натолкнуло тебя на эту мысль? — Брось, Локи, я же вижу. Ты весь месяц места себе не находишь, ходишь задумчивый. — А ты? Вернёшься к этим Стражам? — Нет. — Останешься? — Нет. Осуждаешь? Локи качает головой. — Новому Асгарду — новый правитель. — Это не значит, что мы бросаем свой народ. — Не значит, — соглашается Локи. — Но пока народ Асгарда живёт в мире, в нас он не нуждается. — А в трудный час? Если настанет нужда, ты придёшь? — Приду. — Уверен, что не хочешь занять трон? Он принадлежит тебе по праву как сыну Одина. — Уверен. На ближайшую сотню лет. Тор смеётся — легко и беззаботно, как когда-то, очень-очень давно. А над их головами сияет солнце. *** Стивен, как и все нормальные люди, спит, ест и что-то делает. Просыпаясь по утрам, он медитирует, принимает душ и готовит завтрак, то и дело порываясь зачем-то заварить две чашки чая. После этого он принимает посетителей, посещает Камар-Тадж, тренируется и занимается другими делами, временами зачем-то оглядываясь через плечо. Вечерами Стивен читает и каждый раз, поднимая взгляд от книги, чтобы поделиться чем-то из прочитанного и обсудить, дивится про себя, когда у него вообще успела завестись эта привычка, которой у него даже в студенческие годы не было. Стивен слишком привык к чужому присутствию, и там, где раньше не было ничего, теперь остро ощущается страшная пустота. Глаз Агамотто привычной тяжестью висит на шее, искушая заглянуть в вероятное будущее. Стивен ещё месяц назад воспользовался им, чтобы обнаружить возможные катастрофы, которое повлечёт за собой воскрешение людей из мёртвых, но ничего не обнаружил. Напротив, мир будто бы наконец-то вернулся к равновесию. Что ждёт его лично на избранном пути, Стивен смотреть не стал. Стивен наливает себе чаю и понимает, что вновь заварил больше, чем нужно. Он не одинок, нет. Вонг частенько заходит, чтобы стащить из буфета своего любимого печенья. Мальчишка-Паук регулярно заглядывает поздороваться (Стивену, правда, кажется, что не столько с ним, сколько с Плащом левитации). Несколько раз приезжал Старк — кажется, просто так. По крайней мере, обсуждали они не защиту Земли или Таноса, а какую-то сущую ерунду: спорили о музыке, вкусе бургеров и автомобилях. Вещи, о которых в его нынешнем окружении Стивену поговорить больше не с кем. Старк пригласил его в гости на День благодарения и велел звать по имени. Иногда Стивен созванивается с доктором Беннером. Тот всё хочет познакомить его с некой Хелен Чо и снабжает самыми интересными статьями из области медицины. От него Стивен узнал, что Наташа Романофф отправилась в космическое путешествие с Кэрол Дэнверс. Также он упоминал, что они с Тони работают над восстановлением андроида Вижена и прогнозы достаточно оптимистические. Стивен как раз размышляет, не напроситься ли понаблюдать за последней стадией эксперимента — из интереса и ради подстраховки, — как раздаётся звонок в дверь. Он отставляет недопитый утренний чай и идёт открывать. На пороге стоит Локи. Улыбается своей обычной надменной улыбочкой, а пальцами нервно теребит край плаща. — Здравствуй, Стивен. — Локи. — Гостеприимен, как всегда. Что ж. Если тебе интересно, солнце вновь сияет над Асгардом. Царица воссела на трон. Тор отправился навстречу новым приключениям. А я... подумал, что негоже оставлять своего ученика недоучкой. Что скажешь? Стивен замирает, не в силах поверить глазам. Затем опоминается, хочет отступить, посторониться... И делает шаг навстречу.