Кровь застывает в жилах

Тишина настолько удручающая, что, кажется, я слышу стук своего сердца. Дыхание затаилось, и его мне слышать было не дано. Я все видела в малейших деталях и все именно так, как я запомнила. Прямо передо мной, было небольшое расстояние к лестнице, что вела на второй этаж, слева — поворот на кухню, а справа — небольшая и довольно уютная прихожая, которая была оформлена в пастельных тонах. Мне же этот вид вовсе не навевал уют. Все было до точности наоборот. Это место отталкивало, лишь навевая мысли о грядущем побеге. Ноги будто сами повели меня на второй этаж. Зачем я это творю...? Моему взору предстал не очень длинный коридор, в конце которого стояла она... Безумный взор был направлен прямо на меня, из-за чего тело охватила лёгкая дрожь. Страшно... Но я не могу пошевелиться. Тело словно пронизывает сотни маленьких иголок. Сжав ладони в кулак, я попыталась хотя бы немного пошевелиться, но все было без толку. Я словно каменная фигура, которая навек застыла в одном положении, не в силах даже изменить направление своего взора. Распущенные волосы и грязная одежда — совсем на неё не похоже. Она всегда старалась быть опрятной и делала идеальный пучок на голове, дабы подчеркнуть свою серьёзность. Только сейчас я заметила в её правой руке нож. Что-то внутри дрогнуло, словно ожидая чего-то ужасного. Сначала медленным, потом быстрым шагом она начала идти прямо на меня, а я лишь в ужасе открыла глаза, наблюдая, как моя мама бежит на меня с ножом. Последнее, что мне удалось увидеть, это лезвие, которые вот-вот вонзиться в мою плоть.

Я резко сорвалась с мягкой кровати, широко раскрывая глаза. Изо рта вылетел тихий вскрик, а сердце бешено стучало. В попытке восстановить дыхание, мне удалось осмотреться и узнать, в чьей комнате я нахожусь сейчас. Комната Томуры, кажется... Переведя взгляд в сторону, я увидела спокойно лежащего сероволосого, что с интересом поглядывал на меня, словно пытаясь прочитать причину моей тревоги и недоумения. - Как мы... сюда попали? - тихо задала вопрос я, осматривая тело рядом со мной, которое было покрыто засохшей кровью. - Я притащил... Спать на полу, знаешь ли, не очень удобно. Ты-то спала, как убитая. Мог бы тебя там и оставить, - спокойно отозвался парень. Мне сложно было поверить, что он с простреленными руками и ногами смог, не то что самому сюда дойти, так ещё меня притащить, но вот докапываться или же переспрашивать я не стала. Томура был недоволен. Чертовски недоволен. Казалось бы, он из последних сил держится, чтобы не сорвать злость на мне. Я пару минут просто молча полежала на кровати, а после спокойно с неё сползла. Все тело ломило после вчерашнего, а рана на голове от пули больно зудила. - Тебе нужно сменить повязки... Я так поняла, врача у вас здесь и близко нету, да? Он промолчал, что я восприняла, как положительный ответ. Первым делом я решила спуститься в бар, дабы спросить у единственного, кого я здесь знаю, про бинты, ёмкость для воды и мочалку. Черный туман, как всегда, спокойно стоял за барной стойкой, занимаясь чем-то своим. Заметив, как я села на один из стульев перед ним, он сразу же пододвинул ко мне чашку горячего кофе. - Слушай, Черный туман... - начала я, принимая горячую чашку уже себе в руку, но злодей прервал меня. - Хватит уже этой формальности. Зови меня просто Курогири. - Хорошо, Курогири... - Так, что ты хотела? - Бинты, какую-то ёмкость для того, чтобы воды набрать и мочалку. Томура весь в крови испачкан. В таком состоянии он душ принять не сможет, но я смогу помочь ему хоть так. Курогири тихо хмыкнул, подавая мне указанные вещи, но вместе с ними и на столе оказалась чистая белая рубашка. Заметив мой вопросительный взгляд, злодей вздохнул. - Ты и сама ужасно выглядишь. Сходи в душ, обработай рану на голове и сними эту кошмарно грязную кофту. Ненавижу подобную неопрятность. Кивнув, я быстро допила кофе и, забрав все вещи, поблагодарила Курогири и ушла. Первым