Цири. Королевский обман

В нос ударил затхлый аромат, отдалённый звук воды, казалось, раскалывал голову надвое, но чья-то тёплая рука покоилась на плече, а под ухом мерно билось сердце, и это успокаивало. Цири приоткрыла глаза, различив тёмные своды эльфских подземелий и тусклый свет, пробивающийся сквозь щели — она не узнавала места, но это было похоже на нижние этажи Тир На Лиа, только глубже… намного глубже. Цири подняла голову, чтобы понять, кто находится с ней рядом, скользнула взглядом по светлой одежде, подбородку, носу и вдруг отпрянула, встретив взгляд Ге’эльса. Он не позволил ей отодвинуться далеко, удерживая рядом с той настойчивой мягкостью, с которой удерживал бы её Геральт. — Где мы? — голос подвёл её и вырвался сдавленными хрипами, но Гэ’эльс всё понял. — Пока в безопасности. Своды подземелий скрывают нашу магию, но те, кто пришёл за тобой, найдут нас всё равно… — Кто пришёл за нами? Разве мы не решили все дела, когда я согласилась выйти за короля Aen Elle? Кто мог последовать за мной сюда? Ге’эльс отпустил её и повёл затёкшей шеей, морщась от неприятных ощущений. — Стремясь достичь возрождения нашего рода, мы слишком безответственно отнеслись к безопасности. Дневник Карантира и записи Аваллак’ха в Aen Seidhe попали в руки чародеям, один из них смог обработать эти записи и понять, как создать переход для небольшой группы людей. Сначала мы думали, что у него не получится, но, как известно, недооценивать противника — значит проиграть. И мы проиграли. — Что? — Цири сглотнула. — Ложа напала на дворец… они здесь? — Да, и боюсь… — он тяжело вздохнул, поднялся на ноги и помог встать Цири, а затем снова опустился на колени. Перед ней. — Моя королева… Цири отшатнулась. Почему он кланяется ей? Он, который всегда так презрительно смотрел на неё, с такой насмешкой и издёвкой говорил с ней? — Что ты делаешь? — Я исполняю волю нашего народа. Ты должна уйти, уйти так далеко, как сможешь, в другой мир, в другую вселенную. Поселись там, где тебя никто не найдёт, где никто не будет знать, кто ты и откуда. Беги, Ласточка, беги… — он поднял умоляющий взгляд, — беги, ты единственная надежда нашего народа, в тебе наше наследие. — Ге’эльс, что ты несёшь? Проклятье! Какое, к лешему, наследие? Объяснись! — Королевский наследник, — честно признался он, — я почувствовал его у зала, когда тебе стало плохо. Ради наследника, ты должна уйти. Цири смотрела в его глаза, пытаясь увидеть в них хоть каплю неправды, но этого не было. Ге’эльс не лгал. В глубине души с самых первых его слов она знала, знала это, но не верила себе. Не хотела доверять своим чувствам, и всё же это было так. Она носит ребёнка короля. Короля! Который, возможно, уже никогда не узнает об этом… Короля, который… она вспомнила подслушанный разговор и сжала кулаки. — Хрена-с два я уйду отсюда! Где мой меч? — Нет! — Ге’эльс, несмотря на видимость преклонного возраста, поразительно ловко вскочил на ноги, схватил её за плечи и заставил посмотреть на себя снова. — Только через мой труп. Не смей ввязываться в это, не смей подвергать себя опасности, Ласточка, не теперь! Цири выслушала до конца, усмехнулась и скинула его руки. — Через твой труп? Ладно… — она улыбнулась ещё шире, — если пожелаешь. Я устала убегать и прятаться, я устала, понимаешь?! Даже если Геральт встанет у меня на пути, я не остановлюсь, теперь нет! — она прижала ладонь к ещё плоскому животу. — Именно теперь точно нет. Прости меня. Ге’эльс отступил на шаг и склонил голову. — Я вижу ты уверена в своих силах… — он вздохнул, — глупо… — Ясно, — перебила она, — помогать ты не намерен, но клянусь… Ге’эльс, Пёсья кровь! Я разнесу на кусочки это проклятое место, если ты посмеешь мне помешать! Если только… — Нет… — он сокрушённо покачал головой, — нет, я знал, что надежды мало, но попытаться стоило, — Ге’эльс печально улыбнулся. — Твой меч прямо здесь, Ласточка, я принёс его… — он прошёл мимо неё к стене, у которой до этого они сидели, просунул руку в щель за выступ и извлёк меч. Цири выхватила его, как только Ге’эльс обернулся и сразу направилась в сторону кованой полуоткрытой решётки — единственного выхода из этого места. Ге’эльс стоял и молча смотрел ей вслед. Цири почти вышла, потянулась к решётке, чтобы открыть её, но поджала губы, выдохнула и обернулась. — Ну, что ты молчишь? Не станешь обвинять меня? Останавливать? Не скажешь, что я поступаю как Лара? Рискую своей жизнью, наплевав на желание и нужды народа? В глазах Ге’эльса стояло озеро глубокой боли. Он ответил спустя время, неспешно растягивая слова. — Ты не Лара. Лара предала нас, а ты готова умереть за нашего короля. Ты не она, и мне следовало понять ещё тогда... Предназначение, Ласточка… оно решает за нас… Цири вздрогнула от его слов, и в груди у неё разлилось неожиданное, но такое ощутимое тепло. В глазах защипало. За всё время, что она провела в Тир На Лиа, Ге’эльс помогал ей, поддерживал, несмотря на открытую неприязнь, и сейчас он больше не казался ей высокомерным родовитым эльфом, он был заботливым наставником, смирившимся с тем, что ученица выросла и научилась сама принимать решения. Не успев обдумать, что именно собирается сделать, поддавшись эмоциям, Цири бросила меч, и стремительно вернулась к нему, порывисто обняв. — Спасибо, — прошептала она опешившему Ге’эльсу, — спасибо за всё. Он неловко похлопал её по спине, и она отступила. — Пообещай мне одну вещь, — Цири подобрала меч и замерла спиной к нему у выхода. Она чувствовала его взгляд на себе, но больше не хотела оборачиваться. Ей казалось, если сейчас она посмотрит на него, то не уйдёт, сделает так, как он сказал, потому что в эти минуты, именно сейчас, Ге’эльс напоминал ей Геральта. Она бы не смогла противиться его умоляющему взгляду, но должна. Должна спасти короля, особенно, если король — это Аваллак’х. — Какую? — голос Ге’эльса прозвучал почти неслышно и слился с далёким журчанием воды. Цири облизнула пересохшие губы, сжимая рукоять меча до боли в ладони. — Если первым найдёшь короля, скажи, я прощаю его… — Скажешь сама, — буркнул он в ответ, — лично. И король, он… — Не говори ничего. Я уже знаю.

