Somewhere Close to Reality

Чонгук подавил зевок, когда следующая поклонница подбежала к нему. Он сиял от ее радостного взгляда, довольно принимая альбом, который она протянула через стол к нему, чтобы он мог его подписать. Она говорила очень оживленно, рассказывая о последнем камбэке и о том, как она гордится их растущим успехом. Шатен кивал в соответствии с каждым ее комплиментом, краснея и вежливо благодаря ее. Поддержка со стороны фанатов помогала Чонгуку и ребятам справляться с напряженным графиком. Один за другим мимо проходили фанаты, и он слушал каждого из них, игриво флиртуя от случая к случаю, как с фанатами, так и со своими одногруппниками, получая в награду за свое мини-представление громкие визги зрителей, которые были для него лучшим поощрением. Чимин рассмеялся и ударил его по рукам, используя микрофон, чтобы публично предупредить его о том, что он проявляет неуважение к старшим. Чонгук не мог ничего с этим поделать; он любил внимание. После фан-сайна группа вернулась в раздевалки, чтобы переодеться. Их голоса были уставшими, но веселыми, когда они переодевались в свои красивые красные пиджаки. Рука Чонгука невольно поднялась, чтобы прикрыть рот, чтобы скрыть еще один глубокий зевок. — Ты в порядке, Гук? Чонгук улыбнулся и кивнул, убирая руку Тэхена со своей макушки. — Да, мы просто были очень заняты. Разве тебе бы не хотелось, чтобы у нас была возможность спать тогда, когда мы захотим? — Ну неужели ты это говоришь, — согласился Юнги с другой стороны комнаты. Он уже переоделся и уютно устроился в кресле, ожидая, пока остальные закончат. — Чем быстрее мы отсюда выберемся, тем быстрее сможем поехать и поспать в машине. Он взмахнул руками, чтобы они поторопились. — Мы пока не можем уйти, — напомнил ему Сокджин смотря в свой телефон. — Некоторым из нас нужно пройти собеседование. Чонгук хотел рассмеяться, но когда он открыл рот, получилось только снова зевнуть. — Извините, — пробормотал он, сонно потирая глаза. — Со мной все будет хорошо. — Он не хотел быть обузой для своих друзей. Намджун положил руку на плечо Чонгука. — Почему бы тебе не вздремнуть? — Он указал на пустое кресло возле Юнги. — Мы разбудим тебя, когда придет время ехать. Несмотря на желание бодрствовать, чтобы доказать, что он может продолжать работать, кресло казалось Чонгуку милым мягким облаком. Он кивнул и рухнул на кресло, засыпая, как только его глаза закрылись. Казалось, прошло всего несколько минут, когда он проснулся ото сна. — Нет, — простонал он, слегка поворачиваясь во сне. Он слышал голоса, кто-то произносил его имя, говорил, что пора уходить. Хватка сна не отпускала его, держась за тело Чонгука. Он чувствовал, как сон цепко оплёл его своими сетями, его глаза физически не могли открыться. Никогда не было достаточно времени в течение дня, чтобы выполнить то, что нужно было, по крайней мере, не жертвуя хорошим ночным сном. Пробормотав что-то невнятное и издав стон, юный айдол откинулся на спинку маленького кресла, погружаясь в глубокий сон. И он мечтал. Чонгук мечтал о сне. Возможно, это было немного странно, но именно этого он хотел больше всего на свете. Ему снилось, что он лежит дома, свернувшись калачиком в своей кровати, под теплыми одеялами. Если бы он встал с кровати, то непременно заснул бы свернувшись калачиком на диване, положив голову на колени Намджуна и прислушиваясь к его глубокому смеху над чем-нибудь по телефону или на полу танцевальной студии, пока Хосок занимался хореографией. В любой позе ему было тепло, он был счастлив. Иногда