Цири. Королевский обман

— Гроза, мать её! — посетовал Геральт, открывая дверь корчмы для Йеннифэр. Далеко за лесом сверкнуло, а затем по небу прокатился гром, потревожив лошадей. Они топтали вязкую грязь, уткнувшись носом в кормушки под навесом. — Вечно его в такую погоду куда-то несёт… — произнесла Йенн, когда Геральт устроился рядом с ней за одним из столиков, — да ещё и в Вызиму. Ненавижу дождь! — она провела ладонью над мокрыми волосами, и они сразу приняли вид блестящих идеально уложенных локонов. Геральт улыбнулся, но комплимент, готовый сорваться с его уст, был прерван хозяином корчмы. — Заказывать чаво будете? — Позже… — Йенн подняла руку, прислушиваясь к чему-то. Геральт насторожился. — Эмгыр возвращается? Уже закончил дела? Йенн едва заметно отрицательно качнула головой и устремила взор прямо на ведьмачий медальон на груди Геральта. — Что? — Геральт схватился за медальон и привстал. Медальон молчал, зато воздух осязаемо наполнился магией и почти завибрировал, луч солнца, падающий из окна, пошёл рябью, словно водная гладь озера. — Уходи! — сказала Йенн и, не позволив ему ответить, толкнула его в созданный портал. Геральт даже не успел понять, что произошло, как выпал в траву под дождь вместе со стулом и проехался спиной по грязной земле, сгребая её в кучу. Дыхание перехватило, перед глазами всё поплыло. — Ненавижу порталы! — проворчал Геральт, поднимаясь на ноги, и тут же провёл ладонью в кожаной перчатке по лицу, приходя в себя. — Зараза, Йенн! Какого хрена? — он осмотрелся. Вокруг было пустынное поле, за спиной густой лес, а впереди видневшиеся в тумане крыши. Геральт ещё немного поворчал, отряхнулся и побрёл к крышам, с досадой отмечая, как мало осталось до заката. Геральт ещё с утра предчувствовал, что поездка с Эмгыром ничем хорошим не кончится, и теперь, убедившись в этом, лишь уверился в собственной интуиции. Утопая в жиже большого тракта, он проклинал и дождь, и грозу, и иногда Йенн за то, что она поступает, как вздумается, не предупредив его. Впереди что-то сверкнуло, и Геральт остановился, поднимая голову и прикладывая ладонь к глазам, чтобы их не заливало водой. — Твою мать! — выругался он, заметив, как над крышами домов, к которым он держал путь, вспыхнули магические взрывы и повалил чёрный дым. Геральт бросился туда бегом, но даже так он добрался туда лишь к сумеркам — пришлось выхлебать остатки эликсира, чтобы видеть в темноте. Небольшая деревня, в которой ещё утром играли дети, бабы вешали бельё, а мужики спорили на обочине, была сожжена дотла. От корчмы осталась одна стена с выгоревшим окном и обвалившаяся крыша, повсюду валялись трупы, смрадом тянуло за версту. — Зараза… — Геральт обошёл перевёрнутую кормушку, осмотрел всё вокруг. Йенн нигде не было. — Зараза! — повторил он, выходя на дорогу. Погрузившись в свои мысли он не заметил, как из-за угла на него выскочила живая лошадь, заржала и встала на дыбы, уронив его в грязь. Геральт чуть было не схватился за меч, мгновенно оказываясь на ногах, но вовремя понял — лошадь напугана, и она абсолютно одна. — Тихо-тихо, — сказал он, осторожно потянулся к ней и, когда она позволила, погладил её по морде. Лошадь фыркнула и повела головой, развернулась и фыркнула снова, призывая. — Что? Отвести куда-то хочешь? — Геральт усмехнулся. — Ну, веди. Они прошли по дороге, мимо остатков домов, и свернули в небольшую рощу. Лошадь действительно оказалась умной, ведь она привела его к хозяйке — к раненой окровавленной эльфке, которая лежала в траве, раскинув руки, и дождь смывал с её лица кровь. — Ида? — не поверил Геральт, однако глаза его не обманывали, это была она. — Ида! — он присел к ней и приподнял голову, осматривая раны. Знающая молчала и казалась мёртвой, но Геральт знал, что она жива. Её сердце, хоть и слабо, ещё билось. Геральт достал восстанавливающий элексир и, не зная, насколько верно поступает, влил его Иде в рот. Сначала ничего не происходило, но потом она закашлялась, резко вдохнула и с трудом открыла глаза. — Ведь… мак… — прохрипела она. — Что тут, чёрт возьми, было? — Йенна… — Что? — Геральт склонился к ней. Ида говорила очень тихо, и услышать её за шумом дождя было за гранью возможностей. — … медальон… Aen Elle… Филиппа foilé… — Филиппа сошла с ума? Она забрала Йенн и медальон? — Да… да… — прошептала Ида. — Портал… записи Карантира… спаси их… — Что? — Геральт хотел взглянуть ей в глаза, но Ида уже закрыла их и потеряла сознание. Геральт посмотрел на лошадь. — Ну что, подруга? Придётся тебе двоих везти, — он поднял Иду с земли, уложил на лошадь, забрался в седло и взял поводья. Лошадь пошла сама.

