Спасти того, кто не желает быть спасенным.

***

Сколько бы я ненавидела его, сколько бы не злилась, всё равно этот человек запал мне в душу. В том-то и дело, он своими грязными пятками растоптал моё нутро, которое, впрочем, не живо и не мертво. Разбил моё сердце на маленькие осколки, которые Харрисон не раз пытался собрать. Я видела, как он любит меня. Он всегда говорит об этом, всегда пытается меня утешить, поддержать, если бы на его месте был другой человек, то он бы сразу ушел. Я то и дело говорила о Томе, а Хазз молча слушал меня. Я не могу сказать, что люблю его, но очень дорожу им. Хорошо, я не буду врать самой себе. Я до сих пор люблю Тома, но… Его поступок изменил моё отношение к нему. Я так разочарована в нём. Прошел целый год, все это время мой внутренний мир рушился с каждым днем. Мне удавалось это скрыть от окружающих, сказав уже обыденное «Я в порядке». Эта самая лживая фраза, но на моё счастье, все в это верили и не задавали лишних вопросов. Я пришла домой, задыхаясь от собственных слёз. Закрыв дверь, я прислонилась к ней и спустилась на пол, обняв руками колени. Я просидела так достаточно долго, но никак не могла успокоиться и унять свои мысли. Мои мысли были только о нем. Почему я не развернулась и не подошла к нему? Почему не успокоила его? Я так ужасно поступила. Я вспомнила слова Хазза, которые он мне говорил, когда я ушла от Тома: «Он любит не тебя, а власть над тобой, Том знает, что ты всегда примешь его.» Харрисон был так прав, но я отказывалась это принимать. Я любила Тома, а не Хазза… Возможно, я поступаю неправильно, но что я могу сделать, если меня магнитом тянет к нему? Меня от одного его вида кидает в дрожь, ноги подкашиваются, а зубы автоматически вонзаются в мои губы. Из моих мыслей меня выкинул настойчивый стук в дверь. Я резко поднялась, размазала слезы по щеке рукой и посмотрела в зеркало: глаза чертовски покраснели, тушь размазалась, а с волосами что-то непонятное. Я вытерла тушь, подошла к двери и посмотрела в глазок: Харрисон. Чёрт! Открываю дверь и сразу же опускаю глаза. — Привет! — он сходу обнимает, и я стараюсь не вылить на него все слезы, которые рвались наружу. — Эй, что случилось? — он отстраняется, поглаживая меня за плечи. — Посмотри на меня. — он наклоняется, и я поднимаю свои кристальные глаза. — О боже, детка, почему ты плачешь? — не выдерживаю и прижимаюсь к его груди. Он берет меня на руки и отводит в спальню. Хазз осторожно кладет меня на кровать и ложится рядом. Я положила голову на его грудь и тихо плакала. — Что случилось с моей малышкой? — промурлыкал он, поглаживая мои волосы. — Том… Я встретила его… — дрожащим голосом говорю я. — Он снова появился. Чёрт возьми, снова! — приподнимаюсь и смотрю на него. Он садится напротив меня, приподняв свою бровь. — Что значит встретила? — мрачным голосом проговорил он. Я рассказала ему обо всём, что было. — Почему он вернулся?! Я почти забыла его. — по моим щекам льются слезы. И кристаллический слезинки падают на мою толстовку, которую я одолжила у Хазза. — Тише, тише, не плачь, — он обнимает меня, целуя в макушку. — Я рядом. Забудь про этот день, забудь о том, что было. — Я не могу, — я отстраняюсь и смотрю в его голубые глаза. — Я люблю его и ненавижу. Но больше всего, я ненавижу себя за то, что люблю Тома. Столько дерьма произошло, но я не могу выкинуть его из головы. — Хазз, как обычно, молча слушает меня. — Сид, если любишь — отпускай. — наконец говорит он. И он снова прав. Чертовски прав. Возможно, это конец. Конец нашей истории. Ведь всё когда-то заканчивается, не так ли? Всему приходит конец. Выходит, что пришел и наш, к сожалению, не Happy end. Мы должны отпустить друг друга. Забыть обо всём, обо всех милых моментах, которые кажутся незабываемыми. И…Я отпускаю тебя, Томас. Отпускаю навсегда. Но конец ли это?