делом я сходила в ванную, где и оценила свой внешний вид. Ран у меня серьёзных не было. Максимум — это ушибы, но я вся была испачкана его кровью, которая успела присохнуть. Раздевшись и закинув всю грязную одежду в стирку, я быстро приняла душ, отмывая все это с себя. Хорошо протерев свое тело, я надела предоставленную белую рубашку, которая по длине была даже ниже, чем шорты. Волосы все ещё были влажными, поэтому накинув на голову небольшое полотенце, я набрала в посудину тёплой воды и намочив мочалку, забрала бинты и вышла из ванной. Чувствовать себя чистой — это поистине прекрасно. Войдя в уже знакомую комнату, я осмотрела лежащего на кровати Томуру. Да, я ему сейчас вообще не завидую. Настолько изранен, да и ещё удручен поражением. Включив настольную лампу, я разложила все нужное мне, на тумбе возле кровати. Только сейчас сероволосый обратил свой взор на меня. Его изучающий взгляд заставил меня поежиться. Шигараки продолжал тихо лежать, даже когда я сняла повязку с первого ранения. Взяв мочалку, я смыла кровь и нанесла новую повязку, в этот раз, делая все намного опрятнее, чем вчера. Весь дальнейший процесс проходил в той же оглушительной тишине. Когда я закончила с последней раной и пытаясь подняться с колен, перед его кроватью, Томура вдруг подал признаки жизни, хватая меня за руку. - Помоги переодеться. Он сказал это смотря в сторону, словно боясь признать свою беспомощность и никчёмность в данной ситуации. Я слегка кивнула, помогая ему подняться и сесть на кресло, которое я поставила совсем рядом. Достав чистую одежду с его шкафа буквально наугад, я обнаружила, что это были те самые чёрные джинсы и чёрная толстовка. Максимально разнообразный гардероб. Старую окровавленную одежду, что находилась на нем, он позволил просто разрезать, дабы было меньше возни. Представ передо мной почти полностью голым, парень даже не поменял выражение лица. Когда я помогала ему одеться, то в какой-то момент хотелось как-то съязвить или подколоть, как у меня это обычно получается, но я сдержалась. После сделанной работы, я обратилась к Томуре. - Одолжу у тебя брюки. Нужно кое-куда сходить. - Куда? - приподняв одну бровь, спросил парень. - Разве это важно? Или дело в недоверии? - Я доверяю тебе. Бери, в шкафу. Спокойно взяв нужный мне элемент одежды, я, поблагодарив Томуру, покинула комнату. Очень хорошо, что расспрашивать он ничего не стал. Это все мне сейчас ни к чему. Надев его брюки, которые сели довольно-таки неплохо, хоть и были великоваты, я спустилась в бар, где встретилась уже с заинтересованным взором жёлтых глаз. Он тоже не стал много расспрашивать, лишь узнав, какой период времени я собираюсь отсутствовать, на что я не дала конкретного ответа.

Спустя полтора часа

Было сложновато все это узнать, да и роль злодея мне ещё не прижилась. Пытать людей ещё не привыкла. Найти нужного полицейского, мне помогло телевидение, которое транслировало много информации. Разузнав о больнице, я быстро направилась туда. Все проходило довольно гладко, и женщина на самом входе даже спокойно поведала мне номер палаты, поверив, что я родственница пациента. Боже, какая некомпетентность... При входе в палату, я почему-то замялась на пару секунд, но глубоко вдохнув и выдохнув, отворотила дверь. Зрелище было не особо приятным для меня. Весь в бинтах и без сознания... Главное, что живой. Остальное лечится. Подойдя к больничной койке, я осторожно коснулась его забинтованного лица. Он дышал медленно и размеренно, и, казалось, это тихое пиканье на аппаратах вот-вот прекратится. Не знаю, была ли моя помощь в самом конце решающей что-то... Но главное, что он выжил, ибо вину за смерть я бы точно взвалила на себя. Сидя возле него, я на мгновенье прикрыла глаза, тяжело вздыхая. Снова направляя свой взор на его лицо, я увидела, что темноволосый открыл глаза и сейчас смотрел прямо на меня. Было слишком неожиданно, из-за чего я резко отскочила от кровати с лёгким испугом смотря