По инерции

За 2 часа до этого… Джинни нырнула в пространственный коридор и перенеслась в портрет Северуса Снейпа. Того в раме не оказалось. Портрет миссис Поттер открыл глаза и увидел двоих, с одинаково напряженными выражениями на лицах. Взгляд сероглазого блондина сквозил неким вызовом, и Джинни, тихо фыркнув, вздернула подбородок и повернулась к женщине, карие глаза которой мигом опустились, пряча взгляд под пушистыми ресницами. Джиневра прекрасно понимала, с чем связаны подобные эмоции, поэтому сказала: — У нас сегодня очень важное дело, нам нужно спасти моего любимого мужчину. Поэтому забудем на время то, о чем я узнала вчера, оставим объяснения по этому поводу на потом. Мужчина, кажется, облегченно выдохнул и в привычной для него еще со школьных времен манере ответил: — А ты, оказывается, не так безнадежна, Джиневра. — А ты, Драко, вижу, остался прежним засранцем, — парировала девушка, пародируя его высокомерную улыбку и ощущая, как уходит напряжение. — Итак, Луна готова устанавливать связь? — Да, она уже начала. Вообще, она может устанавливать связь даже, когда партнеры на расстоянии, но в твоем портрете заключена лишь часть души, поэтому лучше, чтобы ты была рядом с Гарри. Так связь будет крепче, — с готовностью ответила Грейнджер, все еще чувствуя неловкость и скованность. — Тебе нужно расслабиться и звать его мысленно. Когда получишь ответ, значит, связь установилась. Ответ может быть любым: образ, эмоция, мысль… Джинни, сразу хотим тебя предупредить. В Гарри начала набирать силу темная сущность, и, вполне возможно, именно она и держит его сознание взаперти. Когда будет установлена связь, тебе нужно будет сразу определить, с кем именно она возникла. Ведь темная сущность — это тоже часть души Гарри. — Я поняла. Я знаю, как мне это проверить, — безо всяких сомнений ответила рыжая, после чего закрыла глаза и сосредоточилась. Больше никто не произнес ни слова. Спустя десять минут под веками Джинни будто бы вспыхнул яркий свет, а затем замелькали сотни образов, быстро сменяющих друг друга. Среди них девушка увидела себя со стороны, робко целующую Гарри, их первый секс, себя в свадебном платье, себя с маленьким Джеймсом на руках, себя у колыбели с маленькой Лили. Эти образы чередовались с воспоминаниями, связанными с учебой в Хогвартсе, Войной против Волан-де-Морта, работой в Министерстве… Завершающим был момент, когда Гарри увидел её мертвой в объятиях Рона. Наблюдать свое мертвое тело со стороны было немного жутко. После этой картины, краски которой были самыми насыщенными и устрашающими, раздался нечеловеческий полурев-полувой, будто кричало раненное животное где-то в чаще. Джиневра вздрогнула, но не стала открывать глаза, боясь прервать контакт. Её окутала кромешная тьма, потянуло замогильным холодом. И, будто дуновение ветра, её позвал родной голос мужа: — Джинни, это ты? — Гарри? — слезы душили девушку, но она мужественно проглотила ком в горле, не позволив эмоциям завладеть ситуацией. — Покажись. Я хочу тебя видеть! — Узнаю свою жену, — тихо хохотнул голос в ответ, а через мгновение зеленоглазый брюнет уже стоял перед ней. — Я так долго искал тебя, Джин! — И где же ты меня искал? — поддела его рыжая, демонстративно оглядываясь. — Почему ты искал меня здесь? — Тебя больше нет в живых, милая, — тускло ответил мужчина, его глаза наполнились непередаваемой тоской. — Искать тебя снаружи не имеет никакого смысла. Я решил найти тебя внутри самого себя и обрести покой. Воспоминания о тебе помогают успокоить зверя, сидящего во мне, но вот последнее из них пробуждает его вновь и вновь. Я будто хожу по замкнутому кругу. — И как тебе можно помочь? — взволнованно спросила Джиневра. Гарри взлохматил волосы привычным жестом, что вызвало теплую ностальгическую улыбку у его покойной жены. — Возможно, есть смысл забыть о тебе совсем, — пожал он плечами и в упор взглянул ей в глаза. Джинни такой ответ ошарашил. — Ты и правда думаешь, что это поможет тебе, дорогой? — А ты и правда веришь, что ты пуп Земли, Джиневра? — тон и выражение лица стоящего напротив мужчины резко изменились. Это уже был не её муж, которого она знала. — Ты лишь никчемный осколок души, а твое тело давно кормит червей. Другое дело малышка Грейнджер. О-о, как аппетитно пах её страх! Джинни побледнела. — Что ты хочешь от неё? Оставь её в покое! Лже-Поттер приблизился к ней вплотную, прожигая безумным зеленым огнем своих глаз. Его губы растянулись в похабной улыбке. — Я сожру её с потрохами. Всю её сущность, её магию и сознание. Но