Балерина

Позор, позор, позор! Какой же позор! Маринетт зарылась головой в подушку и сдавленно в неё закричала. Девушка почувствовала, как по щекам расползается румянец, она была очень смущена. Вообще, Маринетт ненавидит испытывать стыд или смущение. От этого она чувствовала себя тошно, а горло как будто сдавливали чужие руки, хотелось просто разрыдаться. Ну, или более простым языком, провалиться под землю. Эх, если б у Маринетт был телепорт, она пользовалась бы им слишком часто. Так, Маринетт, ну всё, что сделано, то сделано. Это всего лишь дружеский поцелуй, — мысленно утешала себя девушка. А на самом деле просто ворочалась на постели, не находя себе места. Но ведь это был не просто дружеский поцелуй! По крайней мере, хотелось бы верить. И вот опять я думаю об Адриане в таком ключе. Что за глупости. Маринетт перевернулась на спину и, распластавшись по кровати морской звездой, уставилась в белоснежный потолок. Всё-таки, целовать Адриана было приятно. Ну, не то чтобы это было что-то необыкновенное и чарующе прекрасное, но вполне неплохо. По крайней мере, брюнетку не стошнило, а это уже хороший знак. Да и Адриану понравилось. Наверное. Ну, например, Маринетт было приятно получить поцелуй в щёчку. Значит, и Адриану тоже. А если нет, то придется ему навалять. Маринетт усмехнулась своим мыслям. Бить Агреста не хотелось от слова совсем. Может быть, по-дружески пригрозить кулаком, но не более. Хотелось обнять. Да, однозначно. Или может даже поцеловать. Маринетт смущенно улыбнулась, вспоминая свой первый поцелуй. Ведь именно Адриан его украл. Может, это судьба? Маринетт где-то слышала, что если человек отчаянно ищет хоть какой-то намёк на влюблённость от другого человека, то он сам влюблен. Маринетт в это не верила. Как и не верила большей части псевдо-психологов из интернета. Но вот есть в этом и доля правды. Кажется, Маринетт действительно влюбилась. Влюбилась в самого Адриана Агреста — верного друга и заклятого врага в одном флаконе. И от этой влюблённости она уж точно никуда не убежит. Девушка уткнулась в подушку и завыла. В прочем, не предполагая, что этим воем призовет себе подобных. — Ты в волка превратиться решила? Если вдруг что, меня, чур, не есть и в оборотня не обращать. Маринетт откинула подушку от своего лица и посмотрела на источник саркастической фразы. Возле двери стояла Аля собственной персоной. Первое, что бросилось в глаза, это пакет, набитый чем-то шуршащим, в её руке. — Соскучилась? — широко улыбнулась Сезер. — Ни капли, — вернула улыбку Маринетт, жестом приглашая подругу сесть на кровать. — Ну, тогда вкусняшки не получишь, — легко сказала Аля и завела пакет за спину. — Тогда я тебе секрет не расскажу, — начала с козырей Маринетт. — Пф, был бы у тебя секрет, который я не знаю, — вскинула бровь Аля. Маринетт промолчала и загадочно улыбнулась. Шатенка, пытаясь разгадать причину такого странного выражения лица подруги, и не заметила, как её шаловливые ручки тянутся к пакету. Ну, или заметила, но виду не подала. Скрывать преступление не было смысла, когда Маринетт открыла пачку чипсов. И даже любезно протянула пачку Але. — Ты что-то от меня скрываешь. — сощурила глаза Сезер, доставая из пачки поломанную чипсину. «Именно», — подумала Маринетт. — С чего ты взяла? — сказала она. — Действительно, ни с чего, — отстранилась Аля. Маринетт показалось это подозрительным. Обычно Сезер ни за что и никогда не упустит шанса кого-нибудь подробно расспросить, но это нетипичное поведение подруги смущало лишь секунду, прежде чем шатенка сказала следующее: — Знаешь, мне такое нужно тебе рассказать! Ты с ума сойдёшь! — В тебе разглядели невероятный талант, и ты выиграла соревнования без остальных туров? — в шутку предположила Маринетт. — Про туры мы потом поговорим, а сейчас время сенсационных новостей, — Аля выждала интригующую паузу. — Наконец, нашли того, кто запер нас в чулане! — на одном дыхании выпалила она. Маринетт была шокирована. Значит, это всё-таки была Лила. — Точнее, ту, — быстро добавила Аля. — И, представляешь, это была наша одноклассница. — Это была Лила? — Откуда ты знаешь? — нахмурилась Сезер. — Да, это она. И эту мерзавку ждёт наказание, когда мы вернемся с соревнований. — Правда? — воодушевилась Маринетт. — И какое? — На самом деле, почти как у нас. Будет целую неделю прибираться в нашем зале после занятий. — Фи, не слишком ли лёгкая ей выпала доля? — притворно возмутилась Маринетт, изображая брезгливую аристократку. Аля хохотнула. — Да Вы, миледи, спец по наказаниям, я смотрю? — Ещё какая! Кстати, а когда вы в школу возвращаетесь? — Уже через час, — ответила Аля, мельком глянув на часы. — Ясно. Про второй тур уже что-нибудь известно? — О, про это я и хотела рассказать! — Сезер уселась поудобней. — Нино не прошёл. — Блин, почему? — расстроенно спросила брюнетка. — Он же так классно танцует. — Не знаю, этим жюри всегда всё не нравится, — казалось, Алю тоже задел факт выбывания Нино. — Но не будем о грустном! Нам уже сказали про второй тур. Будем выступать с авторской программой, есть месяц на подготовку. — О, круто! Уже придумала музыку? — поинтересовалась Дюпен-Чен. — Ещё нет, но хочу что-то посовременней. — Молодец, если жюри тебя за это выпрут, вы хотя бы с Нино вдвоём будете лузерами, а не по отдельности, — в шутку поддела брюнетка. — Да иди ты! — улыбнулась Аля и пихнула подругу.

