Чувства случайно согнутой главной женской роли оказались взаимны

На протяжении месяца Лан Юн почти не покидала безмолвно сидящую в позе лотоса Лин Вэй. Иногда главная героиня выплевывала сгустки нечистот, которые Лан Юн тут же убирала, вытирая губы главной героини. Ксин следил за приёмом Лан Юн пилюли, продлевающей её жизнь, а Сонг, причитая, что человеческий облик раздражает, готовила еду. Готовка её оказалась достойной внимания, но Лан Юн, уже разбалованная множеством разнообразия блюд и мастерством главой героини, не испытала восторга, чем вызвала у Сонг непомерную обиду. Лисица была столь оскорблена, что на протяжении всего месяца только и делала, что готовила или грелась на солнце в своем облике лисы. Ксин мог обходиться без еды, но теперь, когда Лан Юн была одна, составлял ей компанию за столом. Ксинг капризно не показывался. Большую часть времени Лан Юн проводила в комнате наедине с Лин Вэй, читая или играя ей на гуцине, пускай та и не могла этого услышать. Когда Лин Вэй наконец пришла в себя, был уже закат, и Лан Юн уснула рядом с ней, пока читала книгу. Терпя липнущую к телу одежду, Лин Вэй накрыла спящую Лан Юн, убрала книгу на стол и вышла, чтобы нагреть воды и смыть грязь с тела и волос. Помывшись, она заглянула на кухню, где Сонг еще не начала готовить ужин, греясь на камне во дворе. Поэтому Лин Вэй сварила рис, пожарила курочку с овощами и грибами, пряные свиные рулеты, лосось с ананасом и на десерт тыквенные паровые булочки. Лишь после этого Лин Вэй пошла будить Лан Юн. Та не двинулась ни на дюйм с того места, как она её оставила два часа назад. Бесшумно приблизившись, Лин Вэй кончиком пальца коснулась сначала белоснежной полупрозрачной щеки, а потом и едва ощутимо приоткрытых розовых губ. Лан Юн словно отозвалась на прикосновение и выдохнула сильнее, еще больше приоткрыв губы. Лин Вэй не посмела продолжить, и просто разбудила её. Спросонья Лан Юн не сразу поняла, что главная героиня перед ней — настоящая, и просто крепко обняла её, прижавшись своей грудью к чужой. Лишь ощутив, как вздрогнула и застыла Лин Вэй, она окончательно проснулась и тут же покрылась красными пятнами. — Лин Вэй, когда ты вышла из медитации? Не выпуская её из своих объятий, Лин Вэй ответила: — Всего пару часов назад. — Почему сразу не разбудила меня? Кончики пальцев главной героини прошлись вдоль чужого позвоночника, ощутимые даже сквозь ткань ханьфу. — Я решила сначала приготовить поесть, — и тут же нахмурилась. — Лан Юн, ты слишком легко одета, надень ещё один слой поверх. В комнате тепло, но в коридоре прохладно. Лан Юн накинула сверху еще один слой ханьфу и девушки спустились на кухню, где за столом уже сидели остальные. Цзинь Шун и Гу Цин все также мало эмоционально наблюдали за спорящими Сяо Яном и Лао Яочуаном — похоже, последний был так голоден, что просто сменил одежды, даже не помывшись, что очень разозлило Сяо Яна, которого безмолвно поддерживала Цзинь Шун. Лин Вэй спор проигнорировала, отодвинув для Лан Юн стул рядом с собой. Лан Юн улыбнулась друзьям: — Как ваши успехи? Рада вас снова видеть. Всего за месяц Лин Вэй и Сяо Ян достигли средней стадии Возведения основания, Гу Цин ранней стадии Создания ядра, Цзинь Шун поздней стадии Возведения основания, а Лао Яочуан — ранней стадии Возведения основания. В конце концов, Лао Яочуана рвало больше всех, и все же именно он остался с наименьшим прогрессом. Вполне естественно, что среди этих сумасшедших гениев он чувствовал наибольшее родство с Лан Юн. Так что ей и Сяо Яну оставалось только утешить его. После ужина все разошлись по комнатам, собрали вещи и легли спать до утра. Спустя месяц Лан Юн наконец спала не одна, а согреваемая уже знакомыми объятиями.