прежде я доведу её до пика отчаяния и страха: так она будет еще вкуснее. Джиневра испугалась за подругу, но решила выведать как можно больше. — Почему именно Гермиона? — Любопытная маленькая девочка! Ладно, сегодня я добрый, ведь мой розыгрыш удался, и ты действительно поверила в то, что я и есть твой благоверный. Скажу тебе почему, так уж и быть. С видом заговорщика он поманил её поближе, будто собирался поделиться секретом, Джинни наклонилась к нему, и Гарри прошептал ей на ухо: — Потому что она особенная ведьма. Не то, что ты, никчемная посредственность! Джиневра покраснела от гнева, но, увидев его искрящиеся самодовольством глаза, поняла, что это был очередной розыгрыш с его стороны, и нахмурилась. — Ладно-ладно. Всё намного проще. Я голоден, а она первая, кто попался на моем пути. Во мне проснулся инстинкт охотника, и я взял её след. В Грейнджер столько любви и сострадания к личине, в которой я обитаю, и этим будет так легко и весело манипулировать. Я уже в предвкушении! Он даже потер руки, демонстрируя крайнюю степень возбужденности, что привело девушку в панику. Она даже представить себе не могла, что в душе Её Гарри может обитать подобное…существо. Её губы скривились от отвращения и презрения, что не укрылось от глаз темного. Его настроение резко изменилось: ухмылка сползла с его лица, а зрачки расширились, оставляя лишь тонкую полоску зеленой радужки. Он резким движением руки схватил Джиневру за горло и с невероятной силой сдавил, приподнимая её вверх. — Попрошу больше уважения, я ведь все-таки Герой Войны, обладатель Ордена Мерлина І ступени, — его голос сочился ядовитой издевкой, от которой слезились глаза. Но Джинни все-еще верила, что где-то есть душа её возлюбленного, и эта вера придала ей сил. Она мысленно оттолкнула темного Поттера от себя, избавившись от руки на своем горле, и что есть сил закричала: — Гарри! Между ними неожиданно возникла светящаяся точка, быстро растущая в размерах. Лже-Поттер запаниковал и бросился к источнику света. Джинни поняла: там заключен её муж. Она рванула в сторону света, льющегося из проема уже с человеческий рост, и оказалась на платформе 9 и ¾. Правда, никаких цветов, кроме белого, здесь не было. На ближайшей от нее скамейке сидел брюнет в очках-половинках и с печальной нежностью в глазах улыбался ей. — Привет, — на выдохе прошептала Джиневра, ощущая слезы, бегущие по щекам. Она испытала огромное облегчение, ведь она смогла найти его! «Значит, не всё потеряно! Мы сможем его спасти!» — Джинни, — поприветствовал её в ответ Гарри и, поднявшись, заключил в свои объятия. Девушка разрыдалась, давая волю всем своим эмоциям, а мужчина продолжал молча обнимать её, даря утешение и поддержку. — Это было так страшно, — сдавленно прошептала рыжая, пряча лицо у его шеи. — Прости меня, я не смог справиться с ним. Точнее, с собой. Она лишь крепче его обняла и зарылась пальцами в его непослушные кудри. — Перестань, ты делаешь всё возможное. Он говорит, что одержал верх, но он не подчинил себе твое тело, ты еще не сдался, ведь так? — Да, я пытаюсь не позволить ему вырваться наружу. Но это удается лишь потому, что за последние пять лет моих скитаний он изголодался и ослаб. Но если он сможет подпитаться… Слишком рискованно было приходить сюда, Джин. Если ему удастся вызвать в тебе страх, он поглотит твою силу и душу. — Я не испугалась, — храбро ответила Джинни. — И никогда впредь бояться его не стану. — Умница. А теперь тебе лучше покинуть это место, иначе он доберется до тебя и начнет свои игры. — Поттер, ну не будь таким занудой! — внезапно раздался голос будто из ниоткуда. — Дай мне поиграть с твоей малышкой. Нам было так весело вместе, правда, Джинни? Голос звучал на грани истерии, он канючил, как маленький ребенок. Девушка почувствовала, как руки Гарри крепче обнимают её. — Тебе нужно уходить отсюда, немедленно, — твердо произнес Гарри. — Просто беги вдоль платформы, не оборачиваясь. Возможно, он скоро появится здесь и попытается создать иллюзии, чтобы тебя остановить. Ничему не верь, просто беги вперед. Готова? Она крепче прижалась к нему, зажмурилась и на выдохе ответила: — Готова. Затем напоследок взглянула в родные глаза и прошептала: — Я люблю тебя. Получив прощальный легкий поцелуй, рыжая решительно развернулась и сов всех ног помчалась вдоль платформы. Её ноги начали проваливаться в мягкий, будто жвачка, пол, но она напомнила себе, что это лишь иллюзия, и всё прекратилось. Затем ей начал досаждать голос, с интонациями то нежными и ласкающими, то