***

На плечо что-то капнуло, и Геральт тихо выругался, снимая перчаткой с куртки птичий помёт. Они с Морвраном сидели в кустах, недалеко от того места, где расположились чародеи — пока приходилось только наблюдать, не действовать, но дело шло быстро. Рэмми использовал Йеннифэр как источник магии, чтобы напитать перепрограммированный магией артефакт, а когда Йенн уставала, позволял ей восполнить силы и начинал заново. Йенн была сильной чародейкой, но в одиночку против ложи, у которой имелись все средства, чтобы сдержать её силу, она не могла ничего. Геральт вынужден был наблюдать и бездействовать — он знал, что напасть раньше времени, значит, проиграть. Даже вдвоём, даже использовав элемент внезапности, они бы не смогли обезвредить всех, зато этот промах стоил бы им жизни. На первом месте сейчас стояла безопасность Цири, а Йенн… Геральт был уверен, она справиться с чем угодно, и совершенно точно знал, что она убьёт его, если он займётся её спасением и потеряет такие драгоценные мгновения для спасения Цири. Они слишком долго провели в засаде у границ защитного экрана, окружавшего чародеев, и вот, наконец, сегодня экран стал исчезать. — На удачу, — сыронизировал Морвран, указывая на помёт. — Пошути мне ещё тут, — проворчал Геральт, — шутник! Морвран хохотнул, но тут же затих и присмотрелся. Огромная воронка белого портала висела в воздухе, пульсируя — время пошло на секунды. — Думаю, они возьмут твою чародейку с собой, — сказал Морвран, наблюдая за последними приготовлениями. — В общем, как я и говорил раньше, смотри… — он подвинулся, выдрал траву по кругу и стал чертить на земле маленьким кинжалом, который носил за поясом для самообороны и в поддержку мечу, — вот тут двое, здесь ещё трое, тут эта ведьма Филиппа, вот тут Рэмми и твоя чародейка… — И что? — Геральт склонил голову, разглядывая неразборчивый рисунок. — Вот этих двоих можем… — он провёл большим пальцем у горла, — и пройдём вместо них. Двое уйдут, двое присоединятся… всё честно! — Думаешь, нас не заметят? — усмехнулся Геральт. — Ну… — Морвран достал из-за пазухи круглый магический амулет, — Кейра кое-что подарила на память. Геральт едва сдержался, чтобы ему не врезать. Мало того, что они днями спорили из-за плана, с которым Геральт не соглашался по всем пунктам, так ещё и амулеты нарисовались. — Так какого хера ты только сейчас мне об этом говоришь? — Геральт, разве это… — Зараза! — перебил его Геральт, но обращался он вовсе не к нему. Портал стабилизировался, и чародеи, выстроившись перед ним, стали проходить сквозь завесу времени и пространства. — Началось... выбора нет, делаем, как ты сказал.