Покажи мне мой путь

― Ну что, хён? Я ждал, когда Минхо наконец-то отреагирует на мои слова. На самом деле, мне даже стало лучше, после того, как я высказался. Конечно, я всё ещё чувствую, что мне плохо. Я знаю, что за один раз ничего не проходит, но я рад, что смог рассказать Ли всё, что тревожит меня. Почти всё. ― Что же, Чонин, ― старший выглядел озадаченным и потерянным, ― спасибо, что высказался. И я надеюсь, что ты собираешься с этим что-то делать? Может сходим к менеджеру, попросим не давать тебе так много нагрузки, и ты отдохнёшь? Не представляю, как ты всё терпел столько времени, ―Минхо провел ладонью по моему лбу, будто бы проверяя температуру, спустился по щеке вниз и взял за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.― Но сейчас ты будешь докладывать о своём самочувствии, а если не хочешь, то у тебя в любом случае нет выбора. Я смотрел на хёна. Я понимаю, что он говорит правильные вещи. Мне стоило бы обратиться к менеджеру, следовало бы отдохнуть и прийти в норму. Но я боюсь, очень боюсь. Боюсь расстроить ребят, фанатов, семью. Я не могу себе позволить подвести всех их. Кому ты врёшь. Ты просто боишься своей слабости. Боишься меня. Закрыл глаза. Вдох. Выдох. Открыл глаза. ―Минхо-хён, прошу тебя, давай подождём? Я не хочу пока что никому говорить… кроме Чана, хорошо, ― ответил я на немой упрёк танцора,― но всё же, никто не должен больше узнать. Я справляюсь, не мешаю нашей деятельности, значит всё в порядке. ― Ну да, вижу, в каком порядке, ― пробурчал Минхо, ― ладно, как скажешь. Но говори со мной, Чонин, тебе это нужно, я же вижу. Старший тепло мне улыбнулся. Я не смог сдержаться и ответил ему тем же, хотя, я уверен, моя улыбка не такая привлекательная. ― А теперь мы идём кушать и тебе за тоналкой, да? Сегодня я помогу нашему макнэ, ― Ли выглядел невероятно довольным. Не понятно, правда, чем, но он аж светился. Я бы тоже хотел быть таким ярким. Одевшись, мы пошли в кафе. Минхо хотел заказать много еды, но я остановил его, многозначительно посмотрев на него. Он всё понял и взял нам по тарелке рамёна. А после вручил мне леденец. Хоть я и не знал, съем ли я вообще это всё, но был так благодарен ему за его заботу. У меня лучший хён. Ты правда в это веришь? Я проигнорировал. Принесли еду. От одного запаха начало мутить. Я криво улыбнулся, беря в руку палочки. Нужно хотя бы половину съесть. Просто для того, чтобы поддерживать свою жизнь. Чтобы не расстраивать дорогих мне людей. Жить не для себя ― для них. Попробовал лапшу. Горячая, вкусная. Но мне всё равно плохо. Я чуть снова не начал плакать, но мне нельзя шокировать Ли второй раз за несколько часов. Поэтому я, прожевав, проглотил. Кажется, еда была уже чем-то не предназначенным для моего желудка. Я попытался сдерживать рвотные позывы. В глазах потемнело, я схватился за край стола, чтобы не упасть. Меня мелко трясло и пот катился по спине. Я хотел сказать Минхо не волноваться, но боялся даже открыть рот. Скоро ты сломаешься. Я резко вскочил со своего места и на подкашивающихся ногах рванул в уборную. Забежав в первую кабинку и только успев наклониться над унитазом, меня вывернуло. В желудке была только вода, желчь и лапша. Я сидел на полу, обхватив руками унитаз, и весь трясся. В ушах звенело, поэтому я не заметил, как сзади подошёл Минхо, и испугался. Он гладил меня по спине, разминал плечи, потом приобнял меня. Мы вместе сидели на полу общественного туалета, но прямо сейчас мне было всё равно. Мне комфортно в объятьях парня, так чего же волноваться. Не знаю, сколько мы пробыли в той кабинке, но в итоге хён просто вынес меня оттуда. Он усадил меня за столик и увидел, наверное, как я скривился от вида тарелок с едой, поэтому быстро унёс их подальше. После вернулся ко мне и присел на корточки, упираясь ладонями в сидение рядом с моей ногой. Наконец-то я смог разглядеть его лицо. Оно выражало небольшое беспокойство и, кажется, недоумение. Он явно не думал, что всё так плохо. Его руки переместились