Чудовище

      Три ночевки, четыре, одна деревня другая…       Дорога была нудной. Нет, ехать в повозке было удобно, спать у костра привычно, но быть окруженным большим количеством людей и не общаться, это было для Никиты тяжело. Он вспомнил первые годы — шел один, выживал как мог, но разговаривал сам с собой, пел шепотом все песни какие помнил, декламировал стихи, пересказывал книги, даже изученные предметы рассказывал сам себе, чтобы не чувствовать одиночества и страха. Встреча с Нгархом… Никита не говорил, но слушал голос Нгарха, а когда освоил письмо, то общение стало более интенсивным, а сейчас…       Он ходил от костра к костру и люди, сидящие вокруг костра замолкали, провожая его настороженными взглядами. Никита первое время пытался общаться, но потом бросил эти попытки. Чаще всего он проводил время у костра вместе с начальником каравана и Журом. Те общались между собой намеками, а Никита домысливал потом все о чем умолчали попутчики.       У них была какая-то цель, какая Никита не смог понять. Его стали пугать взгляды, которые кидал на него Жур. Вечерами он торопливо ужинал и отправлялся в фургон спать.       Лес становился гуще и непроходимее, и утром Никита увидел, что ездовые животные вытянулись, приобрели дополнительную пару рук. Телеги и фургоны вместо колес обзавелись подобием пропеллеров для вертикального взлета. Завтракать не стали. всем раздали подобие лепешек, на которых горкой лежали овощи с мелко порубленным сухим мясом. Никита аккуратно закатал мясо и овощи в лепешку, сразу есть он не решился, а подождал пока эти странные и непонятные конструкции и тягловая сила тронется с места.       Уже через несколько метров Никита заценил такой метод передвижения. Химеры легко сминали траву и раздвигали кусты и валили деревья, оставляя за собой широкую полосу свободную от растительности, за ними двигались повозки, напоминая суда на воздушной подушке. Через некоторое время среди возниц стало заметно волнение, они спрыгивали с повозок подбегали друг к другу и начальнику каравана о чем-то возбужденно переговаривались,       Никита не понимал всей этой суеты, но вздрогнул от нехорошего предчувствия, когда Жур хлопнул его по спине и щерясь в хищном оскале проговорил.       — Хотел в столицу, будет тебе сегодня столица! -А что уже доехали?! - бесхитростно спросил Никита.       - Доехали, доехали!- все также скалясь ответил Жур и что-то пробормотал, но что Никита не расслышал.       Как только рассвело, Никита увидел, что прибыли они на поляну, усеянную холмиками.       Начальник каравана с несколькими возницами ходил вдоль кромки леса не выходя на поляну и внимательно что-то выискивал на земле, через некоторое время он поднял руку, и к нему стали сбегаться все возницы. было видно, что они о чем-то говорят, но ни одного звука не долетало до Никиты.       - Интересно девки пляшут!- подумал Никита, - И кто же у нас тут маг? А то, что среди караванщиков был маг теперь можно было и не сомневаться, полог тишины был поставлен качественно.       Караванщики еще несколько минут пожестикулировали, затем двое подошли к ближайшей повозке и вытащили из-под войлока, укрывавшего повозку, длинный предмет, завернутый в холстину. Они поднесли его к краю повозки и, развернув его, опустили на землю. К предмету подошел бородатый человек и сделал несколько пасов , гортанно выкрикивая слова. До Никиты донеслось: " Ухр, пррыв, хоч!"       Предмет зашевелился, и Никита с ужасом понял, что этот предмет был человеком. Видно, он был в каком-то стазисе или под действием паралича, нет, скорее всего в стазисе. Паралич проходит через некоторое время, а человек был неподвижен довольно долгое время!       Между тем на поляне сменилось действие: маг толкал человека на поляну, но тот, не смотря на слабость, сопротивлялся и никак не хотел ступать на эту поляну. Маг что-то крикнул возницам, и те бегом кинулись к возу, и быстро вернулись обратно. У одного в руках был такой же завернутый в холст предмет, только немного меньший по размеру. Маг также поводил над ним руками и Никита с ужасом увидел, что это ребенок, девочка лет семи с криком кинулась к мужчине, тот обнял её. Маг угрожающе что-то спросил, и мужчина, часто кивая, повернулся к поляне и ступил на нее.       Он не успел сделать даже шага на поляну, в воздухе взвилось гибкое тело огромной змеи, до слуха Никиты дошел металлический звук лязгнувшей челюсти и тело, перекушенное пополам, упало по обе стороны пасти. Люди, стоявшие на краю поляны отшатнулись, но затем опять встали на место. И снова группу людей окутала тишина, только по взмахам рук Никита понял, что караванщик спорит с магом. Спор закончился и на поляну вытолкнули девчонку. Такого Никита не смог вытерпеть, он подхватился с возка и в доли секунды был у поляны, но схватить девочку и вытащить её с поляны не успел. Его перехватил Жур и похабно улыбаясь спросил.       - Красавчик, ты нам нужен живым!- и с намеком погладил Никиту чуть пониже спины. Никита рванулся из рук возницы. Окрик главы каравана заставил Жура выпустить парня из рук. Но сердце Никиты заполошено билось, и в голову хлынуло понимание, что его не даром привезли сюда, что он для чего-то понадобился этим отморозкам.