на Айзаву. В его же глазах читалось некое недоумение и непонимание ситуации. Пока мне представилось время порассуждать о том, что делать и как реагировать, за дверьми послышался какой-то шум и гам. Вскрики о Всемогущем... Черт, похоже, он Айзаву пришёл навестить. Басовый голос, который разнесся за дверью, подтвердил мои предположения. Другого выхода не нашлось и мне пришлось выпрыгнуть в окно. Второй этаж и особых повреждений я не получила, именно благодаря удачному приземлению. Оглянувшись назад последний раз, я быстро побежала за территорию больницы. Не знаю даже зачем пришла к нему вообще. Сначала хотела лишь узнать, жив ли вообще, но потом возникло непреодолимое желание увидеть Айзаву... Поговорить? Нет. Мой испуг при его пробуждения говорит точно не о желании побеседовать. Вторая же моя цель — это собственный дом. Да, в этом была необходимость. Мне нужно было забрать некоторые вещи, без которых жить довольно сложно. Могла бы купить новые, но все это слишком хлопотно. Не Курогири же мне звать на шоппинг... Через час ходьбы, я уже стояла возле знакомой двери. Зайдя внутрь, на меня нахлынуло чувство, что я переживаю отрывок жизни, который уже был ранее. Вы же знаете это чувство растерянности, когда вам кажется, что вы по второму кругу видите одно и то же, переживая те же эмоции. Ноги сами повели меня на второй этаж, и даже громкий скрип старых досок не заставил меня сконцентрировать свое внимание на реальности. Оказавшись на втором этаже, я, наконец, вспомнила сон. Именно когда увидела собственную мать с ножом в руках. Так же небрежна и так же безумна, как и в моем сне. Она знала, что я приду или просто дожидалась тут все это время. В отличие от сна, она сразу не налетела на меня, медленно подходя и начиная диалог со мной. - Для чего же ты пришла? Предательница. Лгунья... - хриплый голос и взгляд полными презрения. - Я никогда не лгала, так что не надо меня клеймить подобными прозвищами. - Позор... Какой позор... Ты сплошное разочарование! Не стоило тебя рожать! Ничтожество! Её крик был оглушительно громким, а топот ног, раздался по коридору, заставляя застыть в ужасе от представшей картины — моя мать бежит на меня с ножом и безумной жаждой. Сначала лишь шок и недоумение, но я успела отшатнуться, когда острое лезвие почти было у меня в груди. Вместо этого, холодный нож воткнулся мне в плечо, давая мне порцию боли. Теперь уже мой крик разнесся по коридору. На секунду в её лице появилась радость... Сейчас? Да? Не тогда, когда твоя дочь продвигалась в развитии контроля над своей причудой? Не тогда, когда она смогла управлять ею лучше тебя? А именно тогда, когда ты воткнула в неё нож? Я тихо усмехнулась, а по моей щеке покатилась слеза. Смотря ей прямо в глаза, мне оставалось лишь ждать. Гнев снова появился в её лице и, вытащив уже окровавленный нож из моего плеча, она снова замахнулась, намереваясь попасть в самое сердце. Перехватил острое лезвие своей рукой, и снова чувствуя боль, я с равнодушием в последний раз взглянула в её глаза. - Прощай, - спокойно отозвалась я, хватая второй рукой маму за шею. Она начала растворяться, начиная с самой шеи. Кожа облезла, оголяя мышечные ткани, которые гнили на глазах. Все это распространялось на все её тело. Медленно и мучительно. Я могла сделать это быстрее, но не хотела. Естественный процесс разложения... Даже когда моя ладонь была испачкана в её сгнившей шее, я продолжала сжимать до тех пор, пока от неё не осталась лишь отвратительная прогнившая куча. Присев на колени прямо возле этой субстанции, я тихо выругалась. Запах отвратный, мягко говоря. Впервые мне довелось использовать свою причуду на человеке, доводя его до полного разложения. - Вот как все закончилось, мама. Столько лет ты меня готовила к тому, чтобы я стала твоим оружием или заменой. Может ты хотела убить меня и получить за убийство сообщника головы Лиги злодеев какую-то почётную награду? Это на тебя похоже, мама, - моя ладонь