Blurred (Размытые взгляды)

      «Оглядываясь назад, вы понимаете, что через вашу жизнь прошел особенный человек — и это были вы. Еще не слишком поздно найти этого человека». Роберт Браулт.       Дин моргнул, пытаясь сфокусировать свое размытое зрение. Он не был уверен, где находится, и незнакомая комната вызвала панику. Он повернулся, и увидел темноволосую голову, склиновшуюся на кровать справа от него.       — Сэмми?       Даже когда он произнёс имя своего брата, Дин знал, что это звучит как-то неправильно. Буквы, которые всегда присутствуют в его уме, звучат незнакомо, когда произносятся. Сколько времени прошло с тех пор, как он говорил вслух имя своего брата? Страх охватил сердце, и Дин попытался подняться, разыскивая отца. Но тут он снова моргнул, и нечеткое изображение приняло форму его лучшего друга.       Калеб неудобно сидел у кровати, склонив голову на сложенные руки, и прикорнув на матрасе возле плеча Дина.       — Дэмиен?       При звуке своего имени Ривз пошевелился, медленно выпрямился, и сонно взглянул на Дина.       — Двойка, ты проснулся.       — Где папа?       Калеб провел рукой по глазам.       — Он был здесь минуту назад. По крайней мере, я думаю, что он был тут.       Дин ухмыльнулся.       — Чувак, ты пьян? — он посмотрел в окно, заметив, что на улице все еще темно, но воющий шторм уже не сотрясал хижину. Дин догадался, что проспал несколько часов.       — Нет. — Калеб выпрямился со стоном и хрипящим кашлем. — Хотя в лекарстве от гриппа Бобби было больше виски, чем любых других лекарственных ингредиентов.       — Ты принял одно из лекарств Бобби? — Дин нахмурился. — Думаю, это объясняет, почему ты все еще выглядишь как дерьмо.       — Посмотри на себя, — Калеб коснулся повязки на голове друга, и Дин шлепнул его по руке. — Тебе удалось сохранить свою голову, но синяки все еще неутешительны. Кажется никто из нас не получит поцелуй в канун Нового года.       Дин закатил глаза. Все его тело ощущалось как один большой синяк. И по тому, как Калеб двигался, его друг тоже начал ощущать последствия автомобильной аварии.       — Нам нужно остановиться в каком-нибудь шикарном отеле, посмотреть игру, заказать обслуживание в номер и отправить папу с Бобби в город.       — Я не против любого места кроме этой хижины.       Дин переместился, поднимаясь выше в кровати. Таблетки в организме все еще сдерживали самую сильную боль от пулевой раны. Даже пульсация в его черепе была на приемлемом уровне.       — Элкинс держится на расстоянии?       — Да. Может быть, он и Джонни болтают, наверстывая упущенное.       — Папа на твоей стороне. Ты же это знаешь, верно?       Калеб на мгновение посмотрел на него, прежде чем обратить свое внимание на серебряное кольцо на правой руке, вращая его большим пальцем.       — Я знаю. Но мне надоело, что все остальные всегда видят меня на стороне врага.       — Я знаю, что ты имеешь ввиду. — Дин слишком долго пытался стоять между Сэмми и отцом. Попытка быть Швейцарией отстой. — Но иногда знание того, где ты стоишь и с кем ты стоишь — единственное, что реально, и единственное, что правильно.       Калеб наклонился вперед и оперся локтями на кровать.       — А что если ты сделаешь неправильный выбор? Что если ты ошибешься и принимаешь врага за что-то другое?       Дин облизнул губы, не совсем понимая смысл разговора.       — Все просто. Ты должен быть уверен, что все делаешь правильно.       Калеб поднял бровь.       — Это очень черно-белая реакция с твоей стороны, кузнечик.       Дин показал ему средний палец.       — Ты бы предпочел, чтобы я сказал что-то очень похожее на проповедь Джима о том, что голос человеческого сердца никогда не приведет его в заблуждение?       — Нет, — Калеб покачал головой. — Бобби уже набросился на поэзию. Мне не нужно, чтобы ты шел по дорожке Холмарка. Я предпочитаю, чтобы кто-то в нашей команде держал себя в руках.       — Хорошо. — Дин схватил Ривза за запястье. — Тогда прекрати размышлять, Дэмиен. Никто из тех, кто имеет значение, не думает, что ты враг. Плаксивая задница, королева драмы, да, но плохой парень? — Дин отпустил своего друга и подмигнул ему. — Ни за что.       — Это то, что я люблю в тебе, Двойка. Ты всегда знаешь, как подбодрить парня, одновременно убивая его эго.       — Я бы не хотел, чтобы ты лопнул от гордости, — Дин усмехнулся, чтобы смягчить укус. — Сейчас с тобой почти невозможно жить.       Повышенные голоса откуда-то из хижины прервали реплику Калеба. Крики Джона были легко узнаваемы.       — Что теперь? — вздохун Дин и попытался выбраться из кровати, но Калеб положил ладонь ему на грудь.       — Оставайся на месте. Я проверю.       — Ни за что. — Дин покачал головой и тут же пожалел об этом, когда комната завертелась. — Помоги мне. — Он боролся с головокружением, слабо пытаясь уклониться от руки Калеба. — Я пойду с тобой.       — Нет. — Экстрасенс не сдвинулся с места. Крики продолжались, Калеб достал пистолет из кобуры и передал его Дину. — Возьми это.       — Дэмиен…       — Это не было предложением.       — Теперь ты говоришь, как папа.       Калеб встал.       — А вот теперь ты просто злой. — Он указал пальцем на Дина, чтобы подчеркнуть приказ оставаться на месте, и выскользнул из спальни, тихо закрывая за собой дверь.       — Сукин сын. — Дин рухнул на подушку, сжимая пистолет в правой руке. У него не было проблем с распознаванием своего нынешнего врага - это была гравитация. Но Дин никогда не умел сдаваться.

***

      Калеб не был уверен, чего ожидал увидеть, но точно не думал обнаружить наставника под прицелом Элкинса. Он встретил Бобби, выходящего из кухни. Сингер не выглядел таким уж шокированным.       — Ах, черт возьми. — Механик поставил тарелку яичницы и чашку кофе на стол. — Что ты сделал, Джон?       — Что, черт возьми, происходит? — спросил Калеб.       — Не твое дело, — закричал Джон. — Вернись и оставайся с Дином.       — Сначала ты приводишь врага в мой дом, а теперь пытаешься украсть у меня! –Дэниел поднял свой дробовик выше, переводя ствол оружия от Джона на настенный сейф. Калеб посмотрел Винчестеру под ноги и обнаружил картину «Тайной вечери» да Винчи, что стояла у стены. — Я тебе доверял.       Руки старика крепче сжали оружие, и Калеб сделал еще один шаг в комнату, опасаясь, что Дэниел может случайно нажать на курок.       — Бобби?       Сингер поднял руку, чтобы он остановился.       — Держись подальше от этого, малыш.       — Я ищу только то, что по праву принадлежит мне, — прогремел Джон, и сделал угрожающий шаг навстречу своему предшественнику. — Я провел исследование, потратил часы на работу, и ты увел его у меня из-под носа. Ты заставил меня верить все эти годы, что все это было охотой на диких гусей, а он был у тебя все это время. И это делает тебя врагом.       — Ты не знаешь, о чем говоришь!       — Я читал твой дневник!       Дэниел опустил дробовик, казалось, сдувшись прямо на глазах Калеба.       — Бред старика. — Элкинс посмотрел в сторону экстрасенса. — Просто спроси пастора Джима или доктора Эймса. Мои теории не имеют оснований. Разве это не так, мальчик?       — Оставь его в покое, — сказал Джон. — Это между нами.       — Верь в то, что тебе нравится. — Элкинс покачал головой. — В конце твоего пути нет Святого Грааля, Джонатан. Ты не прав насчет этого.       — Ты ожидаешь, что я проглочу больше твоей лжи?       — Ты уже доказал свою избирательность в истории. Зачем сейчас меняться? — Дэниел прошел мимо Джона к сейфу. Он повернул циферблат, открывая маленькое стальное отделение. — Посмотри сам, а потом уходи.       — Джон, — сказал Калеб. — Дин еще не может путешествовать.       — Да, я могу. — Ривз обернулся, и увидел, что младший охотник стоит позади него. Двойка прислонился к стене и выглядел на три оттенка бледнее, чем несколько мгновений назад, но он мертвой хваткой сжимал пистолет Калеба.       — Упрямый сукин…       — Я в порядке. Что тут происходит?       Калеб взял Дина за руку, чтобы удержать его вес на правой ноге.       — Джонни работает над некоторыми проблемами.       Он повернулся и увидел, как его наставник идет к сейфу. Едва заглянув внутрь, Джон повернулся к Элкинсу.       — Ты слишком хитрый старый ублюдок, чтобы держать его здесь.       — А ты слишком упрямый молодой ублюдок, чтобы прислушиваться к своим чувствам. — Дэниел указал пальцем на Джона. — Будь осторожен со своей гордостью. То, что ты ищешь, только убьет тебя быстрее.       — Ты знаешь, что мой сын ранен, — Джон указал на парней. — Ты действительно собираешься выгнать нас?       — Ты сам виноват, не так ли?       — Хорошо. — Винчестер сжал кулаки. — Я не буду просить.       — Так что это не будет похоже на клинок Эхнона, который ты так и не вернул?       — Бобби, возьми наши вещи.       Калеб вышел вперед.       — Но, Джонни, Дин не может…       — Не сейчас, Калеб. — Джон бросил на Элкинса последний кипящий взгляд, прежде чем направиться к двери. — Мы уходим.       — Все хорошо, Дэмиен. — Услышав мягкий голос Дина, Калеб посмотрел на своего лучшего друга. — Не смотри дареному коню в зубы. Ты ведь с самого начала не хотел быть здесь.       — Я также не хочу тащить твою полузамерзшую кровоточащую задницу с этой горы, — Калеб провел рукой по волосам. — Дерьмо. С таким снегопадом мы даже за ночь не дойдем до дороги.       Дин прочистил горло.       — Кто сказал о том, что мы пойдем пешком? — когда Калеб недоуменно посмотрел на него, Дин показал набор ключей, который сжимал в кулаке. — Не думаю, что Элкинс будет возражать, если мы возьмем его машину.       Калеб взял ключи с медленной улыбкой, и прошептал:       — Живя в такой глуши, он должен как-то добираться до города.       Дин улыбнулся.       — Ты готов к радостной поездке?       Калеб сжал ключи в кулаке.       — Старый ублюдок должен мне.

***

      — Было ли совершенно необходимо угонять машину Дэниела? — пастор Джим стоял в центре гостиной, уперев руки в бедра, переводя взгляд с Бобби на Джона.       Дин наблюдал за двумя старшими охотниками с дивана, на котором он отдыхал, с момента их прибытия. Его отец сидел в угловом кресле и ненадолго встретился взглядом с Джимом, прежде чем вернуться к чистке пистолета.       Бобби и Харпер Ли сидели около камина. Механик ответил Джиму:       — Так же необходимо, как сохранить все пальцы рук и ног. Ты разве не рад, что у твоих мальчиков все конечности на месте?       Джим встретил взгляд Дина, и подмигнул ему.       — Я считаю, что травм от автомобильной аварии, огнестрельного ранения Дина и бронхита Калеба было достаточно, спасибо.       — У меня нет бронхита. — Хриплый голос Калеба был приглушен коконом одеял, под которыми его замуровали где-то на кресле. — У меня простуда, или, по крайней мере, была простуда до того, как Джонни заставил меня отправиться на охоту в горы Колорадо во время снежной бури. — И добавил с ворчанием, но достаточно громко, что все, включая пастора Джима, услышали его: — На мой день рождения.       Дин закатил глаза на нытье друга, снова кинув весёлый взгляд на Джима.       — Если из-за простого насморка Дэмиен становится таким привередой, думаю, ты должен произнести особую молитву, чтобы он не заболел воспалением легких. Он станет капризной десятилетней девчонкой.       Джим перешагнул через Скаут и уселся на край дивана. Большая черная лабродорша перекатилась на спину, задрав все четыре лапы вверх, но не проснулись.       — Я молюсь за вас, ребята, каждый день. — Теплая улыбка пастора исчезла, когда он протянул руку, и коснулся пальцами повязки на голове Дина. — Возможно, я должен быть более конкретным в своих запросах.       — Возможно, ты захочешь добавить «Аве, Мария». — Дин виновато посмотрел на пастора, надеясь стереть беспокойство из его глаз. — Потому что это я стянул ключи от машины Элкинса.       Голова Дэмиена тут же появилась из-под одеяла.       — Только после того, как ублюдок не оставил нам выбора. — Он кашлянул. — И, чтобы ты знал, пастор Джим, это Джонни вел машину.       — Хочешь еще что-нибудь добавить, чтобы сдать меня, малыш? — Джон опустил пистолет и взял ирландский кофе, который принес ему Джим. — Или ты хочешь подождать до тех пор, пока твой отец не приедет сюда, чтобы у Макленда было больше боеприпасов для нудной речи, которую придется терпеть мне и Бобби?       — Здесь нет никакого Бобби, Рыцарь Винчестер. Высшее звание говорит, что тебе придется терпеть нудную речь хорошего доктора в одиночку.       — Я уверен, что вы все действовали с честными намерениями, — сказал пастор Джим. — Дэниел не был общительным или гостеприимным даже в лучшие времена.       — Он определенно потерял несколько карт из своей колоды, — сказал Дин.       Джим взял плед со спинки дивана и укрыл младшего охотника.       — Забавно, но когда Дэниел позвонил, он сказал то же самое о твоем отце.       — Я вижу сходство, — сказал Калеб, — Джонни тоже пытал меня, за исключением экзорцизма.       — Заткнись, малыш.       Дин засмеялся, когда его отец запустил декоративную подушку в Калеба. Было приятно видеть Джона в хорошем настроении.       — Я понимаю тебя, Джим, — усмехнулся Дин, глянув на пастора. — Это наверно переходит от Рыцаря к Рыцарю.       — Всегда имей это в виду. — Джим похлопал его по плечу. — Теперь мы можем сосредоточиться на более важных вещах. Например, нужно решить, что у нас будет на новогодний ужин? Я думал, что бобы и зелень подойдут для праздничной трапезы.       Калеб застонал.       — Разве мы не можем просто заказать пиццу?       — А что случилось с «я буду просто воду»? — Дин попытался сымитировать жалкий тон своего друга.       Калеб бросил в него подушку, но пастор Джим поймал ее, взбил, прежде чем поставить ее позади Дина. Он нахмурился в сторону Ривза.       — У тебя будет суп, молодой человек. Я тоже не хочу слушать одну из лекций твоего отца.       Бобби фыркнул.       — Может быть, его партнер по преступлению, присоединиться к нему.       — А я упоминал, что Бобби заставил меня выпить одно из его гомеопатических средств от простуды, пастор Джим?       — Я пытался вылечить тебя, чтобы ты почувствовал себя лучше, неблагодарный.       — Я скажу тебе, от чего я буду чувствовать себя лучше, — голос Калеба стал подозрительно жалким, — торт на день рождения.       — О, Боже. Дай всем передохнуть, — простонал Дин.       — На самом деле, это звучит как великолепная идея, — сказал Джим. — У Дина день рождения через несколько недель. Кто знает, где он может быть в тот момент?       — Но мой день рождения был только пару дней назад. — Калеб сел, отбросив одеяла в сторону. — И я был в снежном лесу на охоте.       — Сейчас канун Нового года, мой мальчик. — Джим поднялся на ноги. — Я точно знаю, что ты не любишь отмечать свой день рождения с любым другим праздником. Кроме того, пришло время отпустить прошлое и принять будущее.       Калеб надулся, снова откинувшись на спинку кресла.       — Я хочу забыть старых знакомых.       — Я выпью за это, — Джон встал. Дин поймал вспышку улыбки на лице отца, когда он повернулся к Бобби. — Хочешь помочь Рыцарю и Хранителю организовать все для празднования?       — Почему бы нет? — Бобби потер руки. — Нет лучшего лекарства, чтобы согреть старые кости, чем пиво Джима. — Он ударил Калеба по ногам, когда проходил мимо. — Кроме того, не повредит принять горячительное, когда Ученый, наконец, примчится сюда на своем боевом коне.       — Оставь немного для меня и Двойки. — Калеб пнул старшего охотника. — По крайней мере, мы должны получить удовольствие от чего-то в канун Нового года, если нам придется терпеть отстойную компанию.       — Алкоголь и антибиотики не смешиваются, — сказал Джим. Он пристально посмотрел на Дина. — Придется довольствоваться имбирным элем.       — Я даже не собираюсь жаловаться, — сказал Дин. Хорошего настроения его отца было достаточно, чтобы поднять настроение и без алкоголя. — Я вполне рад сухим носкам и жареной курице.       — Кто сказал что-нибудь о жареной курице? — спросил Джим, я озорством в глазах.       — Это почти мой день рождения, и мы пропустили Рождество.       — Справедливо.       — Справедливо? — спросил возмущенно Калеб, когда остальные вышли из комнаты. — Мне никто не сочувствует, а у тебя три магических желания. Что дальше?       — Ты что, ноешь? — Дин посмотрел на своего лучшего друга. — Не очень хорошо для тебя, Дэмиен. Кроме того, меня подстрелили.       Калеб фыркнул.       — Это просто царапина.       — Я самый младший, — возразил Дин.       — Сэм - самый младший.       — Да, ну, Сэмми здесь нет. — Дин попытался улыбнуться, увидев, как сожаление вспыхнуло в глазах Калеба. — И это дает среднему ребенку поблажку.       — Извини, — сказал с раскаянием Калеб. — Я не хотел крутить нож.       — Все нормально. — Последовала долгая минута молчания, и только потрескивание огня заполнили тишину. Дин посмотрел на огонь. — Интересно, что он делает сегодня вечером.       Калеб фыркнул.       — Это зависит от того, открыта ли библиотека.       Дин рассмеялся, несмотря на острую тоску.       — Я надеюсь, что почти два года обучения в колледже научили его, что девочки гораздо интереснее, чем книга.       — Я уверен, что Сэмми узнал пару важных вещей.       — Он всегда стремился к большему.       — У него всегда было нечто большее, — сказал Калеб.       Дин бросил взгляд на своего друга.       — Это не помешало ему уйти. И похоже, это не вернет его.       Калеб выпрямился.       — Это не значит, что он не скучает по тебе.       Дин пожал плечами, снова уставившись на огонь. Он старался не думать о мотивах своего брата, и о том, что Сэм решил не звонить и не поддерживать связь.       — Я даже не знаю, на кого мне злиться больше: на него или на папу.       — Иногда лицо врага становится размытым.       Дин поднял глаза на Калеба, узнавая слова своего отца.       — Да. Я думаю, это так. — Может быть, Сэм тоже не был уверен, кто был для него врагом. Дин вздрогнул, когда швы на его ноге натянулись.       Калеб указал на телевизор.       — Я знаю, что это не шикарный отель, но мы все еще можем посмотреть игру.       Дин вспомнил их скорректированные планы. Он улыбнулся усилиям друга поднять настроение.       — Еда Джима лучше, чем любое обслуживание в номерах.       — И это говорит парень, который получает жареную курицу и торт ко дню рождения.       — Боже, да угомонись ты, Дэмиен. Ты просто разозлился, что рядом не будет горячей цыпочки, чтобы задуть твою свечу.       Калеб скрестил руки на груди.       — Вас, ребята, убило бы, сказать «С Днем Рождения»?       Дин ухмыльнулся.       — С Днем Рождения, Калеб.       — Слишком поздно. — Ривз махнул рукой. — Момент прошел.       Время имело обыкновение пролетать в одно мгновение, пропуская важные моменты.       — Тогда как насчет: «Счастливого нового года, Дэмиен»?       — Это звучит неплохо. — Калеб снова натянул на себя одеяла. — С Новым годом, Двойка.