ядовитыми и хлесткими. Этот голос умолял её вернуться, обернуться, остановиться, затем начал угрожать, запугивать, поливать её грязью. Но и этой иллюзии Джинни не поддалась. Начали появляться образы, и девушка поняла: он уже близко. Свет вокруг потускнел, и она вдруг снова оказалась во мраке. Остановившись, она закрыла глаза и сосредоточилась на портрете, в который желала вернуться. — Уже уходишь? — расстроенный голос раздался у её уха, и Джинни содрогнулась. А лже-Поттер торжествующе рассмеялся. — Сказали ведь тебе, малышка Джинни, не останавливайся. Теперь ты моя! Она ощутила резкую пронзающую боль под ребрами и, опустив взгляд, увидела кинжал, вошедший в неё по самую рукоять. Её душу начало будто высасывать сквозь него. — Запасы небольшие, но мне этого хватит, чтобы ненадолго завладеть телом и сожрать Грейнджер. И тогда… — он многозначительно поднял брови и растянул губы в довольной улыбке. — Она так легко не дастся, — возразила Джинни, пытаясь бороться с невероятной слабостью, растекающейся в ней. — О, я надеюсь. С ней мы вдоволь повеселимся, — зелень его глаз ослепляла: сила Джинни питала его. — А чтобы было еще веселее, я отпущу тебя обратно, и ты предупредишь мою добычу о том, что я выхожу на охоту. Твоих сил хватит ровно на это, затем ты сдохнешь. Как по мне, идеальный план, согласна? Не получив ожидаемого ответа, темный Поттер приблизился к ней и схватил за подбородок. — Утроим веселье. Я подарю тебе на память поцелуй. Будешь умирать, вспоминая меня, а не своего доблестного Героя, — и он властно накрыл её губы своими, будто дементор, всасывая самые сладкие остатки её души. Она застонала от боли, чувствуя, как душа разрывается и начинает растворяться в этой сущности. Лже-Поттер оторвался от её губ в последний момент, облизнулся от удовольствия и заглянул в её помутневшие глаза. — Иди, предупреди Грейнджер, что я скоро приду за ней. В следующий миг Джинни, или то, что от нее осталось, оказалась в портрете. Возле нее стояли встревоженные и взволнованные Гермиона и Драко. — Он меня поглотил. Я допустила ошибку, и темному Гарри удалось забрать мою душу, — с каждым словом силы покидали её, она чувствовала, как начинает исчезать с портрета её изображение. Брюнетка напротив резко побледнела и бросилась к ней, руками поглаживая изображение. — Нет-нет, Джинни! — Он идет за тобой, Герм. Ты его жертва. Не поддавайся страху, это позволит ему поглотить тебя, — быстро заговорила Джиневра, пытаясь успеть рассказать как можно больше. Она перевела взгляд на Малфоя, который был крайне сосредоточен и на данный момент более вменяем, чем её подруга. — Светлая часть Гарри там, внутри, она будто в заточении. У темной было мало сил, поэтому телом завладеть она не могла. Но теперь он сможет ненадолго взять контроль над телом и попытается поглотить силу Гермионы. — Что он предпримет? — спросил Малфой, напряженно вглядываясь в её глаза, единственную часть, еще оставшуюся от неё на портрете. — Не знаю. Он очень хитер, играет в игры, манипулирует. Будьте осторожны. Левый её глаз уже исчез, правым она взглянула на Гермиону со всей своей нежностью. — Я прощаю тебя, Герми. Ты ведь просто любила, мне не в чем тебя винить. Берегите Джейн… Её последние слова прозвучали на грани слышимости, и Джинни навсегда покинула этот мир.

*      *      *

Она ощущала себя точкой: ни тела, ни сознания у неё уже не было. Было лишь одно ощущение мощной энергии вокруг: темной, чужеродной, агрессивной. Она не обладала волей, не могла ничего сделать вопреки потоку энергии, который неожиданно резко хлынул в открытое пространство, будто убрали затычку, до этого сдерживающую её. Стало светло, впереди был чей-то силуэт, а она сама неслась со скоростью света прямо в острие палочки, которое, на удивление, было резко и четко очерченным. Она вошла внутрь и начала стремительно продвигаться в сторону сердца. Кровь и мышцы существенно замедляли этот процесс, но было что-то еще, что пыталось бороться с захватчиками — собственная магическая сила этого человека. И вдруг она ощутила тепло и чувство близости с этой энергией. Ей захотелось остановиться, она чувствовала, что своим проникновением наносит вред этой светлой магии, чего ей делать не хотелось. Она воспротивилась потоку, и всё неожиданно замедлилось. Откуда-то издалека послышался глухой рев, полный недовольства, но её это не волновало. Она почувствовала единение с родной энергией и облегчение, это было главное. Растворяясь в ней, последняя частичка души Джинни испытывала блаженство.