***

— Рассказывай! — Эмгыр ехал верхом рядом с Геральтом с идеально прямой спиной, чуть приподняв подбородок. Свита императора встретила их ранним утром следующего дня и забрала с собой. Ехали медленно из-за раненой Иды, которую в повозке сопровождал лекарь. Дождь прекратился, но тракт развезло настолько, что кони по колени утопали в грязи — всем приходилось несладко. Эмгыр отдал несколько распоряжений и подъехал ближе к ведьмаку. — Я уже всё рассказал, что знал… — ответил тот. — Но не мне, — конь под императором поскользнулся, и ему пришлось отвлечься, чтобы удержаться в седле. — Расскажи сначала. Что с твоей чародейкой? Геральт нахмурился. — Да нечего рассказывать. Йенн выкинула меня в портал, когда нагрянули чародеи, а когда я вернулся, деревня уже была сожжена, а Йенн пропала. Лошадь привела меня к Иде. Эмгыр задумчиво прищурился и взмахнул рукой, подзывая к себе Морврана Воорхиса. Генерал покорно подчинился. Эмгыр склонился к нему, что-то тихо проговорил и, обменявшись с ним многозначительными кивками, внезапно сделал выпад в сторону Геральта, схватил его поводья и пустил лошадей в галоп. — Может хотя бы объяснение для меня найдётся? — сыронизировал Геральт, когда после двухчасовой скачки они выехали к небольшому охотничьему домику. В дороге говорить было невозможно, а сопротивляться императору не было смысла — Геральт знал, что Эмгыр ничего не делает просто так. Эмгыр спешился и молча посмотрел в ту сторону, откуда они приехали. На горизонте чёрной точкой виднелся ещё один всадник. — Прости, ведьмак. Дождёмся Морврана, и я всё объясню. Геральт скрестил руки на груди и отвернулся к своей лошади. — Напомни мне, Плотва, в следующий раз не связываться с королями и чародейками… Эмгыр покосился на него и тихо усмехнулся, но ничего не сказал. Они вошли в дом, выпили и отдохнули, Геральт успел осмотреть богатое, но не вычурное убранство комнат, прежде чем Морвран, наконец, догнал их. — Ваше Величество, — он поклонился ещё у входа, — Геральт… — Морвран сдёрнул чёрные кожаные перчатки и убрал их запазуху. Перчатки покрывала странная тёмная жидкость. Геральт предпочёл не думать об этом. — Предатели казнены, придворные чародеи связались с Кейрой Мец, Знающая доставлена в Каэр Морхен. Геральт хмыкнул. Они с Эмгыром сидели по разные стороны стола, максимально далеко друг от друга. — Предатели? Каэр Морхен… — Да, — сказал Эмгыр, — быть правителем великой империи, значит иметь предателей там, где не ждёшь. Кто-то сообщал чародеем о перемещениях моей армии и той группы воинов, отправленных на их поимку. Но это не главное, — он обернулся к генералу. — Кейра уже дала ответ? Морвран вздохнул. Геральт отметил, что тот явно нервничает, будто от того, как скоро он расскажет, что знает, зависит его жизнь. — Кейра уже знала. Ида успела передать ей послание до того, как получила сильные повреждения, когда пыталась спасти… чародейку Йеннифэр. У Геральта оборвалось сердце, но он не стал перебивать. Йенн слишком сильная, чтобы умереть. — Филиппе нужна Цири, а Йеннифэр забрали, чтобы открыть портал. С ними сильный чародей, Рэмми, если не ошибаюсь, который, как выяснилось, талантлив во многом. Они планируют с помощью магии изменить артефакт, который Ида дала вам, — Морвран посмотрел на Геральта в упор, — с силой Йеннифэр, техниками, найденными у Карантира и артефактом, им удастся пройти небольшой группой в Aen Elle… Ты понимаешь, что это значит, Геральт? — Их небольшая группа равна армии, — ответил тот, — и им не составит труда разбить и без того слабую защиту дворца Тир На Лиа? — Верно, — подтвердил Морвран, — ты сам сказал, у них слишком слабая защита. — Что мы можем сделать? — Эмгыр сразу перешёл к делу. Не было видно, чтобы он испугался за дочь, но даже Геральту показалось, что этот вопрос он произнёс слишком поспешно. — Кейра не рекомендовала действовать. — И мы её послушаем? — Эмгыр приподнял уголок губ, произнося это с глубоким сомнением. Кейра не была ни придворной чародейкой, ни кем-то значимым для Эмгыра, и он не видел причин слушать её. — Она знала, что нет, я не стану слушать, но императору придётся. Прошу прощения, Ваше Величество, но шаг слишком рискованный: у императора ещё может быть достойный преемник, но другого вас уже не найти. Мы с Геральтом последуем за чародеями и попробуем войти в портал прямо за ними, если сможем… если же нет, придётся дождаться, когда Ида придёт в сознание и укажет нам на естественные порталы. — Я могу пойти один, — буркнул Геральт. Он уже не жалел, что не сорвался с места в тот же миг, как понял, что Йенн пропала, потому что полученная информация от Морврана стоила этого промедления. Теперь у него было всё, чтобы в одиночку перерезать этих чёртовых магичек. С другой стороны он понимал, что резать их нельзя, но он сделает это, если кто-то не пойдёт с ним, — но ты пригодишься... Морвран изобразил улыбку и взглянул на императора. Эмгыр вздохнул и поднялся. — Действуйте. Я возвращаюсь во дворец, — он прошёл к выходу, но, не сделав и двух шагов, обернулся. — Возвращайтесь, — сказал он. — Возвращайтесь, вы оба.