осторожно коснулась этой жидкости, - мерзость, - отряхнув ладонь, сказала я, поднимаясь и направляясь в свою комнату. Странно. Ничего не чувствую. Даже не думаю рассуждать заслужила ли она это. Я просто так захотела. Плечо неприятно отдавало болью, как и разрезанная ладонь. Кровь капала на пол, оставляя за мной дорожку из капель. Рубашка Курогири испорчена... Вот черт. В своей комнате, я нашла спортивную сумку и собрала туда некоторые, нужные мне вещи первой необходимости. Закончив, я закинула сумку на плечо и покинула комнату, спускаясь. На кухне я перекусила и прихватила с собой некоторые продукты, которые не быстро портились. Все эти повседневные занятия занимали мою голову больше, чем остатки моей родной матери на втором этаже. Лишь один вопрос возник в голове — стоит ли уничтожить дом? Дополнительных проблем ведь не надо... Хотя, многовато хлопот. Пусть будет, как есть. В коридоре я забрала одну пару обуви и тёмное пальто и, оглянувшись последний раз, покинула дом. На улице уже стемнело, а небо было затянуто тучами. Только дождя не хватало. Словно чувствуя моё негодование, ударил не слабый дождь. Ехать в таком виде на каком-то транспорте — было бы крайне неосмотрительно, поэтому пришлось идти пешком. Похоже, почти вся рубашка уже была испачкана кровью, из-за чего многие прохожие оглядывались на меня и лишь единицы осмеливались задевать меня собою. Свернув в очередной, более тихий и менее людный переулок, я шла, опустив голову. Почувствовав сильный толчок, который заставил меня отступить на шаг назад, я подняла голову, осматривая представшую передо мной особь мужского пола. - Эй, тупая шлюха, смотри куда прешь! Мужчина закричал и с уверенностью, направившись в мою сторону. Черт, да что ж им всем не иметься сегодня... Все, что он успел, это схватить меня за шею, на котором я сразу же почувствовала порцию боли, как от ожога. Похоже, он орудует огнём... или что-то в этом роде. Болезненно вскрикнув, я схватила его за ту самую руку, применяя причуду и чувствуя, как плоть ускользает из моей ладони. Парень в ужасе отшатнулся с криком, смотря на свою отваленную конечность, которая лежала на земле не в самом лучшем состоянии. - Монстр! - вскрикнул он, падая на колени. - Да-да, я это уже слышала, - закатив глаза, я уверенно подошла к нему, проделав с лицом тоже, что и с рукой. Этого было достаточно, чтобы он умер. Второй раз уже пачкаю руку. Достали. Переступив труп, я последовала дальше своим путём. Каждое движение отдавалось болью. Похоже, потеря крови не слабо сказалась на моем состоянии. Шея жгла и в глазах темнело. Благо, бар уже был близко. Проникнув в помещение, я вздохнула. Курогири и Томура были по разные стороны барной стойки. Сероволосый что-то выпивал до моего прибытия, но сейчас застыл, как статуя, выжидающе смотря на меня. В глазах Курогири прочесть мне что-либо не удалось. Я вся промокла до нитки и на пол с меня капала дождевая вода вместе с моей кровью. - Здравствуйте. - Что стряслось? - Курогири первый подал голос. - Да так, заскочила домой, забрала некоторые вещи, убила маму. Кстати принесла отличный кофе. Прямиком из Германии. Лучший сорт, - доставая из сумки баночку ароматного нерастворимого кофе, я поставила её на барную стойку. Курогири прищурился. В глазах обоих читался вопрос о продолжении рассказа, но я не телепат. Пусть озвучивают чего они от меня хотят. - Где ты поранилась? - словно услышав мои мысли, отозвался Томура, устремляя свой взор на дно стакана. - Руку и плечо мать порезала, а шею один не очень культурный парниша подпортил, но ничего. Думаю, после потери руки он задумается. Хотя, наверное, нет, без головы это сделать будет сложно. Я спокойно отозвалась, равнодушно смотря на обоих. Странно, что Шигараки сидит здесь, разве его ранения не... а плевать. Они оба молчали, и я не видела смысла стоять там, поэтому направилась наверх. Еле дойдя на второй этаж, я вошла в свою комнату, оставляя вещи возле кровати.

