Мафия и нежные чувства

— Твою мать, да где… — Мы так опоздаем всюду, где можно и где нельзя. — Дазай приземлился на гостевой диван и скучающе запрокинул голову. Сам себе жизнь усложнил, получается. — Не могу вспомнить, чтобы вообще видел ключи после той миссии. — Они должны быть у тебя, я не брал. Во втором ящике стола, причём заметны почти сразу. Пусть ищет самостоятельно, подсказки даже под видом угадайки сыграют против Дазая. — А если проебал? Я же в отключке оттуда уехал, будь неладна эта Порча. Уже трижды проверив все карманы и сам шкафчик для ключей у выхода, Накахара нервно забегал взглядом по столешницам кухни. Дазай скривил уголок губ и закрыл глаза. — Они точно у тебя. — Откуда такая уверенность? И впрямь, откуда? Если рассудить, то быть уверенным нельзя ни в чём и никогда. Больно сложно жизнь скроена даже по меркам гениев, а как абсурдно вездесущи машущие своими судьбоносными крыльями бабочки — что, впрочем, всегда играло Дазаю на руку, если верно и вовремя распознавать решающие мелочи… Наплывшее на лицо философское выражение разбилось вместе с вырвавшейся защитной нападкой: — Ищи давай, время не резиновое, как и моё терпение. Чуя раздражённо, пусть и понимающе, цыкнул. — Ой бля, и зачем ты сюда припёрся, встретились бы на месте. — Рассчитывал, что меня подвезёт напарник, раз нам в одну сторону, — с нотками сожаления о принятом решении протянул Дазай; эмоция эта вышла умело сфабрикованной. — Если только в багажнике. И если найду дурацкие ключи. Чуя повторно нырнул в спальню, перестав наконец носиться поблизости. Про себя Дазай уже окрестил напарника «штатным суетологом»; справедливости ради заметить стоило, что в том конфликте никто не заставлял этого чудика активировать Порчу, так что «суету они навели» знатную, Дазай даже обалдел поначалу от такого рвения Накахары в прямой бой. — Посмотри там, куда мог положить ненароком. — Да я уже всё облазил. — Тогда посмотри там, куда, как ты думаешь, положить не мог. Чуя, мельтешивший вблизи дверного проёма, смерил напарника хмурым взглядом, но Дазай, кажется, сказал это абсолютно серьёзно. Агрессивно захлопали ящики комода, дверцы шкафа, стукнул верхний ящик стола и выехал следующий… — Дазай? — М? — Нахрена? Напарник с полной незаинтересованностью в озвученной претензии поднял голову. Не дождавшись ответа, Чуя повторил; пускай другими словами, но с бóльшим наездом: — Ты мог просто отдать? — Так я и не брал. Ты сам сунул куда не попадя, и из рыжей башки вылетело, с тобой бывает такое. Первый раз что ли. — Нет, Дазай, прикол не прокатил. Брелок новый, хотя и выглядит почти так же. Это точно мои ключи? Ты муляж со взрывчаткой мне подсунул? — Да больно надо, — скривился Дазай и рывком поднялся. — Нашёл, что надо было? Пойдём уже, тормознутая твоя соображалка. Судя по реакции, дело точно рук Дазая; но и поведение его говорило о том, что взрывчатки или иной пакости в этот раз не предвидится. Не переставая хмуриться, Чуя повертел в руках ключи с брелоком и очередной задержкой вызвал у Дазая нетерпеливое: «Ну?» — со стороны входной двери. — Блять, ладно, если с ключами подвоха реально нет, всё равно ответь мне, брелок зачем поменял? Он пропитан ядом? Дазай закатил глаза и отвернулся к выходу. — Зачем, Дазай? — Та миссия на нём живого места не оставила. Я ключи твои выпавшие машинально сунул в карман и забыл сдать с одеждой в медблоке. А Одасаку, когда мы с ним виделись после, предложил восстановить твою дурацкую побрякушку, потому что это может быть для тебя важно. Рыжие брови взметнулись ко лбу против воли хозяина. — Давно тебя запаривает, что мне может быть важно? — Это было предложение Одасаку. На тебя мне плевать. Накахара всё ещё удивлённо хмыкнул. — Но на предложение же ты согласился. Допустим… Неожиданно, иначе и не скажешь. Дазай попытался проворчать ещё аргумент против, но Чуя спешно обулся и щёлкнул выключателем. Ручка двери просела под ладонью в перчатке, и в тёмную прихожую полился негустой свет подъезда. — Не стоило, конечно, но спасибо. Дазай фыркнул, сунул руки в карманы плаща — и словно неловкость сразу проступила во всём его облике — и ушёл Чуе за спину, чтобы тот закрыл квартиру. Может, и не только поэтому. — Юан подарила. — Что? — Брелок подарила Юан. Притащила с вылазки в город, мол, сразу, как увидела, подумала про меня. И украла зачем-то. Со стороны Дазая, стукнувшего по кнопке вызова лифта, раздался разочарованный смешок. — Они почти за бесценок продаются на рынке недалеко от Сурибачи. — «Потому у меня эту безделушку даже не взяли в мастерской». — Знаю, — тепло улыбнулся Чуя, опуская голову. — Но чего стоит «увидела и вспомнила обо мне». Ценным становится не столько подарок человека, сколько придуманный тобой смысл: кажется, что ты кому-то нужен, важен в каком-то смысле, раз всплываешь в памяти в случайные моменты. Дазай вовремя поджал губы, пока не вырвалась шутка про каждую встречу на улице с чихуахуа.