Jar of Hearts

      Ким сильнее сжала тонкими пальцами руль, закусывая нижнюю губу. Её карие глаза вскользь изучали знакомое и одновременно такое чужое шоссе.       — Кимберли Вэнс, — девушка вздрогнула то ли от внезапно раздавшегося голоса, то ли от металлического привкуса во рту.       Повернув голову, она внимательно посмотрела на сидевшего на соседнем сиденье брюнета. Джейк нахмурился, заметив кровь на прокушенной губе.       — Может, не стоило ехать, если ты так сильно переживаешь? — серьёзно спросил парень, и девушка уловила в его голосе нотки беспокойства.       Она мотнула головой, сбрасывая наваждение, и улыбнулась, тут же цыкнув из-за того, как резко кольнуло в ранке.       — Нет, всё в порядке. Рано или поздно это должно было произойти… Возможно, сейчас лучшее время.       Синий пикап остановился возле мотеля, и Ким бросила взгляд на часы. Вздохнув, она снова посмотрела на Джейка, ища поддержки. Он ласково погладил девушку по щеке и, притянув к себе, оставил короткий, почти невесомый поцелуй у неё на лбу.       — Всё будет хорошо.       Она чуть приподняла уголки губ.       — Спасибо. Надеюсь на это.       Уже открыв дверцу машины, Браун проронил:       — Я напишу номер комнаты, которую сниму. Буду там, пока ты не вернёшься.       Ким кивнула, уже снова погрузившись в собственные мысли. Проводив Джейка взглядом до входа в мотель, девушка выжала педаль. Пикап мягко отъехал от тротуара. Она специально выбрала гостиницу в другой части города, как можно дальше от места встречи. Меньше всего Ким хотелось, чтобы что-то напоминало ей о прошлом. Однако, прожив в Балтиморе столько лет, она и так знала его вдоль и поперёк, и буквально всё здесь ворошило воспоминания.       Уже через полчаса она припарковала автомобиль возле небольшого кафе, опасливо окидывая его взглядом. Ничего угрожающего в старом одноэтажном здании, украшенном многочисленными неоновыми вывесками, не было. От него веяло лишь щемящим чувством ностальгии. Заблокировав двери, Ким с неприсущей ей неуверенностью направилась к стеклянной двери.       Колокольчик жалобно звякнул, заставляя сердце девушки неприятно сжаться в крохотный комочек и упасть куда-то вниз живота. Лёгкие наполнил тёплый воздух с запахом блинчиков — местного фирменного блюда. На секунду Ким померещилось, будто она даже узнала официантку, с которой случайно встретилась взглядом, но это было лишь наваждение. Пробежавшись глазами по помещению, Вэнс вздрогнула, увидев трёх до боли знакомых девушек за одним из столов. Немного нервно поправив светлый пучок на голове, специально оттягивая момент встречи, Ким всё же шагнула к ним.       Первой её заметила длинноволосая блондинка, полностью одетая в чёрное. Она сдержанно кивнула, и тогда, проследив за её взглядом, на Вэнс обратила внимание и сидевшая рядом брюнетка с вьющимися волосами. Шатенка, расположившаяся на диванчике напротив них, обернулась и единственная произнесла:       — Привет. Мы уже не думали, что ты придёшь.       Ким неловко кашлянула, опускаясь на диванчик рядом со старой подругой:       — Я совру, если скажу, что спешила сюда…       — Поверь, мы понимаем, — отозвалась блондинка, вертя чашку в руках.       Повисла тяжёлая пауза. Никто не решался начать разговор.       — Ладно, — выдохнула шатенка. — Раз уж по моей инициативе мы все здесь собрались, пожалуй, я расскажу первая, — она запнулась, подбирая слова. — Многое произошло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Например, я успела получить три предложения руки…       — Ого, Джи-Джи! — искренне поразилась блондинка и тут же испугалась произнесённого. Раньше так Джессику называла только Сара. Шатенка немного грустно улыбнулась.       — Всё в порядке. Мне всегда нравилось это прозвище. Только я теперь не совсем Джи-Джи. После свадьбы я взяла фамилию мужа. Джессика Хьюз.       — Красиво, — в глазах брюнетки промелькнуло тепло. — Как вы познакомились?       Джессика негромко рассмеялась.       — О, в мою историю буквально трудно поверить. Всё началось, когда я получила первое из трёх предложений, от Марка…       Рассказ девушки был продолжительным и эмоциональным. Подруги удивлялись почти каждому слову, упоённо слушая о кронпринце Ричарде, королевских скачках, невероятных традициях Сагара, ручном хорьке, добром духе замка и несостоявшейся войне с Ахаром. Увлекательная история сильно разрядила обстановку, и все облегчённо выдохнули.       — Сейчас мы живём в Нью-Йорке, три года назад у нас родилась малышка Аманда, — Джессика опустила локти на столик и обняла себя руками. — Что ж, Мишель, что на счёт тебя?       Брюнетка с волнистыми волосами пожала плечами.       — Ничего необычного. По крайней мере, после твоего рассказа, моя жизнь кажется совершенно заурядной, — она вздохнула. — Четыре года назад мои родители погибли в аварии.       — О, Боже, Мишель… — ошарашенно произнесла Хьюз, прикрывая рот ладонью.       — Ничего. Прошло уже достаточно времени, я это пережила. Мы с Молли переехали в Сан-Франциско тогда. Занятия танцами я не бросила, даже наоборот, начала преподавать. Я держала балетную школу какое-то время, но с деньгами было совсем туго. Мне очень повезло тогда, я познакомилась с отличными ребятами, и они помогли мне с финансовыми трудностями. И вы никогда не отгадаете, кого я встретила после. Помните Чарльза? — она окинула взглядом подруг, и все кивнули.       — Как забыть твою первую любовь, о которой ты в своё время прожужжала нам все уши? — улыбнулась блондинка.       — Мы пересеклись на одном конкурсе. Почти в пяти тысячах километров от Балтимора, представляете? Сейчас мы почти два года вместе, недавно сняли квартиру и съехались. Молли от него в восторге.       Некоторое время девушки активно обсуждали историю Мишель, а потом та спросила:       — Что расскажешь ты, Эмма?       Блондинка сконфуженно кашлянула в кулачок и одёрнула чёрное платье.       — Ну, вы знаете, что почти семь лет назад я переехала в Голливуд. Мечтала о большом экране и всё такое… В общем, вышло так, что в первые же несколько месяцев я влипла в неприятности. Впрочем, как и обычно, — она тихо рассмеялась. — Даже попала в полицейский участок. Там я познакомилась с Джеффом. Первое время у нас были крайне напряжённые отношения. Признаться честно, мы практически ненавидели друг друга, но позже… Три года назад мы поженились. Я оставила ради него карьеру актрисы, и даже сейчас не жалею об этом. Полгода назад Джефф погиб при исполнении.       — Нам очень жаль, Эмма, — легонько погладив девушку по плечу, произнесла Мишель.       — Всё в порядке, правда. Только… до сих пор не могу перестать ходить в трауре.       — Джефф… Бёрнс? — немного хмурясь спросила Джессика.       — Да, — кивнула блондинка.       — Боже, кажется, Адам знал его… Он что-то рассказывал…       Эмма грустно улыбнулась:       — Похоже, мир теснее, чем кажется на первый взгляд. Вроде бы нас раскидало по всей Америке, а вот сегодня мы снова здесь, в Балтиморе, где родились и выросли вместе…       Ким хмыкнула, и девушки обернулись на неё.       — Нам всем тяжело, Ким, — примирительно произнесла Хьюз. — Лучше расскажи, что нового у тебя?       — Ничего. Окончила Академию ФБР, заступила на службу. Карьера идёт в гору. Во время отдыха и миссии в Майами встретила Джейка. Вместе почти полгода, — сухо отрапортовала Вэнс, скрестив руки на груди.       — Ким… — тихо сказала Эмма, но взвинченная девушка перебила её.       — Я вообще не понимаю, к чему это всё?       — Это традиция, — с вызовом бросила Мишель.       — Наши встречи были традицией, пока Сара была с нами, — Ким резко поднялась на ноги, с громким хлопком опустив ладони на стол. — Что за фарс? Мы не общались и не вспоминали друг о друге шесть лет. Хватит делать вид, что нам есть дело до жизней друг друга. Я больше не хочу здесь находиться.       Тяжело вдыхая противный тёплый воздух, девушка вышла из кафе и остановилась у арендованного синего пикапа. Прислонившись плечом к водительской двери, Вэнс обессиленно опустила голову и перевела дух. Она понимала, что поступает нечестно, и Сара была не только её подругой. Но именно для неё она была Лучшей.       Они были вместе со школы. Позже общительная О’Нил подружилась с новенькой — Джессикой Джордан — и познакомила её с Ким. Они не стали с ней так близки, как с Сарой, но, в целом, неплохо ладили. О’Нил занималась всем: начиная от рукоделия, и заканчивая вольной борьбой. Она любила жизнь и словно хотела прочувствовать на себе абсолютно все её проявления. Скорее всего, это было связано с событиями, пережитыми Сарой в детстве в небольшом городке Сентфор, где она провела несколько месяцев. Она никогда не рассказывала о том, что там произошло, но порой, оставаясь ночевать у Ким, девушка кричала и говорила во сне о Фавне и каком-то Человеке в маске. Очевидно, прошлое так до конца и не отпустило О’Нил.       Позже Сара привела в их компанию Эмму и Мишель, с которыми познакомилась на каких-то своих многочисленных кружках. Все девушки обладали очень разными характерами, и иногда им было действительно тяжело общаться друг с другом, но, несмотря на разногласия, они ощущали невероятное единство и были всегда готовы прийти друг другу на помощь. Сара выступала в роли дипломата в их компании, с энтузиазмом взваливая на себя решение всех внутренних проблем.       Почти семь лет назад О’Нил получила письмо из Сентфора с приглашением на похороны своей знакомой. Сара очень сомневалась, стоит ли ей ехать, и спросила совета у подруги. Вэнс сделала то, за что корила себя все прошедшие годы — пожала плечами и сказала: «Почему бы и нет?» Из Сентфора Ким получила всего два звонка: в первом Сара сообщила, что добралась и прекрасно себя чувствует, а во время второго Вэнс с широко распахнутыми глазами слушала рыдания миссис О’Нил, перебивающиеся информацией о смерти Сары. Никто так и не объяснил девушке, как погибла её подруга. Даже задействовав все свои связи, она не смогла докопаться до правды, каждый раз слыша лишь раздражающее: «Несчастный случай». Только для того, чтобы понять, что это не так, даже два и два складывать было не надо. Улики были затёрты так бездарно, что Вэнс могла поклясться, что видела стыд в глазах следователей, показывавших ей это дело. Но никто не хотел за него браться, как и что-либо объяснять.       Годы шли, и девушка смирилась со смертью подруги, вычеркнув всё, что о ней напоминало из своей жизни. Остались только неясные сны с причудливо сиявшими бабочками Морфо — любимыми бабочками Сары. Ким старалась не придавать им значения.       Пока О’Нил была жива, она каждый год собирала подруг здесь, на окраине родного Балтимора. И теперь эта встреча, организованная Джессикой, почему-то выглядела почти как издёвка. На самом деле, Вэнс понимала, что это вовсе не так. Ей просто всё ещё было невыносимо больно.       — Ким, — девушка подняла голову и пересекаясь взглядом с карамельными глазами.       — Прости, Джесс. Кажется, я вспылила и перегнула палку.       Шатенка мягко улыбнулась, положив руку на плечо подруги.       — Я понимаю. Правда. Честно сказать, мне было невероятно тяжело заставить себя отправить вам приглашения на эту встречу, но… Я не могу объяснить… Что-то словно тянуло меня сюда. Я думаю… Сара не хотела бы, чтобы мы ссорились и прекращали общение, — Хьюз неуверенно взглянула на Ким, но та спокойно кивнула.       — Да, думаю, ты абсолютно права.       — Эй, может, сгоняем на наше старое место на пляже? — к Джессике подошла Мишель.       — Мне кажется, замечательная идея, — отозвалась Вэнс.       — Я взяла микроавтобус мужа, — сказала шатенка. — Предлагаю поехать на нём.       Девушки сели в автомобиль, и Джессика повезла их по знакомому маршруту. Уже вечерело, и влажный воздух наполнялся прохладой. Несмотря на то, что Майами тоже находился на побережье, тот воздух казался Ким совсем другим. В Балтиморе он был наполнен воспоминаниями.       Они добрались достаточно быстро. Совершенно не заботясь о правилах, Джесс запарковалась прямо там, где немногочисленная растительность ржавого цвета переходила в песочный пляж. Хьюз вытащила из машины несколько пледов и часть из них небрежно расстелила на земле, а остальные бросила сверху. Подняв один, Эмма укутала дрожащие плечи, не отрываясь смотря на линию, где море становилось небом.       — Скоро закат, — задумчиво протянула она.       — Значит, мы вовремя, — улыбнулась Мишель.       Усевшись полукругом, девушки недолго молчали, а потом незримая стена между ними внезапно рухнула, высвобождая скрываемый за собой поток слов и эмоций. Они говорили обо всём, все табу спали, позволяя старым подругам наконец обнажить друг перед другом чувства, успевшие, казалось, за пять лет покрыться коркой льда. Теперь они ощущали только одно, и каждая из них это прекрасно понимала, — невероятное облегчение, которое обыкновенно приходит, когда осознаёшь: теперь всё на своих местах.       — Началось, — вдруг шёпотом проронила Эмма, заворожённо глядя вперёд.       Все мгновенно утихли, устремляя взгляды на горизонт. Жёлтый солнечный диск боязливо коснулся границы с водой, лишь начиная утопать в тёплых волнах. Неожиданно Мишель вскочила на ноги и полезла на капот микроавтобуса.       — Что ты делаешь?! — удивлённо воскликнула Ким.       — Разве не помнишь? — улыбнулась брюнетка, протягивая подруге руку. — Сара всегда говорила, что, чем выше ты находишься, тем дольше для тебя длится закат. Ну же!       Вэнс неуверенно поднялась и последовала примеру подруги. Девушки стояли на микроавтобусе, провожая взглядами заходящее солнце. На прощанье оно щедро разливало золото по ближайшим облакам и вздрагивающему из-за волн горизонту. Море ласково обнимало диск светила, словно любовник, ещё не успевший расстаться, а уже скучающий по своей даме. Последние лучи целовали лица девушек, оставляя на них остатки своего тепла, и вскоре расплескались по морской глади в прощальном танце и погасли до утра. Ещё некоторое время девушки не могли пошевелиться, словно произошедшее было для них чем-то сакральным, чем-то большим, чем просто закат.       — Давайте разведём костёр? — неожиданно очнулась Джессика.       — С ума сошла? — возмущённо отозвалась Эмма. — Ты ещё спрашиваешь?       Когда огонь разгорелся, и оранжевые языки пламени стали жадно облизывать тёмное небо, отправляя ему снопы ярких искр, Вэнс вдруг почувствовала что-то необычное, давно забытое. Словно она снова оказалась в школе, и они опять сбежали с дополнительных занятий на любимый пляж. Казалось даже, будто Сара сейчас рядом, стоит у Ким за спиной и вот-вот опустит крохотные ладошки ей на плечи, а сверху положит подбородок и будет молча смотреть в костёр. О’Нил же всегда любила огонь, и сама была на него похожа: светила тем, кто заблудился во тьме и грела тех, кто замерзал в одиночестве. И сгорела так же быстро, оставив после себя лишь тлеющие угли воспоминаний.       Ким поёжилась от того, как отчётливо ощутила присутствие старой подруги. Будь здесь Сара, она точно была бы счастлива, что девушки снова собрались вместе. Чтобы избавиться от наваждения, Вэнс обернулась и замерла. У самой земли, в высокой траве летали две бабочки Морфо, странно поблёскивая тонкими крылышками в свете огня. Дневные бабочки, которые не водятся на побережье Балтимора…