***** - Не хочешь пойти за ней? - подливая виски в пустой стакан, спросил Курогири. - Зачем? Не маленькая, справится думаю, - Томура пожал плечами, делая глоток алкоголя. - Глупо, Шигараки. Я заметил её взгляд. Эмоции уходят. Скоро будет просто безэмоциональная кукла. - Мне так даже лучше. Будет спокойно исполнять приказы и не делать всяких глупостей. - Напротив. Её послушание — это лишь последствие чувств к тебе. Благодарность, преданность, доверие, быть может, даже симпатия. Она уважает тебя, пока может чувствовать. Потеряв эмоции, ей будет плевать, исполнила ли она долг и изменила ли мир, после убийства Всемогущего. Юно будет намного проще пользоваться причудой, если она откинет чувства, но зачем тогда ей с нами оставаться? Сероволосый парень раздражённо цыкнул, залпом выпив содержимое в стакане и неспешно поднимаясь кресла. - Твоя взяла. Я разберусь с этим. "Симпатия говоришь..." *****

Через пять минут я переоделась в свободную тёмную футболку, перед этим перемотав раны разорванной рубашкой Курогири. Она уже была испорчена, так что, как минимум, поможет остановке крови. Шея же в перемотке не нуждалась. Выйдя в коридор с мокрыми вещами, я столкнулась с Шигараки. Он ковылял, но то, что его обе ноги были прострелены, совсем не замечалось. Слишком уж ровно держится. - Покуришь со мной? Это прозвучало не как вопрос, а скорее, как приказ или же утверждение. - Мне нужно вещи отнести в стирку и вообще, я устала. День тяжёлый. Не до курения с тобой. Томура закатил глаза, видимо собираясь покинуть меня и уйти в свою комнату, принимая отказ, но что-то его остановило. - Когда справишься, приходи в мою комнату. И снова приказный тон. Он всегда был такой? Интересно, почему я не замечала. Томура ушёл в свою комнату, а я в то время сделала то, что планировала. Уже лежа в своей новой комнате, тяжело вздохнув, я накинула на плечи плед и босиком пошла в комнату сероволосого. Чего ему уже понадобилось, я понятия не имела, но вел он себя довольно странно... Или, может он всегда себя так вёл, а я не замечала? У него все так же было темно, а лампа такой же тусклой. Парень как раз докурил сигарету, потушив окурок и оставив его в пепельнице. - Что ты хотел, Томура? Я устала и хочу спать. Я лгала. Было некомфортно находиться рядом с ним. Словно внутри появляется какое-то отвратное тёплое чувство, которое мне принимать не хотелось. Шигараки же на миг, словно выпал из реальности, раздумывая о чем-то, но мой пристальный взгляд приложил все усилия, чтобы на меня снова обратили внимание. Мы стояли вдвоем возле кровати. В один миг, он одним резким толчком, заставил меня сесть на кровати, резко хватаясь за мою раненую шею, из-за чего я получила порцию боли, недовольно нахмурившись. - Где же твоя преданность делась, Юно? Решила проявить свой характер? Не рановато ли? - он наклонился, дабы наши лица были на одном уровне и в непосредственной близости. Как только я с равнодушной гримасой хотела что-то ответить, он резко продолжил. - Моя причуда действует довольно специфически. Ты могла не заметить, но хочу я этого или нет, все, чего я касаюсь всеми пальцами руки, начинает растворяться, - говоря это, он сжимал мою шею, четырьмя. Пятым лишь иногда осторожно касаясь и поглаживая. К горлу подступил ком, который я с тяжестью проглотила, нахмурив брови и смотря на него впритык. Его горячее дыхание опаляло кожу щеки. На лице Томуры появилась довольная ухмылка, и он медленно приблизился к моему уху. - Боишься? - шепот раздался возле самого уха, из-за чего по телу пробежались мурашки. Прикрыв глаза, я сосредоточилась на этих странных ощущениях и на его дыхании, которое теперь уже опаляло мою шею. Что-то тёплое коснулось шеи, оставляя на том месте влагу и по моему телу пробежалось приятное тепло. Дыхание уже стало слегка сбитым, пока Шигараки осторожно водил языком по моей шее, из-за чего я получала и удовольствие, и боль, через ожоги. Сжав простынь одной рукой, я предпочла покорно ждать того, что будет дальше. - Вот и правильно, хорошая девочка. Парень отстранился от моей шеи, и я сразу же разомкнула глаза, чувствуя, как он сосредоточил своё внимания на моем лице. Его глаза снова стали холоднее, а внутренние черти уже собирались сотворить что-то со мной. Вторая рука Томуры зарылась в мои волосы, без осторожности сжав их. Мой рот слегка приоткрылся в надежде выразить возмущение, но взглянув на них, он словно подал знак молчать. Я послушалась, сама не зная почему. - Хочешь что-то сделать, Юно? "Тебя хочу" - мысленно ответила я, а сама продолжала молчать, наблюдая, как он буквально пожирает меня взглядом.