он проваливался в сон рядом с одним из своих товарищей по группе, глубоко дыша и наслаждаясь ранними утренними лучами. Слабость начала отступать, как будто ее и не было, и он медленно вернулся в реальность. Чонгук пошевелился, чувствуя как мышцы затекли после неподвижного сна в кресле. Он застонал и нахмурился. Он попытался открыть глаза, но яркий свет с потолка был невыносимо ярким для его сонных глаз. Слезы сбежались в уголках его глаз, прижимая ладонь, в попытке сфокусировать зрение. Сквозь слезы, стоящие в глазах из-за яркого освещения, он увидел Тэхена, стоящего над ним. Чонгук застонал и сел, все еще щурясь. — Как долго я спал? — Он зевнул, хотя на этот раз зевнул скорее «просыпаясь», чем будто он «смертельно уставший». Когда он не получил ответа, он моргнул и вопросительно взглянул на старшего. Тэхен стоял над ним, вытянув руку, будто, хотел пробудить его ото сна. На его лице было такое выражение, как будто он защищал сон Чонгука. Тэхен не двигался. Чонгук почувствовал тянущее ощущение в животе. Он медленно встал — глаза Тэхёна не следили за его движением. Они оставались зафиксированными на том месте, где спал Чонгук несколько минут назад. Чонгук оглядел комнату, переводя взгляд с одного мембера на другого. Юнги сидел в кресле рядом с ним. Выглядело так, будто он тоже только что проснулся. Чимин положил руку на плечо Юнги, вероятно, он разбудил его. Сокджин, Намджун и Хосок были одеты и готовы идти, стоя у двери. Они, казалось, были увлечены забавным разговором, их лица светились от улыбок. Но никто не двигался. Каждый из них был словно застывшей фигурой, замороженной во времени. Что, черт возьми, происходит? Это все еще был сон? Чонгук отошел от Тэхёна. Это совершенно точно не могло быть правдой. В течение нескольких мгновений Чонгук медленно шел по комнате, подходя к каждому из мемберов, называя их имена и размахивая руками перед их глазами. Никто из них не ответил. — Дерьмо, — пробормотал Чонгук, чувствуя подступающую панику. Как долго он спал? Он сделал это во время сна? «Нет, нет, перестань задавать такие вопросы."-про себя подумал Чонгук. Этого не было. Это был просто сон. Чонгук провел пальцами по волосам. В его голове возникла мысль. «Ну, конечно!» Он сильно ущипнул себя двумя пальцами. — Оу! Черт, — простонал он и потер больное место. Это заставило почувствовать, что все происходящее-реальность. Создавалось впечатление, что его счастливые сны и реальность пересеклись. Но даже его теория, в любом случае, не объясняла творящейся вокруг него чепухи, потому что, этого просто не могло происходить. Это невозможно. Чонгук четко понимал, что этот мир все еще ему снится, несмотря на то, что после щипка он так и не проснулся. Оставалось только понять, как же это все-таки сделать. Несмотря на то, что он ущипнул себя, он знал, что это был сон. В этот момент все, что ему нужно было выяснить, как проснуться. Ему стало ужасно любопытно, похож ли мир его мечты на реальный мир. Чонгук проскользнул мимо троих мемберов у двери и вышел в здание. Он бродил по залам, проходя мимо замерзших сотрудников, под впечатлением от того, насколько подробно его подсознание смогло воплотить эту мечту. — Давай же, — крикнул он, проходя по длинному и пустому коридору. Он не знал, как долго бродил по зданию. Стрелки часов остановились, будто были заморожены. — Я хочу проснуться! — Со стоном разочарования он вернулся в комнату, предназначенную для его группы. Джин, Намджун, и Хосок находились все еще в тех позах своего веселого разговора, в которых