Заря нашей любви

Травля, слезы, ненависть к себе — это детство Анастасии Шпагиной. Ее обзывали различными словами, которые она хотела стереть из памяти и никогда больше не вспоминать. Настю запирали в туалетах, толкали в лужи, специально задевали плечом. Весь этот кошмар происходил до шестого класса, пока она не переехала в Санкт-Петербург. Самооценка красноволосой изрядно потрепалась. Шпагина покрасила волосы в яркий цвет, начала наносить косметику. Но в момент ее семнадцатилетия старые кошмары прошлого навестили девушку вновь. Все началось с безобидного сообщения на телефоне, где было написано, что ее добавили в какую-то беседу. «Одесса. 5в» гласило название, от чего Настя начала испуганно бегать глазами по экрану. Все бывшие одноклассники мило общались, а ее пальцы не решались написать даже скромного «привет». Наверное, сложно общаться с теми, кто заставил тебя почувствовать себя никчемным куском дерьма. Теперь Настя была вынуждена носить маску милейшего человека, который и мухи не обидит. Она настолько вжилась в роль, что больше никому не показывала свое настоящее состояние. Всегда улыбка, всегда позитив. У нее были огромные проблемы с доверием, даже к самым близким людям. «Ты совершенно другая Настя», — однажды произнес родной брат Насти, презрительно наблюдая за добротой девушки. Шпагина понимала, что Руслан познакомился не с ней, начал встречаться с абсолютно другой девушкой. Момент в столовой первый, когда он мог увидеть настоящую сторону Шпагиной. Ей надоело представлять мир, в котором во всех есть позитив. Тогда она выговорила Тушенцову то, что стояло в горле комом, во что Настя не могла поверить, обманывая себя. Красноволосая просто закрыла глаза на то, как первый год в ее новой школе он вел себя, как полнейший эгоист. Ранее Настя спокойно вошла в класс, осматривая всех пришедших. Шпагина заметила того самого новенького, которого все обсуждали вчера в беседе класса. Она не смогла сдержать улыбку от предвкушения нового знакомства.  — Привет, — девушка повесила свой рюкзак на крючок, садясь рядом с ним за парту. Его взгляд очень испугал Шпагину. Она сказала что-то не так? Руслан фыркнул, а потом закатил глаза, продолжая общаться с Юлей. Тушенцов за малое количество времени успел сдружиться с блондинкой, постоянно обхаживая ее. В дальнейшем парень извинялся, объясняя это тем, что он просто хотел переспать с ней. Девушка не спрашивала, но почему-то была уверена, что Руслан успешно выполнил свою цель. Настя скатилась по деревянной стенке своего дома. Девушка закрыла лицо ладонями, старательно утирая слезы дрожащими пальцами. Она громко всхлипывала носом, из-за чего еще больше разрыдалась. Ей в голову лезли самые худшие воспоминания касательно Руслана. Видимо, мозг пытался отвергнуть ту информацию о том, что Настя до сих пор его любит. Шпагиной было очень плохо. Она закусывала губу до крови, дабы не закричать от накативших эмоций. Ей хватило того, что на полу была разбросана разбитая вазочка. «Он плохой, не стоит тратить на него нервы», — повторяла темная сторона Насти. Тут же она вспомнила, как они первый раз пошли гулять. Руслан насильно вытянул ее на какую-то второсортную комедию. Настя долго смотрела на себя в зеркало, не решаясь выйти из дома в таком виде. Все было не так. Юбка слишком короткая, волосы лежали неправильно. Она сама не понимала, почему так беспокоится за свой внешний вид. Шпагина пообещала себе, что сходит с ним на эту прогулку один раз, только ради приличия. Их общение очень быстро закрутилось, что она даже не вспомнила об этом детском обещании самой себе. Слезы неожиданно пропали. Настя сидела на полу, обнимая свои колени и улыбаясь. Тогда она впервые по-настоящему влюбилась. Конечно, себе девушка лгала о том, что никогда не влюбится в такого, как Руслан. Что-то пошло не по плану. Все ее бывшие подруги не понимали, почему такая девушка, как Настя общается с этим быдлом. Шпагина на все эти осуждения лишь пожимала плечами, неразборчиво кидая что-то по типу «он изменился». В душе она понимала, что человек не может измениться на все сто, но надеялась, что Тушенцов не играет перед ней спектакль. Красноволосая опомнилась от своих воспоминаний, когда услышала, как ее дверь кто-то открывает. Настя надеялась, что Руслан пришел извиняться, но на пороге стоял Алишер. Тот, кого видеть она совершенно не ожидала и не хотела. Он вальяжно прошел по ее комнате, будто не замечая владелицу помещения. Девушка поднялась с пола, опираясь спиной на стенку. — Что-то хотел? — ее голос казался очень тихим. Валеев наигранно вскинул бровями, мол, я не ожидал тебя здесь увидеть. Парень ухмыльнулся, подходя к ней ближе. — Я же не мог