Доктор, я буду жить?

      Луна в небе сияла так же, как и всегда, и ветер так же нежно раскачивал ветки высокого дерева напротив окна комнаты. Стена напротив кровати все так же была украшена старыми детскими рисунками. Белла обвела один, с отпечатком ее ладони, взглядом, и на короткое мгновение уголки ее губ поднялись. Но только на мгновение. Она вспомнила, какими горькими были улыбки Рене и Чарли, когда она показывала им этот рисунок. Она вспомнила, как через неделю они усадили ее за кухонный стол, и их лица были совсем не такими счастливыми, какими она их всегда знала. Она вспомнила, как трещало ее сердце от слов «Мы с твоей мамой решили развестись». Белла никогда, сколько бы она не старалась, не могла забыть той боли, что ей причинил развод родителей. Да, время шло, раны затягивались, жизнь менялась. Вот она уже сама была влюблена по уши, вот она уже постигала взрослые проблемы, вот уже чуть не лишилась жизни, и была готова пойти на край света за кем-то. Но в душе она была все той же маленькой девочкой с пачкой краски за столом в гостиной. И больше всего на свете она боялась когда-то почувствовать ту боль вновь, на своей шкуре. И она отдавала себе отчет, что ее страхи и опасения начинают воплощаться в жизнь.       Эдвард не навещал Беллу перед сном уже почти неделю. Его отговорки о том, что охотиться стало сложнее, и поэтому им с Джаспером и Эмметом приходится уходить чуть ли не до канадской границы, не вызывали у нее доверия. Женское сердце трудно провести, и Белла четко знала, что что-то не так. Последнее время Эдвард был пустым и безжизненным. Его взгляд то блуждал влево-вправо, то буравил одну единственную точку. Его объятия стали механическими, и девушка чувствовала себя в них лишней. Привыкшая все держать в себе, она не могла ни у кого спросить совета, но терпеть эту бурю мыслей в голове становилось все сложнее. В какой-то момент, после очередного мозгового штурма, Белле показалось хорошей идеей расспросить обо всем Карлайла. Ведь тот мог полноправно назвать себя отцом Эдварда, к тому же, не приходилось сомневаться в его жизненном опыте. Высокий, стройный, с тонкими чертами лица, такой обходительный, сдержанный, умный… Изредка девушка ловила себя на мысли, будто Карлайл интересовал ее чуть больше, чем ему было положено. «Как хорошо, что Эдвард не может читать мои мысли», думалось ей. И в те ночи, в которые молодой человек решал не появляться без какого-либо предупреждения, Белла находила, чем себя занять, не выпуская из мыслей образ статного блондина.       В очередной раз замечтавшись перед сном, Белла тихо проваливалась в забытье, смело смакуя мысли о том, что на завтрашней вечеринке по поводу дня рождения позволит себе откинуть гнетущий ее страх, и больше не даст ветреному избраннику контролировать ее жизнь. «Я сама хозяйка своей жизни», — пробормотала Белла, и довольно быстро уснула.