***

Благодаря белому тигру Лин Вэй и помощи Ксина и Сонг, принявших облик зверей, они всего за несколько дней добрались до горного хребта Синлу, останавливаясь лишь на несколько часов сна и еду. Даже в такой ситуации Лин Вэй проявляла заботу о Лан Юн — когда они ехали верхом на тигре (себе на спину он пустил только их), главная героиня бережно придерживала её за талию и поправляла волосы, а когда они останавливались, в первую очередь готовила для Лан Юн, а уже после давала еду остальным. Для главной героини экстремальные условия не стали проблемой, и даже так она умудрялась приготовить для Лан Юн что-нибудь сладкое. Лао Яочуан громко возмущался такой несправедливой дележке еды, но Лин Вэй и Сяо Ян быстро затыкали ему рот, напоминая, что сам он жалел обычных животных, отказываясь ловить их (однако ел шустрее всех). Гу Цин и Цзинь Шун же просто молча принимали свои порции. Лан Юн не сомневалась в способностях главной героини новеллы, но прочитать и увидеть (и попробовать) оказалось действительно разными уровнями. Лин Вэй с легкостью поймала несколько зайцев и куропаток, неосмотрительно бегавших в лесу, собрала съедобные ягоды и развела костер, приготовив на нём восхитительное мясо с соком ягод и грибы, собранные Цзинь Шун. Приготовленные Лин Вэй кролики и куропатки показались Лао Яочуану даже лучше, чем приготовленные в печи дома. Сочное мясо, щедро политое соком ягод, с отчетливым соблазнительным ароматом костра вызвало у обжоры полный рот слюней и громкие крики восторга, распугавшие всех птиц в округе. Даже Цзинь Шун не удержалась от едкого комментария: — Как ты до сих пор не растолстел, с учетом того, сколько ты ешь? Парень в ответ лишь рассмеялся: — Я с детства такой — сколько бы ни ел, никак не наберу вес. Как девушка, Цзинь Шун пораженно нахмурилась и посмотрела на тушку кролика в тонких руках Лао Яочуана. Только одному ему Лин Вэй приготовила по тушке и того, и того. Остальные съели примерно половину, Лан Юн и то меньше, предпочтя больше сладкие булочки, взятые Лин Вэй с собой, и приготовленные на костре грибы и артишоки. На секунду отвлекшись от кормления возмущенной Лан Юн, Лин Вэй потянулась к Лао Яочуану, крепко ухватилась за его щеку и потянула так, что стали видны зубы: — Вот уж действительно — кожа да кости! Так и не скажешь, что ешь за троих. Лан Юн есть чему у тебя поучиться. Лан Юн на это лишь закатила глаза и отвернулась. Главная героиня тут же пошла на попятную: — Я пошутила, Сяо Лан~ Ты можешь есть столько, сколько пожелаешь, вовсе не обязательно вести себя как этот обжора~ От тонкого заигрывания в голосе Лин Вэй все замерли, но тут же вернулись к своей еде, словно ничего и не произошло. Лан Юн почувствовала в её тоне что-то необычное, но так и не смогла понять, что именно, а остальные сделали вид, что всё и вовсе в порядке вещей, поэтому она могла только забыть об этом. Вздохнув, она вновь открыла рот, и Лин Вэй тут же положила туда немного мяса. — Я правда не могу больше, Лин Вэй. Отдай остальное Яочуану… Дай мне лучше булочку… — Хорошо, как скажешь, как скажешь.