Чонгук их оставил. Чонгук вздохнул и прошел мимо них, чувствуя, как его нервы ничинают сдавать. Вздохнув, он рухнул обратно на стул, глядя в лицо Тэхёна. Он проворчал себе под нос и закрыл глаза. Нет, он не устал. Уж точно не после того, как он проспал на этом чертовом кресле, одному Богу известно, как долго. Вся ситуация вдруг показалась ему ужасно несправедливой и обидной. Словно он был наказан за несколько минут отдыха. Но ведь он был не виноват, что не мог сомкнуть глаз прошлой ночью! Он снова открыл глаза, пристально изучая Тэхена. Его рука была вытянута вперед, а ладонь была обращена к Чонгуку, как если бы он хотел встряхнуть его за плечо, чтобы разбудить. Если подумать, он вспомнил, как слышал его глубокий голос, пытающийся разбудить его ранее. Чонгук ткнул кончиками пальцев Тэхена, пытаясь избавиться от скуки. Он не мог играть в игры на своем телефоне, он не мог смотреть телевизор, он даже не мог разговаривать ни с кем, кроме себя. Это было нечестно. Темноволосый айдол проследил линии от пальцев Тэ до его руки настолько далеко, насколько хватало взгляда, прежде чем снова начать с пальцев. — Это отстой, — тихо сокрушался Чонгук, желая услышать его голос. Он встал и убрал волосы с глаз Тэхёна. -Ты понял бы что происходит, верно? Это отстой! — Он сильно постучал по груди Тэхена, как будто это была его вина. — Если бы ты был здесь со мной… — он умолк, на его лице заиграла ухмылка, когда он подумал о беде, в которую он и Тэхен могли бы попасть, если бы они оба застряли в замерзшем мире. Рука молодого айдола скользнула по груди Тэхена в нерешительности над соском, который был едва виден сквозь его белую рубашку. Чонгук сглотнул, и взглянул на лицо старшего. Он не был уверен, приятно ли было Тэхену его прикосновение, увидев, что не было никакой реакции. С осторожностью он прижал большой палец к соску и начал медленно обводить круги. К его удивлению, сосок затвердел под его прикосновением. — Вау, ты чувствуешь это? — Он размышлял вслух, не сводя глаз, с лица Тэхена, но не было никаких изменений.С любопытством он просунул обе руки под рубашку Тэхёна, нежно потирая уже оба соска.- Тебе это нравится? — пробормотал он, покраснев от звука своего голоса, говорящего что-то такое грязное. Он украдкой взглянул направо-Юнги и Чимин все еще стояли на месте. Хорошо. Никто не будет свидетелем его развратных действий. — Самый странный сон из всех, — размышлял Чонгук, ощупывая линии живота Тэ на краю его джинсов. Он почувствовал жар в животе, его сердце снова забилось чаще, поскольку его разум подкинул ему множество фантазий обо всем, что он мог сделать прямо сейчас. Это был просто сон, так почему бы и нет? Чонгук облизнул губы, его пальцы аккуратно сжали пуговицу на джинсах Тэхёна. Теперь он непреклонно избегал смотреть в его лицо, почти боясь, что по каким-то причинам дальнейшие действия разрушат это оцепенение, наложенное на мир, и он проснется, не в силах разыграть свою фантазию. Он растегнул пуговицу и остановился. Он просто хотел потрогать? Он хотел посмотреть? Его голова шла кругом, руки тряслись от волнения, но томить себя ожиданием и бездействием было выше его сил. Он медленно трогал Тэхена, ведя ладонью по его бедру, подбираясь к краю его боксеров. Чонгук будто в замедленной съемке стянул джинсы и боксеры Тэ до колен. Как только его пальцы коснулись основания члена Тэхена, он замер. О Боже, он на самом деле делал это, он на самом деле держал руку в штанах Тэхена! Чонгук прикусил губу и толкнул руку глубже, пальцы обхватили член. — Ты