***

Ещё вчера Маринетт валялась в постели, размышляя о тщетности бытия, параллельно нанося мазь на пострадавшее колено, а уже сегодня стоит на пороге школы, не решаясь войти. О, как она была взволнована! Девушка не была здесь почти месяц, ей многое предстояло наверстать, хотя сейчас большинство студентов уделяют время лишь соревнованиям, а не обучению. Не то чтобы это сильно нравилось хореографам, но те относились ко всему с пониманием и иногда даже поддерживали желание учеников пропустить тренировку, дабы тщательней проработать свои программы. К тому же, чтобы избежать переутомления студентов, хореографы всё чаще и чаще на своих занятиях отпускали учеников в свободное плавание самостоятельно прорабатывать то, что им нужно. Маринетт так и стояла бы у дверей школы, думая о предстоящих тренировках. Девушка даже ощущала пуанты на своих ногах, а мышцы сами по себе напрягались, когда их хозяйка думала о том, как будет кружится вокруг своей оси, а потом сделает большой прыжок… Но тут тяжелые створки разошлись и из образовавшейся щели выглянула Аля. — Ты чего здесь мнёшься? Заходи давай. Аля протянула руку и, ухватив подругу за руку, нырнула в тёплый холл. — Ну, как доехала? — спросила Сезер, нетерпеливо таща подругу наверх, в комнату. — С комфортом, — ответила брюнетка, намереваясь обогнать слишком уж энергичную подругу. — Хорошо, что с комфортом. А мы вот только поужинали. Беседуя на будничные темы, девушки добрались до спальни. На шею Маринетт тут же бросились Роуз и Джуулека. О, как сильно Дюпен-Чен по ним скучала! Брюнетка, не раздумывая, обхватила обеих подруг, сжимая в крепких объятиях. Аля, очевидно, растрогавшись, тоже поспешила присоединиться к этому безумному визжащему комку. Вдоволь насытившись компанией друг друга, девушки легли спать, перед сном пообещав друг другу после второго тура сходить в кинотеатр в бункере. К тому времени и потеплеет, и снег подтает…красота.