ко мне на колени и легонько сжали. Он посмотрел мне в глаза и мягко улыбнулся. Если бы я мог растаять, то я бы определённо это сделал. ― Сможешь идти? ― голос был очень обеспокоенный. Я откинулся на спинку. Мне уже было лучше, но я сильно ослаб. ― Я закажу тебе рис. Съешь хотя бы его. Извини, это случилось из-за меня. Нужно было головой думать и заказать тебе лёгкую пищу. Прости, Чонин. Танцор тяжело поднялся и ушёл заказывать рис. Я не злился на него. Как я вообще мог злиться. Он ведь хотел мне помочь. А может он хотел сделать ещё хуже. Я попытался сосредоточиться на реальности, иначе я бы снова погряз в болоте из своих мыслей. Мне так страшно даже думать. Минхо вернулся быстро, неся в руках небольшую тарелку с рисом, поставил передо мной, выжидающе глядя на меня. Я вздохнул и принялся есть, съедая за раз невероятно маленькие порции. Хён просто сидел напротив меня и смотрел в стол. Я ему очень благодарен. Сейчас я правда понял, насколько мне было важно рассказать кому-нибудь о моей проблеме. Я надеюсь, я избавлюсь от неё как можно быстрее. ― Спасибо тебе, Минхо-хён, ― искренне поблагодарил я после того, как доел. Меня всё ещё тошнило, но я знал, что никаких неожиданностей больше не будет. Старший наклонился и взъерошил мои волосы. Встал и, подойдя ко мне, взял за руки и помог подняться. Так же держа меня за руку, мы вышли из кафе. Я смотрел на парня и даже через маску было видно, как он улыбается. ―Чонин, ты солнце нашей группы. Наш младшенький. Ты не должен чувствовать себя одиноко. Никогда. Мы есть друг у друга. Мы все твои друзья и, поверь, мы готовы помочь тебе с чем угодно. Ты навсегда останешься нашим чудесным лисёнком. Не бойся обратиться к нам за помощью. Мы найдём выход из любой ситуации. Хорошо? Мы любим тебя. Не переживай из-за этого, не смей даже думать так. Я внимательно слушал Минхо. Он прав. Я зря волнуюсь по этому поводу. Но продолжаю слышать голос и это меня очень пугает. Я бы хотел вернуться в те дни, когда он не преследовал меня, отравляя мою жизнь, везде оставляя свой след. ― Хорошо, хён, ― коротко ответил я. Ли собирался уже вести меня покупать косметику, но я остановил его и попросил отвести меня в студию. Я хотел увидеть Чана. Рассказать ему. Сейчас мне казалось это самым необходимым. Минхо лишь пожал плечами, повернув в другую сторону от магазина, и мы пошли в студию. Я уверен, что хёны сейчас работают над новыми песнями, и даже подумал, что мне не стоит сейчас к ним идти, ведь я буду им мешать. Но вовремя взял себя в руки. Я должен это сделать. Почему-то мне казалось, что если я расскажу всё Чану, то вся тяжесть уйдёт, что всё станет хорошо. Снова перекладываешь свои проблемы на чужие плечи. Лидер и так тяжело трудится, ему некогда нянчиться с тобой, с таким никчёмным ребёнком, как ты. Я вздрогнул. Этот голос пробирал до костей. Он забирался в самую душу, разрушая её. Он ненавидел меня, он хотел мне навредить, но вместо того, чтобы отмахнуться от него, я всегда чётко запоминал всё, что он мне говорил. Это не он. Я сам разрушаю себя. За своими невесёлыми мыслями, я даже не заметил, как мы подошли к самой двери студии. Минхо на секунду сжал мою ладонь, наклонился к уху и прошептал, что дальше я справлюсь сам. Я хотел ему сказать спасибо, но парень как-то слишком быстро ушёл. Ладно, теперь нужно собраться. Я постучал. Дверь открыл Чанбин. Глаза Со удивлённо расширились, но, поприветствовав меня, он пропустил в комнату. В студии была идиллия, как мне показалось. Джисон и Чан что-то громко обсуждали, пока последний искал что-то в ноутбуке, но заметив меня, они так же удивлённо взглянули, но потом сразу улыбнулись мне. ― Я просто посмотрю, если вы не против, ― промямлил я. ― Да всё в порядке, ты нам не мешаешь, ― Чанбин хлопнул меня по плечу, из-за чего я подпрыгнул, испугавшись. Джисон прыснул в кулак. Я присел, сжавшись в углу диванчика, притягивая ноги к себе. Ребята продолжили разговаривать, но я их уже не слушал, провалившись в сон.