оставить девушку в слезах. Я — не Руслан, — Алишер посмотрел на Настю, смиряя ее пыл своим взглядом. Он готов был поклясться, что Шпагина хотела его ударить, но точно не сделала бы это сейчас. — Ты довел эту девушку до слез, — безразлично выдавила из себя красноволосая, прожигая взглядом в нем дырку. — Я довожу девушек до слез только в постели, а тут виноват твой Руслан, — Алишер понимает руки вверх, в знак невиновности. Он и сам не понимал, зачем пришел к Насте. Почему-то Валеев был уверен, что сейчас красноволосая плачет и ей плохо. Алишер уже пожалел, что отомстил именно так. Парень чувствовал себя виноватым в ее слезах. Хотелось нажать на какую-нибудь кнопку, чтобы она тут же прекратила лить слезы. — Хорошо, я тебя поняла. Ты отомстил, молодец. Можешь идти, — девушка собиралась обойти его, но была остановлена самим парнем. Алишер схватил ее за запястье, обращая на себя внимание. Валеев заметил, что из-за слез ее тушь смазалась, и под глазами образовались черные разводы. Сейчас Шпагина выглядела, как типичная девочка-анорексичка-подписчица паблика «40кг». — Иди ты нахуй, — Валеев резко выпустил ее руку, вылетая из дома Насти. Она ничего не поняла, лишь стояла, немного раскрыв рот. Летний ветерок расшатывал ее дверь, из-за чего комната наполнилась неприятным скрипом. Анастасия зарылась одной ладонью в своих красных волосах, пытаясь понять, что ей делать дальше. Сейчас главной задачей для нее являлся мир с Русланом, а дальше продолжать спокойно жить в лагере. Шпагина хотела забыть о закрытом деле самоубийства Юли, пожар после которого списали на несчастный случай. Главы лагеря успешно обманули полицию, закрыв дыры в своей репутации. Тушенцов набирался смелости для того, чтобы написать ей. Наверное, он уже полчаса держал открытый диалог с Настей, постоянно стирая набранный текст. Руслан хотел извиниться перед ней, ненавидя свою ревнивую черту. Парень мог бы прийти к девушке в домик, но там бы он точно растерялся, забыл все слова, которые помнил. Руслан уже не переносил ощущение того, что он смог причинить ей вред. Шатен обещал, что никогда не обидит Настю, не заставит ее пережить свое детство, где она была одинока. Татуированные пальцы быстро набирали все его мысли, стараясь попасть по нужным клавишам. Русик 13:02 Я придурок. Полный придурок, я знаю. Ты самое лучшее, что со мной происходило за все эти годы. Ты была права в столовой. Я причинял им боль и за это я ненавижу прежнего себя. Наверное, ты уже не поверишь, что я изменился. Черт, ты единственная, кого я по-настоящему люблю. Я очень сильно боюсь потерять того, кто стал тебе практически всем. Прости. Поговорим у заброшки? Парень нажал на «отправить» и зажмурил глаза. Это сообщение ему вдоль и поперек не нравилось, но он хотел как можно скорее увидеть Настю и извиниться. Когда на телефоне появилась метка «прочитано» Тушенцов заволновался еще больше. Казалось, что его сердце прямо сейчас вылетит из груди и больше никогда не вернется. Ему стало душно от мысли, что сейчас Настя просто проигнорирует его. Настюха 13:04 Хорошо. Это был первый раз в его жизни, когда одно-единственное слово принесло огромнейшее облегчение. Парень выдохнул воздух из легких, улыбаясь. Конечно, он понимал, что это «хорошо» пока что ничего не значит, но на душе стало приятнее. Тушенцов накинул на плечи олимпийку, собираясь идти в то место, где они договорились встретиться. Пара часто проводила там время, ибо об этом заброшенном здании в глубине леса никто не знал. Он рассекал пространство лагеря, как птица, стараясь быстрее добраться до туда. Руслан увидел, как Шпагина стоит около каменных остатков от здания. Она все еще шмыгала носом и смотрела себе под ноги, водя кроссовкой по маленьким камням. — Ты уже тут, — неловко произнес Тушенцов, подходя к девушке ближе. Парень не знал с чего начать, переминаясь с ноги на ногу. Положение исправила Настя, которая подняла заплаканные глаза на Руслана. Она выглядела, как малыш, который ударился об угол столешницы. Ее взгляд заставил парня остановиться. Шпагина робко подошла к нему ближе, пытаясь опять не заплакать. Девушка долго обдумывала, что скажет ему, но сейчас слова в голове перемешались в кучу. — Я люблю тебя, Русь, — красноволосая поджала губы, сливаясь с цветом своих волос. Наверняка он ждал каких-то объяснений, но на большее она способна не была. Шпагина потянула руки в знак того, что хочет обнять Руслана. Конечно, он был не против этого. Это было самое глупое расставание в его жизни, если честно. Тушенцов обвил руками ее тонкую талию, утыкаясь носом в ее алую макушку. — Я тоже люблю тебя, — тихо произнес шатен, будто хотел, чтобы это услышала только Настя.