чувствуешь это? — прошептал он снова, его теплое дыхание ерошило мягкую коричневую челку Тэхёна. Его пальцы сжались у основания члена и он аккуратно начал гладить его, пытаясь добиться хоть какого-нибудь ответа на свои действия. К его удивлению и волнению, он чувствовал, что член становится теплым и твердым под его руками. Собственный член Чонгука потерся о штаны, когда он коснулся своего одногруппника. Он тихо вздохнул, закрыв глаза, прижавшись лбом к Тэхену. Ощущение теплой кожи под его пальцами мучительно отзывалось напряжением собственном паху, но ему бы хотелось, чтобы Тэхен тоже трогал его, чтобы его руки касались эрекции. Пораженный прозрением, Чонгук отстранился, глядя на протянутую руку Тэхёна. Сняв руку с брюк Тэ, темноволосый айдол осторожно толкнул руку вниз. По какой-то причине движение застывшего тела было словно движение куклы. Он приспособился к небольшим сопротивлениям, но удерживал позицию, как только ее оставили в покое. Испустив возбужденный стон, Чонгук закусил нижнюю истерзанную губу, расстегнул свои штаны и его эрекция наконец-то перестала упираться в ширинку джинс. Он снова схватил Тэ за руку, потянув ее к своему члену. Он тихо вздохнул, ресницы его затрепетали, когда он сжал пальцы вокруг своей эрекции. Чувствовать чужую руку на себе в первый раз было приятно, даже если он руководил каждым ходом. — Т-т… Тэхен, — тихо простонал он, одной рукой все еще сжимая основания его члена, а пальцами второй невесомом проводя по его скулам, опускаясь к шее и груди. Он отпустил руку Тэхена только на то время, чтобы ослабить его руку, и толкнул их вниз, чтобы вытащить свою эрекцию. Чонгук издал самый мягкий, пронзительный стон, когда он начал осторожно касаться своего члена. Он представил себе, что произойдет, если он попытается сделать это, когда он не спит. Он думал об этом — иногда. Старшие были привлекательны, и он возбуждался. Но сейчас, здесь, он плавно погладил по длине Тэхена, другой рукой, фиксируя его ладонь вокруг своего члена и толкаясь в нее. Неужели сон о приставании к кому-то сделал его извращенцем? Чонгук решил, что он, вероятно, сделал его извращенцем. — Может быть, ты на самом деле прикасаешься ко мне так, — тихо хмыкнул Чонгук, увеличивая скорость и давление обеих рук. Он закрыл глаза, наслаждаясь ощущением чужой руки на своем самом чувствительном органе. — Ты прикасаешься ко мне, когда я сплю? Вот почему это мне снится? Юноша вздохнул и снова уселся на край кресла. Он переключил свою правую руку на то, чтобы погладить эрекцию Тэхёна, удерживая его неподвижно с другой. На лице старшего все еще оставалось безмятежное выражение, на которое Чонгук с каким-то ошеломленным любопытством наблюдал, когда он касался члена старшего. — Ты чувствуешь себя хорошо? — спросил он тихим голосом, представляя, как Тэхён засовывает руку в штаны, когда он дремлет на стуле. Ему нравилось чувствовать, как его пальцы натягивают мягкую кожу на члене Тэхёна. Он чувствовал запах возбуждения Тэхёна, и это заставило его хныкать от удовольствия. Без стонов и никакой реакции Чонгук был поражен, когда внезапная вспышка спермы разлилась по всей его руке. — Ты действительно сделал это! — воскликнул он в восторге. Он откинул руку назад, ухмыляясь в сторону Тэхена. — Тебе понравилось? Мне да. Он закусил губу и откинулся на спинку стула. Он коснулся своего члена, тихо постанывая. Молодой айдол не смог бы остановиться, даже если бы время внезапно вернулось на круги своя прямо сейчас. Он с пылом дернулся под пустым взглядом Тэхена, стонал и