Две половины целого.

      — Я хотела взять твою руку, — тихо произносит Рей. Между их лицами всего миллиметры, Кайло смотрит неверяще и пытается вобрать в себя всю её, с трясущимися губами и слезами, смешивающимися с брызгами воды. — Руку Бена.       Они сидят так несколько минут — глаза в глаза, выдох к вдоху. Сила циркулирует между ними, перетекая из одного в другого и обратно. Связывая. Объединяя.       Кайло ждет, когда она встанет и уйдет. Снова оставит его одного. Но Рей не двигается, только несколько раз приоткрывает и закрывает рот, будто хочет что-то сказать, но передумывает. И когда она наконец находит слова, это последнее, что он ожидает услышать:       — И хоть я не могла тогда принять твою руку, ведь это значило обречь моих друзей на смерть, я была не права, — короткий вдох, будто произносить всё это стоит ей огромных усилий. И оно стоит, понимает Кайло. Рей тяжело открываться другим, она привыкла держать язык за зубами — на Джакку никого не интересовало мнение маленькой мусорщицы, а в Сопротивлении, после произошедшего на «Превосходстве», она даже с Финном не могла быть полностью откровенна, не говоря об остальных, предпочитая в основном слушать и изредка вставлять свое мнение по поводу каких-либо решений. Но то, что происходило у неё внутри, оставалось внутри. На войне ни у кого и не было времени переживать о её душевных метаниях. — Я считала, что Бен Соло должен вернуться, чтобы у нас появился шанс, но не понимала, что он не исчезал… что Кайло Рен не другой человек. Это всё ты, независимо от имени, на которое предпочитаешь отзываться.       Кайло хочет поспорить с ней, сказать, что она глупа и не понимает о чем говорит, но Рей поднимает руку и почти невесомо касается его рта кончиками пальцев.       И он застывает.       — Ты никогда не был настоящим ситхом, но ты и не будешь настоящим джедаем, — она отнимает руку от его губ, — как никогда не буду настоящим джедаем и я, — и накрывает его ладонь. — Мы будем просто Беном и Рей… или Кайло и Рей — как пожелаешь. Если пожелаешь, — и медленно переплетает их пальцы. — Я верю, вместе мы сможем одолеть Палпатина и наконец вернуть баланс в Силу. Не как адепты Темной или Светлой сторон. Мы не будем ни тем ни другим, или, наоборот, будем и тем и другим одновременно. Это неважно. Главное, вместе, — Рей опускает глаза, разрывая интенсивный контакт, и смотрит на их соединенные руки.       Будь со мной.       Кайло молчит, но Рей чувствует, что его взгляд прикован к её лицу.       Проходит несколько минут, наполненных только звуком сталкивающихся волн. Так и не получив ответа и уже не рассчитывая на него, Рей кивает сама себе и, сдерживая слезы, начинает медленно подниматься.       Но выпрямиться полностью не получается, потому что Кайло не отпускает её руку, а, наоборот, крепче удерживает её пальцы между своими.       — Бен, — произнесенное хриплым голосом имя заставляет Рей поднять глаза и непонимающе посмотреть на него. — Я хочу, чтобы ты называла меня Беном.       Недоверчивый смешок срывается с её губ, и слезы так и не удается удержать.

***

      На Эксегол они добираются на СИД-истребителе Бена.       Перед вылетом Рей подключилась к частоте Сопротивления, чтобы транслировать их маршрут на базу. Теперь ей остается надеяться, что её друзья примут сигнал от безымянного вражеского судна.       Ещё на разрушенной Звезде Смерти Бен скинул тяжелые верхние одежды, ощущая себя свободнее с каждым исчезающим слоем. Сверху он оставил только просторную тунику.       Летели они в тишине. Рей стояла за креслом пилота, положив руку ему на плечо, так что даже через ткань он чувствовал тепло её ладони. С того момента её откровения они будто инстинктивно пытались соприкасаться и не разрывать контакт между телами.       Связь между ними была крепка как никогда. Присутствие другого в голове ощущалось естественным, но интенсивным, как легкое покалывание в кончиках пальцев. Разумы переплелись, мысли общим потоком плавали между ними.       Я рада, что ты со мной.       Ты больше не будешь одна.