***

Всего за неделю они уже достигли первого уровня и настойчиво продвигались к его середине. Уже на входе им пришлось сразиться с двумя духовными зверями одновременно — Гу Цин убил кабана средней стадии заложения основ, а Сяо Ян ворона-падальщика ранней стадии возведения основания. Юношам достались ядра убитых ими зверей, а кабана Лин Вэй разделала и приготовила на ужин. Лан Юн, впрочем, не смогла съесть его, и ей отдельно поймали парочку среднего размера окуней, полных ци, которую она все равно не смогла бы ощутить и поглотить. Пускай Лан Юн и не ожидала ничего легкого, но, все же, такая пешая «прогулка» оказалась для её тела чересчур — Лин Вэй приходилось несколько раз нести её, множество раз останавливаясь для отдыха (пускай уставала в основном только Лан Юн, даже Лао Яочуан легко передвигался по местности под наклоном). Лан Юн стоило остаться дожидаться их в академии, однако за последнее время она только и делала, что ждала, словно брошенная мужем вторая жена, и теперь не желала оставаться одна. Прошла всего пара дней, как команда попала на горный хребет Синлу, Лан Юн стала более настороженной и обеспокоенной, и Лин Вэй, чувствуя это острее всех, также стала немного рассеянной, постоянно беспокоясь о ней. Но, так как Лан Юн не могла объяснить причин своего беспокойства, оставалось лишь списать все на усталость. Ночью команда разбила лагерь, Гу Цин и Цзинь Шун расположились на толстых ветвях наиболее высоких деревьев, наблюдая за местностью. Сяо Ян и Лао Яочуан с Лин Вэй и Лан Юн развели костер, готовя ужин. У деревьев легли тигр Лин Вэй, Ксин и Сонг, Лан Юн легла в их объятия. Удивительно, но даже обычно брезгливый к людям тигр закинул на неё свой хвост. Заметив это, Лин Вэй отвлеклась от приготовления мяса и отчитала его за фривольное поведение, и он убрал хвост. Вопреки всему, до этих пор ночью они всего один раз столкнулись со зверем. То был всего лишь барсук ранней стадии заложения основ, который сам убежал, едва увидев их. И все же никто не позволил себе расслабиться, и все, кроме Лан Юн, по очереди вели ночное дежурство. Когда Жоу Вэй со своей командой нагнали их, они как раз ужинали, и Гу Цин с Цзинь Шун, само собой, не следили с высоты за окружением. Шестеро человек бесшумно окружили их, скрываясь за деревьями или в кустах, поджидая удачный момент для атаки. И все же, насколько бы они не превосходили в культивации Лин Вэй, как главную героиню, или Гу Цина, как самого сильного в их команде на данный момент, все же с ними были три зверя, самый слабый из которых уже достиг ранней стадии создания ядра, будучи наравне с первой мисс Вэй! Так как они могли не обнаружить взявших их в кольцо людей? Лин Вэй узнала о появлении своей сестры ещё до того, как та приблизилась к ним. В конце концов, у главной героини под боком был не только тигр поздней стадии создания ядра, но и великий мастер с могущественным драконом. Лан Юн узнала о Жоу Вэй лишь благодаря Ксину и внезапно сжавшей её руку Лин Вэй. Внешне Лин Вэй никак не показала того, что ей известно о засаде, лишь во время разговора непринужденно нарисовала пальцем на земле слово «засада» в слепой зоне недоброжелателей. Друзья тут же поняли её, продолжая вести себя как обычно. Во время еды никто не изменился в лице, лишь Лан Юн изо всех сил старалась онемевшим языком прожевать мясо, резко ставшее безвкусным. Чувствуя её страх, Лин Вэй накрыла ладонь Лан Юн своей, успокаивая и согревая. Доев, Гу Цин и Цзинь Шун собирались вернуться на свои дежурные места, но не успели — скрывающиеся ученики поняли, что могут потерять преимущество, и напали. Лин Вэй в мгновение одним аккуратным толчком оттолкнула Лан Юн, которую подхватил Ксин, и отбила удар. Перед ней почти сразу появилась Жоу Вэй — высокая длинноволосая красавица с суровым лицом. От ненависти и безразличия, смешавшихся на одном лице, Лан Юн покрылась мурашками. Голубые глаза девушки пылали жаждой убийства, которой ранее она никогда не видела. Лин Вэй лишь рассмеялась: — Старшая сестра, что происходит? На висках Жоу Вэй показались вены. — Не смей звать меня сестрой, дрянь*! — Оу? Даже в такой момент ты зовешь меня всего лишь дрянью? Оказывается, твои младшие сестры знают ругательства гораздо лучше тебя! Жоу Вэй, обладательница чистейшего единственного элемента льда, одним рывком создала в руке ледяной хлыст длиной не менее чжана*, и тут же напала. Лин Вэй в ответ создала огненный меч, отбиваясь, однако на данной стадии культивации она не могла в равном бою противостоять Жоу Вэй. И обе знали об этом. Довольно быстро Лин Вэй естественно начала сдавать позиции, постепенно покрываясь ранами. Все были заняты сражением с остальными пятерыми нападающими, и помочь Лин Вэй было некому. Лан Юн несколько раз хотела помочь главной героине, но Сонг и Ксин не пускали её, защищая от ударов. В конце концов, она была всего лишь помехой. Белый тигр Лин Вэй быстро победил ученика академии средней стадии Возведения основания — все же, пропасть между ними была слишком огромна, и окружающих ослепила белая вспышка. Спустя секунду всех накрыла огромная фигура белого тигра, который разгрыз ледяной хлыст!