напрягался, когда был близок к оргазму. Высокие всхлипы вырывались из его горла при каждом движении. Влажный язык скользнул по его нижней губе, прежде чем снова укусить ее, в попытке заглушить стоны, рвущиеся наружу. — Тэ, — тихо вскрикнул он. Он был так близко, он чувствовал, как внутри него нарастает давление. Его разум продолжал воспроизводить ощущение того, что член Тэхёна затвердевает под его пальцами, вид Тэ, кульминационный момент на его руке. — О, да-а, блять! — Чонгук вцепился пальцами в обивку кресла, достигнув кульминации, и на его рубашку потекли белые полосы. Чонгуку понадобилось несколько минут, чтобы оправиться от оргазма. Он тяжело дышал, грудь вздымалась, когда его взгляд блуждал по комнате на всех, кто все еще был вокруг него. Это сделало его счастливым — мысль, что они понятия не имеют, что у него был такой извращенный сон. — Вот дерьмо, — воскликнул темноволосый подросток, садясь прямо. Что, если это был мокрый сон? Он все еще спал на стуле в раздевалке. Как будто он мог сделать что-нибудь, чтобы помочь себе, Чонгук поправил джинсы Тэхёна и вытер все физические свидетельства его выходки. — Как неловко, — вздохнул он, рухнув назад, в кресло когда, он был уверен — все было в порядке. Он снова почувствовал сонливость. Он мягко улыбнулся Тэхену все еще стоящему над ним. — Люблю тебя, Тэ. — Он закрыл глаза, чувствуя, как тяжелое, тяжелое ощущение сна проникает в его сознание. Ну, он уже мечтал о сне раньше много времени, нет причин возвращаться к этому после этой странной части. *** — Чонгук. Чонгук подпрыгнул, чуть не упав с кресла.  — А? - Пробормотал он бессвязно, когда кто-то пробудил его ото сна. — Стоп! , — тихий голос Тэхёна потонул в смехе, когда он успокаивал Чонгука, поддерживая его. — Давай, пора идти. Чонгук глубоко зевнул и сонно уставился на своего друга. — Как долго я спал? — Он потянулся, чувствуя, как его мышцы расслабляются. Сон выполнил свой долг. — Ты выглядишь лучше. — Тэхен усмехнулся и погладил его по голове. — Прошло всего около тридцати минут. Думаю, тебе просто нужно было хорошенько вздремнуть. — Тэхен кивнул на Джина, Намджуна и Хосока у двери. — Они закончили интервью. Пора идти. Чонгук огляделся, увидев, как Чимин похлопал Юнги по плечу, а рэппер заморгал чтобы прогнать сон с собственных глаз. Все остальные смеялись возле двери о чем-то глупом, что Сокджин сказал во время их интервью. Он был уверен, что услышит об этом несколько раз, прежде чем получит возможность посмотреть интервью. Всего тридцать минут. Чонгук посмотрел на Тэхёна и быстро отвел взгляд, смущенный воспоминаниями о своем сне. Он чувствовал что его штаны были мокрыми, подтверждая самому себе, что это был эротический сон. — Э-э, Тэ? — Он говорил тихо, чтобы Чимин и Юнги не могли его услышать. Тэхен наклонился, уделяя все свое внимание к нему. — В чем дело? — Я не… гм, — Чонгук нервно оттянул край собственной рубашки, — шумел, когда спал, не так ли? — Шумел? Например, ты имеешь в виду… На лице Тэхёна мелькнул короткой румянец, но он тихо рассмеялся и покачал головой. — Нет, нет, чувак, все хорошо. Ты не шумел. Чонгук вздохнул с облегчением. — А, ладно. Это было бы неловко. — Так, кто это был? — подсказал Тэхён, лукаво ткнув в живот Чонгука. — Никто, — выбежал Чонгук, слишком громко извинившись перед другими мемберами, которые удивленно оглянулись. — Это был не кто-то из них, — закончил он потише. — Давай просто уйдём. Что у нас следующее по графику? — Тэхен засмеялся и похлопал его по плечу. — Верно-верно. Переходим к следующему!