***

      — Диада в силе! Животворящая связь, которую не видели тысячи лет! И она послужит, чтобы вернуть истинного Императора! — голос Палпатина отвратительным скрежетом раздался в пространстве, эхом отражаясь от стен.       Его полусгнившие пальцы обратились к паре перед ним, и Бен снова почувствовал боль, помноженную на двоих. Будто его грудную клетку разорвали и всё, что было внутри, предали огню.       Затем пришло онемение — начавшееся на кончиках пальцев, оно двигалось к сердцу, которое, к моменту когда возродившийся ситх почти полностью выпил их, билось медленно и слабо.       Используя последние силы, Бен повернулся на бок и слепо потянулся рукой в сторону Рей.       Ему нужно коснуться, нужно чувствовать её.       Сил поднять веки не было, но он знал — она совсем рядом.       Тело Рей было неподвижно, маленькие камешки болезненно впивались в кожу, но пальцы упрямо скреблись о землю; почти незаметно, но они двигались навстречу Бену.       Они были половинами целого. Им нужно быть вместе. Они должны быть вместе.       И когда кончики их пальцев соприкоснулись, когда двое снова стали одним, как когда-то на острове, спрятанном на краю галактики, через Силу прошел зов.       Будьте с нами.       Будьте с нами.       Будьте с нами.       И джедаи прошлого откликнулись.       Император, захваченный экстазом обретенного могущества, испускающий молнии в корабли Сопротивления, не замечал поднявшиеся фигуры, пока они не зажгли световые мечи.       Со смехом он направил молнию в скрещенные клинки:       — Наивные дети, вы считаете, что ровня мне? Во мне сила всех ситхов прошлого!       Ответом ему был раскат накладывающихся и приумножающихся голосов, звучавших одновременно в разнобой и в удивительной гармонии и шедших одновременно из двух ртов и отовсюду:       — А в нас сила всех джедаев прошлого.       И после была только темнота.

***

      Когда Бен очнулся в следующий раз, всё вокруг рушилось, сама планета разверзлась под ними. Рей лежала неподвижно в метре от него. Истощенное и израненное тело с трудом слушалось, но он упрямо заставлял конечности двигаться к ней. Всё болело.       Не покидай меня.       Он аккуратно приподнял бессознательное тело, подложив под её туловище свою ногу.       Ты не можешь оставить меня одного.       Бен отбросил все мысли и, удерживая её одной рукой, другую переместил на живот, и сконцентрировался на почти потухшей искре в самой её сути. Жива. Пока что.       Рей.       Он обратился к тому Свету, что жил в нем, обратился к той Тьме, что взрастил. И он отдавал. И отдавал. И отдавал.       Пока поток тепла, уходящий из него, не стал возвращаться, и Сила, слабо, но снова циркулировала между ними непрерывным потоком, от одного к другому и обратно.       Будь со мной.       Маленькая ладонь накрыла его.       Он медленно открыл глаза и натолкнулся на ответный теплый взгляд. Глаза Рей излучали столько нежности, что она окутала его теплым одеялом, изолируя от происходящего вокруг, словно это Сила снова соединила их, свела из разных концов галактики.       — Бен.       Рей не думала, что его взгляд может стать ещё мягче.       Уголки его губ неуверенно приподнялись, и, не веря своим глазам, она, будто боясь спугнуть эту зарождающуюся улыбку, кончиками пальцев провела по его губам и накрыла щеку.       Они живы. Они в руках друг друга. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.       Это правда, любовь моя.       И тогда Рей его поцеловала.       И лишь одна мысль резонировала сквозь их узы.       Я люблю тебя.       Я люблю тебя.       Я люблю тебя.

***

      Вернуться к истребителю оказалось нелегкой задачей, даже несмотря на то, что они помогали друг другу: ноги подгибались, тела теряли равновесие и заваливались. Но они дошли и наконец покинули этот ужасный мир, войдя в гиперпространство.       До планеты, на которой располагалась база сопротивления, СИД летел на автопилоте. Рей легла на Бена, положив голову и правую руку ему на грудь, левой обняв за шею и перекинув ноги через подлокотник кресла, в котором он сидел, время от времени посматривая на показатели на консоли. Руки Бена покоились на её талии, поперек живота.       — Что теперь? — она ощутила, как вибрирует грудь под её ладонью. От его глубокого голоса по её телу прошла волна мурашек до самых кончиков пальцев. Она зажмурилась, наслаждаясь приятным ощущением.       — Я не уверена. Я не хочу оставаться в Сопротивлении. Я хочу видеться со своими друзьями, но я устала от войны, — она почувствовала, как Бен зарылся лицом в её волосы. — И я не Лея — судьба политика и лидера меня никогда не интересовала, — он крепче прижал её к себе. — А чего хочешь ты, Бен?       — Мне неважно, пока мы вместе, Рей.       Она подняла лицо, чтобы посмотреть ему в глаза. Он смотрел на неё в ответ.       Всю жизнь, я думал, что должен кем-то быть: идеальным и подающим пример сыном героев войны Беном Соло, достойным учеником великого Люка Скайуокера, вселяющим ужас учеником Сноука Кайло Реном, магистром рыцарей Рен, Верховным Лидером. Думая об этом теперь, я не уверен, что хотел быть кем-либо из этого списка. Всё, что я знаю о себе сейчас, — это то, что я половина целого, и я никогда не хочу больше знать агонии одиночества.       Его мысли звенели искренностью, убежденностью и, в самом центре этого потока, — отчаянием. Рей не удержалась и снова поцеловала его, но в этот раз глубже, вкладывая все свои чувства, отозвавшиеся на его признание. Она медленно обвела его губы языком, и Бен разомкнул их, впуская её. Рей аккуратно, чтобы не разорвать поцелуй, перекинула одну ногу так, чтобы сидеть на нем, и зарылась обеими руками в темные кудри.       Они целовались долго и чувственно, не торопясь и смакуя друг друга. Когда консоль издала тихий писк, предупреждая, что СИД выходит из гиперпространства, молодые люди нехотя оторвались друг от друга и начали готовиться к посадке.

