Чудовище

      Дорогу осилит идущий, вернее летающий!        Уже неделю Никиту уговаривали воспользоваться воздушным транспортом — лететь на драконе. Как он боялся первый раз сесть на дракона. Во-первых, высота. Даже с велосипеда падать больно, а с коня, он же выше, а дракон выше коня! Представить, как ты падаешь примерно с окна четвертого этажа, у Никиты воображения хватило, и ящеру долго пришлось уговаривать его сесть к нему на спину.       — Да не уроню я тебя! — вскипал чайником Узгум, — Как дракон может уронить всадника! Такого даже в теории не может быть! На эти сентенции Никита согласно кивал, но задавал вопрос.       — Как я буду сидеть на твоей спине без седла? Дракон чуть не плевался на эти слова.       — Какое седло? Никита я же не лошадь, а у драконов нет седел. Ты просто на спину ко мне залезь и все поймешь! Он согнул лапы в коленях и опустил крыло к ногам Никиты. По крылу Никита залез на спину дракона как по трапу. У ящера перед крыльями была выемка, ограниченная двумя остистыми отростками, нужно было держаться за них, а выемка позволяла сидеть как в седле. На дрожащих от напряжения ногах Никита поместился в ямку. Сидеть было удобно, вдруг тело под ним дрогнуло, и дракон стал выпрямлять лапы. Никита посмотрел на удаляющуюся от него землю, прошептал: «Мама!», плотно зажмурился и вцепился в отросток перед собой. Но сразу ящер не взлетел, он пошел, а Никита осторожно открыл глаза, обозревая проплывающие под ним деревья и еле-еле успевая прикрывать лицо от летящих ему навстречу веток. Но наконец, он догадался нагнуться, и ветви просто скользили по спине Никиты, но не причиняли ему боли. Дракон бежал, не останавливаясь, но только появилась первая поляна, он весь напружинился, сильно оттолкнулся задними лапами и, шумно хлопая крыльями, взлетел. у Никиты дух перехватило во время взлета, он снова зажмурился, но через некоторое время смог заставить себя открыть один глаз, а затем полностью раскрыл глаза и взвизгнул от восторга. Куда бы он ни дотягивался взором, всюду было море зелени. Восторг уже не умещался в Никите, и он от избытка чувств широко распахнул руки, словно пытаясь обнять небо, и закричал.       — Я лечууу!       — Держись крепче, летун, — раздался голос Узгума, и Никита снова вцепился в свое своеобразное сиденье.       А туша дракона, ставшая в воздухе необычно ловкой и подвижной, без усилия стала набирать высоту и, подчиняясь каком-то своему внутреннему радару, изменила направление и полетела ещё быстрее. Они летели до сумерек, но как только солнце коснулось горизонта, дракон приземлился, превращаясь в человека.       — Это где-то здесь, чуть охрипшим от волнения голосом проговорил Крон и глубоко вздохнул.       — А почему ты не стал разыскивать поселение с воздуха?       — А потому, что в поселение есть артефакты отслеживающие появление неприятеля с воздуха! И не факт, что нас бы встретили с распростертыми объятиями.       — То есть своеобразное ПВО, — подумал Никита, — А разве на земле в нас не будут пулять чем-нибудь?       — Ну, наблюдающие увидят двух путников, остановят и проводят в поселок, а там разберемся. Давай готовится к ночлегу. Они разогрели пакеты НЗ, поужинали и решив, что не стоит обустраивать полностью ночлег, прикорнули под каким-то огромным деревом. Проснулись они одновременно, чуть поежились от утренней прохлады и, закинув на плечи дорожные сумки, пошли в сторону поселка. Они шли уже несколько часов, но поселок все не показывался.       — Слушай, нужно на дерево влезть и посмотреть.       Крон кивнул и первым сбросил на землю сумку, подошел к дереву и ловко полез по гладкому стволу вверх. Он несколько минут смотрел в разные стороны и медленно слез.       — Ничего и никого, — пнув кочку, зло проговорил Крон, бессильно сползая на землю.       — Эй, ты чего? — обхватил парня за плечи Никита. — А то! Как я думаю, поселок перестал существовать.       — Но должно же, что-нибудь остаться? У тебя же, наверное, есть какие-нибудь поисковые артефакты? Взгляд Крона посветлел, он сунул руку в сумку и вытащил небольшой камешек, подвешенный на кожаном шнурке. Вытянув руку с артефактом, он медленно стал поворачиваться вокруг себя. Артефакт, висевший спокойно неожиданно чуть качнулся, шнур поднялся в воздухе параллельно земле, и камень потянул Крона на середину площадки.       — Здесь, — дрогнувшим голосом произнес парень и повесил артефакт себе на шею.        Он скинул с себя одежду и, превратившись в дракона, стал мощными лапами копать в том месте, на которое указал артефакт. Копал он почти до вечера. И под последними лучами солнца под лапами дракона тускло блеснула металлическая дверь