***

      Рей послала Сопротивлению предупреждение, что в их воздушное пространство войдет истребитель Первого Ордена. Финн и По знали, что это она ещё с момента, как начали получать с него сигнал, ведущий их к Эксеголу, так что без сомнений приняли сообщение на веру.       В пылу радости никто и не обратил внимание, как из судна вылезает массивная фигура в черном и подает руку фигурке в белом, подхватывая её в объятия.       Рей вела Бена за собой через ликующую толпу, они держались за руки. Несмотря на его отстраненное и безразличное выражение лица, она чувствовала, как ему некомфортно с большим количеством людей в его личном пространстве, мимоходом касающихся его, поэтому старалась быстрее высмотреть друзей.       По и Финн увидели её раньше, чем она их, и уже было двинулись навстречу, как заметили её спутника и замерли. Они были одними из немногих в Сопротивлении, кто знали, как выглядит Кайло Рен без шлема.       Первым в себя пришел Финн:       — Рей, что он делает здесь?       Его вскрик вывел из оцепенения По, и тот быстро выхватил с пояса бластер:       — Ты что с ней сделал, ублюдок? Затуманил рассудок своими магическими трюками?       Рей быстро заслонила собой фигуру Бена и силой отбросила оружие друзей куда-то в толпу. Вокруг них образовалось небольшое пустое пространство.       — Финн, По, я знаю, как это выглядит, но поверьте мне, Бен никому не навредит. Он со мной, — она произнесла это дружелюбно, но твердо и прижалась ближе к напряженному мужчине, который смотрел на её друзей с не меньшей неприязнью, чем они на него. — Я хотела увидеть вас и убедиться, что всё в порядке.       — Мы тоже хотели увидеть тебя и очень переживали! Но зачем ты привезла его с собой? — и Финн поднял обе руки, указывая на высокую фигуру, как будто кому-то требовалось уточнение того, о ком он говорит. — Я надеялся, ты убила его на Звезде Смерти!       — Да, так переживали, что оставили её на Эксеголе без какого-либо подкрепления или помощи, — с презрением произнес Бен, проигнорировав последнюю фразу. В нем быстро закипала ярость.       — Бен спас меня, — Рей по очереди заглянула в глаза Финну и По, чтобы до них полностью дошел смысл сказанного. — Мы вместе победили Палпатина, но моя Сила истощилась, я умирала. И Бен поделился своей, — она с нежностью подняла глаза на мужчину рядом, только чтобы увидеть, что он тоже смотрит на неё. — Без него я бы погибла.       И они бы так и стояли, сцепившись взглядами, купаясь в этом потрясающем теплом чувстве, протекавшим между ними, очевидно забыв или игнорируя факт, что они не одни и вообще вроде вели диалог, если бы По не издал явно преувеличенное покашливание:       — Хорошо-хорошо, мы поняли, Темный Принц спас тебя, — Рей засмеялась от неожиданно подходящего прозвища, — дырявить бластером его нельзя, вы оба такие исключительные и самые сильные и победили главного злодея, — на это уже усмехнулся Бен, хотя Финн назвал бы это оскалом. — Теперь мы можем обняться?       Рей отпустила руку Бена и начала отходить, но почувствовала его недовольство и легкое беспокойство из-за того, что они больше не соприкасались, и осознала, что они не переставали касаться друг друга с момента, как он исцелил её. Она быстро вернулась к нему и, положив руки на щеки, притянула мужчину в поцелуй, на глазах у ошарашенных друзей. Бен быстро обвил руками её талию и крепко прижал к себе, немного приподняв Рей над землей. Со стороны послышались смешки, кто-то даже присвистнул. В этот раз, когда она отошла, со стороны Бена, хотя лицо его так ничего и не выражало, разве что немного порозовело, в узах чувствовалась слабая вибрация, которая очень напоминала… мурчание?       Рей улыбнулась своим мыслям и бросилась с раскрытыми руками к друзьям, которые быстро приняли её в объятия. Они прижались друг к другу с облегчением и радостью, в глазах стояли слезы, и По был бы не По, если бы не сказал:       — Эти штаны так подчеркивают его задницу и ноги, что только за это я готов простить ему тот допрос!       И они смеялись пока слезы не закончились и остался только смех.